10 правил жизни Софи

"Как только я нашел все ответы, изменились все вопросы".
Пауло Коэльо

На улице меня встретил ещё по-летнему теплый ветер. Это был один из тех дней, когда просто не возможно было не улыбнуться солнцу, ярким краскам осени и даже лужам, которые то тут, то там, отражали угрюмые лица прохожих, спешащих по своим делам, в Нью-Йорке кто-то всегда куда-то спешил. И напротив, повсюду сияли счастливые лица влюбленных парочек, которым, казалось, спешить было решительно некуда.

Я им даже завидовала.

Поняв, что мне нужно освежить свои, ещё не совсем трезвые мозги, я сменила туфли на кроссовки, смотри жизненное правило номер один, и пошла до дома пешком. Дома меня ждал пустой холодильник, голодный Эдвард и одинокий вид на ненавистный город. Я жила в элитном районе, в элитном доме на каком-то нереальном этаже, почти в облаках. Многие мечтали бы жить моей жизнью, а я оставалась несчастной. Пожалуй, вчерашнее приключение было единственным захватывающим событием за последний год.

Пройдя около пяти остановок, я поняла, насколько чертовски устала, и даже виды суматошного города не смогли прочистить голову и освежить мой пьяный разум. Я утопала в потоке мыслей, а это было чревато опасными последствиями.

Кое-как добравшись до дома, и оказавшись, наконец, за дверью собственной квартиры, подальше от любопытных глаз, я медленно сползла на холодный пол и впервые пожалела, что правильная часть меня, с некоторых пор, не курила и не держала в доме алкоголя. Казалось, куда бы я ни пошла, за какими бы дверями ни спряталась, он преследовал меня, словно сон, словно безумное наваждение, которому нет конца...

Его руки, его глаза, а теперь ещё и голос... Гораздо проще было, когда я не помнила его голоса.

Я соскребла себя с пола, сбросила обувь, пиджак, закинула сумку в самый дальний угол. Я задыхалась.

Черт! Черт! Черт!

Я кое-как открыла клетку трясущимися руками и выпустила Эда. Нужно было срочно успокоиться, ведь ничего непоправимого не произошло.

- Ты не обязан страдать вместе со мной, малыш, - сказала я, проводив взглядом птичку, которая моментально поднялась ввысь.

Эдвард - просто прекрасное имя для попугая. Сколько раз он спасал меня от ненужных знакомств. В общем, он был моим идеальным соседом, вот только гадил повсюду, но у всех свои недостатки. Я обвела глазами, свою квартиру, и в сотый раз порадовалась, что мне не нужно было жить с матерью и встречаться с ней по утрам за завтраком. Мы с трудом выносили друг друга на расстоянии, а уж, находись мы с ней в одном доме, мы бы уже давным-давно поубивали друг друга. Стоило только вспомнить о ней, как тут же зазвонил мой телефон:

- Да, я пришла. Да пешком, просто потому, что мне так захотелось. Нет, там никого не было. Никакой толпы журналистов, клянусь. Умерь свое эго, мама. Никому кроме тебя, больше не интересна моя жизнь. Да и тебе, признайся, скорее просто любопытно.

Через некоторое время, когда она, кажется, получила ответы на все волнующие ее вопросы, она соизволила перейти к самому главному. Моя мать никогда не звонила просто так.

- Софи, у твоей сестры сегодня день рождения, - как будто я могла забыть о таком. - Может быть, тебе бы стоило попытаться поговорить с ней хотя бы сегодня... - донесся до меня из трубки мамин голос. Она пыталась казаться нежной, и даже по-матерински ласковой, но у нее это совсем плохо выходило. Холодные металлические нотки выдавали ее с потрохами.

- Нет, - ответила я коротко и положила трубку. Я отчётливо понимала, что мама просто сходила с ума от мысли, что я жила в его квартире на его деньги, и более того, все ещё отказывалась говорить со своей сестрой и о своей сестре.

Когда-нибудь она сможет смириться с мыслью, что я продолжаю жить дальше.

Я нервно бросила трубку и кинула телефон на диван. Надо было выпить. И срочно, но дома ничего не было. Я скинула тесные вещи, и откопала шорты и мужскую футболку, которые я всегда носила дома. Я вытащила из холодильника овощи сыр и яйца. Готовка прекрасно меня отвлекала, но я ненавидела готовить для себя одной. Раньше мы делали это вместе с сестрой, никогда с матерью, потом я готовила для Майкла, потом для него...

Впрочем, неважно.

Теперь ты одна. Смирись.

Через тридцать минут, на столе у меня стояла тарелка с горячей фриттатой, это был простой и, судя по доносящимся запахам, вкусный ужин. Для полного счастья мне не хватало лишь вина. Решение созрело моментально, я выскочила за дверь, едва успев нацепить какие-то глупые тапочки, и схватив ключи, кошелек и документы, потому что в шортах, майке я никак не тянула на свои годы.

