Четыре жизни, одна судьба. [ЗАМОРОЖЕН]

День пролетел незаметно. Заморозки и лёгкий морозец остались в прошлом: ночью была первая в месяце метель. Яростная и бешеная, такая страшная, что нос на улицу высунул бы только псих. Как ни странно, но Чаре это даже нравилось. Хаос был чем - то прекрасен по - своему, так, каким не может быть та же роза или звёзды. Это порядок. А иногда хотелось беспорядка.

Папс ее не мог понять, никогда и ни за что. Как можно любоваться хаосом? Невозможно. Возмутительно! Хаос -- это неправильно и никогда таким не было. Если бы все было в беспорядке, то не было бы их, не было бы мира и его устройства, создающегося и по сей день. Да и потом, это только те причины, которые мог понять Папс. А ведь были ещё и те, по которым решали боги. Уж они - то, всемогущие и всезнающие, точно знали что за чем следует и что будет, если не свершится того - то и не будет чего - то.

А Санс... Это было просто завораживающе. И все. Не больше, не меньше. Не оторвать глаза, нопри этом одолевают какие - то странные мысли. Как там папа? А Фриск? И город вообще? Превратился он в пустынный лабиринт? Или же осталось все как прежде, просто большая часть жителей исчезла будто их там и не было? И сразу вспоминались родители Чары. Иногда он задавал себе вопрос: кому из них больнее? Чаре или братьям? Они потеряли близкого человека навсегда, а второму угрожает неизвестный недуг и не знаешь встретишься ли ты когда - нибудь с ним ещё. А шатенка не потеряла родителей, но ей и волноваться вдвое больше. Их мать уже мертва и ее дух уже на небе, с ним уже не может чего - либо случиться. Волноваться больше не нужно. А вот Чара... Ещё и это путешествие. Куда они едут? Спасутся ли? Поможет ли это? Умрет ли болезнь в изолированном городе или же проберется за границы? А тогда что? Представить страшно.

Их комната была условно поделена на две части: одна их и двух других человек. Они уже успели познакомиться и переброситься парой любезностей из чистой вежливости и больше не разговаривали между собой.

Вечер проходил в относительной тишине. За окном выла вьюга, половицы то и дело скрипели половицы под ногами жильцов.

В семье Вингдингсов было с давних времён заведён такой обычай: с раннего детства приучать детей к книгам. К любым, будь то сказки или же учебное пособие. Несомненно других занятий было предостаточно, да и фантазии у братьев не занимать, но книги -- это книги. Это кладезь знаний и мудрости, это мысли человека, который уже мог умереть более ста лет назад, это нечто новое, что - то такое, чего раньше ты не слышал. Каждая книжка будет отличаться от другой. Но что ещё более важно, это то, как человек ее воспринимает в разных возрастах. Сегодня им по двенадцать лет и в головах у них бушует ветер, им приключения подавай. А спустя лет тридцать они будут намного более спокойными и рассудительными людьми и книга им покажется иной своей гранью.

Оперевшись на спину друг друга, как на спинки стульев, они читали при свете свечи. Она тускло горела во мраке комнаты и тени на стенах сливались, разъединялись и принимали другие формы. На второй половине комнаты соседи уже давно видели десятый сон.

-- Ладно, Санс, я спать. Спокойной ночи. -- младший брат не отставал и в который раз широко зевал. Глаза сами закрывались и ему казалось, он мог и так уснуть -- сидя.

-- Ладно, я тогда тоже. -- старший кивнул и положил обе книжки на полку над их кроватью. Папирус потушил свечу и в комнате воцарилась тьма. -- Спокойной ночи.

Братья легли вплотную друг к другу, чтобы сохранить тепло и укрылись одеялом. Ха окном продолжала валить метель. Завтра будет не пройти, придется разбирать завалы снега. Это будет тяжёлый день. Но зато можно будет строить снежные крепости и играть в "войнушку", лепить снеговиков. Будет сначала трудно, но потом весело. Это хорошо. Очень хорошо. Санс и Папс могли вспомнить много весёлых зим, холодных, морозных, когда старый Дед¹ щелкает всех по носу и дует в щеки, от чего те яростно краснеют будто от стыда. Когда они бывало зарывались в снег, а потом болели простудой и вместе валялись в кроватях. Но это было очень весело: бегать, носиться и просто сходить с ума вместе с соседскими ребятами.

