60
— Я рад, что ты здесь, — глаза Пэя лихорадочно горят. Пэй взял меня за руку. — Идем.
Пэй завел меня в дом, мы поднялись наверх.
— Вот моя комната. Пока переждем здесь.
Оглядываюсь. Спальня, на удивление, такая… живая, что ли. Несмотря на то, что Пэй наверняка давно здесь не жил, сохранились старые постеры с музыкальными группами, полки уставлены моделями машин, самолетов и планет. Несколько стеллажей заставлены книгами и бумагами. Пэй сел на кровать, мне же позволив обойти его территорию.
— Ты как? — спрашиваю, присаживаясь рядом с Пэем.
— Никак. Чувствую себя мразью. Знаешь, когда мне в последний раз отец звонил и звал к себе, он был другой. Говорил иначе. Спокойнее, добрее. Так настойчиво уговаривал приехать, хотел еще что-то сказать. Мне кажется, он что-то предчувствовал. Я же опять думал только о себе и упустил возможность увидеться с ним, больше не смогу с ним поговорить и узнать, что же он хотел мне сказать.
Из моих глаз текут слезы, уже не успеваю их стирать.
— Пэй, не надо. Все мы люди. Если бы могли знать все наперед…
— Он знал. У него всегда хорошо была развита интуиция. И он никогда не хотел, чтобы я становился музыкантом. Как увлечение — да, но не так, чтобы это заняло всю мою жизнь. Знаешь, что он сделал?
— Что?
— В завещании, поделив между всеми наследство, поставил такое условие — я становлюсь наравне с братом акционером во всех наших компаниях и продать свою долю или переписать на кого бы то ни было не смогу — иначе вся семья лишается всего имущества и денег, которые уходят в благотворительные фонды.
— Ну… ты можешь только номинально участвовать в делах.
— Могу, но не буду. Раз отец этого хотел, попробую себя и в этом деле. Хотя какой из музыканта предприниматель, еще и без высшего образования — не представляю. Придется заодно и знание подтягивать.
— А как же музыка? Ты ведь очень популярен. Бросишь все?
— Нет. Не брошу. Не смогу. Запись песен не занимает слишком много времени. Могу давать эксклюзивные концерты раза два в месяц. Но в гастроли теперь если и буду ездить, то очень редко и только для собственного удовольствия.
Пэй взглянул на наручные часы.
— Нам пора идти.
Похороны были тяжелые. Бледный молчаливый Пэй ни на минуту не отпускал моей руки. Мы стояли вместе со всеми близкими родственниками отца Пэя. Я увидела знакомые лица. Брат Пэя с женой и детьми — старшая златокудрая и очень милая девочка стоит в окружении двух серьезных близнецов, ребята словно охраняют девчушку от всего и всех. Близнецы — это, наверное, те самые строптивые отпрыски семьи. Сам Мурмаер держит на руках светловолосого сынишку лет трех на вид и… нервно теребит косу своей жены. Малышу нравится папино занятие, и он тоже с удовольствие приводит в негодность мамину прическу. Да, очень милая семья.
Мама Пэя много плакала, а потом и вовсе упала в обморок. В итоге мы с Пэем повезли его маму обратно домой. Старший брат остался в ресторане вести похороны. Всю дорогу мама Пэя горько плакала у него на плече и только под конец немного успокоилась, приняла успокоительное, но идти спать и уединяться не пожелала, пояснив, что так ей будет только хуже. Весь вечер просидела вместе с Пэем и его мамой. Пэй представил меня маме как… свою девушку. Не знаю, зачем, но спорить не стала. Не время. С мамой на удивление хорошо поговорили, оказывается, она тоже уроженка южных мест. Мама Пэя была щедра на комплименты и заметила, что видела все клипы своего сына, но больше всего ей нравятся те, где есть я. Затем она все-таки ушла к себе, попросив Пэя почаще привозить меня в гости.
— Уже поздно. Может, останешься? — Пэй не спрашивает, а скорее просит.
— Пэй, я не…
— Пэйтон. Зови меня Пэйтон, хорошо?
— Хорошо. Пэйтон, я говорила. Не останусь.
— Ты… все-таки с ним теперь, да?
— Самое главное, я с собой.
Руки Пэйтона сжались, он опустил голову, скрывая взгляд.
— А со мной быть хочешь?
— Нет.
— Насть, я готов к…
— Я больше не хочу от тебя зависеть. Это больно. Мне казалось, я выдержу все, но нет.
— Видишь ли… еще не известно, кто от кого больше зависит. Ты вот смогла уйти, а я бы добровольно тебя не отпустил.
— Ты сказал, что такая помощница, как я, тебе не нужна.
Мурмаер мрачно усмехнулся.
— Я имел в виду, что мне не нужна помощница, которая делает что-то за моей спиной, и ты это знаешь.
— Но я ведь именно такая, получается.
— Ты необыкновенная. И ты мне нужна. Всегда.
Зазвонил телефон. Мое такси приехало.
