Глава 37
«—Мы все на твоей стороне. Просто некоторые...иногда забывают, как быть людьми».
Встреча с промоутером прошла гладко, пропуска были успешно получены и внесены в мой переполненный блокнот.
Репетицию Билли провела с такой энергией, будто заряда её батареи хватило бы на три концерта подряд. Очевидно, сбросить камень с души в виде публичного анонса наших отношений пошло ей только на пользу.
Вечерний концерт в Атланте был долгожданным, ведь в эту арену фанаты зайдут, уже зная, что у Билли есть девушка. А что меня пугало, так это то, что они знали, как я выгляжу, и теперь стул вызвалась выносить Мэгги, потому что я струсила.
Зал, состоявший из её самых преданных фанатов, гудел от любви.
Билли парила по сцене, и когда она пела «I love you», её взгляд нашел меня в темноте за кулисами и задержался ненадолго.
После шоу, липкая от пота, но сияющая, она ворвалась в гримерку, где уже собралась почти вся команда. Атмосфера была хорошей, все были довольны. Пока Билли скидывала промокший топ, я, следуя привычке, начала раскладывать на столе еду для всех — фрукты, крекеры, открыла большую банку арахисовой пасты.
-О, отлично! Я умираю от голода! - Билли, не дожидаясь, схватила пластиковую ложку, зачерпнула полную ложку пасты и отправила в рот. Затем снова засунула ту же самую, облизанную ложку в общую банку за новой порцией.
Коди, стоявший напротив и наблюдавший за этим процессом, поморщился, будто увидел нечто отвратительное.
-Ты только что засунула в пасту свою облизанную ложку? - его голос прозвучал резко, - это же общая паста!
Я отвлеклась от своего блокнота, почувствовав напряжение.
-Да успокойся ты, всё в порядке, все свои. Если надо будет, специально тебе новую купим.
-Легко говорить. Тебе, может быть, и не противно, - снова сморщился парень.
Я нахмурилась и почесала затылок, разбирая его фразу у себя в голове и не понимая, что он хотел до меня донести.
-О чём ты?
-Да вы друг с другом весь тур слюнями обмениваетесь, Сара! – выпалил Коди, и в гримёрке резко стало тихо, - вы, наверное, и отлизываете друг другу каждый час. Конечно, тебе будет не противно после неё эту пасту есть.
Я остолбенела, чувствуя, будто сейчас нахожусь в самом жерле вулкана. Я встала, как вкопанная, от шока и унижения. Сказать такое перед всей командой было максимально грубо и необдуманно. Билли, сначала оглядев реакцию Мэгги и Авы, молниеносно встала между мной и Коди. Её ноздри раздулись.
-Воу, ты сдурел вообще? Что ты себе позволяешь?
-Я просто говорю правду, расслабься, - фыркнул Коди и, как ни в чём ни бывало, продолжил заниматься своими делами.
Я почувствовала, как подступают слёзы. Меня достало такое поганое отношение, ведь я ничего человеку плохого не сделала. А перед Авой и особенно перед Мэгги было безумно стыдно. Я теперь не то, что на «ты» к ней обращаться не смогу себе позволить, я вообще больше никогда ей в глаза не посмотрю.
Конечно, то, что сказал Коди, было правдой. Но это была та правда, которую не нужно было выносить перед всей командой.
Сначала я отвернулась к стенке, быстро стерев слезу с щеки, а затем быстрым шагом направилась к выходу, оставив их четверых в одной душной комнатке.
Сердце выпрыгивало из груди. Я распахнула дверь арены, и холодный воздух обвил меня. Я всхлипывала и позволила себе выплакаться из-за этой ситуации. Позволила эмоциям взять над собой верх, пока Билли не пришла и не успела застать меня в таком состоянии.
-Мои личные отношения тебя не должны касаться, - продолжила Билли после моего ухода, - а то, что ты сейчас сказал, было мерзко и по-хамски.
-Я думаю о команде! О гигиене, в конце концов.
-Тогда думай молча, - взорвалась зеленоволосая, - или знаешь что? Хочешь за гигиеной следить? Вот она.
Она со всей силы швырнула банку с арахисовой пастой в мусорное ведро. Звук удара банки о ведро прозвучал оглушительно.
-Всё, больше никакой общей еды. Проблема решена?
