𝕀 𝕨𝕒𝕟𝕥 𝕒 𝕓𝕒𝕓𝕪 𝕟𝕠 𝕞𝕒𝕥𝕥𝕖𝕣 𝕨𝕙𝕒𝕥...

Тэхён

—Тэхён, почему ты не спишь? Ведь уже ночь,— в дом явился довольный донельзя альфа,которого до сегодняшней ночи я называлсвоим.— Уже утро, — потирая глаза отнедосыпания, устало поправил я Сухёнасвоего любовника. — Твои вещи собраны,уходи, — махнул рукой в сторону кухни,где стояли упакованные сумки альфы.—Что случилось? Ты на что-то обиделся? Явсе могу объяснить, — тут же засуетилсяСухён, а я скривился от количества фальшив его голосе. Пристально посмотрев намужчину, сам себе поразился, то, чтопрежде принималось мной за достоинства,сейчас переросло в недостатки. Егопривычка кривить губы в саркастическойусмешке, блеск его пронзительных голубыхглаз, которые в первую нашу встречу иприковали к себе внимание, вызвав интересименно необычностью. Сейчас они напоминалирыбьи, пустые и холодные. А эта его манеравсегда говорить в полушутливой форме— она теперь неимоверно раздражала,вызывая желание закрыть глаза и несмотреть на него.Я и ответить ничего неуспел, как у моего недавнего сожителязазвонил телефон. Он глянул на дисплейи недовольно поморщился. Выйдя в прихожую,нажал ответ, вот только не учел того,что в его телефоне звук отменный, и дажес моего места было хорошо слышнособеседника, который в этот моментрадостно вопил в трубку:— Я тебяпоздравляю, — он на миг выждал паузу,его нетерпение я ощущал физически, поголосу было слышно, что этому источникухорошего настроения от силы лет двадцать— звонивший словно излучал позитив,хотелось непроизвольно улыбнуться егожизнерадостности. — Ты скоро станешьотцом, — не дождавшись вопроса, тут жесам прояснил он свою радость. На всякийслучай еще и уточнил: — Я беременный! —после еще одной непродолжительнойпаузы, истолковав молчание альфы какступор от шока, омега поинтересовалсянемного тише: — Ты рад?! Когда мыпоженимся?Отвечать альфа не стал, простонажав на отбой, а затем и вовсе отключилтелефон. Меня покоробило такое отношениек будущему отцу собственного ребенка,но я пока молчал, давая возможностьальфе навешать мне очередной лапши науши. В этот момент в моей груди зрелираздражение, злость, агрессия. Чем тотблагополучно и занялся, как тольковернулся в комнату. Я приготовилсяуслышать целую тонну отмазок, вплотьдо того, что все не так понял. Эта фразауже оскомину набила своей банальностью,но каждый альфа почему-то считает, чтоон может затуманить мозг омеге. Я неошибся — было много интересной лжи.—Малыш, меня на работу срочно вызвали, яприеду, и мы все обсудим с тобой, не поригорячку, — начал он увещевать меня, каквсегда, не меняя даже мимики, словно онау него была отработана до автоматизма.Все начало ужасно бесить. Особенно когдая понимал, что данный спектакль одногоактера для меня. А этот самонадеянныймужчина считает себя настольконеотразимым, что абсолютно уверен всвоем ораторском искусстве. Ни единымжестом я не выдал, насколько взбешен,как устал от вранья, лишь пожал плечамии равнодушно произнес:— Не трудись,просто забери свои вещи, иначе я ихвыкину на улицу, и когда ты вернешься,они будут там. Замки я поменяю, чтобы утебя не возникло желания вернуться,пока меня нет, — после сказанного, явспомнил и добавил: — И еще кое-что, тызаговариваешься, никогда я не былмалышом, и не буду им, по той простойпричине, что давно вышел из этоговозраста. Мне уже двадцать восемь, еслиты не забыл. А малышами называй своихомег, которых у тебя вагон и маленькаятележка. Вот только если они всезабеременеют, что ты тогда будешь делать?