Влюбись

Калеб наконец-то соизволил развязать Лололошку. Взяв его на руки, Калеб подошел к двери, после чего открыл ее и вышел в коридор, там он прошел в дверь, в самом конце коридора. Это оказалась их комната.

- Смотри! Мне пришлось ее переделать, но она все равно прекрасна~ - Лололошка наконец-то перестал брыкаться и решил осмотреть комнату. По его спине прошлись мурашки, а рот и глаза широко раскрылись. В этой комнате будто собираются фанатики одного человека - Лололошки. Одна из стен была полностью заклеена фотографиями парня; на полках были собраны его вещи, которые он давно не мог найти: тот же алмазный меч, бандана и... Сломанный корпус Райи. Кроме всего этого тут была большая двухспальняя кровать с двумя прикроватными тумбочками.

- ... - Лололошка не знал что сказать. Это было нечто, чего он явно не ожидал увидеть.

- Что такое? Тебе не нравится?

- От-отпус-сти мен-ня, пс-псих! Не тро-рогай мен-ня! - Лололошка начал вырываться еще сильнее, но Калеб совсем никак не отреагировал на это. Калеб подошел к кровати и кинул на нее Лололошку и, пока тот пытался встать, взял бандану с полки и связал ею руки Лололошки. - Н-не...

Лололошку прервали, таким же требовательным грубым и жадным поцелуем. Секретарь нехотя разорвал поцелуй когда воздуха стало критически не хватать, из-за чего между их губами образовался мостик из слюны, который быстро «сломался». Калеб начал раздевать парня. Как он и думал: старые метки давно исчезли.

- Чего же ты раньше не сказал, что метки пропали? Надо было тебя еще раньше проверить! - Выпалил Калеб, сразу же кусая шею юноши. По комнате раздался болезненный крик. Да, Лололошка раньше часто чувствовал боль и даже намного сильнее, чем эта, но она была неожиданной, поэтому он и вскрикнул.

Нет. Нет! Не хочу! Только не снова! - Кричал в своей голове Лололошка. На все его крики и попытки вырваться Калеб перестал реагировать и просто раздел его, после чего протянул два пальца к его лицу и приказал:

- Оближи~ - Лололошка отвернулся. - А, так ты у нас мазохист... Ну хорошо, я не против~ - Юноша обречённо вздохнул, повернулся и взял пальцы в рот. Действовать самому ему не пришлось, ведь старший сам начал играть пальцами с его языком. Он то сжимал его, то оттягивал. Когда же они были достаточно покрыты слюной, Калеб вытащил их изо рта Лололошки. - И кстати, как же мне все-таки тебя называть? Комиссар Дейв или же... Комиссар Лололошка?

- Чт-то? От-откуд-да? - Калеб резко вставил два пальца, из-за чего Лололошка вскрикнул.

- Всё же Лололошечка~

- Хв-хватит! - Игнорируя просьбы комиссара, главный секретарь вставил второй палец и начал массировать нежные стенки. - С-ст-стой! - Вид и эти постоянные просьбы комиссара только сильнее возбудили главного секретаря, поэтому он не стал сильно разрабатывать комиссара и вытащил пальцы, начиная быстро раздеваться.

Главный секретарь резко вошел в комиссара. На всю квартиру раздался громкий крик. Через несколько толчков, главный секретарь понял, что двигаться стало легче и комиссар стал... Каким-то влажным? Чуть выйдя из анального отверстия, главный секретарь увидел кровь на собственном члене, однако, его это не смутило и он продолжил толкаться внутрь.

- В-вы-выта-ащи, пож-пож-жалуйст-ста! - Молил комиссар, но уже ничего не остановит главного секретаря, который уже успел набрать бешеный темп. Спинка кровати начала ударяться об стену, а сам каркас начал поскрипывать.

По комнате были слышны стоны боли и мольбы остановиться.

***

Спустя час Лололошка перестал издавать какие-либо звуки. В комнате были слышны лишь хрипы и шлепки кожи об кожу. Лололошка лежал и смотрел в сторону, что очень не нравилось Калебу, но он не подавал виду. Лололошка уже не знал, что делать... Если его попытаются спасти, то всех его друзей убьет этот монстр, а он снова окажется тут, под этим же монстром.

