•1•
Чонгук смотрит в сторону дома, куда пошли Хосок и Чимин, и что-то усиленно обдумывает. Ранее стоящие вокруг люди уже разбрелись по своим домам. После того, как отец позволил Хосоку забрать того, кого выбрали они оба, Чонгуку стало обидно. Брат ведь обещал, что Гук может сделать выбор первым.
Жгучая обида расползалась по всему телу, заставляя парня сжимать кулаки. Чонгук всеми силами старается не думать об этом, но ничего иного в голову совсем не приходит.
Кто-то дергает его за край рубахи и он растерянно смотрит на потревожившего его парня.
- Мы так и будем здесь стоять? - немного надувшись, спрашивает он. - Все уже разошлись.
- Оу, прости, - альфа мотает головой и тянет руку для рукопожатия. - Ким Чонгук.
- Ким Тэхен, - широко улыбаясь, он пожал руку Чонгуку. - Так куда мы идем?
Альфа кивнул в ту же сторону, куда ушли ранее его старший брат и прибывшая омега.
Они неспешно шли к дому, разговаривая и пытаясь узнать друг друга поближе. Тэхен оказался совсем не таким, как казалось сначала. На самом деле Гук думал, что этот парень не очень то и похож на омегу: слишком грубый голос, слишком пронзительные глаза и совсем не хрупкое телосложение. Но на удивление альфы он оказался также веселым и чересчур болтливым. Для стеснительного и не очень общительного Чонгука это как раз то самое.
Подходя к дому, Чонгук чувствовал легкую панику. Он просто не представляет, как он будет жить с Чимином под одной крышей.
Продолжая разговаривать, он с Тэхеном поднялся в свою комнату.
- Располагайся, - натянуто улыбнувшись, Гук покинул свою комнату и прошел чуть дальше по коридору к брату.
Дверь комнаты Хосока была чуть приоткрыта и оттуда слышался голос папы:
-...кажутся болванами, но они хорошие, - он глупо смеется, но голоса Чимина не слышно.
Подойдя чуть ближе к двери, он видит, что папа сидит на кровати рядом с омегой старшего сына, который испуганными глазами смотрит на него и, кажется, пытается не расплакаться.
- Сокджин, - вдруг начинает Чим, - я могу вас так называть?
- Конечно-конечно, как тебе будет удобно, - папа чересчур радостно кивает и быстро хлопает глазами.
- Как вы себя чувствовали, когда вас сюда привезли?
- О-о, это была просто катастрофа, - Сокджин снова смеется, но на этот раз как-то грустно. - Я чуть ли не в истерике бился и хотел вернуться домой, где меня ждал альфа моей мечты, как я думал на тот момент. К тому же меня выбрал сын главы, что автоматически навязывало на меня некоторые обязательства. Но со временем я привык и понял, что люблю своего альфу намного больше, чем того, что был в моем поселении.
Старший замолчал, печально улыбаясь и смотря куда-то в пустоту. Чимин тоже молчал, задумчиво глядя в окно.
- Кхм... я еще кое-что хотел спросить, - омега смотрит на свои сжатые ладошки и чуть покашливает. - Почему вы выглядите так молодо? Все таки уже столько лет прошло...
- А, ты об этом, - Сокджин тихо рассмеялся. - Ты разве не слышал, что продолжительность жизни волков намного дольше, чем у людей? - Чимин как-то растерянно кивнул и старший продолжил. - Так вот, когда смертная омега и волк-альфа связаны, омега приобретает кое-какие способности волков, не превращается в волка, но живет так же долго как и они.
Чимин вновь кивает, но выглядит так, будто и не слушал Сокджина.
- Если будут вопросы, обращайся, - папа мягко похлопывает его по коленке и направляется к двери.
Спохватившись, Гук бесшумно бежит к своей комнате и встает у двери, типа он все это время был здесь.
В это время Сокджин выходит из-за двери и, плотно закрыв ее за собой, проводит пальцами под глазами.
- Пап? - хмурясь, спрашивает Чонгук и медленно подходит к нему.
- Ох, мой малыш, - Джин, заприметив сына, быстро идет к нему со слезами на глазах и душит в объятьях. - Вы так быстро повзрослели.
Папа рыдает ему в плечо, а он неловко обнимает его в ответ, похлопывая по спине. Странно видеть настолько эмоционального папу, обычно более сдержанного.
- Прости, что-то я сегодня будто весь на иголках, - чуть успокоившись, Сокджин наконец отпускает Чонгука и машет ладонями, пытаясь охладить лицо. - Пойду, поговорю теперь и с твоей омегой. Надеюсь, он такой же милый, как и Чимин.
Джин кое-как возвращает привычное выражение лица и, слабо улыбаясь, расправляет широкие плечи и идет в комнату младшего сына. Смотря на папу, Гук улыбается и мотает головой.
Как только отец с ним справляется, - посмеиваясь, думает парень и спускается на кухню.
