Глава 44
«—На самом деле, я сейчас даже почувствовала себя бешенной фанаткой, когда заметила, что непроизвольно заглядываю в социальные сети, чтобы почитать новости о нас.
—Да, но только фанатки не лежат в одной постели с Билли Айлиш и не
чувствуют на себе её поцелуи»
Ава привела меня в свой номер. Он был таким же, как наш. Та же планировка, те же стены, тот же вид из окна. Но здесь было тихо и не пахло Билли.
—Ложись, — сказала Ава, кидая на диван запасное одеяло, — завтра поговорите. Утро вечера мудренее.
—Спасибо, — я села на диван, обхватив колени руками, — ты не обязана была.
—Заткнись, — она улыбнулась, но глаза оставались грустными, — мы команда.
Она легла на кровать и выключила свет. В темноте я слышала её ровное дыхание. Моё же было сбивчивым.
Я закрыла глаза и попыталась заснуть. Но перед глазами стояла Билли.
Заснула я под утро.
5 мая 2020 г, Краков
Утром Авы уже не было. На тумбочке лежала записка: "Ушла за завтраком. Не убегай. Ава".
Я села на диване, чувствуя, как ноет каждая мышца. Спала я в одежде, не раздеваясь, и теперь чувствовала себя разбитой.
В дверь постучали.
—Ава? — я встала и открыла.
На пороге стояла Билли.
Она выглядела так, будто тоже не спала всю ночь.
—Надо поговорить, — серьезно сказала она.
—Не надо, — я попыталась закрыть дверь, но она упёрлась в неё рукой.
—Сара, прекрати.
—Это ты прекрати, — я отошла вглубь комнаты, и она зашла следом, закрывая за собой дверь, — ты сделала всё за моей спиной. Ты скрыла от меня, что Зои приезжает. Ты сказала ей, что я в курсе. Что я не против. А я сидела в парке и узнала это сама. И теперь ты хочешь поговорить?
—Я хочу объяснить...
—Объяснить что? Что ты боялась? Что я ревнивая дура, которая не даёт тебе дышать? Что я настолько неадекватна, что ты не могла просто спросить меня: "Сара, можно Зои приедет?"
—Ты бы сказала нет! — крикнула она в ответ.
—Откуда ты знаешь?! Ты даже не спросила!
—Потому что я тебя знаю! Я знаю, как ты смотришь на неё. Как напрягаешься, когда мы разговариваем. Как отводишь взгляд, когда она смеётся. Ты ревнуешь, Сара. И не надо делать вид, что это не так.
—Да, ревную! — я чувствовала, как внутри закипает всё, что копилось месяцами, — ревную, потому что у вас есть прошлое, которого у меня с тобой никогда не будет. Потому что она знает тебя такой, какой я никогда не узнаю. Потому что ты с ней другая — расслабленная, спокойная, а со мной...
—А с тобой что? — она шагнула ко мне.
—А со мной ты вечно на взводе! Я постоянно боюсь сделать что-то не так, сказать не то. А с ней ты просто легко без усилий существуешь.
—Ты думаешь, с ней мне легче? — её голос стал тише, но от этого только страшнее, — ты думаешь, я с ней такая, какая есть на самом деле? Сара, ты видишь только верхушку. Ты не знаешь, сколько раз я рыдала ей в плечо, когда ты ещё не появилась. Сколько раз она вытаскивала меня из состояний, из которых, казалось, нет выхода.
—Вот именно, — я усмехнулась, чувствуя, как слёзы подступают, — она вытаскивала. Она была рядом. А я пришла на готовенькое. Ты уже научилась с этим справляться, и мне просто повезло оказаться рядом.
—Ты несёшь чушь! Дай мне просто обнять тебя, ты перевозбуждённая, — Айлиш вытянула руку ко мне, но я увернулась, — твоя тоска по дому вредит тебе.
Значит, Зои ей рассказала, почему вчера я ушла плакать в парк.
—Кто вредит мне больше всего сейчас, так это ты. Если не хочешь, чтобы меня сломали, тогда не разговаривай со мной.
—Воу, давай без глупостей, Сара.
—Почему ты мне не доверяешь? — я посмотрела ей прямо в глаза, — почему ты скрываешь такие вещи? Боишься, что я уйду?
—Я не боюсь...
—Боишься, — перебила я, — сейчас ты решила, что проще сделать всё по-своему, чем рискнуть и спросить меня.
—Сара...
