55
На какое-то время наступила тишина, взорвавшаяся безудержным заливистым хохотом Джея.
— Пэй, — Джей с трудом, сквозь смех выговаривает слова. — Ты олень.
Скорее жираф.
— Что? — хмуро интересуется Пэй.
Шеф посмотрел на продолжающего ненормально хохотать Джея, перевел взгляд в свой планшет, снова на Джея, затем в планшет чуть дольше… и на меня. Бросилась к входной двери. Сработал инстинкт самосохранения. Во взгляде Пэя рассмотрела жажду убийства или как минимум членовредительства. Выбежала в коридор гостиничного номера, успела добежать до лифта, за секунду поняла, что с лифтом засада, а лестница тут, кажется, с другой стороны. Меня настиг шеф, схватил за руку и потащил в сторону нашего номера.
— Поздно бежать, надо было раньше, — зло отметил Пэй.
И вот мы в номере. Пэй закрыл дверь изнутри на ключ.
— У меня даже слов нет, — произносит Пэй. — За что, почему? Как? От кого, а от тебя я такого не ожидал.
— А чего ты ожидал, Пэй? Что такого случилось? Да, записала песню. Не поставила тебя в известность. И что? Мир рухнул?
— Почему не сказала?
— А почему ты не сказал про новую музу?
Пэй застыл.
— Ты знаешь?
— Знаю.
— То есть… это месть?
Вот тут я всерьез задумалась.
— А в чем месть, Пэй? Что плохого я сделала ей или тебе?
— Когда вы с ним встречались? Ты спала с ним? Каких еще сюрпризов мне ждать?
— Никаких, — пожала плечами я. — Мы не спали, встречались всего один раз. Тогда и сняли клип.
Что-то я устала от всего. Присела в кресло. Пэй навис надо мной.
— Встречались тогда, когда узнала про Энни?
О, вот как ее зовут.
— Да.
— Позвонила ему, нажаловалась, он и прискакал?
— Я не буду отвечать на этот вопрос.
— Настя, и что произошло такого, что ты меня предала? Узнала о музе? Так и что с того? Я могу искать вдохновение в чем и в ком угодно. Ты знаешь, что я с ней не спал. Ты все равно со мной, моя девушка.
— Почему ты мне не сказал о ней? Почему все вокруг знали о девушке, а я нет? Никто кроме меня не знает про твоих муз, все наверняка думают, что это твое новое увлечение… и да, это твое новое увлечение.
— Я не хотел, чтобы ты нервничала и переживала, тем более, что там не о чем переживать.
— О, это так мило с твоей стороны. Скажи, а музу ты как, планируешь с собой забирать? Она в курсе, что спать ты с ней не собираешься? Мы как, вместе полетим или раздельно? А жить как? Все в соседних номерах? Когда приспичит вдохновиться, к одной идешь, а как физиологические потребности какие, то к другой? Пэй, с появлением у тебя музы я тебе вообще почти не нужна. Когда ты в последний раз называл меня Карамелькой? Ты думаешь, я счастлива?
— Ты могла мне сказать? Закатить скандал, в конце концов? Я порой увлекаюсь, но это временно. Постоянная у меня была только ты. И ты меня предала.
— Как я тебя предала? Тем, что встретилась с Мэйсоном? Так и ты встречался с этой девушкой, причем не раз и тайно.
Пэй ударил. Нет, не в меня, но в спинку кресла, очень от меня близко. В этом движение было столько злости. Сжалась в комок.
— Ты связалась с тем, кто ныне является моим неприятелем. Ты предала меня в музыке. Лелеяла обиду и радовалась с моим недругом у меня за спиной, желая ударить побольнее. Хотела выставить меня дураком? Клип о том, где вы вместе гуляете, целуетесь и любите друг друга, выложенный на всеобщее обозрение. Нет, знаешь что, мне такая помощница и соратница не нужна!
Ну, вот Пэй и сказал заветные слова. Я свободна. Удивительно, но слез почти нет. Всего одна одинокая слезинка скатилась по щеке. В голове же каким-то волшебным образом рождаются новые стихи. Я заразилась этим от Пэя? Когда все сильные эмоции вдруг складываются в строчки. Выбегаю из номера. Пэй меня не задерживает, но вслед холодно напутствует:
— Долго не гуляй, я сейчас хоть немного остыну, и мы еще поговорим.
Пэй называет меня предательницей, но при этом полностью уверен, что я всегда буду с ним. Остановилась, не успев захлопнуть дверь. Вещи. Мне нужен мой чемодан с документами и деньгами, иначе я действительно никуда не денусь. В коридоре бродят Джей и Джексон.
