30
30
16 августа 2018, 00:58
Ослепительный свет с улицы проник в контейнер. Все трое замерли. Никто не решался даже вдохнуть.
Как только Тони забрался в контейнер, а вслед за ним Джеймс, они оба в недоумении застыли, пялясь на пустые клетки, и после этого момента Юнги помнил всё как будто кадрами — прыжок из контейнера; за ними кидается разъяренный Тони, выпрыгивает и хватает Чонгука; Гук яростно брыкается и вырывается из его хватки; Юнги захлопывает дверь и изо всех сил держит ее, Чимин пытается запереть щеколду; Джеймс со всей силы бьется в дверь изнутри и почти что открывает ее, но Чимин успевает запереть замок.
Только после того, как контейнер заперт, а в нём и Джеймс, к Юнги вернулось нормальное восприятие действительности, и он принялся оглядываться по сторонам — Чонгук… Он всё то время, пока Юнги и Чимин запирали Джеймса, сдерживал Тони, чтобы тот не помешал им возиться с дверью.
Юнги кинулся на помощь Чонгуку, но Тони внезапно как-то извернулся, достал из-за пояса небольшую дубинку и, вырвавшись из рук Чонгука, который обхватывал его со спины, прижал эту дубинку к его шее. Чонгук резко задергался, закатил глаза и завалился на землю, периодически вздрагивая, после чего Тони с силой наступил своим тяжелым ботинком ему на руку. Послышался истошный крик Гука, а Чимин с Юнги замерли в двух метрах от него, не решаясь подойти к Тони, потому что он водил перед собой своей дубинкой-шокером и не давал им приблизиться.
— Sons of bitch! WHAT THE HELL ARE YOU DOING?! Just try to approach and I… (Сукины дети! КАКОГО ХРЕНА ВЫ УСТРОИЛИ?! Только попробуйте подойти и я…)
Он не договорил и, не отрывая взгляда от Юнги, снова приставил шокер к шее Гука — того снова затрясло, а из горла вырывались хриплые стоны.
Чимин решил применить хитрость — выдвинув руки вперед и вперившись взглядом в Тони, он быстро обошел его и встал напротив Юнги, и когда Тони стал вертеть головой туда-сюда, пытаясь уследить за обоими парнями одновременно, Юнги накинулся на него, обхватив руками его голову и закрывая обзор, и, обвив ногами, завалил его назад. Тони тут же приложил шокер к руке Юнги.
— Чим… — не успел сказать Юнги, как его прошибло током. Чимин, воспользовавшись тем, что Юнги закрыл Тони обзор, не без труда выхватил шокер у Тони из рук и затем прижал к паху. Специально ли именно туда, или нет, Чимин и сам не знал, но как только Юнги перестало трясти и он вылез из-под Тони, Чимин все держал и держал шокер на ширинке его джинсов, пока Тони не отключился.
Юнги быстро оправился от шока, а затем большими глазами уставился на Чимина, который с выражением абсолютной ненависти и остервенения продолжал бить током Тони, даже когда тот, казалось, уже потерял сознание.
— Чимин… Чимин! Харош! — прикрикнул Юнги и принялся оттаскивать Чимина от бессознательно валяющегося на земле Тони. Чимин, к его удивлению, начал вырываться из его рук.
— Пусти! Пусти меня! — истошно кричал он. — Я убью его этим грёбаным шокером!!!
— Ты ничего не сделаешь! Им нельзя убить! — пытался вразумить его Юнги. — Ты ничего не сделаешь ему! Он просто отрубится и всё!
После этого Чимин перестал вырываться, но все еще держал шокер включенным.
— Так, спокойно, Чим, слышишь? Выключи шокер, — тихо сказал Юнги. — Выключи и успокойся. Всё хорошо… Вот так… — Юнги вынул из его побелевших от напряжения рук шокер-дубинку и выбросил подальше в лес. — Вот та-а-к… Всё? Видишь? У нас получилось… — продолжал твердить Юнги, всё еще обхватывая Чимина обеими руками со спины. Он чувствовал, как сильно билось сердце у него, слышал его шумное дыхание и боялся отпускать, хоть и волновался за Чонгука, лежащего на земле в трех метрах от него, не меньше, чем за Чимина. — Успокоился?
Чимин всхлипнул коротко, но волю истерике не дал, и кивнув в ответ Юнги, тот отпустил его. Затем они оба подбежали к Чонгуку и склонились над ним.