—Нет, Билли, — я вытерла слёзы, которых не замечала, — ты сделала мне больно и даже не понимаешь этого. И не надо говорить, что ты не хотела.
Она молчала. Её лицо побелело.
—Ты права, — сказала она наконец, — я испугалась. И вместо того, чтобы поговорить, сделала по-своему. Это было...это было дерьмово.
—Дерьмово? — я усмехнулась, — это было предательством. Я ни в чем не ограничиваю тебя, Билли. Ты можешь делать всё, что захочешь. Да хоть всех своих подруг позови сейчас сюда, я никогда не буду против. То, что я ревновала тогда, это были мои проблемы, потому что в своей голове я допустила хоть одну мысль о том, что ты способна мне изменить. Я была глупой, потому что я понимаю, что наша с тобой любовь сильнее всего на свете, и ты бы никогда не изменила мне с Зои. Дело в другом. Ты пригласила её сюда в тайне от меня, и это действительно мерзко.
Билли смотрела на меня так, будто я ударила её.
—Я не хотела...
—Ты уже говорила. Я слышала. Но слова ничего не меняют.
Я прошла мимо неё к двери. Я села на скамейку у входа в отель и уставилась в одну точку.
Был бы здесь сейчас Финнеас. Он бы выбежал за мной, сел на скамейку рядом и дал бы мне миллион своих советов, которыми бы я все равно не воспользовалась.
Телефон завибрировал. Сообщение от Билли: "Пожалуйста, вернись. Давай поговорим нормально. Без крика".
Я не ответила, убрав телефон в карман.
Вернулась я поздно. В номере было темно. Билли лежала на кровати, отвернувшись к стене. Я легла на свою половину, не раздеваясь.
—Сара? — её голос был хриплым, будто она плакала.
—Что?
—Зои спит на диване, если что.
Я молчала.
—Я хотела, чтобы ты знала.
—Хорошо, — сказала я без эмоций.
—Ты злишься?
—Устала, — ответила я.
Я лежала на своей половине кровати, глядя в потолок. В номере было слишком тихо для того, чтобы здесь находились три человека. Зои спала на диване, свернувшись калачиком под тонким пледом. Билли — рядом со мной, но на расстоянии вытянутой руки, которую она не решалась протянуть.
—Сара, — тихо позвала она.
Я молчала.
—Пожалуйста, не отворачивайся.
Я закрыла глаза.
—Я не отворачиваюсь, — сказала я так же тихо, — я просто...не могу сейчас.
—Что я могу сделать? — её голос дрожал, — скажи мне, что угодно. Я сделаю.
—Ничего, — я повернулась на бок, спиной к ней, — просто дай мне время.
Утром я проснулась от того, что кто-то возился в коридоре. Стены здесь были достаточно тонкие. Запах кофе проник в комнату, и я села на кровати, чувствуя, как ноет шея. Я спала в неудобной позе, боясь прикоснуться к Билли даже во сне.
Зои стояла в коридоре у кофемашины, в одной футболке и коротких шортах. Увидев, что я проснулась, она улыбнулась.
—Кофе будешь? — спросила она.
—Да.
Мы стояли в узком коридоре. Билли осталась спать в нашем номере. Зои первой нарушила тишину.
—Я честно не знала, что она тебе не сказала, — сказала она, глядя в чашку, — Билли сказала, что вы всё обсудили.
—Знаю, — я отпила глоток, — это не твоя вина.
—Но я чувствую себя виноватой, — она подняла на меня глаза, — я приехала, а вы поссорились из-за меня.
—Не из-за тебя. Из-за того, что она решила всё за меня. Из-за того, что не доверяет.
—Она боится, — тихо сказала Зои, — не то чтобы не доверяет. Она боится, что ты уйдёшь. Что однажды ты просто не выдержишь и исчезнешь. Как все до тебя.
Я посмотрела на неё.
—Все?
—До того, как ты появилась, она была... сложной. У неё были люди, которые говорили, что любят её, а потом уходили. Потому что не выдерживали. Потому что с ней тяжело. И она привыкла, что все уходят. А ты осталась.
Я молчала, переваривая услышанное.
—Она не умеет просить о помощи, — продолжала Зои, — не умеет говорить, что ей страшно. Она просто делает всё сама. А потом страдает от последствий.
—Я заметила, — я усмехнулась.
—Но с тобой она другая, — Зои улыбнулась, — с тобой она пытается.
Мы допили кофе. Зои вздохнула, собирая чашки.
