Глава 7
Спустя полчаса Дженнифер сидела в тёплом салоне, радуясь, что дядя успел приехать до окончания фильма и ей не пришлось пересекаться с друзьями. Сообщение им она написала уже сидя в машине, двигающейся в сторону Форкса. Сказала, что почувствовала себя нехорошо, поэтому уехала на такси. Извинилась, что не предупредила об уходе и, ответив на все вопросы о своём самочувствии, а после в очередной раз попросив прощения за своё внезапное исчезновение, она наконец погасила экран телефона, поворачиваясь к окну. Тело за эти тридцать минут промёрзло настолько, что она не стала снимать куртку, втягивая шею в плечи и носом утопая в толстом воротнике, хотя печка работала на всю.
Дэйв не спрашивал её о том, что произошло, почему она ушла раньше с фильма и ждала его в одиночестве на улице, а не в здании. Она в любом случае ответит уклончиво, всё равно не выдавая сути, так что смысла во всех допросах не было. Если у неё действительно что-то случилось, она наверняка захочет сама переварить всю ситуацию, а он будет готов выслушать, когда ей это понадобится. Он всегда был её тихим, незримым защитником, появляющимся в те моменты, когда действительно был ей необходим. Это можно было назвать чем-то вроде их личного знака. Во времена проблемного аврала, каких-то конфликтов или просто плохого настроения, они никогда не просили о помощи, только о совместном проведении вечера за просмотром какого-нибудь фильма и поеданием пиццы. Это был сигнал бедствия, их собственной беспомощности. Однако подобное помогало им понимать друг друга без лишних слов и, не пересекая чужих границ, совсем невесомо находиться рядом, обдавая чувством защищённости, понимания. Как бы сложно им ни было говорить о своих переживаниях, оба знали наверняка — они не одиноки. И пока одно плечо касалось другого, мягко освещённое экраном телевизора, им всегда было куда вернуться.
Именно поэтому Дэйв никогда не лез в её дела, ни о чём насильно не расспрашивал. У неё были проблемы с социальной частью жизни, но с тем, что касалось внутренних переживаний, планов на будущее, да даже обычных назойливых мыслей перед сном, она была самостоятельной, даже куда более, чем он сам. Он знал: Дженни всегда сможет найти подход к собственному сердцу, и это было самым главным. Пока она могла жить в гармонии с собой, с полным пониманием своих желаний, всё было в порядке. Человек, нужный самому себе, готовый оставаться с собой один на один и не боящийся этого, никогда не будет одинок. Ведь в конце концов, у него сохранялось самое главное в его жизни – он сам. Единственный, кто будет с ним и в радости, и в печали, на этой земле и за её гранью, в поднебесной реальности.
— Бабушка ещё не спит? — завела диалог Джен, решая разбавить эту слишком затхлую обстановку, и расстегнула куртку, наконец почувствовав, что начала согреваться, аккуратно сгибая пальцы, вновь получившие возможность двигаться.
— Ещё спрашиваешь. Как она сможет уснуть, если тебя нет дома? — улыбнулся Дэйв, мельком оглядывая племянницу, снова приобретающую вид человека, не желающего сигануть с крыши.
— А говоришь, что мне вечеринок не хватает, — подхватила улыбку девушка. — Как бы вы жили, если бы я целыми днями пропадала на гулянках с друзьями, а по ночам торчала в клубах?
— Спали в промежутках, когда бы ты приходила домой поесть, — ответил мужчина, поворачивая руль и объезжая кочку на дороге – верный признак того, что они почти были дома.
— Видишь, как вам со мной повезло, — Дженнифер вновь уставилась в темноту за окном, разглядывая чёрный лес, практически не различимый в густой завесе мрака. — Позволяю вам высыпаться.
— И не говори. Просто идеальный пример подростка! Тебя только корми, интернет оплачивай, да книги покупай. Чем не выгода?
— Вот. Так что больше и не думай о том, чтобы жаловаться на мою замкнутость.
— Даже крохотной мысли об этом не допущу.
Джип заехал на территорию их просторного двухэтажного дома, плавно тормозя возле белых ворот, сейчас отливающих желтизной от яркого огня фар и одинокого фонарного столба. Дом же, почти не достающий до полоски освещения, казался серым. Совсем как настроение Дженни.
Стоило заглушить машину и избавить пространство от основного источника света, как всё вокруг погрузилось в черноту. До этого дружелюбный фасад теперь казался мрачным и пугающим. Однако на фоне густого леса, проглатывающего их пристанище своими кронами, строение не вызывало такого дикого холода, прокатывающегося по спине, колющего под рёбрами. Словно что-то живое наблюдало за ней из теней, сотканной паутины мрака.
