Суровый декабрь.

Редкая безмятежная ночная пора. Снежинки плавно опускались на землю, и их падение боялся потревожить даже самый тихий ветер.

Ветер неприятно задувал за шиворот, тонкими ледяными струйками проникая под куртку. Он подвывал где-то среди высоток, сбивая с пути хрупкие снежинки. Ветер колол щеки, моросил нос. Закоченевшие пальцы в карманах все не могли согреться. Парень вжался в плечи. На нем не было шапки: снежинки опускались прямо на его макушку.

Пустовали улицы, притихли вечно суетившиеся на дорогах машины, лишь изредка кое-где прошмыгнёт небольшой автомобиль.

Парень вошёл в дом; дверь была открыта. Старший его ждал? Зачем тогда отказывался от встречи?

Он двинулся в глубь комнаты, оставив верхнюю одежду в коридоре, и нашёл темноволосого на кухне.

Александр стоял неподвижно; он бесцельно смотрел в окно, скрестив руки на груди. Завёл ногу за ногу, зачесал волосы назад. В свете фонаря его бледное лицо казалось ещё белее. Блестящие в темноте глаза бесцельно метались но пейзажу за окном. Локтями он оперся на подоконник. Давние воспоминания посетили Рому, создавая в голове образ той самой ночи, когда Александр остался у него на ночь.

-Хей, ты как?-Рома осторожно коснулся его плеча, скользя ладонью к шее, запуская пальцы в его волнистые волосы.

-Никак.-он смахнул ладонь кареглазого.-Нам нужно поговорить.

-Зачем тогда отказывался от встречи? Я же хочу помочь.

-Не знал как точно выразиться. Но теперь ты здесь, хоть я тебя и не звал, и ты это услышишь.

-Отчем ты?

-О том, что произошло.

Повисла тишина. Оба подбирали слова, оба пытались выразиться мягче. У обоих в голове метался неразборчивый ураган чувств. Рома не стал больше поддаваться угнетающей паузе и отошёл за кружкой, набрал воды, сделал глоток. Подражая Александру, он оперся на столешницу, вновь подтягивая кружку к губам.

-И..-он, сглотнув, усмехнулся.-Чего же ты надумал?

-Я не оттолкну тебя, но и поощрять твои действия тоже не буду.-он помолчал.-Нам стоит перестать общаться.

Рома замер. Сердце вдруг забилось быстрее, и кровь ощутимо побежала по жилам.

-Как..перестать.

-Насовсем.

-Причина?-отхлебывая, пробормотал шатен.

-Я не могу объяснить.

-Ты боишься. Почему?

-Неважно.

Рома отвёл взгляд, выдержал паузу. Развернулся, оставив кружку, и подошёл ближе к старшему, накрывая его ладонь своей.

-Слушай, мы можем..

-Не можем.-оборвал его темноволосый, так и не взглянув на парня.

-Что?-запнулся Рома.

-Нет никаких «нас». Есть я, есть ты.-Рубил словами он.

-Разве мы не будем вместе?

-Не будем, и никогда не были. Ты правда веришь в эти нездоровые отношения? Я думал мы забыли о том. Я лишь закрыл собой ту временную дыру одиночества, а заполнить тебе ее нужно кем-нибудь другим. Это была безвыходность, понимаешь?

-Но..-шатен сглотнул.-Ты лгал мне?

-Нет, и не собирался. Я и не расчитывал на что-то большее.

Земля под ногами качнулась, живот скрутило холодом. Он полз вверх по трахеям, растворялся в крови, леденил вены. Не хотелось верить ни в одно прежде сказанное старшим слово. Не может же все закончиться вот так. Осколок льда вонзился в грудь, умерщвляя надежду и мечты. Мечты? Вот что, возможно, правило младшим в тот момент. Все это было лишь порождением его воображения.

-Ром..-прервал тишину Александр.-Прости меня. Я не думал, что все это зайдёт так далеко. В тот вечер каждый из нас оказался не в то время не в том месте.

Он выдержал длительную паузу, а после продолжил.

