Не хочешь встретиться?
Ты лежала на кровати, и страх медленной лавой разливался по телу, сковывая каждую мышцу. Давящее внимание Кашина, холодный и незнакомый город, ядовитые высказывания Братишкина — всё это сплелось в один тугой узел где-то под рёбрами. Ты готова была захлебнуться этой тревогой, как вдруг резкий звук уведомления пронзил тишину.
Ты разблокировала телефон. Чат с Кашиным. Всего три слова, от которых похолодели кончики пальцев:
«Не хочешь встретиться?»
Руки задрожали. Сердце, секунду назад бывшее тяжёлым камнем, вдруг сорвалось с места, бешено заколотившись где-то в горле.
— С какой целью? — ответила ты, и даже сама удивилась грубоватой нотке в своём сообщении.
«Мне нравится твой онлайн. Смотрел твои видосы у себя на стриме — идут на ура. Посчитал, что совместный стрим будет выгоден нам обоим. Чисто коммерция, ничего больше».
«Чисто коммерция. Ничего больше».
Ты перечитывала эту строчку снова и снова, и с каждым разом странное щемящее чувство в груди сменялось горьковатым облегчением.
«Может, оно и к лучшему...»
— Да, хорошая идея. Давай встретимся, обсудим.
«Встречаемся в ресторане «Кристалл». Завтра, 18:00. Не опаздывай, у меня помимо этого ещё дела».
— Слишком ты важный, Кашин, — проворчала ты. — «Дела у него». Между прочим, это ты меня зовёшь, а не я.
Отправив сообщение, ты вышла из сети, отбросила телефон.
— Раздражает он меня... Уже начинаю сомневаться, что стрим с ним — хорошая идея.
Взрыв.
Новость о том, что Кашин появился на твоём стриме и швырнул донат в десять тысяч, с быстротой лесного пожара разнеслась по всем пабликам. Обсуждения, шипперы, коллажи, эдиты... Фанфики о ваших «отношениях» появились раньше, чем ты успела понять, что вообще происходит.
— Боже... Какой бред, — ты закрыла глаза. — Даже часа не прошло... Они уже всё расфорсили. Ну что поделать — это интернет.
Ты укуталась в одеяло с головой, пытаясь заглушить навязчивый шум в голове и за окном. Тревожные мысли медленно уступили место тяжёлому, беспокойному сну.
Следующий день. Встреча.
17:57. Ты заходишь в «Кристалл» и видишь его. Он уже сидит за столиком с видом человека, который владеет миром.
— Ого, надо же, не опоздала, — его голос звучит сладковато-ядовито.
— Ахаха, и тебе привет. Ну что, когда хочешь провести стрим?
— Да погоди ты с формальностями! Для начала — шикарно выглядишь! — он подмигивает, и его ухмылка вызывает у тебя желание то ли засмеяться, то ли швырнуть в него бокалом.
— Спасибо. Но стрим-то когда? — твой голос ледяной.
Кашин делает вид, что не заметил твоего тона.
— Можем провести 25 марта. То есть через два дня. У меня как раз окно. Ты свободна?
— Да, без проблем. Под мой график тоже подходит.
— Ну и отлично!
После заказа ты решаешься на вопрос, который гложет тебя с самого утра:
— Слушай, ты пригласил меня в довольно людное место... Не боишься, что между нами заподозрят отношения?
Он откладывает вилку, его взгляд становится пристальным, игривым.
— А может, я хочу, чтобы они так думали?
Слова повисают в воздухе, и ты не можешь найти им объяснения.
— Что ты сказал, извини?!
— Что если я хочу, чтобы все думали, что мы вместе? — он пожимает плечами, словно говорит о погоде. — Отличный пиар. Или ты чего... боишься гнева Вовочки?
Фраза вонзается в самое сердце, остро и безжалостно. В глазах темнеет.
— Знаешь, я думала, что ты строишь межличностные отношения не только на выгоде. И даже с этим я бы могла смириться. Но этот комментарий был лишним. Ужин окончен. Всего хорошего!
Ты вскакиваешь, хватаешь сумочку и идешь к выходу, не видя ничего перед собой. Но он настигает тебя у дверей, мягко, но настойчиво хватая за руку.
— Извини. Я не хотел обидеть. Не думал, что тебя всё ещё трогает эта тема. — В его голосе впервые нет и тени насмешки. Звучит... искренне? — Давай вернёмся. Поужинаем. Обещаю, больше ничего такого не скажу.
Он не отпускает твою руку, а вторую кладёт тебе на плечо. Ты поднимаешь на него глаза, в которых, к собственному ужасу, стоят слёзы.
— Хорошо... Пойдём.
Остаток вечера проходит на удивление... прекрасно. Вы едите, болтаете о пустяках, смеётесь. Кашин больше не кажется противным зазнайкой. Когда приносят счёт, ты тщедушно пытаешься найти кошелёк.
— Я оплачу, — он уже достаёт карту.
— Спасибо, не стоило. Я и сама в состоянии.
— Да ладно, мелочь!
На улице ты достаёшь телефон, но он останавливает тебя:
— Если есть желание, могу тебя отвезти.
Он стоит, расплывшись в своей фирменной ухмылке, но теперь в ней есть что-то... тёплое.
— Ладно, давай. Но я соглашаюсь только потому, что у меня 2% на телефоне!
— Да-да-да, не оправдывайся. Так и скажи — хочешь провести со мной больше времени.
В машине вы едете в тишине, но она уже не кажется неловкой. Он подъезжает точно к твоему подъезду.
— Спасибо... — ты запинаешься, чувствуя внезапную робость.
— Не за что. До встречи на стриме.
— До встречи.
Машина уезжает в ту же секунду. Ты стоишь и смотришь ей вслед.
«Он что... нравится мне? Да быть того не может. Бред...»
В машине у Дани.
«Интересно, не думает ли она, что нравится мне?»
Мысль проносится в голове, как удар тока.
«Так она же мне не нравится...»
Пауза. Глубокий вдох.
«...или нравится?»
Он метался в потоке собственных мыслей, словно в клетке. Почему он так спонтанно решил, что хочет стрим именно с ней? Может, дело не в стриме? Может, он просто хочет видеть её рядом?
«Я знаю её всего ничего. Но без неё уже как-то... пусто».
Эта мысль пугала его больше всего. Он пытался загнать себя в привычные рамки цинизма.
«Ладно, всё это бред. Тем более, я не создан для отношений. А уж медийных — и подавно».
Но Даня чувствовал — он обманывает сам себя. В Милене было что-то хрупкое, но в то же время несломленное. Какая-то искренность, которую он давно растерял. И это волновало его. Он боялся, что у него могут появиться чувства.
Но бояться было уже нечего.
Они уже появились.