Залетел в прошлей жизни а рожать кажется буду в этой

В горле сухо, так сухо, что почти больно, дым забивается в лёгкие, заставляет закашляться. Разлепляю тяжёлые веки, резко вскакиваю с кровати и с ужасом смотрю на языки пламени, окружившие меня со всех сторон. Дикий ужас на секунду обездвиживает, но инстинкт самосохранения берёт своё, и я срываюсь с места, бегу к двери.

Так жарко... Дым разъедает глаза и горло саднит. Прикрываю рот и нос рукой, стараюсь выбраться, но слышу жуткий треск и грохот где-то наверху, а в следующий миг отключаюсь от ужасной боли во всём теле.
Огонь... Кажется, что он во мне, что я сливаюсь с ним. Я хочу кричать, я так хочу кричать, но не могу. Только хрипы срываются с моих губ. Снова теряю сознание, а потом снова прихожу в себя. Так мучительно долго тянется время...

Миг, и время будто останавливается, а я уже не чувствую боли. Только что-то липкое, неприятное застилает глаза, и я не дышу. Так легко, так хорошо, будто... сон!

Через силу набираю в лёгкие колючего воздуха и кричу.
Изо всех сил, до боли в лёгких, до хрипоты, и это помогает. Я просыпаюсь, в горле появляется ком, а глаза наполняются слезами, мелкая дрожь бьёт тело.

Чувствую на щеках холодные ладони, и вижу волнение в карих глазах напротив. Из моих собственных широко распахнутых глаз текут слёзы.

Господи, каждый раз мне становится всё труднее и труднее проснуться. Я боюсь, что однажды не проснусь, что умру по-настоящему.

- Ал! Эй, Ал! Смотри на меня! Это сон, всего лишь сон, - он притянул меня к себе и, покачивая, как маленького ребёнка, легонько поглаживал по спине. - Я с тобой, я рядом. Ну, не плачь.

Я не знаю, сколько мы так просидели, но я и вправду успокоился, только изредка всхлипывал.

- Ал, останься со мной, - прошептал он. - Ник не может быть беременным от меня. Я не провёл с ним ни одной течки. Да, мы переспали, но всего лишь один раз, и то, это было до встречи с тобой.

Я напрягся.

- Зачем ты рассказываешь мне об этом?

- Я просто не хочу тебя потерять, - Джой прижимает меня к себе ещё крепче, а у меня кружится голова от его запаха и спирает дыхание. Если бы Джой только знал, как действует на меня...

- Зачем я тебе, Джой? - отстраняюсь от тёплого тела, смотря прямо в глаза.

- А ты ещё не понял? - криво усмехается, и нежно, почти невесомо касается губами моих губ.

В душе зарождается какое-то странное чувство, по телу проходит дрожь, внизу живота странное тепло. Это настолько волшебно, что я теряюсь. Голова отчаянно отказывается мыслить, а сердце желает вылететь из груди.
Несмело, неуклюже отвечаю на поцелуй, обвивая его шею руками. Его язык, лизнув мою верхнюю губу, пробирается внутрь. С губ слетает судорожный вздох.
Осознание приходит настолько быстро, что я оказываюсь не готовым к нему. Отрываюсь от тёплых губ и потрясённо смотрю в довольные глаза Джоя.

- Мы... мы...

- Истинные, - заканчивает за меня, нежно прижимаясь губами к моему лбу.

- Ты знал!

- С самого начала, - поцелуй в нос.

- Так вот, почему ты не хотел...

- Да, - легкий поцелуй в губы, - Ещё что-то?

- Почему ты не сказал мне?

- Хотел, чтобы ты сам понял, - его рука нежно поглаживает мою скулу.

- Засранец! - улыбаюсь, откидывая чёлку с его лба.

- Ещё какой! - Он снова поцеловал меня, забираясь под футболку и поглаживая поясницу.

Стоп! Футболку? Какого?

- Ты переодел меня? - оторвавшись от его губ, спросил я.

- Ага, - ещё один поцелуй в губы, - Господи, как давно я хотел это сделать!

- Переодеть меня? - шутливо веду бровью?

- Поцеловать тебя, солнце. И... - я почувствовал приятную прохладу металла на безымянном пальце, - одеть тебе кольцо на палец.

- И как давно?

- Наверное, ещё с прошлой жизни.

Неуверенно улыбаюсь и прижимаюсь к его губам. Странно, но я совсем не чувствую неловкости, даже наоборот, хочу ещё, ещё больше. Его руки опускаются на мою попу, нежно поглаживая. Издаю тихий стон ему в губы, но он отстраняет меня, заставив выпустить из губ лёгкий вздох разочарования.
Легонько чмокнув меня в нос, выпускает из своих объятий и поднимается с постели.