На заре сознания всплыло лицо женщины. Прекрасной, улыбчивый, доброй, с лёгким румянцем на щеках от морозца с улицы и яркими, глубокими карими глазами, блещущими заботой и любовью. "Мама..." -- подумали мальчишки. Самая дорогая для них женщина на всем белом свете. Та, которую нельзя не любить. Та, которую они помнили всегда в темных тонах. Та, которая вызывала у них предательские слезы непомерной любви и скорби.

-- Папс! Это прекрасно! Я так тобой горжусь! -- теплый, тихий голос с отдаленным эхом отозвался в голове.

-- Мама!

Это лишь сладкие грёзы. Но с привкусом горечи. Мальчишки слабо улыбались во сне воплощению своей матери. Завтра они проснутся и поймут, что это очередной сон. Они каждый вечер желают друг другу спокойной ночи, хоть и знают, что завтра утром они не захотят просыпаться. Что завтра на них нахлынет понимание, что мама умерла несколько месяцев назад, что папа остался в городе и что они уже два месяца путешествуют в бегстве от того, что убило их мать. От этого им захочется плакать. Горько и громко, навзрыд, как маленькие детишки, совершенно не сдерживаясь и никого не стесняясь.

Но пока они спят. И не знают ничего этого. Пусть им снятся добрые и счастливые сны. Этого бы хотела их мама. Она бы хотела, чтобы они никогда не плакали, никогда не почувствовали боли и страха, чтобы они были рады жизни. А не готовы с ней покончить.

1.Санс и Папс могли вспомнить много весёлых зим, холодных, морозных, когда старый Дед¹ щелкает всех по носу и дует в щеки, от чего те яростно краснеют будто от стыда. -- Аналог нашего Деда Мороза, только зовут Холодей.
2.Может она даже им скажет об этом... Во сне. В сладких, детских грёзах². -- Их мать стала призраком. Слышали такое выражение "он смотрит на тебя с небес" про умерших? Да, она так же смотрит на них. Но кроме того она может приходить к ним во сне.

Я мелкая, сопливая девчонка, которая любит стекло и слезы. И это та же девочка, которая говорила, что любит "CHANS" за их "реалистичность", а "FRANS" ненавидит из - за его "розовых соплей". 😐😐😐

Не знаю, но почему - то мне кажется, что слезы -- это самое искреннее проявление чувств. Плачут от горя, радости, бессилия, ярости и страха. 🤔🤔🤔Короч, не знаю, но я попыталась передать в этой главе живость персонажей. Что они тоже люди и более того дети. Дети, которые пережили большую потерю и им трудно адаптироваться под жестокий мир.

...

Этот фанфик официально заморожен. Я писала об этом просьбу совета и в итоге подумала, сделала так. Я писала тогда об этом? О том, почему я это делаю? Ладно, пофиг. Это потому что я хочу поднабраться опыта в плане письма. А ещё потому что я поняла, что длинные продолжительные истории явно не мое. А ещё я уже сама не знаю, что здесь за херня творится. Это какой - то беспредел. Я долго об этом думала, но все время отметала эту мысль. Сейчас у меня просто совесть чуть не потерпела сердечный приступ. Когда я немного выучусь побольше, продолжу его.

Это не значит, что на аккаунте будет запустение. У меня есть пара миников. Ага, тех которых давно уже не было. На примете у меня их там целых три штуки. Но к сожалению они пока не готовы, но их редакция не в застое. Наоборот эти идеи мне очень нравятся.

Кстати. Я не знаю, как это работает здесь, на ватпаде, но может мне взять кого - нибудь в соавторы? Думаю, тогда бы процесс пошел бы быстрее. Но сразу вспоминаю истории многих разработчиков игр(в лице Тоби Фокса(Undertale) и InnerSloth(Among us)): новые сотрудники не всегда куча пользы, зачастую это куча проблем. Не знаю что и думать. Очень надеюсь на ваше слово.

До следующих глав?