Моя главная фобия
PoV Лили
Проснувшись я сразу почувствовала как рука Коула нежно поглаживает мою спину. Я решила не открывать глаза, чтобы узнать что он будет делать дальше. Его рука потихоньку начала подниматься по спине, а добравшись до моего плеча-скользнула под рубашку. От таких действий я вздрогнула:
- Я знал что ты не спишь. Доброе утро!- сказал он и поцеловал мое плечо, на котором до этого момента находилась его рука. От его действий по телу разливается тепло и очень хочется, чтобы он не прекращал.
Я медленно открыла глаза и тихонько промямлила себе под нос:
- Доброе утро!Который час?- я сразу вспомнила что у меня сегодня совещание. Посмотрев но него я увидела что он тянется за телефоном. Я услышала тихое:"семь тридцать пять", и опять закрыла глаза. Еще слишком рано.
Лежа на груди Коула я слышала, как тихо и медленно бьется его сердце; чувствовала, как вздымается его грудь; вдыхала его запах мяты, немного лайма и вечно пахнущий кофе. Все это так расслабляет, что хочется валяться в постели вечно и только с ним.
Только я начала потихоньку засыпать и тут я услышала тихий, больше похожий на шепот, голос Спроуса:
- Лилс?- он замолчал. Видимо ждал когда я на него отреагирую или проявлю какой-то знак что я его слушаю. Промычав ему в ответ он продолжил:
-Ты же не обижаешься на меня?- после этого вопроса я открыла глаз, поднялась на локтях и вопросительно на него посмотрела.
- Ну-у-у, за то что было в школе. Я... я честно не хотел...
Вот это меня поставило в ступор. После того что было в школе я очень не хотела его прощать. Слишком долго я убивалась по этому поводу; было слишком больно, это тот случай из-за которого я возможно никогда не прощу его. Тот случай стал моей последней каплей, после которой я его возненавидела всем своим телом и душой. И сколько бы раз после того случая он не извинялся и пытался все исправить, мою психику уже было не исправить.
Flashback
Блин вот все же было прекрасно, но нет Лили нужно было забыть сумку со всеми вещами в школе, а точнее в раздевалке. Вот сейчас иду я по страшному и темному коридору школы и думаю как бы на меня не выпрыгнуло какое-то страшное существо и не съело меня. В мои шестнадцать лет у меня очень хорошая фантазия и клаустрофобия. Просто когда я ездила к бабушке в Нью-Йорк и каталась на лифтах, я не раз там застревала. Ну и моя фобия очень часто давала про себя знать , особенно в такие моменты.
Вот я уже вижу дверь раздевалки, она совсем близко. Ну же, Лили, здесь никого нет, кого ты боишься? Мне кажется или я услышала шорох за поворотом? Я обернулась, но там никого нет. Ладно я просто выдумываю себе, здесь никого нет... надеюсь.
У нас очень странная раздевалка. Свет включается снаружи возле двери, нет окон и она очень маленькая. Про душ вообще молчу... свет там не включается совсем. Ну а если быть точнее, то там просто перегорела лампа года два назад , и менять ее никто не собирается.
Медленно открываю дверь, она неприятно скрипит при открытии. И опят я слышу какое-то шуршание, все за тем же углом. Я просто заберу сумку и уйду, со мной ничего не случиться. Тихонько захожу в эту проклятую раздевалку, черт бы ее побрал. Сразу на входе я увидела мою белую сумку и спортивный мешок с спортивной одеждой. Вы спросите,как я забыла сумку с которой хожу везде? А вот так, мой "дружок" Коул довел меня до истерики и я в порывах ненависти, выбежала с раздевалки под очень "приятные" слова Спроуса, сама же его обзывая всем что взбредет в голову.
Подбежав к сумке, я быстро ее схватила и хотела уже выбегжать из этого Ада, но не тут то было. Дверь захлопнулась прямо перед моим носом и я ничего не успев сделать, услышала как дверь видимо закрыли на ключ. И кто так шутит? Вот мне сейчас совершенно не смешно, хотя я думаю автор этой шутки и не рассчитывал на то, что мне должно быть смешно. Немного постояв у двери я услышала голос Коула, прекрасно. Просто офигенно. Мне еще и мстят за сегодняшнее:
- Ну что стрякозявка, вот я и отомстил тебе за парочку лестных слов в мою сторону. Ты там побудь до утра, потом открою,- я услышала короткий смешок, а потом он добавил,- если не забуду конечно.
