Глава 9. Ненависть.
После проверки измученных солдат отправляют штаб, дабы те отдохнули и подготовились к завтрашнему походу в кабинет Смита, для решения дальнейшей судьбы двух бедолаг.
Мэри чувствовала себя лишней в этой комнате. Она сидела на кровати, смотря в окно, пока Криста что-то оживленно рассказывала Микасе, на что та просто кивала. В этой суете, Хадсен задумалась о своем, не слыша как ее зовёт Ленц. Блондинка подошла и коснулась плеча девушки. Рыжую словно током ошпарило, и она откинула руку соседки со своего плеча, вскакивая с кровати.
- Ты чего? - испуганно спросила Криста, смотря на Хадсен.
- Зачем ты меня трогаешь? - с не менее испуганным лицом воскликнула рыжая, потирая место, куда девушка коснулась.
- А что такого то? - удивилась Микаса.
- Ничего.. Просто не надо меня трогать. - обрубила девушек рыжая и вышла из комнаты.
Нет. Она не хочет жить с соседями. Ей нужно спокойствие и одиночество.
***
Девушка гуляла по заднему двору до ужина. Удивительно, что в это время на улице нет ни души. Оно и к лучшему, что никто не будет устраивать допросы и поднимать шум.
Главный вопрос донимает Хадсен. Где же ей искать ответы на свои вопросы? В каком месте ей нужно найти истину, в стенах развед.корпуса?
В дневнике ничего об этом не сказано, да и в последнее время ей как то нездоровиться... Не может ли это быть влияние той сыворотки?
Что за сила в ней скрывается? Зачем дед вколол ей эту сыворотку? Была ли у него какая нибудь цель?
Это так запутанно, что начинает кружиться голова. И рассказать она это никому не может, даже Гарету, это слишком личное. Ей невыносимо находиться в такой толпе людей, все шумят, веселятся.
А ей не до веселья.
Спустившись в столовую, она взяла поднос с ужином, и села за самый дальний стол, в уголок.
За столом у окна сидела веселая компания парней, и среди них мелькала макушка Олкорта. Хадсен изредка поглядывала в ту сторону, смотря на его улыбку.
Она думала, что является грузом и обузой для парня, но это не так. Гарет очень привязался к ней, и если бы ему пришлось выбирать между ней и или кем либо еще, он бы в любом случае выбрал её. После того злощастного дня, когда он нашел ее в подворотне, избитую, истощенную и морально опустошенную - он не может ее просто так оставить.
***
- Гарет, я хочу переселиться в другую комнату. - высказалась Мэри, когда они с Гаретом сидели на лавочке возле выхода на задний двор. - Мои соседки очень активные и одна из них уж очень приставучая.
- Хахах, я то думал ты раскрепостишься и заведешь друзей... - улыбнулся брюнет, но сразу поник головой. - Похоже, твоя травма очень глубока.
- Ты не представляешь насколько. - рыжая невольно обхватила себя руками и потерла плечи. Из-за синяков и шрамов от укусов ей приходилось носить кофты с длинным рукавом и горлом. - Помню всё, будто это было вчера.
- Прошло всего лишь полтора года, слишком мало, чтобы забыть это. - растрепал свои черные волосы парень, запрокидывая голову назад.
Его радует уже то, что она начала больше говорить. А то все кивает да молчит, кивает да молчит.
- Гарет... Капитан подозревает нас. - вырвалось у рыжей.
- Неудивительно. После того случая нас и на километр не должны подпускать, однако нас даже приняли в свои ряды. - закивал парень головой, что-то обдумывая. - Да, кстати... Откуда начнем поиски?
- Какие еще поиски? - возле двери послышался тихий, очень отчетливый голос капитана. Брюнет и рыжая обернулись, встречаясь с подозрением, таящимся в глазах Аккермана.
- Эм... Поисках? Да, мы тут кое какую вещь потеряли... Найти хотим. - начал очень быстро соображать Олкорт, чтобы придумать что-то более правдоподобное.
Леви смерил обоих взглядом, конечно, не поверив в эту чепуху. Но виду не показал, дабы они не проявляли осторожность, при общении с ним.
- Надо свои вещи при себе держать. - коротко бросил он, и зашел в штаб.
***
Эрвин Смит спокойно сидел в своем кабинете, пил чай, читая какие-то бумаги, как вдруг дверь без стука распахивается и в помещение заходит Леви.
- Я говорил, они крысы. Их нужно срочно ликвидировать. - затараторил Аккерман, упираясь руками в стол начальника.
- Крысы? Ты уверен? - невозмутимо поднял бровь Смит, переводя взгляд на подчиненного.
- Они собрались что-то искать, да и поведение их довольно подозрительное. - рассуждал брюнет, садясь в кресло. - Я уверен, они здесь что-то разнюхивают. Особенно девчонка.
- Я не могу быть настолько в этом уверен. Поэтому.. Проследи за Хадсен. Найдешь что-нибудь подозрительное, сообщи. - отдал приказ Смит, и вернулся к прочтению бумаг, пока капитан собирал в кучу мысли.
- Я в няньки не нанимался. - огрызнулся Леви.
- Тебе приказано проследить, а не поняньчить. Свободен. - неожиданно грубо ответил Эрвин, на что Аккерман фыркнул и покинул кабинет начальника.
***
- Командир Смит, я прошу выделить мне отдельную комнату. - Хадсен стояла в кабинете перед начальником, прося о собственной комнате. Ее напрягало нахождение в спальне двух соседок, одна из которых уж очень надоедливая.
- По каким причинам? - невозмутимо спросил Смит.
- По личным. - тихо ответила рыжая, опуская глаза в пол.
В кресле у стены сидел Аккерман, пристально продигающий взглядом девушку, и ей было не по себе.
- Это можно устроить. На втором этаже есть комната лейтенанта Гарока, который погиб в последней вылазке. Можешь жить там. - он достал из ящика стола ключ, и протянул Мэри. Она заприметила, что в верхнем ящике стола много ключей, и запомнила это. Может пригодиться. - Леви, проводи.
Капитан с фырком поднялся, сдунув челку с лица, и пршел к выходу не сказав ни слова. Хадсен последовала его примеру, и, отдав честь Смиту, пошла за Леви.
***
- Тьфу, гадость какая. Здесь уже два месяца никто не убирал. - возмутился Аккерман, открывая дверь, откуда сразу пахнуло пылью. - Чтобы убралась здесь, ненавижу грязь.
Леви недовольно оглядел комнату, распахивая окно, впуская свежий воздух.
- И еще кое-что. - грозно предупредил он, подходя к девушке, и наклоняясь к ее лицу. - Только попробуй сделать лишнее телодвижение: прикончу на месте.
Хадсен не стала увиливать, и уж тем более, отводить взгляд. Она с вызовом взглянула в серые глаза брюнета, в которых так и читалось желание избавиться от надоедливых мух, которые только мешают его работе. В ее же глазах горел неподдельный огонек ненависти ко всему роду мужскому. Гарет - исключение. Она проклинала тот день, когда ее дед сделал ей этот укол, тем самым обрекая ее на мучения в будущем. Она ненавидела своего "дядю" и того мужчину, что изнасиловал ее самым жестоким образом, и из-за которых ей пришлось пережить то, что называют Адом...
- Я не позволю и пальцем тронуть ни меня, ни Гарета... - почти прошипела Мэри, сжимая кулаки, и опуская голову.
Аккерман терпеть не мог такой наглости, и схватил девушку за руку:
- Да что ты себе позволяешь?!
Продолжение следует...