14 глава: "Исчезновение"
Открываю глаза с трудом. В горле пересохло так, что не могу дышать. На тумбочке вижу бутылку воды, хватаю её и с жадностью начинаю пить. Потом проглатываю таблетку, что так же лежит на тумбочке. Уталив жажду, смотрю на другую половину кровати и никого не замечаю. Звуки воды доносятся за дверью прямо. Где я нахожусь, чёрт возьми? Резко вода выключается, я кутаюсь в одеяло и понимаю, что только в трусах. Дверь открывается и вижу старшего Волкова в полотенце, обёрнутом вокруг бёдер. Снова проснулась у него? Ну и докатилась ты, Эмили.
– Доброе утро, – произносит он, ухмыляясь.
– Доброе. Неужели...
– Именно, Эмили. Поэтому больше не кури чужие сигареты.
– Ты меня винишь? – прикрикиваю я, сдвинув брови на переносице.
– Ну я тоже виноват, не смог удержаться, когда ты так на меня смотрела, – произнёс брюнет, прикусив нижнюю губу, словно ликуя от того, что получил желаемое.
В голове стали всплывать отрывки вчерашней ночи, но последнее, что я помнила – это как напилась после безуспешной попытки поцеловать Филиппа.
– "Это" произошло, когда ты меня пьяную принёс к себе?
– Твоё лицо надо было видеть, – усмехаясь, резко сказал Волков, и продолжил: – Не переживай, ничего между нами не было, хоть ты и пыталась. Я, когда тебя принёс в свою комнату, положил на кровать уснувшую, а ты проснулась, как и однажды, и устроила стриптиз целый, кстати, я так и не смог найти твой лифчик.
– Боже мой, – прошептала я, краснея от стыда.
– Ах, да! И храпишь ты, уже как сорокалетняя проститутка со стажем.
Ничего не говоря, я пошла к ванной, закутавшись в одеяло, но Волков наступил на него, и оно с лёгкостью упало на пол.
– Дурак, – крикнула я и закрыла дверь в ванную.
– Да что я там не видел, – последнее, что услышала я.
Зайдя в душевую кабинку я принялась искать гель, но нашла только мужской. Намыливая его на тело, я закусила нижнюю губу, понимая, что я успела натворить этой ночью. Мне впервые стало так страшно и я не представляла, что Филипп будет дальше делать. Может он продолжит стебаться или сделает вид, что я спокойно уснула, не устроив развратных танцев.
Выйдя из ванной, я не застала Филиппа в комнате, зато меня ждал завтрак на подносе, который стоял на тумбе возле кровати. Позавтракав, я высушила волосы, надела вчерашнюю одежду и тихонько выбралась из клуба.
***
Дома мамы не было, позвонив, я услышала обычное оправдание, что срочно вызвали на работу, хоть и выходной по закону. Потом попыталась дозвониться Консте, но её телефон по-прежнему выключен. В голову лезли самые ужасные мысли, но я старалась не нервничать. Весь день я делала уроки и смотрела какой-то американский сериал. Вечером мне пришло сообщение в чате от Филиппа. Он прислал мне фотографию моего бюстгальтера с сообщениями по типу: «Он тебе нужен? Я могу его оставить на память? Это теперь мой талисман?» Пылая от злости и стыда, я отбросила смартфон в сторону и продолжила просмотр сериала.
***
« 17 ноября.
Вторник казался испытанием на прочность нервов. Сначала опоздала, потом появился новый пост в блоге об Игнате, который гоняет по ночным дорогам Дубного на большой скорости, эти все комментарии учеников, случайно вылитое кофе какого-то ученика на меня, а потом ещё и бесконечные звонки мамы, которой звонила моя классная учительница и рассказала, что мои оценки стали ухудшаться. Кажется, я уже не выношу. Постов в блоге сплетен с каждой неделей, читателей больше, уже на улице узнают. Совсем немного и мама будет в курсе. В голове помимо учёбы ещё и старший Волков, который после моего субботнего игнора так и не писал больше. А ещё Констанция какая-то подозрительная последнее время. В школе не появились ни вчера, ни сегодня. Телефон отключила. В гимназии с каждым днём всё больше затрагивают тему балла в честь проводов осени. Надеюсь, я доживу до этого события.
Эмилия »
Закрываю дневник и поднимаюсь с лавочки на первом этаже, направляюсь к кабинету, но меня на половине пути останавливает Игнат.
– Надо поговорить, – говорит тихо он, киваю в ответ, и мы идём в ближайший пустой класс.
– Понимаю, Ига, что тебе неприятно, но это не моих рук дела. Тот блог делают от моего лица, но я даже доступа к нему не имею, – произношу я, как только закрываю дверь.
– Я догадался, Эмили, когда ты один раз с ярко-красным конвертом стояла вся напуганая, потом ещё раз. Пойми, я так хочу тебе помочь.
– Не лезь в это, пожалуйста. Ты не представляешь, что это за человек...
– Как и ты, – кивая, перебивает меня младший Волков.
– Да, но он или она даёт подсказки, и мы скоро выйдем на него, – говорю я, как можно увереннее.
– Мы? С кем ты ищешь анонима?
– Игнат, послушай меня, пожалуйста, это тебе не нужно.
– Стой, ты ищешь анонима с Филиппом. Я прав?
Я опустила голову и молчала, тогда Игнат кивнул головой, усмехнулся и вышел из кабинета.
