Быстрее ветра [Как приручить дракона]

POV Инглинг
В голове прочно завис образ голубоглазой и светловолосой нимфы, из-за чего я, к своему же собственному удивлению, начал припоминать, когда со мной такое было в последний раз, но, спустя какое-то время, пришёл к выводу, что такого со мной не было никогда. Ещё ни разу девушка, которая мне понравилась, не оставалась в моей голове так долго, хотя с момента нашей первой встречи с Астрид прошло уже около двух недель, но наши взаимоотношения (простыми отношениями это было сложно назвать, хотя идти на контакт из нас двоих явно собирался только я) так и не сдвинулись с мёртвой точки, хотя я желал обратного — хотелось видеть в голубых глазах ответный интерес, но кроме безразличия к моей скромной персоне в глубоких очах ничего не плескалось. Это, признаться честно, немного задевало мою натуру, которая не привыкла, когда на неё не обращают внимания, поэтому во мне, к моему собственному удивлению (который раз за последний месяц), проснулся Инглинг, которого я предпочитал всегда и ото всех прятать, — во мне проснулся Инглинг-романтик, что не было очень хорошо, ведь в таком случае одно слово Астрид могло разбить мне сердце, как бы пафосно или уж тем более ванильно и по-девчачьи это не звучало.

Хорошо видивший изменения в моём поведении Финн, только смеялся, когда его племянница ускользала от меня, что-то сказав такое, отчего сердце на секунду замирало, а мозг не верил, что эту фразу произнесли именно мне, — я не привык терпеть отказы, только вот пока не знаю, как подстроиться под эту девушку, чтобы она начала воспринимать меня, хотя бы как друга, и это я ведь ещё молчу, что рассчитываю на куда большее, но пока ей это знать не обязательно.

Сейчас же наша очередная тренировка с Бесом медденно подошла к концу, поэтому финиш он намеревался пересечь уже рысью, но не переставая пушить свой хвост. Чем было вызвано его такое поведение, я понять пока не мог, потому что линзы я сегодня с утра не одел, а тренироваться в очках было бы просто напросто глупо. Да, я имел проблемы со зрением, хотя в самом начале я это отрицал, делая этим, в первую очередь, хуже себе. Понял я свою ошибку уже тогда, когда было слишком поздно, — зрение я посадил, дорогостоящая операция, которую мне предлагали врачи, не помогла, а возможно, сделала бы только хуже, и теперь, как итог, у меня "-2". В специальных линзах я видел получше любого здорового человека, но без них становился словно крот, видящий вместо предметов только пятна того цвета, которого эти предметы были. Поэтому разглядеть кого-то отдельного, ради кого Бес пушил свой хвост, я не мог, поэтому смиренно ждал, пока жеребец дорысит до финиша.

— Инглинг, что-то ты сегодня как-то лоялен к Бесу, — послышался голос Финна, и я понял, кто там стоит рядом с ним и ради кого мой жеребец пушил всё время хвост.

Оказалось, что влюбился не только я, но ещё и мой вороной араб, и всему виной была всё та же Хофферсон, на кобылу которой и положил свой светлозелёный глаз мой конь.

— На тебя это не похоже, — продолжил мужчина, а я остановил вороного, тут же с него спешиваясь и немного пошатываясь — сколько бы я не ездил верхом, ноги мои всё равно рано или поздно затекали и начинали болеть. — Неужто ты начал сдавать позиции.

Прищурившись, я посмотрел на мужчину, который сейчас отчего-то хохотал, и поднял бровь, не понимая причины его смеха, который почему-то неожиданно стих, когда Финн посмотрел на меня.

— Ты решил сегодня ото всех отгородиться? — Вдруг спросил он, а непонимающе наклонил голову набок, как бы намекая, что хочу услышать продолжение мысли, ведь вопрос был задан не просто так. — Ой, вот только не стой мне тут морды, Хэддок, я-то прекрасно знаю, что ты у нас слепой как крот, вот и спрашиваю, чего это ты сегодня линзы не одел.