-Найди себе хорошего любящего человека. Один ты не сможешь, да и я твоей пустоте не замена.

-Почему.-с обреченным безразличием ответил тот.

Старший мотнул головой, словно прогоняя дурные мысли и возвращаясь к разговору.

-Лиана.

Парень сглотнул.

-Кто?

-Я перестал с тобой общаться, как завидел в тебе «нездоровые» наклонности. Это меня и пугало. Как только я начал с ней встречаться, я оборвал все связи, боясь, что ты утащишь меня за собой. Как ты понял - так и вышло. Я сожалею об этом, и не смогу себе подобного простить.-он выдохнул.-Мы с ней..

Но слов было не нужно. Рома ещё раз окинул взглядом окно и бесшумно удалился из комнаты.

«Мы». Это истерзало душу в клочья. Шатен сжимал кулаки так, что белели костяшки и ногти впивались в мякоть. Он не был зол на темноволосого, он был зол на себя. Зол на себя из-за того накручивания, на какое способны только дети. Мечты и ожидания - лишь дурные помыслы, искажающие восприятие реальности. В груди билась пустота и огорчение. Слишком больно было воспринимать действительность.

Рома вышел из квартиры, окунаясь в леденящую и мрачную темень бетонных стен. Слетев по лестнице, шатен побрел по улице, уставившись в пол.

Снег хрустел и сминался под ногами, снежинки косого снегопада путались в волосах. Ветер задувал за шиворот, но холода не ощущалось. Ноги вдруг запутались так, что стало трудно идти, и, казалось, что парень сейчас просто упадёт. Растерянность вдруг взялась за сердце, беспощадно сжимая его в своих тисках, и потянула к обочине. Там она провела парня средь деревьев и толкнула в снег. Тело рухнуло в сугроб, искажая идеальный рельеф снежной глади своим отпечатком. Рома раскинул руки в стороны, выдыхая горячее облако пара, что мгновенно обернулось белыми вихрями и улетучилось ввысь, замысловато извиваясь в полёте.

Здесь было темно, не так, как в свете фонаря. Ярко мерцали звёзды, завораживая своим призрачным светом. Усталость медленно наполняла тело.

Мягкие снежинки безмятежно опускались за землю, на деревья, на лицо. Они устилали щеки, моросили нос. Но это был приятный холод, такой тонкий и тихий, какого не встретишь в серые будни. Все вокруг было сине-чёрным, преобладание белого четко высвечивало контрастирующие объекты.

Прострация наблюдалась в его усталом взгляде. Мысли не возникали как обычно. Их не было. В голове залегал густой туман в перемешку с безвыходностью. Леденящий поток кусачего снега обернул ладони, пальцы коченели от холода. Пальто ощутимо промокло, влага проникла сквозь плотное худи. Затылок заболел от переохлаждения, но шатен не обратил на это внимания. Гораздо большая боль расстилалась в сердце.

Пересилив себя, он поднялся, не отряхнувшись, добрел до улицы. В светлом круге, который образовался от зажженного фонаря, Рома видел медленно реявшие в воздухе маленькие сухие снежинки. Парень сунул замёрзшие руки в карманы, выдыхая горячий пар. Ладони не согревались: промокшие карманы лишь сильнее моросили пальцы. Парень окунулся в белый свет фонаря, наблюдая за своей медленно покачивающейся тенью.

«И вот я вернулся к исходной точке. Темно-синяя гладь неба накрыла город, холодный ветер гладит лицо, люди засыпают. Не с кем разделить эту боль. Я запрокинул голову.

На кану Новый год, вспомнилось мне. Лиана с Сашей станут в этом году лучшими подарками друг для друга, и, наверняка, поцелуются под звон часов, а затем на нетрезвую голову в темной комнате сольются воедино, доставляя друг другу невиданное наслаждение. Они вместе, а я одинок. Я много чего потерял, почти ничего не обретя взамен. Все же, мне суждено быть одному. Много чего изменилось, а белые снежинки все кружились в темноте.»

Конец.

1086 слов.