Когда я зашла в класс после звонка, то увидела, что наша с Констой парта так и пустует. На все выходные мы потеряли контакт: она включила телефон, в социальные сети не заходила, даже фотки не публиковала, хоть это для неё "святое дело". Я уже сидела на своём месте, погрузившись в свои мысли и обдумывая, что стоит зайти к ней домой после школьных занятий, как мои размышления прервали, вошедшие в кабинет, трое мужчин и одна девушка, в лице которой я узнала свою мать.
– Здравствуйте, мы из полиции. Извините, что прерываем урок, но нам нужно допросить учеников, – произнёс Радион, напарник мамы.
– А в чём собственно дело? – поинтересовалась классная руководительница, напрягшись.
– Вчера к нам поступило заявление о пропаже Констанции Прониной от её родителей.
При услышанном у меня перехватило дух, и я прикрыла лицо рукой. Как это случилось?
– Мы имеем информацию, что последней её видела Эмилия Герасимова. Можно её? – сказал другой мужчина, на что учительница кивнула.
Я встала со своего места и подошла к следователям. Мама взяла меня за руку и прошептала, когда мы уже вышли из кабинета:
– Всё будет хорошо, не переживай.
Я закивала, но понимала, что это не так. Как всё может быть в порядке, когда твоя подруга пропала, а ты последняя, кто с ней общалась. Меня завели в пустой кабинет истории, посадили за парту. Из туманного и совсем сбитого состояния меня вывел спор мамы и Радиона за дверью:
– Я её буду допрашивать.
– Дина, давай я сам. Она всё таки твоя дочь, понимаешь? Может она не захочет рассказывать тебе всего, что было.
Потом дверь открылась и зашёл Радион. Мама и ещё один следователь остались снаружи.
– Мы уже в курсе, что вместо ночёвки у Констанции дома, вы пошли на открытие клуба "Дарк найт". Её дядя нам рассказал. К нашему несчастью, камеры ещё не установили внутри клуба, они только на центральном входе. Теперь расскажи нам, Эмили, что вы делали внутри, – сев напротив меня, произнёс Радион, как можно мягче.
– Можно всё рассказать? – испуганно спросила я.
– Желательно, но если...
– Нет, я расскажу, – перебив напарника матери, спокойнее сказала я и, глубоко вздохнув, начала: – Зашли значит в клуб мы с Констой, выпили немного и на танцпол. Потом она потянула меня в вип-зону. Там она предложила снова выпить, но мне хотелось танцевать. Она сказала, что будет ждать меня у барной стойки и, когда я туда пришла, после одного танца, то не нашла её. Позвонила, а она не взяла, ну и решила, что нашла себе парня какого-то и отправилась с ним развлекаться, хоть она и не такая девушка, но бывало рассказывала, что любит с парням флиртовать, когда выпьет. Ну и потом я только в два часа ночи звонила ей, а телефон уже выключен был. Хреново, что я её бросила.
– Не вини себя, Эмили, это сейчас не поможет. Во сколько приблизительно вы с ней разошлись в вип-зоне?
– Может в начале десятого, я не знаю.
– Ладно, тогда скажи, пожалуйста, замечала ли ты странное поведение подруги последние дни или может что-то особенное с ней случалось? Наркотики употребляла при тебе?
– Она... она траву только курит. Конста сама мне этого не говорила, пока я в её сумке не увидела однажды. А поведение у неё обычное было. Хотя... За день до похода в клуб она была немного не собрана в школе, а когда я спросила в чём причина, то она сказала, что чепуха и не стоит обращать внимание. Ну я и... Чёрт, а может ей угрожали? – говорила я, чувствуя неконтролируемый поток слёз.
– Ответить мне на последний вопрос и будешь свободна. Кто может подтвердить твоё алиби на ночь с пятницы на субботу?
Я немного замялась, но понимала, что если ничего не скажу, то меня начнут подозревать.
– Филипп Волков. Только не говори маме, пожалуйста. Я ночевала у него, ибо мне нельзя было домой, а Констанции не было на чём ехать или же идти, да и тем более я полностью была уверена, что она там с парнем каким-нибудь.
– Вы с ним давно знакомы?
– Мы дружим.
– Ладно, спасибо. Можешь идти.
Когда я вышла в коридор, то мама позвала меня и, отведя в сторону, рассерженно начала говорить:
– Ты понимаешь, что случилось? Мало того, что соврала мне, так ещё и была в опасности. Будем надеяться, что Констанция жива.
– Жива-а? Мам-а, если бы я осталась с ней, то... То... – задыхаясь от слёз, шетпала я.
– Ну-ну, милая, не надо. Мы сделаем с парнями всё, что в наших силах.
После ещё небольшой беседы, мы пошли в туалет, где я умылась, и потом пошла на уроки. Мама хотела меня забрать, но я отказалась. Хоть учёба и не сильно помогает отвлечься от всех этих мыслей, но это лучше, чем лежать дома и думать только о том, что с твоей подругой.
Как всегда, в локере меня ждал ярко-красный конверт от анонима:
« Люди отступают, но вместо пути назад их может ждать пропасть. Осторожнее и ты, Эмили!
P. S.: скоро будет мега-развязка нашей драмы ;) »
Я ловко превращаю красивый лист бумаги в комок и закидываю в свою сумку. Вместо того, чтобы идти в столовую, я сижу на лавочке на первом этаже и пишу в личный дневник:
« 17 ноября.
Я боюсь этого анонима и думаю, что он/она вполне мог(-ла) бы что-то сделать с Констой или может быть её украли дилеры, которым она задолжала, ну или ещё что-то из-за наркотиков. А может быть она просто сбежала с парнем своей мечты из города? Это пожалуй самая безобидная версия.
До скорого.
Твоя Эмилия »