— этот вопрос был риторическим, ответамне и не требовалось. Просто встал,указал альфе на дверь, и после того, какон вышел, я и сам отправился в сад возледома, чтобы поразмышлять на свежемвоздухе. В одиночестве мне больше ненадо было притворяться, играть роли, ямог быть самим собой, со своими проблемамии переживаниями. Все маски разом слетелис лица, проявив тревогу, тоску иразочарование, а также усталость оттакой жизни.Когда гул мотора автомобиляальфы затих вдали, Тэхён облегченновыдохнул, взъерошил волосы, запуская вних пятерни, да так и застыл на некотороевремя. Свобода и независимость иногдапьянила. Но все-таки рядом хотелосьиметь надежного супруга. А пока будемнаслаждаться тем, что есть, раз уж таковамоя участь.Постояв так несколько минут,прикрыв глаза, чтобы очистить мозг отлишних дум, Тэхён снова открыл их иподнял голову к небу, где только-толькозанималась заря. Всегда любил восходсолнца, зрелище, которое успокаивает инавевает умиротворение.Ночь постепенноотступала. Темнота становилась не такойгустой. Она серела, бледнела и постепеннорассеивалась, цепляясь клочками заверхушки деревьев. Еще несколькомгновений, и тьма уступила свое место.На востоке забрезжила светлая полоска.Она разрасталась. Там, где несколькоминут назад было лишь светлое пятно,вдруг все начало алеть. Это первыесолнечные лучи. Они словно румянилинебо, заливая все вокруг мягким, трепетнымсиянием.Вокруг еще стояла тишина, ненарушаемая ни гомоном птиц, ни шорохомнасекомых. Ни одна ветка не шелохнуласьв предчувствии удивительной минуты,когда лучезарное солнце осветит землюсвоими лучами, согреет первым утреннимтеплом. И как только восток порозовел,все как будто проснулось. Птицы поднялигомон. А в моем саду их много, они залилисьтрелями. По веткам деревьев пробежаллегкий ветерок.И вот солнечные лучиосветили мир. На траве, на листьяхзаискрились капельки росы, как драгоценныекамни в дорогой оправе. Птицы началисвой утренний туалет, купаясь в росе ирадуясь теплу. Перекликаясь между собой.А тем временем заря расплескалась повсему небу. Оно стало алым, полыхнулозаревом.Пройдя по саду, Тэхён дотронулсярукой до верхушек роз, несколько кустовкоторых росли ближе к дому, наклонилсяи вдохнул их запах. Медленно двинулсяпо мощеной тропинке дальше. По путисорвал яблоко с дерева, протер его рукойи вгрызся в твердую бочину, с наслаждениемслизывая брызнувший сок с пальцев. Апотом устроился на скамье, откидываяголову на спинку так, что мой взглядупирался в небо.Мне всегда не везло сальфами. Видимо, я слишком требовательныйи принципиальный, но для меня в отношенияхглавное честность и крепкое плечо, окоторое можно опереться в труднуюминуту. И я не говорю о надежности идоверии, эти качества сами собойподразумеваются. Только ни в ком этогонабора не было. На меня вываливали тонныфальши и лести, от которых внутри всескручивалось от разочарования. Надеждунайти того самого — единственного, яокончательно и бесповоротно утратил.Годыидут, скоро я вообще с таким отношениемк кандидатам в мужья останусь водиночестве, тогда о ребенке придетсязабыть. А его мне очень и очень хочется.Пусть я буду растить его один, благо мойзаработок это вполне позволяет.Явице-президент компании своего старшегобрата — альфы, о котором только можномечтать, именно такого мужа я бы себехотел. Но увы и ах, брата я люблю, какродного и близкого мне родственника. Ктому же он уже нашел свое счастье,замечательного омегу, скромного,симпатичного, который души в нем нечает. И все делает для сохранения иукрепления их отношений. Я же, наблюдаяза ними да за своими отцами, которые всюжизнь прожили в любви и согласии, еслиссорились, то от силы раза три-четыре ито по мелочи, исхожу белой завистью.