Мёртвая блондинка

Пока парочка ехала к дому Марко, Эйву мучили вопросы.

— Марко, мы можем поговорить? — начала она.

Парень вздохнул.

— Да, в чём дело?

— Я заметила, что Эрик очень отстранённый после того, как я попросила его помочь с делом против Лизи. И ты говорил, что вы даже не общались с того момента. Что между вами произошло? Это из-за меня? Только скажи честно.

— Причём тут ты? Я не знаю, что с ним. Он просто исчез, не объяснив причин. Мы не ссорились.

— Может, у него проблемы? Он выглядит очень грустным. Ты уверен, что ему не нужна помощь?

— Я рад, что ты такая сочувствующая, но тебе нужно понять, что он просто такой человек. Если ему нужна будет помощь, то он придёт и прямо об этом скажет. Но если же у него сейчас какие-то проблемы, и он не просит помощи, то он её и не примет. Сколько раз такое было. Ни в каком виде не принимает помощь. Это нужно просто принять и ждать, пока он сам разберётся. Чем больше ты будешь пытаться проявлять к нему заботу, тем хуже будет тебе. Он сделает тебе больно назло, чтобы ты поняла, что его «нет» — значит нет.

— Хм… Ладно, спасибо, что объяснил. Просто я думала, что вы ругаетесь из-за меня. То есть, что ты не разрешаешь ему контактировать со мной.

— Если бы я не разрешал ему контактировать с тобой, то ты бы даже не знала о его существовании. Кто я вообще такой, чтобы кому-то что-то запрещать?

— А кто приходил к нему сейчас? Почему ты сказал, что его нет дома?

— Его брат. У них сложные отношения. Лучше не разбираться в этом всём. Давай сменим тему, пожалуйста. Ты лучше скажи, сильно я тебя вчера утомил?

— С ума сошёл? Я давно так не смеялась, — девушка открыла на телефоне какое-то громкое видео с участием Марко.

Парень, слегка покраснев от стыда, засмеялся и отобрал у неё телефон.

— Я понял. Не надо это включать, — смеялся он.

Ребята приехали к его дому.

— Слушай, Марко, я так хочу помыться. Можно принять душ у тебя? — сразу спросила Эйва.

— Конечно. Правда, у меня нет всяких этих женских штучек, как-то не пользуюсь ими.

— Вот чёрт, а я так надеялась помыться шампунем с ароматом французских роз! Как ты мог? — отшутилась Эйва.

Марко проводил её в душ и сказал, что она может делать дома всё, что захочет, пока он отъедет ненадолго по делам. Когда Эйва вышла из душа в одном лишь полотенце, полностью уверенная, что она одна в доме, она пошла на кухню заварить себе кофе. В полной тишине она услышала какой-то треск за окном. Сначала она подумала, что ей показалось, но потом заметила чью-то быстро промелькнувшую тень.

— Это ещё что?

Девушка заглянула в окно, но никого не увидела. Под окном виднелись свежие следы на грязи.

— Может, это Эрик? — подумала Эйва. — Но зачем ему заглядывать в окна и убегать?

Эйва решила позвонить Марко.

— Марко, а ты далеко?

— Скоро буду, а что ты хотела? Что-то купить?

— Ты кого-нибудь ждёшь?

— Нет, никого. В чём дело? Почему ты спрашиваешь?

— Кажется, кто-то ходит во дворе…

— Твою мать, — тихо произнёс парень. — Проверь двери и иди наверх, от греха подальше. Я уже еду, — сказал Марко, хотя ещё даже не закончил с делами. Он сильно запереживал и поехал домой.

На телефон Эйвы пришло сообщение от Дэна.

Дэн: Привет.

Эйва: Привет.

Дэн: Вижу, ты сменила фото. Празднуешь день рождения своего любимого?

Эйва: Именно. А тебе какое дело?

Дэн: Красивая пара. Надеюсь, ты не разочаруешься в нём.

Эйва: На что ты намекаешь?

Дэн: Просто пожелание, не более. Передавай ему привет от меня.

Эйва: Обязательно.

Всё сводилось к тому, что слежку мог вести Дэн. Но зачем тогда писать? Да и откуда ему знать, где живёт Марко и что Эйва сейчас у него дома?

Марко уже подъезжал к дому, а Эйва сидела на втором этаже. Тем временем Эрик продолжал допивать оставшийся на столах с праздника алкоголь. Он пытался заглушить чувство вины и не мог объяснить даже самому себе, почему так поступил. Эрик всегда был вежлив с девушками, но никогда не проявлял особой нежности даже к тем, с кем встречался, поэтому даже ему самому показалось такое поведение странным. Парень будто сорвался с цепи, на которую сам себя когда-то и посадил.

Словно давным-давно он сам себе запретил проявлять чувства и вот, неожиданно для себя, снял этот запрет. Рик ломал голову над тем, как жить дальше: как смотреть Эйве в глаза, зная правду, как общаться с Марко, делая вид, что ничего не случилось, хотя на самом деле произошло предательство. Больше всего он не хотел терять дружбу с Марко. И ещё больше ему хотелось, чтобы Эйва никогда не появлялась в их жизнях. Он понимал, что они оба не приведут её ни к чему хорошему, ведь отношения, основанные на лжи, долго не протянут, а правду Эйва не должна узнать никогда. Он предупреждал Марко, но тот поступил по-своему. Но разве можно судить влюблённого? А что насчёт Эрика? Влюблён ли он сам? Да он и сам не знает. Эйва явно ему симпатизирует, но когда он успел влюбиться, если толком её не знает? Пытаясь вычислить в своём пьяном смятении день, когда это могло случиться, Рик уснул.