Дженнифер обернулась, цепляясь взглядом за единственный колышущийся куст, сквозь который яркой вспышкой, словно кошачьи глаза, мелькнуло что-то неясное. Может, животное? Их тут всяко неслыханное количество водится. Всё-таки такая глушь, ничего удивительного. Вот только странный озноб всё не отпускал, прожигая её совсем маленькую на фоне непроходимой чащи фигуру. Должно быть, она просто устала. Нужно поскорее лечь в кровать и хорошенько выспаться, отгоняя это дурное наваждение. А завтра, того и гляди, жизнь вновь наладится, сама собой рассеивая проблемы, уничтожая вопросы, вообще-то совершенно не требующие ответов.
***
Джейкоб оказался дома в начале десятого. Его дико лихорадило: голова шла кругом, в ушах звенело, тело обливалось потом. Он не мог контролировать свои действия и, в целом, думать. Руки тряслись, кожа буквально обжигала этой странной горячкой. Блэк метался из стороны в сторону, не в состоянии найти себе места. Пугало и то, каким взглядом его окинул отец, когда он, всем своим весом опираясь о косяк, чтобы не упасть, появился на пороге. Родитель почти сразу же покинул дом, зачем-то направляясь за Сэмом, перед этим дав наставление не покидать территорию их жилища до его возвращения.
Но, несмотря на серьёзный голос, его взгляд скользил по лицу сына беспокойно. Он смотрел так, словно понимал гораздо больше, чем сам Джейк, словно сочувствовал ему. Слишком жалостливо, обречённо. Это давило ещё сильнее. Заставляло подниматься что-то внутри. Что-то животное. Дикое. Тело будто бы разрывало на части. Он старался дышать глубоко, медленно, но это лишь усугубляло ситуацию. В груди что-то росло. Что-то жаркое, яростное, по-настоящему волчье. Оно царапало изнутри, рвало, билось о рёбра, требуя выйти.
В носу рябил тот самый запах полевых цветов и леса. Он проходил прямо по дыхательным путям, оседал в лёгких, и парню казалось, что ещё немного, и он просто задохнётся в этом аромате.
Комната сужалась. Сдавливала. Дышать становилось невозможно, и он вылетел на улицу, в последней попытке сделать вдох. Но организм не слушался, заставляя кашлять, захлёбываться, без возможности наполнить лёгкие кислородом.
Когда резкий хруст пронзил воздух, разум окончательно дал сбой, похоже, отключаясь совсем. Глаза застилала пелена дикой боли, тысячей зазубренных лезвий врезающейся под кожу. Кости трещали по швам, неестественно перекатывались под мышцами, принимая новую форму. Блэк и не заметил, когда всю поверхность тела успела покрыть густая, коричневая шерсть, мягко стелящаяся по рукам и ногам. Он метался по земле в яростной агонии, совершенно не соображая. Хотелось одного: умереть. Умереть и больше не чувствовать, как кости буквально ползут в стороны, треща и скрипя друг об друга, не слышать, как натягивается кожа, чуть не рвущаяся под напором атомной войны из своих же органов. Он был готов собственноручно перерезать себе глотку, заливая кровью стены дома и густую траву под ним, только бы прекратить эту пытку.
Боль отступила так же внезапно, как и началась. Он неподвижно лежал на земле, боясь раскрыть глаза. Слух улавливал малейшее движение в округе, передавая любой свист и шаг с разных концов чащобы. Запахи леса и деревни квилетов расщеплялись на частицы, проникая глубоко под кожу, заставляя чувствовать всё в разы ярче, чем было на самом деле. Разве может человеческое тело так отчётливо воспринимать мир?
Было тихо. Так тихо, что Джейкоб не мог не допустить мысли о том, жив ли он вообще. Не умер ли в тех адских болевых конвульсиях, пачкая одежду в дорожной пыли и переламывая кости. Рецепторы обоняния улавливали лёгкий, еле ощутимый полевой шлейф, последние несколько часов не оставлявший его ни на минуту. Его словно ударили по голове. Он вдруг резко распахнул глаза, вскакивая на ноги, оказавшиеся четырьмя массивными волчьими лапами, и, не соображая абсолютно, понёсся вслед за запахом, где-то на периферии сознания слыша грозный голос Сэма, похоже, пытающийся остановить его. Вот только сейчас ему совершенно не было дела ни до своей внезапной сущности, ни до этого необъяснимого обращения в животное, ни тем более до Адли, отчаянно кричащего его уже удалившемуся вглубь чащи силуэту угрозы и наставления.