—Я пойду погуляю, — сказала она, — вам нужно побыть вдвоём и разобраться во всём.
—Ты не обязана...
—Я хочу, — она обняла меня, — вы справитесь. Я верю.
Она ушла. Я осталась стоять одна.
Айлиш проснулась через час. Я сидела рядом на кровати.
—Ты здесь, — сказала она, будто боялась, что я снова сбежала.
—Ага, — ответила я.
—Я дура, — сказала она, — полная дура.
—Я не спорю.
—Я не должна была скрывать. Я должна была спросить. Я знаю. Но я испугалась. Не того, что ты скажешь "нет". А того, что ты снова посмотришь на меня так, будто я тебя разочаровываю.
—Ты меня не разочаровываешь, — я взяла её за руку, — ты меня пугаешь, потому что закрываешься, когда не говоришь мне правду.
—Я постараюсь больше так не делать, — она сжала мои пальцы.
—Просто в следующий рад будь честной.
Она кивнула.
—Иди сюда, — я потянула её к себе.
Она перебралась ко мне на колени, обхватила руками за шею и уткнулась лицом в мои волосы. Я снова чувствовала, как вкусно она пахнет.
—Прости, — прошептала она.
—Я уже простила, — ответила я, поцеловав голубоглазую в висок.
—И если честно, вчера концерт без тебя был совсем не классным.
—Да? Ава сказала, что у тебя всё было хорошо.
—Она не может читать мои мысли. Всё выступление я думала только о тебе.
Мы сидели так долго. За окном вставало солнце, освещая Краков золотым светом. Новый день начинался и надеюсь, он будет лучше, чем вчерашний.
7 мая 2020г, Франкфурт
Во Франкфурте было холодно и серо. Этот город был совсем не похож на уютный Краков. Здесь всё казалось другим.
Отель находился в деловом центре, и из окна нашего номера открывался вид на бесконечные стеклянные башни.
—Не очень уютно, — заметила я, глядя на серые фасады.
—Зато у нас есть свободный вечер, — Билли обняла меня сзади, — хочешь, сходим куда-нибудь?
—Хочу, — я повернулась к ней.
Мы вышли из отеля, когда солнце уже клонилось к закату. Франкфурт подсвечивался оранжевым светом, и даже серые стены казались теплее. Билли надела свою обычную одежду — кепку, тёмные очки, мешковатую толстовку. Я взяла её за руку, и мы пошли вдоль набережной Майна.
—Холодно, — сказала я, кутаясь в толстовку.
—Давай зайдём куда-нибудь, где есть горячий чай? — предложила Билли.
—Давай.
Мы нашли маленькое кафе на углу. Внутри было уютно. Деревянные стулья, приглушённый свет, запах кофейных зёрен. Билли заказала нам два больших стакана чая с имбирём и мёдом.
—За хороший вечер, — она подняла свой стакан.
—За хороший вечер, — я чокнулась с ней.
Мы сидели у окна, глядя на прохожих. Город жил своей жизнью. Люди возвращались с работы, спешили в метро, заходили в магазины. Никто не обращал на нас внимания. Мы были просто двумя девушками, пьющими чай в маленьком кафе.
—Это то, чего мне не хватало, — сказала Билли, — просто быть с тобой.
—Мне тоже, — я взяла её за руку, — давай не будем спешить в отель?
—Давай.
Мы вышли из кафе, когда полностью стемнело. Франкфурт засиял огнями — реклама, фонари, свет из окон. Мы пошли по набережной, держась за руки. Я пила свой чай и смотрела на отражения в воде.
—Сара, — тихо сказала Билли, схватив меня за плечо, — сзади кто-то идёт.
Я обернулась. Две девушки, примерно нашего возраста, шли за нами. Одна из них смотрела на телефон, потом подняла голову и замерла.
—Это...это Билли Айлиш? — спросила она громко.
—Тихо, — Билли приложила палец к губам, но было поздно.
Девушки подбежали к нам.
—Боже, это правда ты! — вторая уже тряслась от волнения, — можно сфотографироваться?
Билли посмотрела на меня. Я кивнула.
—Конечно, — сказала она.
Они сделали несколько снимков, поблагодарили и убежали счастливые. Билли выдохнула.
—Пойдём отсюда, — сказала она, потянув меня за руку, — сейчас их будет больше.