- Джой? - обеспокоенно смотрю на него.

- Мне пора на работу.

- Оу...

- Но мы к этому ещё вернёмся, обещаю, - улыбается краешками губ, так, как умеет только он.

Я покраснел, поняв смысл его слов.

- Иди уже! - возмущённо швыряю в него подушкой, но промахиваюсь.

- Ал?

- Что?

- Я люблю тебя, - и он вышел, оставляя меня с глупой улыбкой на лице.

- Дурак...

Не знаю, сколько я так просидел, наслаждаясь витающим в воздухе запахом мяты и шоколада, чувствуя приятное покалывание губ, но урчание живота напомнило мне, что кушать тоже нужно. Спустившись на первый этаж, я почувствовал сладкий запах пирога. Заглянув на кухню, я увидел Нейтона, суетящегося около духовки.

- Доброе утро, - тихо говорю я, приближаясь к плите, чтобы поставить чайник.

- О, ты уже проснулся! Как себя чувствуешь?

- Нормально... - как-то это отличается от того, что было вчера.

- Ты прости за вчерашнее... - будто прочитав мои мысли, сказал омега. - Будешь яблочный пирог?

- Да, - я присел за большой стол.

За считанные секунды передо мной на тарелке появился большой кусок аппетитно пахнущего пирога. Отправив первую ложечку лакомства, прикрыл глаза от удовольствия.

- Как вкусно...

- Правда? - Нейтон присел рядом, протягивая мне чашку с чаем.

- Очень, спасибо.

- Этот пирог я постоянно ел, когда был беременный Джоем, - мечтательно улыбнувшись, произнёс омега. - А потом это стал его любимый десерт, и он заказывал его у меня на каждый свой день рождения.

- А каким Джой был в детстве?

Я не удержался, мне так хотелось узнать побольше о будущем муже.

- Джой... Он был до смешного серьёзным, как самый настоящий взрослый. До сих пор помню, как он учился кататься на велосипеде. На шестилетие мы с мужем подарили ему велосипед, и уже вечером он, с побитыми коленками, гордо ехал на новом велосипеде.

Я тихо рассмеялся, пытаясь представить маленького Джоя на велосипеде.

- А ещё был случай...

Я с удовольствием и интересом слушал рассказы о том, как Джой в первом классе хотел стать космонавтом и даже копил себе на скафандр, как в восьмом классе мячом выбил окно в классе и как в 14 лет пошёл на подработку, чтобы быть независимым и самому накопить на мотоцикл. Насколько я понял, Джой был очень непоседливым, любознательным ребёнком, ему хотелось всего и сразу и он очень злился, смешно дулся, когда не получал желаемого.

Через два часа разговоров, омега сказал, что у нас «в холодильнике шаром покати» и отправился в магазин. Я предложил ему помощь, на что он заявил, что в моём положении надо на диванчике лежать да пироги лопать, а не сумки из магазина таскать, и я послушался старшего.

Оставшись наедине с собой, я присел на мягкую кровать и уставился в одну точку, поглаживая живот. Интересно, а когда он начнёт расти?

Вдруг я вспомнил, что у меня в заначке есть пакетик с моим любимым шоколадным печеньем.
Достав лакомство, я начал с удовольствием поглощать его, блаженно закрывая глаза.
Вдруг мне резко стало плохо, голова закружилась, а во рту появился уже знакомый привкус рвоты. Бросив всё, я побежал в туалет и успел как раз вовремя.
Вернувшись в свою комнату, я убрал печеньки подальше и плюхнулся на кровать, раскинув руки, пялясь в потолок. Как странно, подушка пахнет Джоем. Я поднял руку и уставился на обручальное кольцо. В мыслях прокручивая всё время проведённое вместе, я чётко понимаю, что без него не смогу. Хочу быть с Джоем, засыпать и просыпаться рядом с ним, гулять с ним и сидеть у камина долгими вечерами, обсуждая очередную книгу или фильм.
А ещё я хочу мёд и селёдку, ну, либо вон, то аппетитное жидкое мыло с запахом апельсина и карамели. Чёрт! Неужели так себя чувствуют все беременные?

Через полчаса усиленной борьбы с собой я услышал стук в дверь и поспешил открыть, но на пороге был вовсе не Нейтон, и даже не Джой. В дом ворвался разъярённый Мик и залепил мне звонкую пощёчину. Не понял. Мику-то я что сделал?

- Да как ты посмел! Я считал тебя своим другом, а ты! Как ты мог?!

Вообще не догоняю!