Часть 12
Возвращались мы в тишине. Ректор успел попсиховать, Марта тут ему дала полную свободу и больше не останавливала его. Так что, эмоции Юнги выпустил, но все также ходил недовольным.
Завтрак и обед я пропустила, а вот на ужин еще успевала. Ректор же сказал, что меня проводит, дабы никто не сделал ничего лишнего. Все же, не каждый день здесь появляются студенты с хвостом.
С появлением в моей жизни хвостика я, видимо, уже смирилась. Он мне не мешал, чаще болтался где-то сзади и меня не беспокоил.
А вот ректор, видно, был еще на стадии отрицания, вот и шел насупившись, так и пыхтя, как ежик. Крылатый, зубастый ежик.
Но, до столовой мы не дошли. Юнги дернул меня за руку в пустую аудиторию и щелчком закрыл двери. Над нами опять появился еле видимый купол, опять полог тишины? Что-то у меня дежавю.
— Не смей никому говорить.
— А том, что вы теперь с рожками? Так уж и быть, не скажу.
Ох, зря. Вот, кто меня тянул за язык? Он только-только остудил пыл, а тут опять я и на больное место!
Ректор с такой силой припечатал меня к двери, что на макушке осталась вмятина, честное слово. Опять выставил руки на манер ловушки, так, что я не могла выбраться.
— Я так сильно похож на козу? — рыкнул ректор.
— Скорее на ...
— Только посмей сказать это.
— Козла.
И вот дернул меня черт договорить фразу. Он и так чуть ли не огнем дышит от злости, я еще и масла подливаю. Но, это видно какой-то отдельный вид мазохизма, доставать его в такие моменты.
Его зрачок опять превратился в тонкую вертикальную полоску, а на висках стали проявляться черные чешуйки, такие притягательные.
Интересно, а какие они на ощупь?
Рука сама потянулась, и я подушечками пальцев слегка провела по ним. Такие гладкие, а еще теплые, словно вторая кожа.
Мин тяжело задышал и слегка прикрыл глаза.
— Что же ты творишь со мной?
У меня такой же вопрос к вам, господин ректор. Запах мускуса опять бил по ноздрям, кружа голову.
Ректор опустил руки мне на талию и рывком притянул к себе. И если первым раз он целовал чувственно, то сейчас это был слишком «недетский» поцелуй.
В аудитории резко стало жарко, Мин напирал поцелуем, сжимая губами мои. И я пыталась отвечать, как могла, старалась изо всех сил, и судя по его тяжелому дыханию, а меня, вроде бы, даже получалось.
В какой-то момент его руки оказались на моих бедрах, он слишком сильно их сжал, от чего стон сам вырвался наружу. И он подловил меня.
Его язык блуждал в моем рту, так по-хозяйски себя там чувствовал. Руки изучали мое тело, каждый сантиметр горел от его прикосновений. Я сама не заметила, как ладошками прокралась под его рубашку. Такая мягкая кожа обтягивала стальной пресс.
Как же хочется посмотреть на него не через рубашку!
И только я подцепила верхнюю пуговицу, как связующий браслет на руке ректора замигал и послышался голос Сокжина.
— Наставник, у меня новости.
— Я занят, — его губы уже нашли мои ключицы.
— Это срочно. Касается Чон Хосока.
Браслет потух, вновь уходя в неактивное состояние.
— У него входит в привычку нас прерывать. — Юнги шумно выдохнул и отстранился. — Лин, отпусти меня.
—А?
Я стремительно начала приводить мысли в порядок. Это, знаете ли, очень сложно, особенно с таким мужчиной напротив, учитывая то, что он делал пару мгновений назад.
Видно от моего желания как можно сильнее прижаться к Юнги, мой мозг воспринял это желание настолько буквально, что хвост обвил его ногу, словно веревка. А кончик так невинно поглаживал его с внутренней стороны бедра, отчего ректор шумно вздохнул.
Я бы еще знала, как его убрать!
И вот как раз в этот момент ручка двери решила дернуться. И не один раз. Кто-то настойчиво ломился в аудиторию, где стояли я и ректор, обвитый моим же хвостом.