Она была права. Через десять минут нас уже остановила группа подростков. Билли натянула на себя капюшон, но это будто бы ещё сильнее бросалось в глаза фанатам. Потом нас остановила ещё одна группа людей. Потом — взрослая пара, которая узнала Билли по одной лишь походке.
—Ты не представляешь, как мы любим твою музыку! — говорила женщина, обнимая Билли.
—Спасибо, — певица улыбалась, но я чувствовала, как её рука напрягается в моей.
Толпа росла. Люди выходили из кафе, из машин, перебегали дорогу на красный, чтобы подойти к нам. Кто-то снимал на телефон, кто-то тянул руки, кто-то кричал её имя, а кто-то вообще плакал.
—Билли! Билли! Посмотри сюда!
—Автограф, пожалуйста!
—Можно обнять?
Она пыталась улыбаться, подписывала всё, что ей протягивали, фотографировалась. Но я видела, как она постепенно становится нервной.
—Нам пора, — сказала я, пытаясь пробиться сквозь толпу.
—Ещё пару минут, — шепнула Билли.
Мы начали пробираться к выходу из набережной, но люди не отпускали. Кто-то схватил её за рукав, кто-то встал на пути.
—Билли, пожалуйста! Ещё одно фото!
—Извините, — сказала зеленоволосая громко, — мы спешим.
—А ты же Сара? — спросил кто-то из толпы, — ты же её девушка, да? Можно с вами двумя сфоткаться!
—Простите, ребят, — Билли встала передо мной, — на сегодня всё. Спасибо, что пришли. Правда. Но нам нужно идти.
Она взяла меня за руку, и мы почти побежали. Толпа осталась позади, но голоса всё ещё доносились:
—Билли! Мы тебя любим!
—Приезжай ещё!
Мы бежали как не в себя и громко смеялись. Мы свернули в переулок, потом в другой. Билли тяжело дышала, её руки дрожали от холода.
Когда мы счастливые вернулись в отель, на нашем этаже нас встретила Мэгги и вопросительно посмотрела на нас, выгнув бровь. Мы громко смеялись, держась за руки, и у обеих щёки были краснее помидора.
—Вы выпили? — спросила женщина.
—Мам! — выдала Билли, — ты какого о нас мнения?
—Мы чай пили, — ответила я, продолжая шататься оттого, что мы слишком долго и быстро бежали обратно в отель, боясь встретить ещё кого-то из фанатов.
—Не похоже, что это был чай, — промолвила Мэгги.
—Это точно был чай. Я уложу её, не волнуйся, — сказала я.
—Хорошо, Сара, спокойной ночи, — Мэгги подошла ко мне и погладила меня по спине.
Зайдя в номер, Билли пошла в душ, а я сидела на нашей кровати, листала миллиард постов с нами двумя и читала столько же комментариев про наши с Билли отношения. Я не могла остановиться. Кажется, Билли провела в душе почти час, и всё это время я залипала на фотографии в инстаграме, которые фанаты сделали с нами пару часов назад на набережной. Конечно, некоторые комментарии были негативные, мол прическа у меня странная, улыбка не такая. Но этих комментариев был 1 процент. В основном, все радовались за нас, и все полюбили меня. Когда Билли вышла из душа с такими же красными щеками от горячей воды, она села около меня и всмотрелась в мой телефон.
—Каково это быть любимой моими фанатами? — она поцеловала меня в нос.
—Лучше спроси «каково это быть любимой Билли Айлиш».
—Ну что, и каково это быть любимой Билли Айлиш? — она улыбнулась, и на её щеках появились ямочки, которые я так сильно любила.
—Думаю, это лучшее чувство в жизни.
—Да? — протянула певица, — думаешь?
Она повалила меня на подушку и начала щекотать.
—На самом деле, я сейчас даже почувствовала себя бешенной фанаткой, когда заметила, что непроизвольно заглядываю в социальные сети, чтобы почитать новости о нас.
—Да, но только фанатки не лежат в одной постели с Билли Айлиш и не чувствуют на себе её поцелуи, — она спустилась к моей шее и аккуратно поцеловала, отодвинув в сторону пряди моих волос своей тёплой рукой.
Да, фанаты этого не чувствуют, Билли. И ты даже не представляешь, насколько сильно я тебя люблю. Всегда, когда я говорю тебе, что люблю тебя, ты отвечаешь «а я тебя больше». Но, кажется, мы можем часами спорить, кто кого любит сильнее. И в итоге обе окажемся правы.