Ипусть многие альфы твердят, что такого,как я хочу, не может быть в реальности,но я на это только улыбаюсь, у меня-товсю жизнь реальные примеры перед глазами,оттого и вырос таким старомодным ипринципиальным.К тому же я начал частозадумываться над тем, что такого сложногодля альфы проявить заботу и уважение ксвоему омеге? В холодное время сутоквсего-то поинтересоваться, взял ли онперчатки, тепло ли одет, не позабыл лишарф; а летом создать комфорт в доме,чтобы температура устраивала обоих. Я,например, не люблю сквозняки. Из-за этогоеще с детства называли меня отцы и браттеплолюбивым растением. Неужели всетак сложно? Я требую невозможного?Тэхёнприкрыл глаза, тяжело вздохнув. Перевелисьнынче достойные альфы. Остается толькоодно: найти хоть один образчикмужественности, силы и здоровья,соблазнить его и наслаждаться отцовствомв одиночестве. Покупать пеленки,распашонки. Наблюдать, как растет малыш,как он произнесет свое первое слово,как впервые пойдет, как начнет говоритьна своем детском языке. Это же такоечудо. И пусть он будет только моим. И дляэтого мне нужен достойный кандидат,который и знать не будет о ребенке.Других вариантов я, увы, больше невижу.Только все для себя решил, какраздался звонок мобильного, нарушивтишину и очарование утра, которым янаслаждался. Глянув на дисплей, улыбнулся.Брат. А я только решил поинтересоваться,кому это не спится в такую рань.— Да,старший брат? Доброго тебе утра, — несдерживая радости, тут же затараториля в трубку. — Что тебя побудило позвонитьмне в такую рань? А вдруг бы я спал?—Судя по твоему довольному голосу, стобой все в порядке, — облегченновыдохнул брат. — Просто я почувствовалтвое угнетенное состояние и решилузнать, что на этот раз произошло. Ипочему ты не спишь? Опять ждешь своегогуляку?— Нет, уже не жду, я только чтовыгнал его из своего дома и из своейжизни, — радостно возвестил я. — И сейчасрешаю для себя очень важную дилемму,где найти донора на роль оплодотворителя,— брат поперхнулся от моих слов,переспросив, о чем это я. Так как отродственника я никогда ничего не скрывал,потому тут же поделился с ним мыслями.Он пару минут что-то обдумывал, а потомпоинтересовался:— Тэхён, объясни мнетолько одно: зачем где-то кого-то искать,когда у тебя под боком куча вариантов?— задумчиво протянул родственник, несовсем понимая, в чем у меня проблема.—Так в том-то и дело, что все они рядом,увидят мою беременность, начнутпредъявлять права на малыша, а мне этогоне нужно совершенно. Хочу найти такназываемого донора подальше от нашегогорода, чтобы он не смог меня отыскать,— терпеливо объяснил я.— А чем тебябанк спермы не устраивает? — сноваудивился брат. — Там точно здоровоеоплодотворение гарантировано.— А мнене только здоровье важно, — отмахнулсяТэхён, но потом пояснил: — Я долженвоочию увидеть носителя. Изучить егохарактер, повадки, силу, целеустремленность,только тогда смогу быть уверен в генахсобственного сына.— Что же, тогда, еслихочешь, я возьму тебе билет на лайнер,который отправляется в путешествие поокеану на четырнадцать дней. Успеешьза это время... э-э-э... решить свои вопросы?— спросил родственник, а я едва незадохнулся от радости, насколько этотальфа понимает меня, и как быстро всегданаходит выход из положения.— Конечно,успею, — довольно изрек Тэхён, попрощавшись,чтобы уже через три часа получить билет,который Джун мне привез лично, пожелавудачи в моей абсурдной и дикой затее.