Он видимо ушел, так как я уже не слышала ни шагов, ни шуршаний, а только свое сердце. Оно билось в бешеном ритме и мне стало не на шутку страшно. Да я застревала в лифте, но там был включен свет и я знала что менее чем через час меня от туда вытянут. А сейчас сиди до утра, без света и видимо без телефона. Бли-и-и-н, он реально разредился и я теперь без связи, света и всего прочего.
Я заметила как меня начало трясти, особенно руки, а дышать стало тяжило. В комнате резко закончился кислород, от чего начала крутиться голова. Вот это уже не хорошо. Я присела на пол и пыталась успокоиться, но это не получалась. Я понимала что мне сидеть здесь закрытой еще как минимум часов десять, а за это время я могу и умереть. Ну это я конечно палку перегибаю, но блин... а если не перегибаю? Боже от этих мыслей, моя дрожь из рук переходит и на ноги, из-за чего я уже не могу спокойно сидеть. Я заламываю себе пальцы рук для того чтобы отвлечься, но от этого становиться только хуже.
Я пытаюсь вспомнить моменты когда мы были с семьей на море. Как я сижу на пляжу и смотрю вдаль. Звуки чаек, моря и мягкий песок, который щекотал ступни. Я обняла себя руками и дрожь начала проходить. Но не надолго.
Открыв глаза я увидела как все плывет и размазывается, отчего я уже не видела точной картинки. И это сыграло со мной злую шутку. Мне начались казаться силуэты людей и прочей фигни которой здесь не было, но мой мозг пытался мне впихнуть мысль, что всё это по настоящему. Руки начало трясти как у наркомана во время ломки, а в глазах темнело. Я что-то бормотала себе под нос, но что, услышать не могла. Все что я слышала это мое сердцебиение и какой-то шорох за дверьми. Мне что-то говорили, а я все так же не могла сообразить что. Сколько времени прошло я тоже не знаю, мне сейчас не до этого.
Я легла на полу и свернулась калачиком. Все эти тени казались на столько реалистичными, что мой мозг начал добавлять им голоса. Прекрасно. Чокнусь здесь и никто не спасет.
В глазах окончательно потемнело и я уже ничего не слышала. Сердце билось все в том же бешеном ритме, а руки тряслись так , что я могла нечаянно себя ударить, а спина была вся мокрая. Мне было то холодно, то жарко. И вот веки начали тяжелеть, и я потихоньку закрываю глаза. Я чувствую как меня кто-то трусит, что-то говорит, но я уже закрыла глаза и провалилась в темную пучину из которой я не могу выбраться. Здесь темно. Очень темно.
Наше время
Я все еще смотрю ему прямо в глазах и вижу там раскаяние, мольбу о прощении и... сочувствие? Я конечно все понимаю, но то что было, характерно сдвинуло мне крышу, которую психологи еще года три пытались ровно поставить. Ему не понять ту боль, которую причинил он сам.
- Коул, то что ты сделал тогда, не забудется и вряд ли проститься,- я замолчала.
- Я понимаю,- он тоже замолчал, а потом горько усмехнулся и добавил,- Ты бы видела мое лицо, когда я в час ночи зашел в раздевалку, а ты лежала на полу. Вся тряслась, что-то бормотала себе под нос и плакала. Такая маленькая, беззащитная...моя,-уже тише добавил он, надеясь что я его не услышу. Но почему-то после этих слов стало так приятно.
- Я буду делать все, чтобы ты забыла ту ночь как страшный сон,- сказал он и прильнул к моим губам. Он целовал нежно, будто прося прощение. По коже прошлись мурашки когда он начал посасывать мою нижнюю губу. Я приоткрыла рот и его язык проник ко мне. Наши языки танцевали в танце известном только им и я получала от этого огромный кайф. А когда Коул навис надомной я поняла к чему все идет