POV Астрид
Я с удивлением смотрела на парня, который на секунду замер, видимо поразившись логике моего дяди, хотя я сама была удивлена такой цепочке не меньше шатена, который перевёл немного растерянный взгляд сначала куда-то в сторону, а потом снова на моего дядю. Он что-то ответил ему, но я не слышала, потому что погрузилась в свои мысли, которые быстро занял стоявший передо мной парень. Я до сих пор не могла понять, почему за всё то время, что мы здесь находимся, я ещё ни разу не видела зеленоглазого в очках, хотя он достаточно часто был там, где была я, а ещё чаще он подходил ко мне, пытался завести разговор, но я вечно убегала, сама даже не зная, почему. Было сложно описать ту гамму чувств и эмоций, что захватывали меня в свой плен, когда где-то на горизонте появлялась статная фигура Хэддока, и теперь я была точно уверена, что могу с лёгкостью начать его ненавидеть, ведь нельзя же быть таким красивым и сбивать одним своим только видом человека с мысли.

Да, не отрицаю, он мне понравился, но вот только попадать к нему в капкан мне как-то всё же не хотелось, возможно, что я совершу этот безумный поступок как-нибудь в будущем, но точно не сейчас.

Финн продолжил разговор с Инглингом, а я тем временем чуть дёрнула за поводья и похлопала Грому, очарованную Бесом, что сейчас кружил вокруг неё, по шее. Пора было начинать тренировку, иначе заканчивать её придётся либо раньше времени, либо уже по темноте, но я не хотела делать ни первого, ни второго.

Когда же Громгильда резко сорвалась с места, я, не ожидавшая такого порыва от своей обычно спокойной кобылы, чуть было не выпала из седла, но всё же смогла удержаться, правда пришлось хватать кобылу за гриву. Гнедая подо мной летела так, как никогда раньше, но звук копыт за спиной заставил меня повернуть голову назад и с ужасом отметить, что за нами скакал (и, между прочим, очень быстро догонял) Бес, который прижал уши к голове, уверенно набирая темп. Я не знала, как на это реагировать, поэтому только сильнее прижалась к кобыле, что, казалось, летела так, что не касалась копытами земли, но это было не так, и этот факт меня радовал — хоть что-то меня ещё связывало с землёй.

Когда четвёртый поворот был позади, а впереди была длинная прямая, где почти на середине пути стояли и продолжали свой разговор Финн и Инглинг, я выдохнула спокойно, но тут же снова напряглась, когда вороной жеребец поравнялся с нами, а потом начал весело ржать, постоянно кивая головой. С каждой секундой мы были всё ближе и ближе к двум мужчинам, поэтому я громко закричала, привлекая их внимание, точнее, внимание хозяина жеребца.

— Инглинг, спаси меня от него, — я кричала очень громко, поэтому парень повернулся в мою сторону ещё в тот момент, когда я позвала его по имени, а потом его глаза медленно округлились.

Но потом тоже самое сделали и мои глаза, когда он уверенно вышел на середину трека, вставая прямо перед нами, отчего я тихо вскрикнула, даже не зная, почему. Неосознанно я наклонилась чуть в сторону, заставляя тоже самое сделать и Громгильду, которая начала недовольно ржать и прижиматься к бортику. Ей это явно не нравилось, но калечить Хэддока я не собиралась, как бы он иногда меня не доставал, но сейчас на кону стояла его жизнь, как бы странно или же наоборот, пафосно это не звучало.

Только вот действий самого Инглинга я не понимала, потому что он уверенно делал шаги в стороны, если Бес, который и сам начал вихлять по всему треку, перемещался куда-то в сторону. Складывалось впечатление, что шатен хочет остановить его на скаку, но вот была загвоздка, я не знала, умеет ли он это делать.

Кинув быстрый и короткий взгляд на дядю, я поняла, что тот явно обеспокоен, поэтому тут же сложила два и два и пришла к выводу, что Инглинг останавливать лошадей на скаку не умел. Мы были всё ближе и ближе, но скачущий рядом вороной жеребец даже не собирался сбавлять обороты, хоть и видел перед собой своего всадника, но явно не собирался как-то на него реагировать.

В голове мелькнул вариант, что я могу остановить свою кобылу, а следом за ней остановится и араб, но этот вариант тут же отпал, когда я, попытавшись его воплотить, чуть не вылетела из седла, ведь Громгильда на полном скаку чуть подпрыгнула, заставляя меня сильнее сжать поводья вместе с гривой. Сейчас мне по-настоящему стало страшно.

Вот секунда, и я пролетаю мимо жутко спокойного Хэддока, а после слышу лошадиное ржание, полное боли, и поворачиваю голову назад. Инглинг держал своего жеребца за поводья, изредка касаясь рукой его плеч. Чёрт, как он это сделал?