Коди замер на месте. Он молча и испуганно посматривал на певицу, боясь сделать хоть одно движение. Мэгги с Авой тоже застыли в своих позах. Все знали: когда злилась Билли, лучше молчать и не дёргаться. А то кто знает, кто следующий попадётся под горячую руку.
Зато теперь Коди понял, что перешёл все границы и проиграл в этой ссоре. Билли быстрыми и громкими шагами вышла из гримёрки, сильно захлопнув за собой дверь так, что все трое вздрогнули.
Я, стоя на улице, услышала за своей спиной хлопок двери. Сразу поняла, кто это. Затем быстрые шаги, и вот одна рука в кольцах лежит на моём плече и легонько разворачивает меня к себе.
-Сара, прости.
-Всё хорошо, ты не виновата, - прошептала я сквозь ветер.
-Ты плакала? – пощурилась она.
-Нет, ветер подул, и просто что-то в глаз попало, - на одну секунду я придумала наитупейшую отмазку, но по лицу Билли было видно, что она всё поняла и без слов.
Она молча обняла меня, прижав к себе так крепко, что холодный ветер сразу перестал казаться ледяным. Её пальцы впились в мою спину, а губы прижались к моему виску.
-Я убью его, - прошептала она в мои волосы, и в её голосе не было ни капли шутки, - я не шучу. Он перешел все границы. Мама сейчас там его рвет на части, можешь не сомневаться.
Я лишь мотнула головой, уткнувшись носом в её шею, где все еще пахло сценой и духами. Мне не хотелось говорить о Коди, не хотелось думать об этой грязи. Я просто стояла и дышала ей.
-Он не прав, - тихо добавила она, - то, что у нас есть...это самое чистое и светлое, что у меня есть. И никто не смеет это пачкать своими грязными намёками.
Через некоторое время мы вернулись внутрь. Гримерка опустела - видимо, Мэгги разогнала всех по углам, чтобы остыли. На столе вместо банки с пастой стояла коробка пиццы и новая, запечатанная упаковка крекеров. Билли вздохнула, увидев это, и провела рукой по лицу.
-Эй, - я взяла ее за руку, - ты обещала мне мост.
Она посмотрела на меня, и в её глазах, наконец, снова появился тот самый огонек, что был в такси.
Мост оказался небольшим, перекинутым через тихий, подсвеченный фонарями пруд в одном из старых парков Атланты. Было поздно, и вокруг никого не было, только шелест листьев и далекий гул города.
-Ну что, - Билли остановилась посередине, обернувшись ко мне, - говорят, нужно поцеловаться здесь, чтобы быть вместе навсегда. Научно не доказано, но...
Я не дала ей договорить. Я притянула её к себе и поцеловала. Нежно, но глубоко. Она ответила мне с такой же силой, её руки обвили мою шею, а пальцы запутались в моих волосах. Когда мы наконец разъединились, чтобы перевести дух, она улыбнулась своей самой искренней улыбкой.
Мы стояли так еще несколько минут, слушая, как ночной город постепенно затихает. Сейчас было так хорошо здесь, что несмотря на холод не хотелось возвращаться в отель и видеть там знакомые лица. Не хотелось ни с кем пересекаться и вообще разговаривать.
-Нам пора, - сказала Билли, взяв меня за руку, а я сделала брови домиком, - я знаю, знаю, детка. Я тоже не хочу.
И мы пошли прочь от моста, оставив его позади. Оставалось только верить в то, что однажды мы ещё вернёмся сюда.
19 апреля 2020 г, Атланта
Утром перед выселением из отеля все были нервными. Коди всё время молчал и не был похож на себя. Тогда я надеялась, что он наконец осознал свою неправоту и теперь стыдится. Ава внимательно наблюдала за всеми действиями парня и непонимающе переглядывалась со мной, а я в ответ пожимала плечами и пыталась сдержать свою победную улыбку. Мэгги всё это утро максимально пыталась избегать контакта со мной и лишний раз даже не смотреть в мою сторону.
Ну а Билли просто была моей Билли – держала мою руку в своей, нежничала, целовала в носик, и даже когда у меня были завалы дел, мы находили время на уединение. Это, несомненно, было тяжело. Безумно тяжело. Но мы знали, что со дня на день к нам вернётся Сэм. Хоть я его и не знала, я не менее сильно ждала его.