До ближайшего магазина был всего квартал, который я пробежала быстрее всех Олимпийских чемпионов по бегу вместе взятых. Стоя на кассе с бутылкой вина и упаковкой греховных шоколадных мафинов, я думала о том, как нелепо я, наверное, выглядела в тот момент.

Кто я сейчас? Грязная Шлюшка? Ну, уж точно, не Правильная Девочка, - подумала я и чуть не рассмеялась вслух.

- Я думаю, ты понимаешь и даже наслаждаешься тем, как сексуально ты выглядишь в этих коротеньких шортиках, такая милая и невинная, - прошептал он мне на ухо, его собственный запах накрыл меня с головой, его слова ввели меня в транс, и я не сразу поняла, что он стоял сзади и держал меня за талию, крепко прижимаясь ко мне бедрами, - Но я смотрю на эти ноги и вспоминаю, как прекрасно они смотрелись вокруг моей талии там, в туалете ночного клуба. Ты была пьяная, и такая жаркая, внутри тебя разгорался огонь, готовый поглотить нас обоих. Поверь мне, я помню каждую секунду, что провел с тобой. Помню каждый твой взгляд. Твой каждый вздох и стон. Твой запах. Текила, лайм и твой парфюм. Мммм, Софи, - его дыхание касалось моего уха, колени подкашивались, а от этого шёпота мурашки пошли по всему телу. Это должно было прекратиться немедленно!

Он раз за разом оказывался со мной в одних и тех же местах, это все больше походило на преследование.

- Отойди от меня и больше никогда не смей ко мне прикасаться, то, чему я позволила произойти вчера, больше никогда не повторится! Никогда! - я убрала его руку со своей талии, и развернулась, чтобы заглянуть ему прямо в глаза.

Очень плохая идея.

- Я рада, что тебе понравилось мое маленькое шоу, потому что твое выступление было настолько слабоватым, что я даже не запомнила твоего имени. С этой секунды, ты для меня Парень Который Был Недостаточно Хорош, - выпалила я, во мне бушевал такой вулкан, которого хватило чтобы уничтожить ни одни Помпеи.

Мне было стыдно за то, какую сцену мы устроили прямо на кассе супермаркета. Такое поведение было просто не позволительно в общественных местах, я потеряла контроль над своими эмоциями. И все из-за него.

Еще секунда и я взорвусь.

- Ты не помнишь моего имени, потому что я его тебе никогда не называл. Все просто, - он довольно рассмеялся. - Когда сегодня будешь есть эти маффины, думай обо мне, потому что вчера, поверь мне, ты таяла в моих руках как шоколад, - добавил он. И этого было достаточно, чтобы моя челюсть упала на пол от его наглости.

- Чего ты хочешь от меня? - спросила я с вызовом.

- Я ничего не хочу от тебя, Софи. Я хочу тебя. И как только тебе хватит духу признать, что это чувство взаимно. Позвони мне, - тихо сказал он, выхватил мой телефон, который я нервно крутила в руке, и набрал свой номер.

- И передавай привет своему другу, - он довольно подмигнул мне, - И, между прочим, я был хорош. Очень хорош.

Кажется, прошла всего доля секунды, но его уже и след простыл. Он что только что сказал мне, что хочет меня, стоя на кассе в супермаркете, а потом как ни в чем не бывало, вручил мне свой номер? Он даже не сохранил его в контактах.

Пфффффф. Как будто я тут же начну ему названивать.

С моей сказкой явно было что-то не так.

Оказавшись дома с покупками, я первым делом выкинула остывший ужин, потому что аппетит мой окончательно пропал. Увалилась на диван и налила себе вина в самый большой в доме стакан, которого я звала Большой Луиджи. Большой Луиджи всегда все понимал и не задавал лишних вопросов, почти как Эдвард. Однако были вопросы, которые я собиралась задать себе сама.

С кем, черт возьми, и как я вчера оказалась в туалете ночного клуба?
Кто он? Как его зовут? Не могу же я его называть Мистер Сексуальный Шепот или Мой Личный Открыватель Дверей? Как он умудрялся постоянно, раз за разом, заставать меня врасплох?

Казалось, я открыла ящик Пандоры, из которого, один за другим, сыпались вопросы, ответов на которые у меня не было.

Мысли роились в моей голове в таком огромном количестве, что во мне начал нарастать огромный тяжелый ком, руки затряслись, и сердце сжалось от неизвестно откуда появившейся тревоги, я тяжело задышала.

- О нет, нет! Только не сейчас...