Калеб тихо простонал. Лололошка почувствовал, как внутри начало разливаться нечто горячее, оно обжигало чувствительное нутро, из-за чего ему пришлось прикусить губу. Все тело сильно дрожало...

- Это было прекрасно~ Тебе же понравилось, а, Лололошечка? - Мироходец до сих пор смотрел в стену, не отвечая на вопросы. А как он ответит? Голос был давным давно сорван из-за всех этих криков. - Я задал тебе вопрос. Отвечай! - Мироходец повернулся и посмотрел прямо в глаза Калеба, после чего тихо прохрипел:

- Н-нет... Дай м-мне отдохн-ууть...

После этих слов Лололошка отключился, а Калеб, недовольно фыркнул,встав с кровати. Приведя себя в порядок, он проговорил:

- Надо собрать твои вещи. - Сказав это, Калеб вышел из комнаты, там он прошел в какую-то комнату, где были собраны вещи Лололошки. Калеб давным-давно сходил домой любимого и собрал все его вещи, так и не успев разобрать множество коробок.

***

Комиссар проснулся уже к обеду. Он громко прокряхтел, потому что боль резко прошлась по всему телу, заставляя выгнуться и пустить небольшую слезу. В конце концов боль стала только сильнее и стон вырвался из рта комиссара. Прошло несколько минут и боль немного прошла, из-за чего он, отдышавшись, попытался встать, но упал обратно на кровать.

- Лололошечка~ - Сначала комиссар услышал голос своего мучителя, а потом уж и увидел его самого в дверном проеме. - Уже проснулся? -На лице главного секретаря, как и всегда, была дьявольская ухмылка, которая вызывала дрожь по спине у комиссара.

- Ид-ди к чер-черту! - Комиссар был удивлен, когда услышал собственный тихий охрипший голос, а спустя секунду он начал громко кашлять, ощущая во рту неприятную сухость, из-за которой у него и был такой голос.

- Ну-ну, побереги свой голос для кое-чего другого~

- Ид...и к чер...ту! - Он снова закашлялся.

- Не будь такой злюкой, Лололошка. Я вот приготовил тебе обед! - И вправду, в руках мучителя оказалась глубокая тарелка с чем-то напоминающем суп.

- И к-как я должен это есть? - Все тело продолжало болеть и он даже не смог поднять руки вверх. Он даже не мог встать с кровати...

- Ох... Зря я так затянул тебе руки, но так даже лучше, я сам буду тебя кормить~

- !?... Не...ет! Я са-ам поп...пробу-бую!

- Ты же только, что жаловался на то, что тело болит, разве нет?

- Я сп-правлюсь сам! - Главный секретарь тихо злобно хихикнул и сказал:

- Ну, если не сможешь, зови! Мое предложение всегда останется в силе. - Поставив тарелку с ложкой на прикроватную тумбочку, еще раз осмотрев тело любимого, главный секретарь вышел из комнаты, а комиссар, дождавшись, когда мучитель уйдет, начал пытаться взять в руки тарелку и вот, у него почти получилось! Но тарелка резко выскальзывает из рук, падает на пол и разбивается, а все содержимое растекается около ног комиссара. Послышались шаги.

Н-нет!

- А я говорил~ - А ведь прошло всего несколько минут, а главный секретарь вошел в комнату весь в крови, но она была не его... - Тебе принести новую порцию? - Комиссар внимательно разглядывал главного секретаря испуганными глазами, что он и заметил, сделав вид, что не понимает откуда взялся такой страх. - Что-то не так?

"Что-то не так"!? Ты только что убил кого-то, псих! - Комиссар решил промолчать, чтобы сохранить свою шкуру целой.