Он бросил на стол и проспект с рекламойлайнера, на котором мне предстоитпутешествовать. Когда я пробежал егоглазами, едва не задохнулся от восторга.И ведь было от чего.— вы увидите самыенастоящие улицы и центральный парк,огромные прогулочные палубы и даженатуральные живые деревья, посаженныев зеленой зоне (среди них множестворедких видов, а также растения, источающиеприятный аромат). Если надумаетепрогуляться — не забудьте о зонтике,чтобы стихия не застала вас врасплох;—для вас откроют двери огромное количестворесторанов и баров (свыше двух десятковзаведений разной направленности), ночнойклуб, дискотеки для взрослых и подростков,детский центр, фитнес и SPA, салоны красоты,солярий и джакузи, гольф-клуб, сувенирныебутики, каток и даже татуировочныйсалон;— на импровизированных улицах ив парке часто устраиваются шествия,парады и шоу;— все инфраструктурныеэлементы судна оборудованы интерактивнымиинформационными экранами, работающимив режиме тач-скрин. Благодаря этимнавигационным элементам вы никогда незаблудитесь;— здесь всегда играетмузыка и царит атмосфера вечногопраздника (поэтому, если вы любитеполежать или почитать в тишине, заранеевыбирайте каюту подальше от наиболеешумных и задействованных в шоу-программахмест);— к вашим услугам — 37 ценовыхкатегорий кают (от стандарта доапартаментов и королевских сьютов сроялем в гостиной). Здесь будет одинаковоудобно и семьям с детьми, и людям старшеговозраста, и молодым людям, путешествующимналегке. Создатели сделали все, чтобыстоимость круиза полностью соответствовалавыбранному уровню комфорта;— длянаблюдения за морскими обитателями вих естественной среде на борту естьнесколько «стеклянных залов», расположенныхниже ватерлинии. Придя сюда, вы бесстрашнои с восторгом погрузитесь в пучинуокеанов*.Вещи я собрал быстро. Внутривсе полыхало от азарта и предвкушения.Забыта была глубокая обида наизменщика-альфу, отошли на задний планвсе разочарования, которые я испытывал.Сейчас я разрабатывал план соблазнения,хотя претендента пока и представитьсебе не мог.Гардероб я выбирал тщательно.Когда-то брат подарил мне белый костюм,который на моем загорелом теле смотрелсяотлично, только поводов его надеть всене представлялось, почему-то я считал,что это совсем не рабочая одежда. А туткак раз и повод будет, наконец, обновитьвещь.До самого отъезда я находился какна иголках. Мне хотелось поторопитьвремя, ускорить его. Было такое чувство,что оно специально застыло, чтобыиспытать мое терпение. И вот, наконец,день отплытия настал. До океана менявез лично мой брат, не доверив эту миссиютаксистам. По дороге он давал мнепоследние наставления, предупреждалоб опасности, так как, по добытымсведениям, на лайнере находился некиймафиози.— Джуни, ты веришь этим сказкам?У нас давно перевелись мафиози, —засмеялся Тэхён, хлопая брата по плечу,пытаясь успокоить. — Навернякакакая-нибудь шишка, о которой сочиняютбайки.— Шишка-то он и есть, вроде какреспектабельный альфа, мэр своего края,но... — родственник многозначительнозамолчал, посмотрев на меня.— Ладно,обещаю, что мафиози даже взглядом неодарю, чтобы сберечь твои нервы, — сложивруки перед собой ладонями друг к другу,клятвенно пообещал Тэхён. — Если толькоон не подойдет по всем критериям, —добавил напоследок, подмигнув. Намджунна это только сквозь зубы выругался инедовольно глянул на меня.