Взяв яблоко, он подбрасывает его в одной руке и смотрит на брата, разминающегося на лужайке на заднем дворе. Для волков просто огромное удовольствие жить у самой кромки бесконечного леса, в то время как люди пугаются каждого шороха, доносящегося оттуда. Волки наслаждаются бегом и запахом леса каждый день, для них это такой же важный процесс, как и питание.
Солнце ярко светит прямо на Хосока и Чонгук улыбается уголками губ, смотря как он счастливо потягивается, радуясь теплым предзакатным лучам. Как вообще можно долго обижаться на этого вечно улыбающегося парня, думает младший и одергивает себя, вспомнив, что тот увел его омежку.
Какого хрена вообще?
- Не выражайся, - с улыбкой говорит отец, перехватив яблоко из руки Гука. - Что произошло с вами?
- Ничего, - Чонгук избегает взгляда отца и старается не думать ни о чем, потому что ставить барьер от него он так и не научился.
- А вот врать не хорошо, - глава волков громко хрустит яблоком, повернувшись к старшему сыну. - Ты ведь знаешь, что можешь доверять мне.
Младший, смотря на свои ноги, кивает и принимается кусать губы. На кухне становится тихо, но чуткий слух альф различает тихие шаги Сокджина.
- Намджун, - так же, как и ранее сам лидер, Джин с укором посмотрел на него. - Ты опять заставляешь его нервничать, - он мягко освободил губу Чонгука от его же зубов, качая головой.
- Да я ничего не сказал, - оправдывается альфа, чуть надувшись, - так ведь, Гукки?
Отец слабо толкает его плечом, а Чонгук негромко смеется, смотря на родителей. Было немного странно слышать такое обращение от грозного Намджуна. Но стоило бы привыкнуть, потому что в присутствии своей омеги большой и страшный лидер волков превращается в нежного котенка. Хотя об этой стороне отца знают только они, это все еще кажется неловким и смешным.
- Да все в порядке, пап, - отвечает Гук и собирается уйти куда-нибудь в другое место, но Джин его осторожно останавливает.
- Я хотел сказать... - Сокджин мнется, но все же договаривает свою мысль. - Я хотел сказать, что пока не хочу становится дедушкой, так что повремените с этим, ладно?
- Не переживай насчет этого, - Чонгук снова смеется и, чмокнув папу в щеку, выходит из помещения.
Он выбегает из дома и вдруг чувствует, что на него накатывает непривычная грусть. Дышать становится тяжело, но альфа всеми силами отмахивается от этих мыслей и бежит к лесу, обращаясь на полпути.
Лапы мягко касаются земли, направляясь куда-то в глубь леса. Прохладный вечерний ветер приятно охлаждает, трава податливо мнется, а ветки деревьев совсем не мешают получать удовольствие от бега. Он продолжает бежать, слушая лес вокруг и стараясь слиться с ним воедино.
Наконец, Гук добирается до пункта назначения. Солнце уже зашло, но он все еще хорошо различает очертания небольшого водопада. Аккуратно сев на холодную влажную землю у воды, он закрывает глаза и слушает.
Он слушает, как течет вода, как летают птицы где-то в дали, как шуршит трава под напором ветра. Чонгук расслабляется и чувствует приятную пустоту в голове. Волк может обрести полную свободу только в своем истинном обличии и только в лесу. Несмотря на то, что большинство предпочитает отдыхать в компании, младший сын главы любит быть один. Ему намного легче, когда в голове не мешаются чужие мысли.
Чонгук ложится на землю, положив подбородок на скрещенные лапы и кажется засыпает. Открыв глаза, он уже не может понять сколько времени находится здесь и чуть потягивается, растягивая мышцы.
Встряхнув мех, он направляется в сторону дома, как можно медленнее. Ему здесь слишком нравится и уходить совсем не хочется. Папа, наверно, уже распереживался. Наверно он никогда не привыкнет к тому, что Чонгук уже повзрослел.
Всю дорогу он рассматривает деревья, выискивая поющих время от времени птиц. Уныло опустив голову, он ненадолго останавливается. Домой правда не хочется, но идти больше некуда. Чонгук поднимает глаза к небу и неспешно бежит к дому.
Свет в окнах давно погас, значит все спят. Подбегая к двери, он принимает человеческий образ и идет в душевую на первом этаже.
Стоя под теплыми струями воды, он без всякого желания смывает прилипшую землю и запах такого родного места. Вода мягко струится по красивому телу и Гук, тяжело дыша, опирается на стену. В его постели сейчас спит малознакомый парень, который возможно родит ему когда-нибудь маленьких волчат. Кошмар просто. Эта мысль не покидает юную голову, пока он не оказывается перед своей омегой.
Во сне Тэхен выглядит очень даже мило. Возможно, Чонгук и не будет жалеть о своем выборе. Слабо улыбаясь, он забирается под одеяло и засыпает спиной к омеге.