13 глава
Девушка застонала.
- Где я...
- Очнулась? – с неожиданной злобой спросил Жьер, схватив её за плечо. – Очухалась, кикимора придворная?
Иллариона от удивления не сразу смогла понять, что происходит.
- А, больно! Что... такое?!
- А вы ожидали, госпожа маркиза, что мы тут реверансы будем вам делать? Вот дура! – и он с чувством швырнул девушку к стене.
Боль от удара помогла Ларе собраться с мыслями. Все тело было как ватное. Голова с трудом соображала и странно гудела.
Как-то Жьер узнал то, что девушка скрывала – он знает об Олеге. Но, чувствуется, не о Волчице. Это хорошо.
Узнай он о том, что перед ним Одинокая Волчица, все было бы куда ужаснее. У Волчицы слишком много врагов, которые сами очень боятся её и не за что бы сами не решились на такое. Но узнай они, что Волчица схвачена и связана, тут жалости не будет. И шанса выжить.
Главное, чтобы Жьер не узнал об этом. Для безопасности друзей и Кары. И, после небольшой паузы, во время которой разбойник не переставал извергать страшные ругательства в её адрес, девушка спросила:
- Как вы узнали?
- В городе был. Может, расскажете, госпожа подруга принца, почему вы пришли сюда?
- Не ради вас! – ядовито заметила Лара. Руки связаны, ноги тоже – даже не шевельнуть. Предусмотрительно, надо заметить. Она несколько отползла от Жьера, чувствуя, что разговор будет непростой.
- Да ты ещё грубишь! – и Жьер, шагнув к ней, ударил прямо по лицу.
Это было слишком знакомо. Воспоминания роем взвились у неё в голове. Поэтому она не только не смутилась или заплакала, на что Жьер наивно рассчитывал. Хотя это бы смягчило её участь – но, даже осознавая это, Лара гордо, будто с вызовом, посмотрела на него, прямо в глаза.
Но лучше бы она сдержала свою гордость.
- Ты хоть понимаешь, девчонка, что из-за тебя нам придется уйти отсюда? Ты это понимаешь?
- Я этого не хотела. Мне сказали, что здесь Вольф, – ради справедливости заметила Лара, незаметно пытаясь развязать узел на руках.
Жьер снова поднял её, крепко держа за плечи. От неожиданности девушка вздрогнула - разбойник с удовольствием почувствовал это проявление страха.
- А может, ты все врешь, а? Может, ты подсадная утка, а? Послали тебя сюда, чтобы нас вывести на чистую воду, а?
- Стала бы я тогда подставляться, а? – резонно и чуть насмешливо ответила девушка. Но то, что она до сих пор не стала умолять о пощаде, в корень рассердило разбойника.
Он снова швырнул её к стене.
- Понравилось летать? Ты у меня за все ответишь, девчонка! Ты ведь все разрушила...
- Ты не знаешь, с кем ты связался! – злобно огрызлась Лара, но, опомнившись, увела разговор в другую сторону. – Ты ещё пожалеешь об этом...
- Возможно и так! Тебе от этого будет уже все равно... боишься умирать, а? Хотя пока у меня другие планы...
Веревка поддалась. Девушка не сумела сдержать улыбки.
- Ты что, ещё смеешься надо мной? – очередная пощечина.
Девушка чуть отползла от него, будто совсем испугавшись свернулась в клубок – так можно было незаметно развязать ноги. Краем глаза она увидела, что сейчас её ещё раз ударят – но в дом ворвался другой разбойник,
- Что ты делаешь? Совсем голову потерял?
- Не мешай мне, Гилл! - заорал на него Жьер. – Если я и потеряю голову, то на плахе и благодаря этой маркизе недоделанной!
- Жьер, прекрати! Нам пора уходить! Она же идти не сможет, если ты будешь так себя вести! Не стоит отходить от первоначального плана! Люди уже ждут!
- Идти не сможет? Прекрасно, останется здесь! Или ты на руках понесешь! Ладно, пора кончать здесь...
И тут на него с яхотами в руках налетела Лара.
От первого удара Жьер увернулся, второй яхот прошелся ему по плечу, оставив красный след. Разбойники, от неожиданности застывшие, опомнились только тогда, когда девушка, сверкнув глазами, встала перед ними, держа яхоты наготове. Со злобным криком они бросились на неё – но Жьер тут же получил ещё одно ранение и отступил на шаг. Гилл же хватил короткий меч и отбил им удар яхотов.
Лара с наслаждением – пусть и несколько варварским – сражалась с разбойником. Сражалась на равных, не смотря на ужасное самочувствие. В глазах Гилла она даже видела что-то вроде уважения.
Неожиданно Лара заметила Жьера, вновь влезающего в бой – на этот раз вооруженный кинжалом. Девушка, резко развернувшись к нему лицом, выбила оружие из его рук. Однако на секунду выпустила из внимания Гилла.