Стоило мнеступить на пристань, где был пришвартованэтот гигант, как мои глаза простозагорелись от восторга. Несколькоуровней, по которым уже сновали прибывшиепассажиры, длина судна такая, что невидно ни конца, ни края. Трап и тотоказался вычурный, в виде лестницы подстарину, резной и с гравировками наперилах. Интересно, у экономкласса такиеже? Как я понял, чтобы не создавать давку,у каждого уровня был свой трап. Оченьудобно, надо сказать.В небе над всемэтим великолепием парили чайки, громковыкрикивая что-то. Словно пыталисьдокричаться до суетящихся пассажиров,только кроме меня никто не обращал наних внимания.Медленно двинувшись вперед,я рассматривал все вокруг. Только вданный момент меня интересовало несудно, а его пассажиры. Пока на глазаничего достойного не попалось. Альфы сомегами, чинно шествующие на борт;толстые, потные альфы, в коротких шортах,над поясом которых свисало волосатоепузо, а в расстегнутом вороте цветастойрубахи виднелась такая же обросшаягрудь, вызывающая только омерзение.Встречались и уверенные в себе хлыщи,в которых сразу угадывались мелочность,алчность: их цепкие и бегающие взгляды,оценивающие любого омегу, попадающегов их поле зрения, говорили о многом.Оставалось только надеяться на успехмоей затеи.До отправления оставалосьеще с полчаса. Меня провели в каюту,показали все, объяснили, выдали картуи планировку лайнера, чтобы не заблудился,а также предложили присоединиться черезпару часов в одном из баров к празднованиюотплытия. Я на это только улыбнулся.Интересно, а когда мы причалим, праздноватьтоже будем? Но вслух ничего не сказал,только кивнул. Стюард оставил меняодного. Я осмотрелся.Каюта довольнопросторная. Душ и туалет находились вэтаком предбаннике перед каютой. Здесьже была кровать, прикрепленная к стене,стол посредине, три стула по бокам. Встене встроенный бар с холодильником.Огромный иллюминатор, под которым быллюк. Любопытство взыграло. Я открыл его,увидел лестницу вниз. Спускался словнопо закрытой трубе, вокруг столько многомаленьких лампочек сияло, словносветлячки облепили внутренностьтрубы.Спуск закончился...— Ух ты! —непроизвольно вырвался у меня возглас,когда передо мной возникло огромноепанорамное окно в подводный мир. Зрелищебыло захватывающее. И это около пристани.Я представил, что будет в открытом море,и радостно улыбнулся. Благодарясвоеобразным светящимся прожекторам,дно океана отлично просматривалось.Решивдождаться отплытия наверху, заоднопонаблюдать за тем, как мы покидаемгород, я быстро поднялся обратно и вышелна палубу. Народ почти весь собрался,вот только немного обеспокоенное лицостюарда, в руках которого был списокгостей лайнера, казалось, волноваломногих. Он несколько раз сверялся сосписком, потом смотрел на пристань ипоглядывал на часы. К нему подходили,что-то спрашивали, стюард с натянутойулыбкой отвечал, но создалось ощущение,что он чего-то или кого-то ждал. Я посмотрелна время. До отплытия ровно три минуты.Итут на пристани возникла суета. Автомобильвъехал едва ли не к самому трапу. Из неголегко выпрыгнул альфа, схватил сумку ичетким размеренным шагом направилсяпо трапу вверх. Стюард выдохнул облегченно.Судя по всему, только его и ждали.—Нечего сказать, эффектное появление, —буркнул Тэхён, намереваясь отправитьсяв каюту, но замешкался, засмотревшисьна провожающих. Хм... как на фронтотправляют, честное слово, слезы зачем-то,грусть в глазах... да радоваться надо.Акогда резко развернулся, то на кого-тоналетел. Но мужчина, буркнув что-тонеприятное, судя по интонации, тут жезаспешил прочь, только спиной и осталосьлюбоваться.— Ничего так, первый кандидатесть, — усмехнулся я, решив выбратьнесколько, а потом провести жесткийотбор. Благо, уже было из чего выбирать...