В голове, неоновой вывеской, мелькала лишь одна мысль: найти обладателя этого чертовски дурманящего аромата. И он был не вправе проигнорировать приказ внутреннего волка.
***
Успокоение так и не пришло. Как, впрочем, и хороший сон. Дженнифер целую ночь провозилась в кровати, то и дело возвращаясь к сцене в кинотеатре, в которой ей «посчастливилось» принять участие. Она всеми силами пыталась убедить себя, что не стоит принимать произошедшее настолько близко к сердцу, изматывая себя этим нескончаемым потоком переживаний и недостатком сна. В конце концов, она не сделала ничего плохого и ни в чём перед Джейком не была повинна, так что последнее, что сейчас было нужно, это волноваться о собственной возможной ошибке. Она не ясновидящая, чтобы читать его мысли и узнавать о его желаниях, чувствуя, когда ей стоит затевать с ним диалог, а когда обходить стороной. Значит, и извиняться ей было не за что.
Неплохим вариантом, из всех возможных, что сейчас крутились в сознании, было просто забыть о том инциденте и при встрече даже не заикаться о случившемся. Было и было. Нечего искать виноватых. Вот только обида тяжёлой горечью давила на лёгкие, оседала на дне желудка, скручивая органы. Дженни действительно не понимала, что сделала не так, и ей очень хотелось это выяснить, да только тот суровый взгляд и грубый голос, которыми квилет одарил её тогда, до сих пор вызывали ком в горле.
Они не были друзьями, она не входила в близкий круг его знакомых, а значит, в том, чтобы пытаться что-то исправлять и искать поводы завести с ним очередной диалог, смысла не было. Девушка уже попыталась сделать первый шаг, и вот во что всё это вылилось. Предпринимать какие-то попытки теперь у неё желания не возникало, да и, если честно, просто было страшно. И почему-то стыдно. Сейчас ей меньше всего хотелось бы пересекаться с Джейком, ведь это означало лицом к лицу столкнуться со всеми своими ожиданиями и суровой реальностью, а она не была готова нести ответственность, обычно либо прячась от проблем, либо решая их с помощью смс, но никак не с глазу на глаз.
Всё воскресенье она проходила в тревожном ожидании, думая о том, что ближайшее время определённо будет стараться избегать квилета, если тот вдруг решит почтить их школьный двор своим присутствием, в очередной раз приезжая увидеться с Беллой. Для неё это было единственной возможностью держать хоть под каким-то контролем панику, усмиряя тревожную часть своей личности.
Однако вечер ошпарил очередной порцией беспокойства, когда бабушка, решившая именно сегодня заняться удалением сорняков на огороде позади дома, попросила открыть дверь индейцам, завезшим им рыбу и лесные ягоды, которые девушка уже успела мысленно проклясть.
Дженнифер напряглась, окостеневшими ногами ступая на лестницу. Сердце грохотало в ушах, дыхание сбилось, по спине скользили влажные дорожки пота, впитывающиеся в резинку домашних шорт. Нет. Она не готова увидеть Джейкоба так скоро. Только не сегодня. Не когда она всё ещё находилась во власти вчерашних чувств, а в памяти были свежи полные ярости глаза Блэка. Сейчас ею правили обида и цепкое ощущение неприязни со стороны парня. Она была уверена, что не сможет вымолвить и слова, не сможет отстоять честь, предъявив весомые аргументы в свою защиту. Она просто опустит голову, молча принимая любое изречение, и очень повезёт, если горло не задушит слёзный ком, мешая свободно вздохнуть.
Каждая ступенька била по голове отсчётом неотвратимых минут её смертного приговора. Жутким набатом отводила последние мгновения. Дженни ощутила разряд, встав на мягкий ковёр в прихожей босыми ногами и медленно положив ладонь на ручку входной двери. Провернув замок, она щёлкнула затвором, и дверь распахнулась, сквозь щель пропуская внутрь жёлтый свет уличного фонаря и пасмурность холодного ноябрьского вечера.
На пороге стояли две мужские фигуры, в одной из которых блондинка узнала Эмбри Колла. Второй парень был ей незнаком, но, если быть честной, они все казались ей максимально похожими друг на друга, так что девушка даже не была уверена, что первого квилета угадала правильно. Впрочем, сомнения развеялись сами собой, когда он заговорил.
— Привет, одуванчик, — Эмбри улыбнулся, оголяя свои белоснежные клыки. — Как поживаешь?
— Привет, — Джен мягко растянула губы в ответ, мысленно выдыхая, ведь Джейка поблизости не оказалось. — Всё отлично, постепенно вливаюсь в местную среду и… Одуванчик?