— Кто бы там ни был, откройте дверь! — судя по писклявому голосу, это был профессор Лун — Никто не имеет права закрываться в аудитории!
***
[Мин Юнги]
— Становись невидимой и убери, наконец, хвост.
—Я не могу, не получается.
Лин исчезла, единственное, что осталось напоминать о ней, обвитый вокруг моей ноги хвост.
Ну чтож, профессор Лун, я давно хотел с вами поговорить.
«Можно я откушу ему голову?»
Пока нет, Винрут, оставь старикашку.
***
[Лин Гейн]
Ректор щелкнул пальцами и встал в стою излюбленную позу. Среди студентов даже шутки ходили, в духе «наш ректор родился с руками в карманах».
— Что вы себе позво...— профессор Лун аж поперхнулся — Господин Мин?
Его удивление можно понять. Аудитории никогда не закрывали, так как многие студенты занимались здесь после основных занятий, да и в общей комнате общежития не было принято делать домашнее задание, там было негласное правило - всю учебу оставляем за дверью в общую комнату.
— Вы удивлены? — какой яд в голосе, профессор Мин, где ваши манеры.
Попробовала еще раз расслабиться, но хвост словно приклеили, он даже сильнее сжал ногу ректора, отчего тот невольно напрягся.
— Извините, господин Мин, не знал, что это вы закрылись. Разрешите полюбопытствовать, зачем?
Профессор Лун вел историю магии, и делал это настолько хорошо, что большая часть его студентов начинала засыпать, только зайдя в аудиторию. К слову, знал он все в мельчайших подробностях, поэтому и занимал место преподавателя в Академии.
Низкорослый мужчина, в возрасте, так как в его волосах уже была заметна седина. А еще очень нудный тип, к тому же очень тщеславный. Как же много тру-у-удов написал, как же много он зна-а-ает, да-да.
Мне бы валить отсюда надо, а не стоять истуканом. Вот и не придумала ничего лучше, чем распутывать хвост руками, а что еще делать?
— Обновлял чары в стенах, хотя я давал это поручение вам, если мне не изменяет память.
— Но-но, вы же знаете, что после нападения адепта у меня стало совсем плохо с душевным здоровьем,— профессор Лун аж заикаться стал из-за ледяного тона Юнги, хотя, что уж тут, мне и самой стало как-то не по себе.
— Кстати об этом, у вас есть неделя, чтобы собрать свои вещи. Я уже нашел другого профессора. Как ректор, я не могу допустить, чтобы студентам преподавал душевно больной. Я дам вам рекомендательное письмо, и поверьте, с ним вы найдете лучшее рабочее место.
А что за нападения такие? Надо бы потом спросить.
Зато хвост уже размотала, стоит наладить с ним контакт, а то привяжет меня куда-нибудь не туда.
— Как же так? Разве вы не можете мне дать пару недель отдыха? Я ведь не душевно больной, госпожа Сонир может это подтвердить.
— А как вы тогда объясните то, что мои личные охранные чары не нарушены в ваших покоях?
Профессор Лун аж позеленел и ,словно, уменьшился в размерах. Ректор давил сейчас не только взглядом и тоном голоса, но и самой аурой. Это было одновременно и пугающе, и невероятно. Он не сделал ни одного движения, но при этом буквально задавил профессора.
— Что же вы молчите? Я просканировал ваши покои несколько раз и никого постороннего в них не было. Захотели отдохнуть среди учебного года? Не трать мое время, Лун, чем быстрее уйдешь, тем лучше будет для твоей репутации.
— Да как вы смеете? Тыкаете мне, великому уму королевства! Да я буду жаловаться Императору!
— Рискни. А я ему поведаю, кто таскает домой казенные реактивы. Я думаю, Его Величество будет рад обнаружению утечки в имперской казне.
И если профессор Лун уже был зеленого цвета, то теперь он побелел так, словно из него выкачали всю кровь.
Профессор дал такого деру, что я даже немного позавидовала. Да у нас так старшие курсы не бегают!
— Что, Лин, интересно? Все, спектакль закончен, иди.
Ладно он просто вышел, но нет же! Мне для ускорения прилетел такой шлепок, что причинное место начало гореть.
Рогатая ящерица!