Подарок

На следующий день Саша даже не посмотрел в мою сторону. Прошёл мимо, словно меня не существовало. Не притормозил, не кивнул, не бросил привычного: «Привет, принцесса». Просто прошёл сквозь лобби с ящиком спиртного в руках - молча, сосредоточенно, будто нёс не алкоголь, а свой последний аргумент.

На обеденном перерыве он стоял у стойки бара, как обычно, оживлённо болтая с администратором Ниной. Шутил, размахивал руками, даже улыбался. Но взгляд всё время ускользал, если я оказывалась рядом.

Обиделся. По-детски.

Я не подходила. Не потому, что гордость. Просто не знала, что ещё. Всё, что я могла бы сказать, уже было сказано. А всё остальное...

***

Смена выдалась тяжёлой. Поэтому на Сашин игнор и его непонятные обиды просто не осталось ни сил, ни желания. Один из постояльцев зачем-то решил разводить шприцы в унитазе, другой - забыл свою жену на десятом этаже в халате и с мокрыми волосами. По вентиляции потянуло плесенью, вызывали дезинфекторов.

Голова гудела, как старый мотор.

Когда часы показали конец смены, я выдохнула.

Переоделась, даже не бросив взгляда в сторону бара. Хотя чувствовала - он смотрит. Видит. Но не двинулся. Ни шагом, ни взглядом не выдал себя.

На улице было прохладно, воздух пах пылью и кофе из уличной точки на углу. Солнце опускалось за крыши, заливая стеклянные фасады кроваво-оранжевым. Сумка с формой тянула плечо, но домой я не торопилась.

Мысли слиплись в гудящий ком. Родион. Мужчина в пальто. Сашин растерянный взгляд. Его резкая смена настроения. Словно я сорвала с чего-то маску. Или открыла ящик Пандоры, ключ от которого потеряли все, кроме него.

Мне нужно было сбросить напряжение. Сжечь изнутри. Поэтому я свернула не к остановке, а к спортивному комплексу.

***

Зал был почти пуст. В углу кто-то методично работал с грушей - ритмично, глухо, с отдачей.

Я переоделась в лосины, майку, затянула бинты. Волосы затянула в тугой хвост. Всё, как раньше.

Как до этой чертовой Москвы. До Саши. До Карима. До...

В груди будто кто-то царапнул изнутри. Странное чувство. Скучала черт возьми, хоть и не хотела в этом признаваться. Дико скучала. Злилась на это.

Проклятый Стокгольмский синдром.

Я подошла к груше. Первый удар - пробный. Второй - увереннее. Тело помнило. Прислушивалась: не тянет, не болит. По крайней мере, физически я была в порядке.

Комбинация. Блок. Разворот. Резкий хук.

Я била, пока не вспотела, пока дыхание не сбилось, пока в голове не стало пусто. Оставались только удары.

И вдруг, ощущение взгляда.

Я замерла. Медленно повернула голову.

У стены стоял мужчина. Высокий, спортивный. Чёрная футболка, тату на шее, руки в карманах. Смотрел прямо, не скрываясь. Наклонил голову, изучал.

- Ты дерёшься так, будто кого-то собираешься убить, - голос спокойный, чуть насмешливый.

- Может, и так, - не сбавляя ритма.

- Надеюсь, не меня.

Я усмехнулась. Вытерла лоб предплечьем.

- Если бы хотела - уже лежал бы.

- Убедительно, - улыбаясь кивнул. - Но не уходи сегодня одна. У стойки двое, в чёрных куртках. Смотрят на тебя, как на товар.

Я вскинула глаза. Действительно. Один в куртке с капюшоном, второй - плотный, невысокий, с тату на пальцах. Периодически бросали взгляды.

- Спасибо за предупреждение, - кивнула. - Но я справлюсь.

- Женя, - представился он, отходя. - Я часто здесь бываю по вечерам.

Я осталась. Уйти сразу - было бы логично. Но внутри всё протестовало.

Груша снова загудела под ударами. Потом - штанга. Потом канат. Тело дрожало, мышцы ныли, но я продолжала.

Пару раз замечала, что те двое всё ещё здесь. Один делал вид, что проверяет часы. Второй жевал батончик, не сводя с меня глаз.

Когда я в конце концов остановилась, то с трудом добралась до раздевалки. Пальцы дрожали, тело ныло. В зеркале - знакомое лицо, но в глазах появилось то, чего давно не было - холодное спокойствие.

Я переоделась, накинула толстовку, глубоко вдохнула. И вышла.

Они ждали.

Стояли у выхода. Слишком «случайно». Оба синхронно обернулись, когда я открыла дверь. Один сделал шаг вперёд. Второй натянул капюшон, но взгляд я уловила - липкий, хищный.

Я замедлила шаг. Сумку прижала плотнее. Колени чуть согнуты. Плечи - расслаблены. Внутри - готовность.

- Эй, подруга, не спеши, - сказал плотный, прокуренным голосом. - Может, вместе дойдём?

Второй обошёл меня, отрезая путь.

- Убери руки, - голос твёрдый. Ровный.

- Тише, тише, - капюшон потянулся к карману. - Не боись, мы просто поболтать хотим.

Он шагнул ближе. Я метнулась в сторону и ударила локтем - в солнечное сплетение. Тот согнулся, захрипел. Второй замер - а потом бросился вперёд.

Но тут же - хруст. Рывок. Глухой удар. Кто-то отлетел к бетонной стене.

Я обернулась.

- Артём? - искренне удивилась. Он появился буквально из воздуха.

Один из них потянулся к куртке, но Артём был быстрее. Колено - в корпус. Мужик осел, захрипев.

- На землю! - рявкнул Артём. - Или сдохнуть захотелось?

Первый попытался подняться - получил под дых. Замолчал.

Я стояла, тяжело дыша. Пульс стучал в ушах, тело гудело от выброса адреналина.

Артём посмотрел на меня:

- Ты совсем охренела? - прошипел. - Шляешься одна?

- Я... - попыталась объяснить, но слов не было.

- Молчи. Пошли.

Он взял меня за руку и не отпускал, пока мы не вышли к оживлённой улице.

- Ты в порядке? - голос был хриплым.

- Спасибо, ты вовремя. Думаешь, я бы не справилась?

Он посмотрел в сторону, затем на меня. Его пальцы всё ещё сжимали моё запястье. Наконец отпустил.

- Ни секунды в тебе не сомневался, Мира, - усмехнулся. - Ты же бешеная.

- Ну, спасибо, - буркнула я и толкнула его в плечо.

Он достал телефон. Сделал пару нажатий и набрал чей-то номер. Мой карман завибрировал.

- Сохрани, - бросил он коротко.

Я усмехнулась.

- Почему я не удивлена?

- В наше время найти номер не проблема, - усмехнулся. - Карим знает, что ты здесь. Меня просил не светиться. Но как видишь не удалось, и за это вероятно мне влетит. Но если бы тебя кто-то тронул - до утра я бы точно не дожил.

- И давно ты вот так "не светишься"?

- С момента, как ты сошла на первой станции и вернулась в Москву.

Он смотрел вперёд, словно отслеживал каждый силуэт.

Через минуту приехала машина такси. Артём открыл передо мной дверь. Наклонился к открытому окну.

- Спасибо, - прошептала я.

- Не мне, - улыбаясь ответил . - Ему.

Он помедлил, взгляд стал жёстче.

- Береги себя, Мира, - сказал он тише. - И держись подальше от мразей.