— Ага, — парень довольно закивал. — Ну, знаешь, одуванчик ведь в конце цветения становится белым. Считай это метафорой своей бледности.
Девушка приподняла уголок губ в лёгкой полуулыбке, принимая такое необычное прозвище. Обычно излишнее внимание к её светлоте заставляло чувствовать себя неправильной, бракованной. Зачастую люди выделяли цвет её волос и кожи не в попытке сделать комплимент, особенно учитывая то, что жила она в жарком Фресно, где каждый второй был загорелым, с ровным медовым кожным оттенком. А она, как снег в начале мая, слишком отчётливо выбивалась из всей этой группы, совершенно не подходящая, отодвинутая на второй план, как сломанная вещь.
Однако она прекрасно понимала, что Эмбри не пытается задеть её. Он не был виноват в наличии у блондинки этой кучи загонов, мешающих жить полноценно, так что не нёс ответственности за то, как она может воспринять его слова, в которые он вкладывал совсем иной смысл. Ему, похоже, это казалось милым.
— Буду знать, — Дженнифер перевела взгляд на стоящего рядом парня, который всё это время молчал, с хитрым прищуром поглядывая в сторону друга.
— А, это Джаред, — Колл кивнул на индейца, который в эту же секунду протянул блондинке свою ладонь.
— Дженнифер, — Эванз ответила на рукопожатие, отмечая про себя, насколько же действительно светлой она была по сравнению с кожей Кэмерона.
— Рад познакомиться, — парень ухмыльнулся. — А то эти двое уже все уши о тебе прожужжали. Наконец хоть лично увидел, отчего у них такой переполох. Особенно у второго из них.
Блондинка чуть нахмурилась, неловко улыбаясь и совершенно не понимая, что Джаред вообще имеет в виду.
— Не слушай этого болвана, — отмахнулся от слов друга Эмбри, уколов его в бок локтем. — Держи вот лучше.
Парень протянул пакет с двумя большими горбушами и брусникой, из которой бабушка частенько варила варенье и морс.
— Спасибо, — Джен взяла сумку, отставляя её в коридор. — Сколько мы вам должны?
— Должны? — спросил квилет, наклоняя голову в бок.
— Ну, вы ведь не благотворительностью занимаетесь.
— Не беспокойся об этом. Твоя бабушка заранее за всё заплатила, — они с Джаредом странно переглянулись, но Дженни предпочла на этом не зацикливаться. Всяко у них в племени имелись свои заморочки и правила, так что не было смысла влезать в их взаимоотношения. Только вот как это касалось Мэгги? — Она нехило помогает нашему племени, так что мы, можно сказать, в долгу у неё. Не бери в голову.
Блондинка кивнула, хотя в голову прокралось странное предчувствие. Эти их загадочные переглядки отчего-то тревожно колыхали внутреннее ощущение и так зародившегося беспокойства. Словно должно было что-то произойти. И она не могла точно сказать, хорошее или плохое. Словно она медленно, но верно подступалась к чему-то важному. К чему-то такому, что наверняка перевернёт её мир с ног на голову.
— Ладно, мы пойдём, — начал Джаред.
— Не будем отвлекать, — парни двинулись в сторону машины, стоящей позади них. — Передавай бабушке привет.
— Конечно, ещё раз спасибо, — крикнула вдогонку Дженни, ступая босой ногой на крыльцо.
Ребята залезли в машину, усаживаясь каждый на своё место, и, прежде чем тронуться, Эмбри бросил в ответ короткое: «Увидимся», и помахал рукой.
Дженнифер ещё какое-то время смотрела индейцам вслед, а после, захватив пакет, пошла на кухню, запихивая привезённое добро в холодильник. Крикнув бабушке о том, что квилеты ушли, а рыбу и ягоды она отправила замораживаться, Джен наконец смогла вернуться обратно в свою комнату, под защиту привычных вещей и стопок новых книг, которые до этого она расставляла по местам.
***
На парковке сегодня было до невозможного шумно. Эванз хотелось поскорее оказаться за её пределами, да только Кортни, идущая слишком медленно и рассказывающая ей концовку фильма, с которого сама блондинка сбежала, изрядно замедляла темп, заставляя их волочиться за толпой одноклассников и выезжающими на дорогу машинами.
Но не только шум был причиной её желания убраться с парковки подальше. Дженнифер до тревожной боли в животе боялась столкнуться с Джейкобом, которого, к счастью, пока что видно не было.