- А-а, ты кровь заметил... - Комиссар лишь испуганно кивнул. - Не волнуйся, это всего лишь кровь Войда! В конце концов он заслужил это! Этот глупец не заметил меня в переулке и я с легкостью усыпил его! Конечно же, это было бы слишком рискованно, в конце концов он намного сильнее меня, но мне повезло! Снотворное быстро подействовало на него... - Смотря на этого безумного секретаря, комиссар начал даже сопереживать Войду, даже боясь представить что с ним сделали. - Давай посмотрим... - Комиссар хотел было отказаться, но его не услышали и главный секретарь с легкостью взял его на руки, и понес в темницу, где когда-то был сам комиссар. Зайдя внутрь, он закрыл дверь. - Ух ты, он еще жив! - Комиссар задрожал и спрятал свое лицо в груди главного секретаря. В комнате был неприятный металлический запах, от нее так и веяло жестокостью, как и от самого мучителя. Посреди комнаты сидел привязанный к стулу Войд, а под ним была лужа темно-красной жидкости. В этом мученике невозможно было узнать инспектора.

- Э... Эт-т... Это...

- Хм, похоже, снотворное еще действует. Интересно, как быстро о пропаже узнает вся Империя? Как ты думаешь, а, Лололошечка? А я сделаю поддельные улики и подставлю... Как его там звали? Того твоего дружка в модных оранжевых очках.

КАВИНСКИ ЕЩЕ ЖИВ!?

- Таким образом я избавлюсь от еще одной проблемы! Ха, одной пулей двоих зайцев~

- Не см-мей! Не см-мей тронуть его! - Смелость комиссара резко исчезла, когда он увидел холодный мертвый взгляд главного секретаря.

- Чем больше ты так говоришь, тем сильнее я хочу его убить. Не смей думать о ком-то, кроме меня. Меня это... Жутко. Бесит. - Больше главный секретарь ничего не говорил, он отнес комиссара обратно в ту комнату и ушел куда-то, в последний раз злобно на него зыркнув.
***

Через полчаса Лололошка услышал удары, которые шли из комнаты "пыток", он попытался встать, но упал на пол, сильно ударившись носом, благо, что не сломал его. Собрав все свои силы, Лололошка пополз к двери, понимая, что Войд - его последний шанс на спасение. Только он может справиться с Калебом.

Чтобы доползти до двери, Лололошке понадобилось десять минут, после чего он, держась за стену, начал подыматься, замечая, что в замочной скважине остались ключи, видимо, он сильно разозлил тогда Калеба. Что ж ему это только на руку. Медленно открыв дверь, он увидел измученного Войда, стоящего в боевой стойке, видимо, он готов был сражаться со своим пленителем.

- Комиссар R-700 MC..?

- Ин-нспектор, нам нужно выбираться отсюда! Но снач-чала нужно вас под-длатать... На кухне... Д-должна быть аптечка. - Твердо кивнув, Войд подхватил Лололошку под руку и повел на кухню, где, найдя аптечку, начал быстро обрабатываться и перевязывать их раны.

***

- Что произошло? - Похоже, Войда совсем не пугала нынешняя ситуация. Он будто робот исполняющий свои обязанности.

- Эт-то... Кал-леб. Он-н убийца и псих. У м-меня даже есть док-казательства!

- Главный секретарь? Что ж, я не ожидал от него такого... - Он хотел еще что-то спросит, как послышался звук открывания входной двери с помощью ключей. Лололошка задрожал, а Войд аккуратно схватил его и утащил в темноту кухни, прикрывая его рот рукой. - Его нужно отвлечь. Справишься с этим?
***
Калеб пошёл проверить Лололошку и Войда, хоть он уже догадался, что они сбежали, в конце концов, он специально оставил ключи в замочной скважине, а Войда ещё и освободил от цепей. Ухмылка появилась на его лице, когда он увидел, что обе комнаты пусты.

- Ну и ну, я думал, что вы умнее, инспектор. - Прошептал Калеб все с той же ухмылкой на лице. Рука проникла в потайной карман и достала из него газовый баллончик, а также специальную маску, которую он сразу же надел.

Зайдя на кухню, он увидел Дейва, сидящего на стуле, тот выглядел слишком спокойно, поэтому секретарь догадался в чем дело и не стал входить в комнату.

- Хах~ - Калеб отошёл подальше от входа в комнату и распылил газ, после чего послышался крик:

- Черт! - Похоже, Войд не ожидал, что Калеб догадается, что они сбежали, и использует газ, чтобы поймать их.

