Алекс
Я проснулась от забытого звука телефонного звонка. Часы показывали 15:37. Кое-как вслепую отыскав телефон, я ответила на звонок.
-Алиса, это ты?– сказал смутно знакомый голос.
-Да, а как...?
-Думала, удастся исчезнуть бесследно? Я звоню тебе уже второй день, как только нашёл этот дом и номер. На пропущенные глянь.
-Что тебе нужно от меня? – охрипшим голосом спросила я.
-Так, сейчас я еду к тебе. У тебя есть примерно час, чтобы подготовиться.
-Алекс...
Этот мерзавец бросил трубку. Я посмотрела на входящие звонки. И так... за два дня пятнадцать вызовов. И всё он. Удачно я поспала.
Дорогая, твой райский уголок разрушен. Сейчас тебя снова затащат туда, откуда ты сбежала, и вновь заставят терпеть лживые рожи и белозубые улыбки. Хотя, если подумать, то и здесь у тебя перспективы незавидные. «Умереть» здесь, в одиночестве или же «умереть» на пике славы? Чёрт, придётся дождаться Алекса и выслушать то, что он хочет сказать.
Вынеся мусор, я посмотрела на время. До его приезда осталось чуть больше десяти минут. Алекс всегда был очень пунктуален, для такого разгульного образа жизни, как у него. День сегодня был солнечный и тёплый, поэтому я достала из пачки сигарету, поднялась в беседку и спокойно закурила, постигая блаженство при помощи дешевого табака. Солнце отражалось в оставшихся каплях дождя на траве, в пруду мирно плавали утки. Деревья, отряхнувшись от дождя, легко покачивались на ветру. Дым от сигареты поднимался в небо, которое выглядело невероятно ярким и чистым, после трёх дней дождя. Настоящая идиллия, жаль, что она скоро рухнет.
Я успела уже выкурить две сигареты, как услышала шум мотора за забором. Время стояло на отметке в 16:37. Калитка открылась со скрипом, и моему взгляду предстал изрядно уставший мужчина, одетый как для путешествия, в ветровку, камуфляжные штаны и высокие ботинки. Его лицо носило печать разочарования, оскорблённости и недосыпания. Однако, когда его глаза увидели меня, в них сияла надежда.
-Неплохо ты тут устроилась... Пригласишь в дом или же хочешь обсудить всё здесь?
Я потушила окурок об перила и молча открыла дверь, дав понять, что он должен войти. Как только мы оказались в гостиной, единственной комнате, где было два кресла, я задала интересовавший меня вопрос:
-Так и зачем же ты тут?
-Мне нужен твой талант.
-Для чего же? Принести тебе ещё денег? Неужели те, что ты заработал, кончились?
-Алиса, дело моей жизни хотят закрыть. Я о выставочном зале.
-Кто и как? – меня это задело за живое. Чёрт, выставочный зал Алекса был моим священным храмом, где я могла делиться с людьми своими мыслями и заставлять их задуматься о чём-либо... И теперь его хотят снести.
-Его выкупит сеть ресторанов, чтобы сделать там столовую для «элиты». Я не могу этому воспрепятствовать в одиночку. Мне нужна ты.
-Так, ты хочешь, чтобы я вновь писала картины, люди бы ходили на выставки и твой бизнес вновь начал приносить доход?
Интересно, а что он скажет про моё намерение остаться здесь?
-Да, - сказал Алекс, откинувшись на спинку кресла. – Я уже видел краем глаза твою новую картину в мастерской. Ты вернулась, и ты мне нужна.
Какой наблюдательный сукин сын. Шантажировать меня закрытием моего храма, приехать сюда, чтобы просто сказать: «Я хочу получить с помощью тебя горы бабла» и всё это с невинным лицом и печальным взором... Ну ничего, сейчас мы тебе продиктуем свои условия. Сейчас я тебе отомщу за вторжение в чужой рай.
-Если хочешь снова начать, то слушай мои условия. 40% выручки будут принадлежать мне. Я не еду в город, а буду писать здесь. Приезжать сюда ты будешь только за картинами, и только когда я позвоню. Картины ты продавать тоже не будешь. Как только ты соберешь достаточно денег для того, чтобы выкупить зал, мы разойдёмся.
Честно говоря, я и не ждала, что он согласится. Условия, которые я поставила, его раньше бы никак не устроили, и Алекс прогнул бы свою линию до конца. Но только я посмотрела на него... он сломлен. Никогда раньше не видела его таким. Осунувшийся и растерянный, он пришёл ко мне с надеждой. Мне... мне стало его даже отчасти жалко, потому что я понимала, что для него значит его бизнес.
-Да, хоть мне и кажется, что ты умрёшь в этом уютном домике и покроешься плесенью. Спасибо, что согласилась. Теперь хоть что-то будет как прежде. Пожалуй, мне пора. Была приятная беседа. Звони, Алиса, как будешь готова.
Я долго провожала машину взглядом. Что же... Это вышло довольно предсказуемо. Он сыграл на моих слабостях, я сыграла на его и мы вернулись к тому, что было. Мне нужно было снова писать, ему нужно было спасти свой бизнес... Жизнь идёт сплошными циклами и очень часто повторяется. Главное, вынести урок из прошедшего и не повторить эту ошибку в будущем. Чего я сейчас и не сделала... Опять доверилась ему, чёрт побери.
Ноги принесли меня к окну. Вечерело, и вновь поднимался ветер. Тёмные деревья в лесу начали шептаться между собой. Небольшой сад перед домом тоже включился в эту беседу. С одного из деревьев на меня большими и яркими глазами смотрела большая сова.
Я вышла во двор, пока величественная птица не улетела, и протянула ей кусок сырого мяса, который взяла из холодильника. Её большие глаза смотрели на меня настороженно, а сама она была цвета осени. Охра, чёрный и серый цвет переливались в её перьях, создавая прекрасный узор. Теперь она смотрела на кусок мяса в моей руке и ёрзала в раздумьях и предвкушении. Наконец решив, что глупая девушка в майке и трусах хочет её покормить и не желает ей зла, сова спорхнула на мою руку и начала с удовольствием есть мясо.
-Милая, разрешишь тебя погладить?
Ответом мне было только довольное ухуканье. Ну вот, Алиса, надо было идти в егеря. С животными общаешься лучше, чем с людьми. Поглаживая сову по спине, я заметила у неё несколько шрамов. Её видимо неплохо жизнь потрепала. Похоже на когти кошки...
Щипком клювом за ладонь, птица поблагодарила меня за угощение и дала понять, что ей пора. Мягко и бесшумно взлетев с руки, она очень быстро пропала из виду. Теперь ты хотя бы не одинока в этом захолустье. Пожалуй, попью чаю, приготовлю ужин из сосисок с пюре, и пойду спать. Встреча с Алексом не только прервала мой сон, но и выпила изрядную долю сил. Восстановить я их могла только сном и шоколадом, который был для меня «универсальным топливом». Поэтому сначала биологические потребности, потом уже и буду творить. Надо написать хотя бы десять картин, чтобы Алекс мог устроить выставку. «Страх» уже есть, так что осталось ещё девять. Ещё целых девять картин в одиночестве. Прекрасно, есть время и есть мысли. Можно начать творить.