Say my name

Подпевая американской певице Полине и её хиту «Книге любви», я наносила на лицо макияж в своей ванной комнате. Моё платье ярко-красного цвета и длинны миди, украшенное вверху воланом из органзы и без бретелек, отлично сидело на мне, безупречно сочитаясь с клатчем и туфлями на небольшом каблуке. Когда я почти закончила, то в комнату постучала тётя Лиля:
– Эмили, машина уже подъехала.
– Уже иду.
Конечно же Динара не могла не отправить водителя из специальной службы, который довезёт меня до школы.

***
– Шикарно выглядишь, – произнесла появившаяся из неоткуда Ева.
– Ты тоже, – улыбнувшись, сказала я.
– Натали пока не подошла. Не против, если я с тобой побуду?
– Без проблем, а ты не видела Тори? – спросила я, рассматривая окружающих.
– Она спустится в зал после своей речи, которую вначале произнесёт. Традиция просто.
Мы ещё немного поболтали прежде, чем меня за плечи схватила Виктория, которая подлетела к нам.
– Привет, девочки. Боже, Эми, я тебя всё жду и жду. Пойдём! Поможешь мне, – сказала она на одном дыхании.
– Ты чего такая заторможеная? – спросила я, когда мы вышли из актового зала.
– Не поверишь, но я дико волнуюсь в этот раз. Даже не знаю почему, – произнесла кареглазая, входя со мной в женский туалет.
Она приподняла своё длинное платье и достала флягу, которая была прикреплена к левому чулку.
– Что это?
– Эм, не говори, что не пила спиртного ещё.
– Тори, я пробывала, но может тебе не стоит сейчас?
Не послушав меня, подруга сделала глоток и прикрыла рот рукой. Она протянула мне флягу, но я замотала головой, а потом вспомнила, что вечер только начинается и нужно будет много чего пережить, то просто схватила железную ёмкость и сделала хороший глоток.
– Фу, коньяк? – морщась от горечи, спросила я.
– Не, бурбон, – ответила Виктория, засмеявшись.
Я подхватила её смех и мы, как дуры, начали смеяться на всю уборную.
Глупо бы прозвучало сейчас, но, кажется, я нашла своего человека. Мы общаемся пару дней, а такое чувство, что знакомы вечность.
После всех речей, поздравлений, зажигательных танцев я осушила сотый стакан пунша. Виктория отправилась танцевать с другом какого-то её знакомого, который закончил гимназию в прошлом году. Я просто стояла, одной рукой державшись за стену, а второй за голову, которая жутко начала болеть.
– Надеюсь, ты не собираешься терять сознание? – поинтересовался мужской голос возле меня.
Я обернулась и увидела Игната, который ухмыляясь, наблюдал за мной.
– Не знаю пока, а ты что-то хотел?
– Пригласить на танец, – услышав предложение молодого человека, я невольно замерла и уставилась на него.
– Если ты конечно сможешь удивить, то давай, – я подошла к нему, и мы направились на танцпол, где уже начала играть медленная песня.
– Мы так и не знакомы лично. Игнат, – произнёс кареглазый, кружась со мной в танце.
– Эмили.
– Ты удивлена, что я тебя пригласил? Так вот! Забей. Я обычный парень, как и все. Просто на меня повесили ярлык "красавца и мажора из богатой семьи", но я вовсе не такой, – искренне говорил Игнат, вызывая на моём лице улыбку.
– Хорошо, поняла, но я вижу, что в своё окружение вы не всех берёте.
– Только тех, кто относится к нам, как к обычным подросткам и не разводит сплетни за спиной.
Остаток танца мы двигались молча в ритм музыки. Я думала о своих новых друзьях, а о мыслях Игната я даже понятия не имею.
На выходе из актового зала меня встретила Тори, которая подняла пару раз брови, и потом, взяв меня под руку, без слов двинулась к выходу из здания.
– Я не буду комментировать.
– Не подумай...
– Не напрягайся. Вы неплохо вместе смотритесь, – искренне сказала Виктория и улыбнулась. – Подвезти? Я со старшим братом, как раз познакомитесь, – спросила она.
– Не надо, меня мама ждёт, – ответила я, обернувшись в поисках машины.