— Гуки, Гук… — проговорил Юнги, взяв его лицо в ладони и проверяя реакцию. — У него обморок, очнется минут через десять примерно… — Юнги мельком осмотрел и прощупал руку, на которую ему наступил Тони. — Скорее всего, закрытый перелом. Подлечим, не страшно…
После осмотра он шумно вдохнул, приложил руки ко рту и шумно выдохнул, потерев лицо, и не отрывая рук от лица, проговорил: — Блять… Мы выбрались… Ебать…
Чимин после этих слов упал с корточек прямо на землю, как будто силы резко покинули его, и пялился на бессознательно лежащих Чонгука и Тони. Затем он перевел взгляд на содрогающиеся от ударов двери контейнера, в котором буквально пару минут назад они со страхом и волнением ждали, когда откроются стальные двери… а после постепенно к нему стал возвращаться слух, который до этого был как будто притуплен, ведь всё, что он мог слышать, это было собственное сердце, заходящееся в бешеном ритме, и голос Юнги.
Около минуты он приходил в себя от этого адреналинового шока, а затем так же, как и Юнги, приложил ко рту руки, заставляя себя вдыхать и выдыхать медленно, успокаиваясь окончательно.
— Телефон, — проговорил он спустя какое-то время и тут же кинулся к Тони, принимаясь шарить у него по карманам джинсов. — Телефон! Нужно позвонить!.. — бормотал Чимин.
И он нашел телефон в заднем кармане. Разбитый…
— С-сука… — прошипел Чимин, в сердцах выкидывая телефон со всего размаху куда-то вдаль. Вокруг них был густой лес, и лишь там, где они сейчас находились, была бетонная площадка, небольшая, вроде заброшенной парковки. — Юнги, нам нужно уходить, — проговорил он. — Позвонить мы не можем, нужно искать город или людей самим. Через сколько очнется Тони?
— Через полчаса примерно, ты его нехило так тряханул током… — задумчиво проговорил Юнги. Он держал руку на пульсе Чонгука, а затем кивнул и поднялся с корточек. — Подождем немного, пусть Чонгук очнется, чтобы он хоть сам мог идти. И нужно определить хотя бы, где мы…
— Это похоже на… Нам-гу, — ответил Чимин, озираясь по сторонам. — Мне кажется это Нам-гу. Здесь вокруг одни холмы, возможно мы в… парке Игидэ?
— Скорее всего, — ответил Юнги.
— Тогда надо идти вниз по склону, так мы точно выйдем к пляжу. Если идти вверх, то можем заблудить, а вот внизу точно пляж, и точно есть люди.
— Отлично, — кивнул Юнги, а затем положил руку на плечо Чимина. — Ты как? — тихо спросил он.
— Норм…нормально, — заикаясь ответил Чимин. — Нормально, всё хорошо… Надо идти. Юнги, надо идти, уходить отсюда, быстро! Быстро… Нельзя на месте сидеть… Юнги, пошли скорее…
«Так, его переклинило…» — мысленно испугался Юнги. — «Только бы не истерил… вот это нам сейчас не нужно вообще…»
— Чимин, Чим, послушай меня, мм? Слушаешь? — осторожно сказал Юнги, держа Чимина за плечи и заглядывая в глаза.
— Мгм, — кивнул Чимин, закусив дрожащую нижнюю губу. Он резко побледнел, да и чувствовал он себя откровенно плохо — перед глазами всё вертелось, в ушах шумело, да еще и руки и ноги как будто немели.
— Амиго, слышишь? — проговорил Юнги. Он пытался растормошить Чимина и не дать ему упасть в обморок, потому что нужно было уже уходить. — Амиго, на меня смотри и слушай, что я говорю, понял?
— Мгм… — снова кивнул Чимин.
— Мы выбрались, сбежали, слышишь? У нас всё получилось, Тони в отключке. Ты его вырубил, понимаешь? Ты сам вырубил его, жахнул его током, он очнется только через полчаса. Джеймс заперт, мы заперли его, ты сам закрыл замок. Ты молодец… — Юнги аккуратно, боясь делать резкие движения, притянул его к себе, мягко обнимая и утыкаясь носом в его шею. Он почувствовал, как дрожащие руки Чимина легли ему на талию, а затем на плечо ему упали несколько горячих капель. — Ты молодец, у тебя получилось, всё нормально…
— Юнги… — надрывным шепотом проговорил Чимин и чуть не зарыдал, но всё-таки здравый смысл говорил ему, приказывал заткнуться и отложить истерику на потом. Чимин прерывисто выдохнул, не давая плачу захватить его, и расслабился. — Юнги, Юнги… — Чимин уже покрепче обхватил его, как будто сейчас без Юнги он бы ни секунды не прожил. — Юнги… Ам…амиго… — сквозь вырвавшийся всхлип он испустил тихий смешок. — До сих пор смешно с этого «амиго».
Юнги хмыкнул в ответ. Так они простояли около минуты, может две, а затем послышался стон Чонгука.
— Бля-я-ть… — было первое, что он сказал, когда пришел в себя. — С-сука блять… Ай…
— Гук! — Юнги, отпустив Чимина, помог Чонгуку сесть прямо.