— Мне пора.
Пэйтон смотрит на меня… как там Джей говорил? Глаза побитой собаки?
— Насть.
— Да?
— Ты не против если я буду тебе звонить?
— Против.
Иначе я никогда не разорву эту болезненную связь. Не хочу быть больше тенью.
— Хорошо, я понял.
Мой бывший шеф проводил меня до такси, а потом мучительно долго держал за руку, не давая сесть в такси и заставляя нервничать ожидающего водителя. Я не в силах была забрать свою руку. Больше всего мне хотелось поцеловать Пэйтона и забрать печаль и тоску из его глаз. Не знаю, как нашла в себе силы все-таки уехать.
ПЭЙТОН МУРМАЕР
Вот уже полгода загружен работой по самую макушку. В прессе чего только обо мне не говорят. И я сошел с ума, и карьеру певца бросил, и вдохновение потерял, и удача от меня отвернулась…
На самом деле предположения не далеки от истины. Я схожу с ума без своей Карамельки. Фортуна действительно от меня отвернулась. Но, на удивление, вдохновение от меня не ушло, наоборот, еще никогда меня так сильно оно не одолевало.
Недавно услышал свои старые песни из уст одного нового начинающего певца. Это те песни, что оставил себе Мэйс после разрыва договора. Только услышав, как поет новое дарование, очень удивился. Почему Мэйс так поступил? Почему столько ждал? Что это за мелкая месть такая? Попытка добить?
Хорошо все обдумав, я понял, в чем дело. Настя не с ним, не с Мэйсом. Иначе бы Мэйс не разменивался на такую ерунду, в попытке меня хоть как-то укусить и задеть. Дав моим песням жизнь, Мэйс расписался в своем поражении. Давно у меня не было такого хорошего настроения. Все, моя девочка. Моя и только моя. Погуляла и хватит. Я не оставлю тебе ни единого шанса.
НАСТЯ
С Джеем и его продюсером я нормально сработалась. Если бы Крис Дилар не пытался постоянно агитировать меня начать сольную карьеру, так и вовсе все было бы замечательно, но продюсера волнуют до сих пор ненормально зашкаливающие рейтинги певицы Фортуны. Работаю в продюсерском центре, перекрасилась в блондинку и… никто меня не признает за ту самую Настю, подружку известного певца. Во всяком случае, пока не признает. С Джеем я по работе почти не вижусь, но почти каждый день он забирает меня домой. Не у самых дверей центра, чтобы не привлекать внимание других сотрудников, но все же.
Этим вечером Джейден выступает на закрытой вечеринке, так что домой добираюсь своим ходом. В своей маленькой съемной квартирке быстро разогрела готовый ужин из морозилки. Готовь лень, поскольку очень поздно. Сейчас только поем, и спать. Свою довольно-таки высокую зарплату я сполна отрабатываю. Сегодня был и вовсе веселый кастинг. Приходили подростки пробоваться в будущую девчачью группу. Так там две девочки подрались так, что скорую пришлось вызывать. Конкуренция, она такая.
Включила для фона телевизор. Любимый музыкальный канал Джея. Пока ем, с интересом прислушиваюсь к незнакомой мелодии. О, что-то новенькое. Я сейчас все последние песни угадываю по первым трем нотам, а вот эта песня не угадывается. Замерла, когда услышала до боли знакомый бархатный голос. Когда же я вслушалась в слова песни, чашка с чаем выпала из моей руки и разбилась, но я этого даже не заметила.
Кружку выронила как раз в тот момент, когда мягкое приятное начало прервалось и певец дурным голосом заорал: “Настя, я идио-о-от!!!”, а дальше и вовсе началась какая-то вакханалия, мало похожая на нормальный клип: эдакий рок-н-ролл, где периодически певец Пэй взывает к девушке по имени Настя и признается разными самыми разнообразными и витиеватыми словами, какой он дурак и идиот, и это даже иногда похоже на песню, но больше на крики бешеного орангутана. Как это могли поставить в ротацию? У них у всех крыша что ли поехала?
Хохочу до слез. Сейчас Пэйтон еще и скорчил такое смешное лицо, навсегда ломая свой образ сексуально-брутального певца. Что ты делаешь, Мурмаер? Клип закончился, на экране вновь появились модные ныне ведущие музыкального чарта — парень и девушка, никогда не лезущие за словом в карман. Ведущие стоят с круглыми, смешно вытаращенными глазами, на их лицах написано полнейшее недоумение.
— Что это было? — озвучил крутящийся в моей голове вопрос парень. — Это точно был Пэй Мурмаер?
Девушка растеряна. Такое впечатление, что никто из ведущих не видел клип заранее. Резко включилась реклама. Бедные ведущие, у них там, наверное, сейчас переоценка всех взглядов и ценностей идет.
Не удержалась. Все еще посмеиваясь, набрала бывшему шефу сообщение, нарушив долгое молчание: “Пэйтон, это что такое?”