связанные

Все ребята обнялись крепко, словно пытались удержать друг друга и себя от полного разрушения.

Воздух был тяжёлым, наполненным горем и тишиной, нарушаемой лишь лёгким шелестом листьев и тихим плачем птиц.

Казалось, что солнце погасло вместе с Ангелиной, и мир потерял краски — всё вокруг было тусклым, бледным, словно без неё жизнь не могла быть прежней.

Каждый шаг к кладбищу отдавался в груди тяжёлым эхом.

Сердца колотились от боли и бессилия.

Джинни держала Блейза за руку, их пальцы сплетались, но силы уже почти не оставалось.

Гермиона тихо шмыгала носом, прижавшись к Драко, который сдерживал слёзы, но его глаза блестели от внутренней пустоты.

Пенси сжимала кулаки, её тело дрожало, а дыхание прерывисто срывалось.

Гарри шёл чуть позади, следя за всеми, пытаясь хотя бы внешне держать себя в руках.

Когда они подошли к гробу, время будто замедлилось.

Белое одеяние Ангелины блестело под серым светом, волосы аккуратно уложены, лицо — спокойно, почти безмятежно.

Казалось, что она спит, а не ушла навсегда.

Ветер играл с лепестками цветов, которые друзья приносили в знак прощания, словно сам мир плакал вместе с ними.

Они каждый положили свои маленькие дары в гроб: письма, сувениры, памятные вещи — всё, что связывало их с ней.

Джинни едва могла говорить, шептала её имя, обнимая Блейза так, будто это могло вернуть Ангелину.

Гермиона тихо прижалась к Драко, обе задыхались от слёз.

Тео упал на колени перед гробом, голова склонилась к холодной крышке, пальцы сжимали землю, словно хотел ощутить хотя бы материальный контакт с ней.

Их сердца были разбиты, но в этой бездне боли они чувствовали друг друга — поддержку, любовь, которую Ангелина оставила в их жизнях.

И хоть физически её уже не было рядом, её свет, её смех, её забота продолжали жить в каждом из них, навсегда оставляя отпечаток в душе.

После похорон блок казался пустым и тихим, словно сама тишина пропиталась утратой.

На пороге их встретила камендантка, женщина с усталыми глазами и мягкой улыбкой, которая пыталась скрыть собственную грусть.

Она подошла к каждому, пожала руки и тихо сказала:

— Мне очень жаль… Я знаю, как вы её любили.

Слова проникли прямо в сердце, но их утешение было холодным и слабым.

Вернувшись в блок, Тео молча прошел в свою комнату.

Он опустил голову, каждое движение давалось с усилием.

Через несколько минут он вышел с чемоданами, плечи его были напряжены, взгляд — потухший и пустой.

— Эй, чувак, ты куда? — Блейз вскакивал с дивана, сердито нахмурившись.

— Простите, ребята… — голос Тео дрожал. — Я не могу здесь оставаться. Тут всё напоминает о ней… Я не могу.

Драко, стоя рядом, сжал кулаки, взгляд был тяжёлым, почти каменным.

— Я согласен с Тео, — сказал он тихо, но твёрдо. — Тут слишком много воспоминаний с ней, куда ни посмотри…

Пенси, стоя чуть поодаль, опустила глаза, сжимая руки в кулаках, словно пыталась удержать себя от слёз.

— Да… жить в этих стенах будет трудно, — тихо подтвердила она, голос дрожал.

Блейз резко вскочил, его лицо пылало эмоциями, глаза блестели от слёз и гнева.

— Вы серьёзно думаете, что Ангелина хотела бы, чтобы мы так просто разбежались после её ухода?! — вскрикнул он, голос дрожал, а руки он сжал в кулаки. — Чтобы мы бросили всё, что строили все эти годы?! Она хотела бы, чтобы мы шли дальше. Чтобы мы были сильными, как она! А вы хотите просто разрушить всё?!

Внезапная тишина повисла в комнате.

Джинни подошла к Блейзу, обняла его, чувствуя всю тяжесть его слов и боль в собственном сердце.

Он крепко сжал её в объятиях, словно передавая силу, собранную в себе, чтобы она тоже держалась.

Вздохи, тихие всхлипы, шум одежды и медленные шаги — всё смешалось в тусклом свете блока.

И в этот момент каждый из них понял: хотя Ангелины больше нет, они должны идти дальше, сохранив её память живой в своих сердцах.

Но, несмотря на все обещания держаться вместе, блок постепенно опустел.

Первым всё же уехал Тео, тяжело сжимая кулаки и стараясь не оглядываться на пустые коридоры.

Спустя время за ним последовал Драко, забрав с собой Гермиону, оставив лишь эхо шагов и воспоминания в комнатах.

Собрав всю волю в кулак, Пенси тоже уехала домой, решив разорвать отношения с Гарри — ведь расстояние и горечь потери делали любые отношения невозможными.

Гарри, разбитый, не удержался и на следующий день отправился домой, оставив пустоту, которая ощущалась почти физически.В блоке остались только двое — Джинни и Блейз.

Они были единственными, кто не хотел покидать этот уголок, который стал для них домом, наполненным воспоминаниями о Ангелине, смехом и горечью утраты.

Но и им пришлось принять неизбежное: Блейз, тяжело вздохнув, взял Джинни за руку и увез её к себе, чтобы хоть как-то сохранить связь и тепло того места, которое они называли домом.