Ты не один
Чифую держался молодцом. С абсолютно потухшим взглядом он рассказал, как пришёл домой и увидел там кровавую баню. Как позвонил Баджи (представив его своим другом и учителем по шахматам), потому что не смог дозвониться отцу (Кейске настоял на том, чтобы Мацуно сделал звонки и отправил сообщения) и практически отключился до его приезда.
- Он явно был не в себе, когда я приехал - сидел на полу и просил мать ожить, держал её голову в руках, - полицейский бросил сочувственный взгляд на Мацуно, который выглядел совсем беззащитным и беспомощным, сгорбившись на кровати. - Он даже не подумал вызвать полицию, пока я ему не сказал.
- Что ж, такое зверское убийство... Надеюсь, мы найдём и накажем виновного, - Баджи заметил, как затряслись плечи Чифую и продолжил разговор с полицейским в надежде, что он этого не заметит:
- Что-то требуется сейчас от меня и Мацуно?
- Вас, я думаю, мы можем отпустить, - Чифую вскинулся, распахивая глаза:
- Баджи-сан! Пожалуйста!
- Я побуду ещё немного, но потом мне придётся уехать, Чифую. - Мужчина подсел к Мацуно, и сделав вид, что утешает того, прошептал на ухо:
- Чтобы не пришлось объяснять твоему отцу, откуда в вашем доме незнакомый ему ранее мужик, откуда-то знающий его сына. Ты справишься, Чифую?
Мацуно едва заметно пожал плечами. Похоже, случившееся выхолостило эмоции и он теперь напоминал кататоника, уставившегося в одну точку.
Они сидели, не произнося ни слова. Чуть на отдалении слышался шум и звуки следственной группы. Баджи предусмотрительно унёс в машину оставшуюся одежду охотника и его серп до приезда полицейских и намеревался избавиться от них как можно скорее. Он решил не доверять это Чифую - на того и так много всего свалилось, не факт, что он смог бы подойти к делу без эмоций и с умом.
На прощание Баджи обнял Мацуно, пообещал, что будет рядом и попросил в случае чего звонить.
Домой он ехал с ощущением того, что их версия шита белыми нитками, потяни - и где тонко, порвётся. При желании, при сильном давлении на Мацуно можно было быстро вызнать реальные обстоятельства. Оставалось надеяться, что случись это, ему никто не поверит. Подумают, что парень сбрендил после смерти матери.
У дверей своей квартиры Баджи почувствовал, как вздыбились волоски на коже и напряглась шея. Рука по инерции поворачивала ручку двери, хотя тело уже развернулось прочь. Ему в нос ударил сладковато-маслянистый запах, он почувствовал, как его прижали к стене, не давая скрыться от навязчивого амбре и подступающей темноты. Он моргнул, заваливаясь набок, ощутил, как его хватают за шкирку и услышал:
- Не зря сидел тут. Теперь ты ответишь за всё, что сделал, волчара.
***
Глаза явно желали, чтобы свет больше никогда не попадал на них - веки будто магнитом тянуло друг к другу. Тело ломило, словно каждая косточка решила стать отдельной пыточной. Баджи услышал противный хруст и ощутил жгучую боль, разливающуюся в запястье.
- Смотри-ка ты, как его сморило - даже бедро сломали, а он всё спит и спит, - нехотя, Кейске всё же разлепил взгляд. Теперь ясно, откуда столько боли. Вот же уроды! Кости наверняка срослись неправильно. Осторожно, чтобы не привлечь внимания, он попытался пошевелить ладонями и стопами. Бесполезно - его связали цепями, а значит - если и получится выбраться, это будет непросто.
А ещё - цепи звенят как не в себя.
- Очнулся-таки, - возле него оказался высокий человек с копной чёрных волос, противно пахнущий ликованием и порохом. В его руках он увидел серп, взятый у охотника, убившего мать Мацуно.
- Каору-сан как чувствовал - не зря снюхался с этой сучкой. Жаль его, но зато мы тебя поймали, да и угрозу от детёныша сразу устраним, - Баджи ощутил на своем горле металл. - А ты знал, что если бы ты не укусил того пацана, у него был бы шанс остаться человеком? Его мамаша тоже родилась полукровкой и ни разу даже птички не съела, максимум - стейк с кровью. Не все щенки обязательно превращаются в тварей.
На лицо Кейске попали капли слюны - презрение в словах охотника выливалось наружу.
- Но вы бы всё равно следили за ним, не так ли, как и за его матерью? - голос будто не свой, будто звучал издалека, язык еле ворочался. Баджи подумал сломали ли ему челюсть, пока он был в отключке. Уж слишком непривычно она двигалась. Но это было несопоставимо с той болью, что вонзилась в грудь от понимания того, к чему привела его ошибка.
- Непременно. Мы же не можем подвергать людей такой опасности, как ты и этот щенок.
- Он ещё ребёнок, - Кейске чувствовал, как похолодели конечности от страха за Чифую.
- Он оборотень. И он убил человека. Теперь ему сложнее будет удержаться от повтора, - напарник брюнета поднёс смартфон к лицу Баджи. Тот, поняв, что он хочет сделать, пытался дёргать головой, но ещё одна цепь крепко прижала шею. Кейске увидел имя на экране и как человек напротив открывает диалог.