— Ну чего, ты как? — первым спросил у меня Хосллер, стоило мне закрыть дверь номера. — Сильно лютовал? Если больно сделал, ты скажи, я ему задницу тогда надеру.
— Нет… вы не могли бы ненадолго увести Пэя из номера? Мне нужно побыть одной, — собрать вещи там.
— Конечно, не вопрос. Джексон , пошли. Не волнуйся, Насть, сейчас в баре этого ревнивца успокоим.
Я, пока мои помощники уговаривали Пэя пойти с ними посидеть, сидела на лестничной площадке, глотая все-таки полившиеся слезы, потом мне позвонил Джей, сказав, что номер свободен.
Ну, вот и все. Собрала чемодан и ушла. Села в первое попавшееся такси, попросив отвезти в любую приличную гостиницу. Не смогу сейчас куда-то лететь. Мне просто нужно сначала переждать, когда слезы перестанут застилать глаза. Отключила телефон, заселилась в номер, рухнула на пол. Все. На пару дней меня больше ни для кого нет.
Сумела хоть как-то собраться только к вечеру. Время позднее. Пэй, наверное, уже улетел, зачем ему ждать или искать ненужную плохую помощницу. На самом деле, это действительно конец. Для удовлетворения своих физических потребностей Пэй легко найдет кого-то еще, муза у него есть, а помощница вышла дрянная из меня. Нас с Пэем больше ничего не связывает.
Приняла душ, включила телевизор и лежу в кровати. Надо бы, наверное, поесть, но что-то не хочется. Каким-то чудом удалось уснуть. На утро все-таки сходила на завтрак и вернулась опять в свой номер.
Так, ну все, хватит страдать, пора жить дальше. Включила телефон, и тут мне стали приходить уведомления о пропущенных звонках.
Сотни пропущенных вызовов от Пэя и Мэйсона, десятки от Джея и Джексона. Парочка, уже этим утром от мамы и Авы и еще с десяток с неизвестных номеров. Меня там, случаем, с собаками не разыскивают? Но вообще приятно, что стоит тебе потеряться ненадолго, и ты всем вдруг оказываешься нужна. И не важно, для чего.
В первую очередь позвонила маме, а то мало ли, напугали ее, а ей нервничать вредно. Мама оказалась совершенно спокойна и безмятежна. Звонила узнать, хорошо ли я долетела, ночью не стала этого делать, чтобы не беспокоить. Заверила маму, что все в порядке, а та возьми и похвастайся, что ей Пэй сегодня утром звонил, интересовался, как здоровье и дела.
Ну-ну, шпион. Пэю звонить не буду, но Джексону отпишусь, что все в порядке и скоро пришлю подписанные документы на увольнение и отступные. Зазвонил телефон. Пэй. Сбрасываю. Нет у меня сейчас душевных сил, чтобы с Пээем общаться. Хочу набрать Мэйсу, но не получается. Пэй тут же звонит вновь. Опять сбросила и добавила номер Пэя в черный список. Спустя совсем короткий промежуток времени приходит сообщение с номера Джексона.
«Настя, ответь, пожалуйста. Где ты, что с тобой?»
Неужели Пэй переживает? Не особо на него похоже. Обычно, когда он испытывает сильные переживания, садится писать песни, и тогда ему уже больше ни до чего. Может, Мурмаер думает, что я из-за него вены порезала? Все-таки заставила себя набрать сообщение.
«У меня все хорошо, не нужно мне звонить и писать. Позже пришлю документы на увольнение».
«Я тебя не отпускал. Ты обещала, что будешь со мной, пока нужна мне».
«Ты сам вчера сказал, что такая помощница, как я, тебе не нужна. Все исполнено».
«Ты нужна мне, Настя. Пожалуйста, не уходи».
У меня мурашки по коже побежали. Не выдержала и вновь отключила телефон. Надо вставить запасную сим-карту, что хранила для экстренной связи с Мэйсом. Надо же, пригодилась ведь.
Заливаюсь слезами и звоню Мэйсу, тот сразу взял трубку.
— Настя! Настя! Ты почему на звонки не отвечаешь? Почему вы с Пэем из Англии не прилетели? Я вчера вечером ждал твоего звонка, но ты не позвонила. Я уже не знал, что и думать, вот и стал звонить. Настя… Настя? Ты плачешь?
— Нет, — шмыгнула носом. — Все нормально. Я практически уволилась. Осталось только документы оформить.
— Он… обидел тебя?
— Ничего такого. Просто выяснили отношения и расставили точки. Знаешь… он тебя первым узнал. По часам.
Мэйсон фыркнул.