Спустя пару секунд мой телефон завибрировал и на экране высветилось сообщение от Динары:
« Задерживаюсь на работе. Если что, то подожди меня возле школы. »
– А знаешь, Тори, поехали. Дина не освободилась ещё, – взглянув на подругу, сказала я.
– Ты называешь маму по имени?
– Ну да, я с ней 16 лет не жила, а в моей жизни она года 3 назад появилась, – ответила я на вопрос, садясь на задние сидение джипа.
– Фил, это Эмили. Эм, мой старший брат - Филипп, – произнеся, Тори включила свет и, увидев лицо парня, мои глаза округлились.
Я не могла ошибиться! Это старший Волков, мой новый "друг". Кто же он на самом деле? Что ему нужно от меня? И во что он меня втянул?
Вопрос накопилось много, но я пришла в себя, когда он произнёс:
– Ничего так у тебя подружка новая, – хмыкнув, он завёл мотор.
– Эй, Фил, будь приличным, плиз, – сказала Тори, хлопнув брата по плечу.
Я решила, что лучше помолчу пока и напишу сообщение маме.
– Эми, ты же завтра придёшь? – спросила кареглазая, когда я отложила смартфон.
– Конечно, на два, – произнесла я и посмотрела в окно, понимая, что мы едим вовсе не ко мне домой.
– Филипп, я живу в другом районе.
– Чёрт, – выругался он, понимая, что попал в неловкое положение.
Потом я продиктовала свой адрес и мы с Тори болтали об учёбе, пока меня не привезли к дому.
– Спасибо, что подбросили. До завтра, – сказала я, выходя из салона.
Виктория отпустила стекло и, выглянув, чмокнула меня в щёку, и я не по своей воле встретилась с хитрым взглядом Филиппа, который будто намекал, что у нас с ним есть что-то такое, что другим неизвестно.

***
Я спускаюсь по ступенькам с улыбкой до ушей, Динара, увидев меня, поднимает брови от удивления и спрашивает:
– Ты так пойдёшь?
Я стою в белоснежном топе, поверх джинсовка, внизу джинсы и белые кроссовки, а ещё толстая цепочка золотого цвета и бейсболка под цвет топа.
– Есть претензии? – спрашиваю я, строя дуру из себя.
– Не издевайся! Почему ты не в красивом платье или комбинезоне, как я? Что это за уличный стиль?
– Дина, мы с Тори договорились, что будем так одеты, и переодеваться я не собираюсь, – произнеся, я направилась к выходу, оставив матерь прибывать в шоковом состоянии от сказанного мною.
Ехали мы молча. Динара вела машину и даже не смотрела на меня. Видно я ей конкретно не угодила или расстроила её.
Лицо Сары и мэра нужно было заснять на память. Они стоят себе при параде возле входа, а тут я и мама заходим. Будто по сигналу, спускается Тори по лестнице в похожем наряде, и челюсти Волковых готовы с землёй соприкаснуться от увиденного. Да, для этих людей стиль – это одно из главных в жизни.
На наши удивления с кареглазой нас только окинули недобрыми взглядами.
Динара общалась с Волковыми, а мы плелись сзади. Пройдя в комнату с большим столом, где, как я думаю, обедает семья, я заметила Филиппа и Игната, которые пылко спорили о чём-то. Они оба подняли глаза на Сару, когда она их назвала по именам.
– Мальчики, это наши гости. Динару вы знаете, а вот её дочь, – она указала на меня, и я помахала рукой. – Эмилия, если не в курсе.
На меня сразу направились два взгляда: устрашающий и добрый. Думаю, понятно кому какой принадлежит?
Потом подошла их самая младшая сестра, ей 8 лет, по имени Варя, которой очень понравилась моя цепь, и я дала девочке её поносить.
После сытного обеда Тори и Варя пошли показывать мне дом.