Я хотела сказать тебе всё. Не словами любви, которые мы произносили каждый день, а чем-то большим. Тем, что чувствовала глубоко внутри, там, где не всегда хватает дыхания, чтобы выговорить.
Я люблю тебя не за идеальные моменты. А за те, когда всё шло не так. Когда ты срывалась на мне, а я не уходила. Когда я плакала в парке, а ты волновалась и искала меня. Когда мы кричали друг на друга, а потом молча лежали в темноте, боясь прикоснуться.
Я люблю тебя за то, что ты выбрала меня. Среди тысяч людей, среди миллионов поклонников, среди всего этого безумия в твоей жизни. Ты могла бы быть с кем угодно — с той, кто не ревнует, с той, кто не плачет от тоски по дому, с той, с кем легче. Но ты выбрала меня, а я выбрала тебя. Не Билли Айлиш, мировую звезду, которую обожают миллионы, а мою маленькую девочку, которая просыпается с растрёпанными волосами и ворчит на весь мир. Которая смеётся над моими наитупейшими шутками, потому что никто больше не засмеялся. Которая падает на кровать после концерта и говорит, что больше никогда не выйдет на сцену, а на следующий день выходит и снова разрывает зал.
Я выбрала тебя не потому, что ты идеальна. А потому, что ты искренняя и настоящая со мной.
Я люблю тебя так, что иногда становится страшно. Вообще страшно всегда, когда ты смотришь на меня, потому что увидеть твои глаза, полные любви ко мне, и сказать «я люблю тебя» будто недостаточно для того, чтобы описать все мои чувства к тебе. Ты самое ценное в этом мире, и я так сильно не хочу, чтобы в твоей жизни был хоть один плохой час. Я хочу забрать всю твою боль и всё то, что расстраивает тебя. Потому что ты заслуживаешь самого лучшего.
8 мая 2020г, Франкфурт
Утром мы сразу же поехали на арену для репетиции. Мы ехали в большом микроавтобусе. Была вся команда. Впереди, на передних сиденьях, расположились Коди и Сэм, что-то обсуждая вполголоса. Ава сидела у окна, листая телефон. Мэгги пила кофе и смотрела на проплывающие за стеклом серые здания. Зои устроилась на заднем ряду, укутавшись в плед и слушая музыку.
Мы с Билли сидели в самом конце, в угловых креслах. Я прижалась к ней, положив голову на плечо, а её рука обвивала мою талию, пальцы лениво вырисовывали круги на моём боку.
—Выспалась? — спросила она тихо, чтобы никто не слышал.
—Почти, — я подняла голову и посмотрела на неё, — а ты?
—С тобой рядом всегда высыпаюсь.
Она поцеловала меня в лоб, потом в щёку, потом в уголок губ. Я улыбнулась и придвинулась ближе. Её пальцы скользнули под край моей толстовки, касаясь голой кожи на пояснице. Я вздрогнула.
—Холодно? — прошептала она.
—Твои кольца вечно холодные. До сих пор к этому не привыкну.
Мы сидели так, прижавшись друг к другу. Зеленоволосая положила руку на мою голую коленку и поглаживала её большим пальцем, смотря в окно.
Коди повернулся к нам.
—Вы двое, — сказал он с выражением брезгливости на лице, — фу, боже. Мы всего в пяти минутах от арены. Не могли бы вы подождать хотя бы до номера?
—Не могли бы, — ответила Билли, даже не поворачивая головы.
—Я вообще-то слабонервный.
—А я вообще-то люблю свою девушку.
—Мы все любим твою девушку, Билли. Но давай я просто не буду больше оборачиваться к вам, чтобы всем было спокойнее.
—Да, лучше тебе не знать, что творится за твоей спиной.
Коди открыл рот, закрыл и отвернулся, буркнув что-то неразборчивое. Сэм громко засмеялся, хлопнув себя по ноге.
Зои сняла наушники и выглянула из-за спинки кресла.
—Что я пропустила?
—Коди нам завидует, — ответила я.
—А, обычное дело, — она улыбнулась и снова надела наушники.
—Что? Зои? Я думал, хотя бы ты будешь на моей стороне! — буркнул Коди и немного улыбнулся.
Машина свернула к арене. Я посмотрела в окно на огромное здание, где через несколько часов тысячи людей будут кричать имя Билли. По телу пошли мурашки.
—Я люблю тебя, — сказала она, когда мы выходили из машины.
—Я знаю, — я погладила её по щеке, — и я тебя люблю.