57
— Я уже все сказал. Хотела бы по-настоящему, еще раньше бы от Пэя ушла. А вот так бросаться из одних объятий в другие — только больнее себе делать. Не надо действовать на горячую голову. Мэйс-то дождется, если ему надо. Вон уже сколько ждет.
Как мне сейчас хочется прибить Джея.
— На что рассчитываешь ты? Только без сказок о желании помочь.
— Да не знаю я еще точно. Поживем, увидим. Ты как, кстати, готова продолжать певческую карьеру? Если что, Мэйсон у нас не единственный продюсер.
Покрутила пальцем у виска. Дурдом.
— Что? Нет? Зря.
— Нет. И если я что-то и продолжу в этом ключе, то только с Мэйсом.
— Не зарекайся.
В салоне повисла тишина. Водитель мчит машину на большой скорости. Еду в неизвестность. В шоке от новых обстоятельств и пытаюсь понять, что же действительно надо от меня Джею.
Приехали загород, в тихий закрытый поселок с солидными такими домами и еще более солидными высокими заборами.
— Надо же, кто бы мог подумать, что я когда-нибудь стану похитителем прекрасных девушек, — довольно произнес Хосллер, когда машина припарковалась у дома. — Кушать хочешь, пленница?
— Нет.
— Ну и зря.
К Джею подошел один из охранников и что-то тихо сказал.
— О, ну все нормально, Насть. Мэйсон уехал из аэропорта, твою записку получил.
— Какую записку?
— В которой ты сообщаешь, что тебе нужно подумать обо всем, и ты берешь тайм-аут. Просишь тебя не искать, и сама, если что свяжешься.
Бросилась на Джейдена с кулаками. Жутко довольный собой Джей побежал скрываться от моего гнева в дом.
— Стой, отморозок! — догоняю.
— Не-не, с темой отморозков это к Пэю, он у нас ледяной мальчик, — хохоча, отвечает Хосллер и забегает в просторную хорошо обставленную гостиную. С размаха падает на диван. Джей дотянулся до пульта на журнальном столике и включил телевизор.
Остановившись у дивана, часто и глубоко дышу. Злость еще не прошла. Орет какая-то песня на музыкальном канале, Джей лежит, заложив руки за голову, улыбается, ждет.
— Вставай.
— Не-а. Так бей.
— Я лежачих не бью.
— Тогда не бей.
Со всего маха ударила Хосллеру в живот, хотя надо было бы чуть ниже, но еще не вечер. Джей согнулся, но почти тут же резко подался вперед, хватая меня за ноги и роняя к себе на диван.
— Пусти, идиот! Мерзкий звездун! — отчаянно сопротивляюсь и вырываюсь.
— Да тише ты, вот фурия, — фыркает Джей, скручивая мне руки и зажимает мои ноги между своих. — Ой, ну хватит уже, я все равно сильнее. Успокойся.
— Я тебя засужу. За похищение! За домогательства… за насилие!
— О, последнего пункта точно не было. Но если уж все равно обвинят, то придется устроить, чтобы потом не так обидно было, — смеется Джейден. Издевается, гад.
— Не лапай меня!
— Не вырывайся и не бей меня, тогда договоримся.
Затихла. Джей ослабил хватку и тоже замер. Пытаюсь выбраться, но все еще держит. Так и лежу на диване, полностью обездвиженная, с Джеем в обнимку.
— Если не отпустишь… — шиплю.
— Ты меня засудишь, ага. Только для этого надо еще как-то в суд добраться.
— Идиот.
— Повторяешься.
— Козлина.
— Уже лучше.
По телевизору заиграла моя песня.
— Смотри, тебя чуть ли не каждые полчаса крутят. Это популярность, Фортуна. Про наш с Пэем клип уже почти забыли. Ну и правильно. Он какой-то без души вышел. Кстати, тебе кто стихи писал?
Молчу и вообще отвернулась от Хосллера.
— Бойкот? Ну, наконец-то спокойствие и тишина. Можно телевизор нормально посмотреть.
Сделала резкий рывок и оказалась на свободе. Правда, с дивана свалилась.
— Если захочешь еще пообниматься, ты знаешь, где меня искать, — иронично произнес Джей.
— Стол накрыт, — важно произнес вошедший в гостиную охранник.
— О, пошли, — радостно произнес певец. — Похищение прекрасных девушек, оказывается, вызывает дикий аппетит.
Я не хочу есть, но сказать об этом не могу, ибо бойкот. А возможно и бойкот вместе с голодовкой. Мой похититель схватил меня за руку и потащил к выходу.
— Составишь мне компанию, а то одному скучно.
Сижу за столом в состоянии полного шока. До сих пор не могу отойти от нового неожиданного поворота в своей судьбе. Джей трескает за обе щеки. Еда выглядит очень вкусно, а уж какие источает ароматы. И вот сижу я, сижу, живот громко заурчал. Плюнула на все и налила себе в тарелку горячий, исходящий паром наваристый суп. Голодовка, видимо, не мое. Остается только бойкот. Это я могу, да.
— Приятного аппетита, — глядя на меня с умилением, произнес Хосллер. — Кстати, я тут отпуск взял. Так что на две недели я весь твой.
Подавилась супом.
— Какая радость, — откашлявшись, произнесла я. Ну вот, видимо, и бойкот мне не удался. — И что, весь отпуск на меня потратишь?
— Да, я же сказал.
— Все-таки не понимаю, за что мне такая честь. И «спасение» в виде похищения, теперь и это.
— Ой, не благодари, я широкой души человек от рождения.
После обеда Джей предложил поплавать в его крытом бассейне. Я опять покрутила пальцем у виска и пошла на улицу гулять. Вместе со мной навязался Хосллер. Жалко, поскольку я хотела хотя бы попробовать докричаться до соседей, попросив вызвать полицию.
Джей упорно пытался разговорить меня, но я отмалчивалась. В итоге, разведав территорию, вернулась в дом, засев в той же гостиной, где произошла небольшая битва с Джеем. Похититель включил телевизор, а там он, Пэй и Англия. Не могу оторвать взгляд от Пэя.
— Ну вот, а ты из одних объятий в другие хотела броситься, — вдруг произнес Джей. — Да ты по Пэю сохнешь. Нет, я, конечно, не знаю, что у вас там с Мэйсом, но не видел я, чтобы ты на него так смотрела. Я, между прочим, в курсе, где сейчас Пэй, и где Мэйсон. Так вот. Мурмаер мечется по всему Лондону в поисках тебя, да и тут уже всех на уши поставил.
— Хм. Может, он от Энн не хочет уезжать заодно?