– Слушай, я понимаю тебя на счёт матери, – вдруг произнесла Виктория, когда мы пришли в комнату младшей Волковой, и та показывала мне игрушки. – Обо мне мама мало заботилась, больше Игу и свою дизайнерскую работу любила. Мы тогда ещё в Италии жили несколько лет. Филу было 10 лет, в школе и репетиторах был постоянно, мне и Иге по 4 года. Хотя... Я и сама к папе больше рвалась, а он в то время работал в Калининградской области на должности какой-то, да так, что выходных не было у него. Спасибо, что хоть звонил мне и мы болтали с ним или песни мне на ночь пел, а мама ничего не делала. Я её, как мать не чувствовала, увы.
– А когда вы вернулись в Россию? – поинтересовалась, когда подруга сделала паузу.
– Мы в Италии три года жили, пока папе в Дубный не предложили перебраться на постоянное место жительства. Вот он нас и забрал сюда. Кстати, в России мама тоже не сильно заботилась обо мне, больше няня всё делала. А вот когда я выросла, то она осознала свои ошибки и решила исправить... Не на мне конечно, а на Варе, – проговорив последние слова, Тори принялась вытирать глаза заполненные слезами.
Увидев состояние подруги, я готова была тоже заплакать, но вместо этого просто крепко обняла её и принялась гладить по голове.
Когда нервы успокоились, то мы отправились в домашнюю библиотеку на третьем этаже. Варя пошла с нами, хоть ей и нужно было ложиться спать уже.
– Можешь взять что-то почитать, – произнесла Виктория, взяв засыпающую сестру на руки. – Я её отнесу в кровать и уложу, а ты тут посмотри.
– Хорошо.
Я смотрю книгу за книгой. Они все очень старые и ценные. Не верится, что могу взять почитать одну.
– Полка со скучными книгами, – прошептал голос рядом.
Развернувшись, я выронила книгу из рук, испугавшись насколько близко стоял старший Волков. В секунду он держал книгу в своих руках и поставил её на полку.
– Идём.
Я, будто под гипнозом, двинулась за ним. Мы прошли в глубь стелажей, и Филипп, указав рукой на полку, подошёл ко мне впритык и прошептал на ухо, немного склонившись:
– Найди в комнате Динары книгу в красном переплёте, там будет жёлтая бумага, сфотографируй её и покажешь мне.
Я помотала головой и прошептала, приподнявшись на носочки, потому как парень немного выше меня :
– Сначала ответы.
– Сегодня в два часа ночи я буду ждать тебя в начале твоей улицы с фотографией и тогда будут ответы. Идёт? – подмигнув, задал вопрос Волков немного устрашающим голосом.
– Да, – твердо произнесла я, стараясь не повышать голос.
– Эмили! Ты где? – раздался голос Тори где-то у входа в библиотеку.
Я развернулась и пошла к ней, а Волков пошёл в другую сторону.

***
– Тебе понравился день? – спросила Динара, когда мы зашли в дом.
– Конечно, – ответила я, неся пакеты с продуктами на кухню. – А где тётя Лиля?
– Я её ещё утром отпустила, – зайдя вслед за мной, произнесла мама.
Потом я отправилась в свою комнату и переоделась в домашнюю одежду. Я открыла книгу Маркуса Зузака "Книжный вор", которую Тори разрешила мне взять на пару дней, и принялась читать.
Стук в дверь отвлёк меня от чтения 20-ой страницы.
– Да, – произнесла я.
– Эми, я хотела узнать как ты себя чувствуешь, – произнесла мама, зайдя в комнату.
– Нормально, а ты? Можешь садиться, кстати, не стой у двери.
– Я очень переживала твоим категорическим поведением сегодня. Послушай, дорогая, если бы ты за завтраком сказала, что не хочешь одевать в платье, то пожалуйста! Я не могу тебе указывать, но ты так со мной поступила, будто я тиран. Давай ты в следующий раз будешь мягче? Мне и правда бывало тяжело тебя понимать, но я пытаюсь изо всех сил, – закончив, Дина глубоко вздохнула.
Я минуту молчала, а потом обняла её и прошептала, что в другой раз не буду грубой. Мы немного поболтали, и мама отправилась в ванную. Ну а я потихоньку пробралась в её комнату, посмотрела в шкафу, потом в тумбе и нашла книгу, на одной странице был вложен жёлтый лист, на котором было написано «договор», я сфотографировала его, положила на место и аккуратно ушла в свою комнату, прислушиваясь к звукам воды в ванной комнате.