В частном самолете напряжение не рассеялось, а лишь усугубилось. Если в отеле все могли разойтись по своим комнатам, то в небольшом самолёте это вряд ли бы могло произойти. Билли, надев наушники и маску для сна, устроилась у окна, быстро погрузившись в сон. Я сидела рядом, глядя на проплывающие внизу облака и пытаясь сосредоточиться на блокноте с делами на Торонто, но буквы расплывались перед глазами.
Когда Билли встала и, потянувшись, направилась в туалет, на её место тут же опустилась Мэгги. Я вздрогнула, не ожидая этого.
-Сара, - её голос был нерешительным, а глаза всё так же бегали, - думаю, ты знаешь, что нам надо поговорить.
Я отложила блокнот, приготовившись к худшему. Мне казалось, что в этой ситуации Мэгги была полностью на стороне Коди, а мы с Билли просто слишком эмоционально восприняли его слова.
-Мне...мне ужасно неловко за вчерашнее, - начала она, глядя на свои сплетенные пальцы, - то, что произошло, было недостойно. И ты не должна была это слышать. Особенно от кого-то из нашей команды.
В её голосе звучала искренняя боль. Она посмотрела на меня, и наконец-то её взгляд был прямым, полным смущения и сожаления.
-Я долго говорила с Коди. Он не из тех, кто легко признает ошибки, его гордыня размером с этот самолет. Но он обязательно извинится перед тобой. Дай ему время прийти в себя и понять всю абсурдность этой ситуации. Просто, пожалуйста, поверь, что это его личная чудовищная ошибка, а не отношение к тебе всей команды. И уж тем более не моё.
Она осторожно положила свою руку поверх моей холодной.
-Мне неловко, что ты видела моё смущение сегодня утром. Мне было стыдно как за него, так и за то, что ты оказалась в такой унизительной ситуации. Но хочу, чтобы ты знала, что мне нечего стыдиться в вас с Билли. То, какие у вас отношения – это очень ценно, и никто не имеет права это критиковать. Я на твоей стороне. Мы все на твоей стороне. Просто некоторые... - она кивнула в сторону пустого кресла Коди, - некоторые иногда забывают, как быть людьми.
Слёзы снова предательски подступили к глазам. Но на этот раз они были от облегчения. Я кивнула, не в силах вымолвить слова, и сжала её руку в ответ. Женщина, аккуратно прижав меня к себе, начала поглаживать мою спину.
-Спасибо, Мэгги, - наконец прошептала я
Она улыбнулась и встала, как раз в тот момент, когда из туалета вышла Билли. Та посмотрела на мать, затем на меня, и её расслабленное лицо резко стало серьёзным. Я улыбнулась, давая понять, что всё в порядке. Что это слёзы радости.
После заселения в отель Торонто, который представлял собой строгий стеклянный небоскреб в деловом районе, график снова начал заполняться.
Вечернее интервью для местного музыкального канала проходило в панорамной студии на одном из верхних этажей. Билли, несмотря на усталость с дороги, была собранной. Я наблюдала за ней из-за камер, и моё сердце по-прежнему замирало от гордости. Она была невероятна.
Когда мы возвращались в отель в лифте, уже в поздний час, она облокотилась на зеркальную стену и взглянула на меня.
-Мама говорила с тобой в самолете, да?
-Да. Спасибо. За неё и за то, что ты тогда вступилась.
-Ты же моя девушка, - просто сказала она.
Лифт плавно остановился на нашем этаже.
В номере нас ждал сюрприз - огромная корзина с канадскими деликатесами: кленовым сиропом в маленькой бочке, шоколадом, какими-то необычными печеньями. К ней была прикреплена открытка. Я развернула её.
«Саре и Билли. Простите за мой отвратительный тон и неуместные слова. Это было очень подло и, что важнее, непрофессионально с моей стороны. Давайте начнем заново. Коди».
Билли, заглянув мне через плечо, фыркнула.
-Начал с корзины.
Я поставила открытку на стол, чувствуя странное облегчение. Впереди нас ещё ждёт личный разговор, но первое перемирие уже было предложено. Билли всем видом пыталась показать, что ей не интересна эта корзина, и что Коди просто подкупает нас этими подарочками, но чуть позже она лично перечитала эту открытку ещё раз и, задумавшись, решила дать ему шанс извиниться перед нами лично.