- Какая жалость~ Лололошечка, ты зря это сделал. - Состроив обиженный тон голоса, Калеб стал ожидать, пока пленники потеряют сознание. В глубине души он чувствовал обиду на свою любовь, которая решила бросить его. Он не хотел доходить до такого, но Лололошка его вынуждает... Видимо, придется переломать ему ноги.

Когда кашель стих, послышался звук упавших тел и только после этого Калеб открыл дверь и вошел. Лололошка валялся на правому боку, а Войд лежал прямо около порога, по небольшой лужице крови, Калеб понял, что тот при падении разбил себе висок. Тяжело вздохнув, Калеб снял маску и потащил Войда обратно в темницу, где снова привязал к стулу, потом он занялся Лололошкой - в этот раз он перенес его в ту же комнату, куда и Войда, чтобы тот видел, как Калеб убьет Войда. Калебу хотелось видеть боль, отчаяние и ненависть в этих глазах, хотел слышать его крики... Калеб хотел доказать ему, что никто его не спасет.

***

Войд проснулся через полчаса, а Лололошка - через час. Калеб все это время внимательно следил за ними.

- Итак... Что бы с вами сделать?

- К-кал...леб... - Лололошка резко замолчал, когда увидел слегка злой взгляд Войда, который будто говорил, что сейчас не время для разговоров. А Калеб лишь засмеялся.

- О, Войд, я прекрасно знаю этот взгляд... Я помню ВСЕ. Не зря же ты меня воспитывал... Я выучил все твои привычки и жесты. - Секретарь достал нож и, подойдя к Войду, присел около него, поднося лезвие ножа к сухожилиям на ногах, а Лололошка впал в шок из-за такого откровения.

Блять. - Подумал инспектор, когда его подопечный прошёлся лезвием по сухожилиям. Послышалось болезненное мычание, а после рык, когда Калеб вонзил нож в бедро отчима.

Вдоволь поиздевавшись над ногами Войда, секретарь подошёл к своему любимому и тоже присел на корточки.

- Лололошечка, прости, но это ради тебя и нашего счастья. - Сказав это, он одним лёгким движением перерезал сухожилия на ногах парня и, нанеся ещё несколько ударов, встал с корточек. Смеясь, Калеб обратно отправился к Войду,начиная снова терзать его ноги, плавно переходя на торс.

***

Через час на инспекторе не было и живого места, а руки и немного лицо секретаря были покрыты кровью.

- Вау~ Он еще жив!

- Х-ва...ит, п...жл-луй-йста. - Лололошка трясся от страха и заглатывал буквы, иногда даже не произнося некоторое слова. Его состояние хоть и было намного лучше Войда, но был огромный минус: раны на его ногах такие же ужасные, хоть их и перевязали и обработали, так ещё и сломанная рука давала о себе знать. Калеб резко повернулся к нему.

- Хах! «Хватит»? Нет! Он хотел помочь тебе сбежать! А ты же знаешь, что я не люблю, когда мою вещь забирают... - Вдруг Калеб засмеялся, окончательно доказывая, что он сошел с ума. Эта его последняя фраза так же доказывала это. - Сегодня был сильно загруженный день... Пойдём, поможешь мне расслабиться.- Сказал Калеб со спокойным лицом, будто бы он не мучал человека несколько минут назад. Взяв брыкающегося парня на руки, он вышел и закрыл дверь. - Как думаешь, со смазкой или без? - Лололошка вообще не хотел даже слышать это, но поняв, что это единственный шанс облегчить их «интимную» связь, он ответил:

- С...со см...зко-ой...

- М? Ладно. - Калеб улыбнулся, он был очень рад, ведь его любимый был заинтересован в их соитии.

Зайдя в комнату и кинув парня на кровать, он пошёл к тумбочке, из которой взял смазку, пока Лололошка скулил от боли, которая возникла при ударе об кровать. Вся боль все так же исходила от сломанной руки и перерезанных ног. В это же время секретарь подошёл к кровати и кинул смазку на неë, после чего начал раздеваться, а Лололошка лежал, дрожа от страха, боли и подкатывающей истерики. Будто в бреду он проговаривал лишь одно слово: «псих», в то время как по щекам с новой силой текли слезы.

Секретарь навис над ним, наслаждаясь подобной картиной. Он готов был кончить от одного лишь подобного вида Лололошки.