— Получилось? — хрипло спросил Чонгук и вскрикнул, когда его руку пронзила острая боль. Он посмотрел на запястье. — Он сломал мне руку, гнида…
— Да, скорее всего сломал, — ответил Юнги и принялся помогать Чонгуку встать, подхватив его под руки.
— А как же телефон? — пробормотал Гук, на ватных ногах поднимаясь с земли и пытаясь устоять ровно. — Мы же позвонить собирались…
— Он разбился, ничего не выйдет, придется идти пешком, — ответил Чимин, подхватывая Чонгука с другой стороны и придерживая его за талию. — Мы будем идти вниз по склону, пока не выйдем к пляжу. Думаю, это не займет больше часа, хотя кто знает… Но нужно идти. Скорее…
Чимин мысленно содрогался каждый раз, когда слышал истошные вопли и ругательства Джеймса и его попытки вырваться из контейнера. Он бился в дверь так отчаянно, что, казалось, вот-вот должен был вышибить её. Юнги тоже настороженно смотрел в ту сторону и был согласен с тем, что нужно быстрее уходить отсюда.
Так, подхватив Чонгука под руки, все трое поплелись в сторону предполагаемого выхода из леса. Им хотелось бежать, нестись, как можно быстрее найти людей, но они не могли себе этого позволить — у них не было сил, и Чонгук пока не мог бежать.
— Нужно ускориться, — тихо сказал Юнги, мысленно подсчитывая момент, когда должен был очнуться Тони. — У нас есть еще минут пять-десять пока этот татуированный хрен в отключке. Потом он откроет контейнер, и они рванут за нами. Чонгук, ты как?
— Более-менее, наверное, могу сам идти…
Чимин и Юнги медленно отпустили его, и Чонгук, закусывая губы от боли в сломанной руке, дальше шел сам. Они прошли так около получаса. Все устали, уже выдыхались, им до одури хотелось пить, но нужно было идти, идти… только вперед… Но спустя еще минут сорок они просто повалились посреди леса прямо на землю, выдохшись и обессилев.
— Я больше… не могу… — пробормотал Чимин. — У меня болит… всё… и я кажется… отключаюсь…
— Не смей!.. — чуть ли не прорычал Юнги. — Не смей вырубаться… Осталось чуть-чуть…
— Я тоже не могу, — отозвался Чонгук. — Больно…
— Так, а ну… Собрались, тряпки, подняли задницы и вперёд… — ободряюще (нет) сказал Юнги, и так и остался лежать на земле, потому что и сам был совсем без сил. — Ладно, минуту. Отдыхаем минуту. А потом выдвигаемся.
Юнги досчитал про себя до шестидесяти, зажмурившись и стараясь дышать ровно и спокойно, набираясь сил перед новым рывком вперед, к свободе. На прозвучавшем в голове «шестьдесят» он, превозмогая так никуда и не девшуюся усталость, поднялся на ноги и принялся помогать Чимину и Чонгуку.
— Вперед, хватит сидеть… — хрипел Юнги. Выглядели они все трое до умопомрачения жутко — бледные, с осунувшимися лицами и синяками вокруг покрасневших глаз. Тела их были покрыты царапинами от ржавых прутьев решеток, через которые они выбирались наружу из клеток, а поверх них теперь были еще и свежие следы борьбы в виде синяков, ссадин, кровавых разводов и прилипшего мусора в виде сухих листиков и бетонной пыли.
— Подъём, ленивые жопы, вставайте! — прикрикнул Юнги.
Чимин и Чонгук со стонами поднялись с влажной земли, отчего на их спины и к волосам, как собственно и к Юнги, прилепился целый ворох осенних листьев, делая их вид еще более диким.
Поддерживая друг друга за талию, трое парней принялись идти дальше. Они еще довольно долго шли вперед, прислушиваясь и приглядываясь к звукам, окружающим их, и наконец спустя какое-то время между деревьями замелькал просвет, и послышалось море…
Как только они услышали этот тихий шелест, а в просвете между стволами замелькал яркий и светящийся на солнце песок, у всех троих как будто открылось второе дыхание. Они чуть ли не вдвое быстрее ринулись вперёд и, когда вышли из леса, а их ноги утонули в песке, у всех проступили слёзы на глазах.
— Выбрались… — полушепотом сказал Юнги. — Мы блять выбрались из этого злоебучего леса. Наконец-то…
Он несколько раз шмыгнул носом и быстро утёр влажные глаза тыльной стороной руки. Чимин сделал то же самое, а затем, глубоко вдохнув соленый морской воздух, тихонько усмехнулся сквозь слёзы и облегченно выдохнул:
— Мы сбежали… Я не верю…