Они с Кортни без приключений, если не считать парня, который чуть не сшиб Джен, заставляя её отшатнуться и наступить чистыми кроссовками в глубокую лужу, добрались до остановки. Автобус не заставил себя долго ждать, так что блондинка с большой радостью запрыгнула внутрь, не обращая внимания на хлюпающую в обуви воду, и, оплатив проезд, села на свободное место, наконец вставляя наушники и расслабляясь под привычные мелодии. Что ж, сегодня удача была на её стороне. Хотя вряд ли кто-то из окружающих сказал бы так же, глядя на полностью промокшую ткань кроссовок.
К слову, такое везение даже казалось странным, ведь последние несколько дней все в школе только и говорили о нападающих в лесу медведях и уехавших из города Калленах. Дженни думала, что теперь Джейкоб как можно чаще будет ошиваться рядом с Беллой, видя в их расставании с Эдвардом свой шанс стать ей кем-то большим, чем просто другом. Но, видимо, она ошиблась. А может, Блэк просто слёг дома с температурой и гриппом, симптомы которого его накрыли ещё в кинотеатре. Тогда становилось ясно, почему он всё свободное время не проводит рядом со Свон. Как бы то ни было, Эванз была рада, что сегодня с Джейкобом судьба развела их по разные стороны баррикад, не позволяя встретиться.
Однако, какого же было её удивление, когда то же самое повторилось и на следующий день.
И через три дня.
И через неделю.
Джейк не появлялся. Белла вела себя странно, передвигаясь по школе потерянной тенью и, кажется, пытаясь что-то осмыслить. Не то чтобы Дженнифер следила за ней, просто частенько обращала внимание, опасаясь, что в один момент рядом с ней появится высокий, загорелый парень. Джен была из тех, кто готовился к бою заранее, стараясь предугадать любой исход. Она представляла ситуации, которые вообще-то вряд ли могли произойти в реальной жизни, но ей было спокойнее знать, что для любого итога любой ситуации у неё уже есть готовый, расписанный по мелочам план, который она сотни раз переживала в своей голове, чтобы убедиться, что учла всё необходимое.
Впрочем, сейчас, когда прошло почти две недели с их последней встречи с квилетом, её немного отпустило, а волнение и жгучая тревога в груди наконец поулеглись, позволяя ей вдохнуть немного кислорода и поднять голову хоть на пару сантиметров выше, выныривая из множества страхов и собственных догадок.
И, как оказалось, зря.
На парковке, рядом с уже ставшим привычным фольксвагеном, собственной персоной высился Джейкоб Блэк. И как же наивно было полагать, что приехал он к одной девушке, которая уже десять минут назад на своём красном пикапе отъехала от школы по направлению к дому. О чём Джен, к своему огромному сожалению и разрастающейся в желудке панике, не знала, опуская голову и стараясь слиться с толпой в последней надежде остаться незамеченной.
Мне было невероятно сложно под всей этой ношей постоянной тревоги и попыток контролировать всё и вся, но даже так я день за днём открывала глаза и каждую секунду своего существования боролась. Я хотела немного внимания, но прятала уязвимость за масками, ступая в шаг одиночеству со своими большими чувствами. Я всегда притворялась сильной и смеялась так громко, чтобы перебить звук трескающегося по швам сердца. Но сейчас я доверяю тебе себя. И отчаянно молю: «Пожалуйста, не сломай».
P.s: посвящение Джейкоба в оборотни прошло успешно 🫡 Не знаю, удалось ли мне в полной мере описать этот процесс, но да ладно. В любом случае, когда фанфик будет полностью завершён (а это, я думаю, произойдёт не скоро), я буду всё перепроверять и исправлять. А теперь к небольшим новостям!
Изначально я планировала писать работу, максимально приближенную к реальному времени года. И думала, что успею в фанфике подвести события к Рождеству, как раз под наши праздники. Однако, боюсь, я не успею этого сделать. В связи с этим предлагаю вам идею выпустить небольшое новогоднее дополнение к данной истории со всеми имеющимися персонажами. Дополнение никак не будет зависеть от основного сюжета, оно будет существовать само по себе, просто для поднятия праздничного настроения. Мне кажется, в преддверии Нового года и Рождества всем нам хочется чего-то простого и лампового, без переживаний и эмоциональных качелей. Можете написать в комментариях, как вам такая идея и стоит ли мне выпускать что-то подобное.
С основным фанфиком сейчас могут возникать задержки, так как я (впервые в своей жизни, не знаю, с какой такой радости) решила принять участие в писательском конкурсе. Так что сейчас я занята и подготовкой к Новому году, и остатками учёбы, и всякой писаниной. Но будем стараться не пропадать и усиленно работать до завершения этого года✊
Всем спасибо за прочтение главы 🌿🐺 Всех люблю🩵