Это продолжалось несколько секунд, пока меня не накрыло волной всепоглощающего страха. Казалось, что сердце сейчас выскочит из груди. В комнате стало жарко как в жерле вулкана, что-то я стала часто думать о вулканах. Температура моего тела достигла грудусов двухста.

По Цельсию или Фаренгейту? По Фаренгейту. Градус. 451 градус по Фаренгейту. Бредберри. Вино из одуванчиков. Вино. Я пила вино.

Мои мысли все еще бешено носились по голове, словно запертые мыши в клетке. Все что мне нужно было сделать, это попробовать сосредоточиться на одном объекте, обрести контроль и остановить это сумасшествие. Перед глазами встал образ красивой черно-белой совы, которую я где-то видела. Я зацепилась за нее и начала глубоко дышать, вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох. Кажется, я возвращалась к жизни, по щекам у меня текли слезы, я поняла, что стою на коленях, облокотившись на диван. Вдох-выдох, вдох-выдох...

- Я помню каждый твой вздох и стон, - говорил мне он.

Википедия трактовала паническую атаку как необъяснимый, мучительный для больного, приступ тяжёлой тревоги, сопровождаемый страхом, в сочетании с различными вегетативными (соматическими) симптомами.

На самом деле все было намного, намного хуже. Подобно тому, как Деймон Сальваторе залез бы рукой вам в грудь и вырывал ещё бьющееся сердце. Вот моё правильное определение панической атаки.

На свете было лишь четыре человека, кто знал о моей маленькой проблеме. Я. Моя мама. Джейсон. И мой бывший психотерапевт, именно он научил меня правильно дышать и контролировать мои приступы. Прошло уже полгода, с того момента как мне в последний раз приходилось воспользоваться тем, чему он меня научил. Ни за что на свете я не собиралась рассказывать об этом маме, потому что она бы примчалась ко мне на помощь. И уже через полчаса, я бы сидела в гостиной у неё дома, попивала бы кофе с тортом, и выслушивала бы лекцию о том, что именно его квартира вызвала у меня приступ и чуть не убила её не единственную дочь.

А потом бы она засунула меня в психушку. Опять.

Ну, уж нет, только не сейчас, когда я начала все с чистого листа.

Именно поэтому я набрала номер своего лучшего друга, и уже через полчаса он стоял у меня на пороге. С виноватым взглядом и грустным лицом.

- Привет! - это было очень тихое и даже местами тоскливое приветствие. Он обнял меня, и погладил по голове, как маленькую девочку, нуждающуюся в сочувствии, и поцеловал нежно, почти по-отечески.

- Не смотри на меня так. Я в порядке. Сделать тебе чаю? У меня есть шоколадные маффины, - сказала я, я бы ни за что не призналась ему, но когда он пришел мне стало намного спокойнее.

- Я ненавижу то, что тебе приходится проходить через это. Тебе действительно, нельзя жить одной, Софи. Что если в следующий раз ты будешь ехать в лифте, или стоять на балконе, я даже не могу об этом думать спокойно... Я хочу быть рядом, я буду держать тебя за руку, гладить тебя по голове и молиться, чтоб это поскорее закончилось,- он потер свой лоб и нахмурился. - Пообещай мне, что ты хотя бы подумаешь о том, чтобы переехать ко мне.

Стоило уже сказать Джей-Джею, что молитвы в этом случае не помогают.

- Я не могу тебе этого пообещать, потому что этого не будет. И зачем скажи мне на милость, я пойду на балкон?- пошутила я. - Я не могу все время прятаться от своих проблем. Мне нужно научиться с ними справляться самой. Самой. И просто жить дальше, - не стоило мне звонить ему, сейчас он начнет изводить меня своими лекциями, а сам будет мучиться от чувства вины.

- Где? Здесь? Ты на самом деле собираешься жить в его квартире?

- Почему все так зациклились на этом, да это его квартира. Он оставил ее мне! И я собираюсь в ней жить! Он больше не сможет влиять на мои решения, потому что он, чёрт возьми, умер. Он умер! Я видела, как его размазало, словно паштет по французскому багету. Я видела, его мозги, кишки и, бог знает, что еще. Я бросала землю на его гроб, я похоронила его. Почему вы не можете сделать то же самое? - я сама не заметила, как перешла на крик.

Для одного дня было слишком много событий, и я просто дико устала. А еще я превращалась в чертову королеву драмы, а это не та роль, которую мне хотелось играть сегодня. Поэтому я отправилась в свою спальню, плюхнулась на кровать, не расстилая ее, и почти сразу же заснула.

Сквозь сон я слышала, как Джейсон лег рядом со мной, обнял меня и поцеловал в затылок.

- Спокойной ночи, Софи.

Мой день закончился так же как и начался, с объятий с моим лучшим другом.