В эту буквально Гилл схватил девушку за руку и вывернул её, сжав из-за всех сил. Острая боль пронзила её, но девушка, лишь на секунду замешкавшись, попыталась освободиться, использовав второй яхот и почти что ей это удалось...
Но не рассчитала, что сильно ослабла в последние часы.
Жьер пришел на помощь напарнику, и вдвоем они практически лишили её шанса выйти победительницей из этого боя. Хотя бы потому, что это была уже обычная драка, где побеждал тот, кто был физически сильнее. А Лара и сама чувствовала, в чью пользу расклад. Увы.
После непродолжительной, неравной драки она оказалась около стены, прижатая широкой рукой Гилла. Сражаться с двумя здоровыми мужчинами было не самой разумной идеей.
Понимая, что она уже ничего не может сделать, у неё вырвали оружие из рук, отбросив яхоты в сторону. Девушка продолжала рыпаться, хотя уже понимала, что это бесполезно.
- Ну что, кикимора придворная, как это понимать?
- Да как хотите, - прохрипела Лара. Она сама едва узнала свой голос. Да и сама себя узнавала с трудом. Не смогла противостоять двум разбойникам, когда в руках у неё были яхоты! – Вы все равно ничего не поймете.
- Намекаешь, что мы недостаточно умны для госпожи маркизы? – гневно спросил Гилл, и девушка хрипло фыркнула
- Заметьте, это не я сказала!
- Да ты... – и Жьер из-за всех сил раза два ударил её. «Это доставляет им удовольствие? Бить беззащитных? Ну да, в обычном сражении-то они едва не проиграли» – подумала Лара, сжимая зубы, чтобы не стонать. Но Жьер, после секундной паузы, снова дал волю своим рукам. Наконец, к его удовлетворению, девушка застонала от боли. Сейчас она чувствовала себя в положении даже более безвыходным, чем тогда в Храме. Там хотя бы можно было рассчитывать на малейшее уважение. Здесь же она ощущала себя вещью, об которую, если так продолжиться дальше, скоро будут ноги вытирать. Нет, она не доставит им такого удовольствия! Наконец Гилл ослабил хватку, и тут же, при очередном ударе Жьера, она упала. Крик удалось сдержать. Чтобы собрать силы, девушка прикрыла глаза.
- Прекрати, она и так уже едва живая... – наорал на него Гилл.
Живая – это главное, - подумала Лара. Все болело. Гилл тем временем продолжал орать на товарища по банде:
– Она же нужна была тебе живой, забыл? Люди ждут, и...
- Уже не нужна! Она меня ранила, видишь! Кровь даже идет! Откуда у неё оружие?! Почему не уследил, почему она смогла сбежать вчера? Три стрелы истратили, пока искали беглянку! И кто просил её раны заматывать бинтом, только зря вещь испортили... – закричал Жьер, увидев, что предплечье, куда попала одна из стрел вчера, перевязано.
- Мы не хотели, чтобы она истекла кровью, и все...
- Напрасно старались. Пожалели бедненькую...
- Но ведь у нас был план! Согласно которому мы получим прекрасную прибыль! Стоит ли давать волю чувствам при таком раскладе? – напомнил ему Гилл, но Жьер злобно расхохотался.
- Все в силе! План будет выполняться, но с некоторыми изменениями... Ты сам говорил, что идти она сама не сможет
- Она оказалась выносливее, чем я предположил, - тут же добавил Гилл.
- Сейчас, глядя на неё, это не скажешь. Все в силе, Гилл! Только она останется здесь. Это будет даже смешно. Ха-ха!
- То есть, ты хочешь... – Ларе, которая начала приходить в себя, смутно показалось, что разбойник даже испугался того, что пришло в голову его товарищу.
- Да! Что разлеглась, гадина! – почти бесчувственную Лару подняли. Едва открыв почти ничего уже не видевшие от боли глаза, девушка увидела, что яхоты на столе – но ей до них не добраться!.. Только бы оружие не досталась бандитам...
Потом скорее почувствовала, чем увидела, что её снова привязывают – однако уже по-другому. Руки привязали за что-то наверх, слишком высоко, так что она едва дотягивалась ногами до пола. Да ещё и затянули... если бы они только знали, как больно!.. Ноги тоже связали...
- Ну что, прощайте, Маркиза! Был страшно рад познакомиться с вами! Счастливо оставаться!
На секунду Ларе показалось, что они оставят её здесь, и она сможет рано или поздно выбраться, но тут увидела, что Гилл принес некий сосуд и стал разливать по полу какую-то жидкость.
Девушка запаниковала – чуть ли не впервые в жизни.
- Что... Что вы делаете?
- А ты думала, мы тебя просто так отпустим? Ну уж нет, свои шкуры дороже...
- Вы не представляете, какая это ошибка! – закричала срывающимся голосом Лара, но тут Жьер подошел к ней совсем близко.
- А ты красивая... была. Прощай. Лей вокруг неё, чтобы никаких следов не осталось! Обещаю, маркиза - ты не замерзнешь... Ха—ха!
Девушка, нервно дернувшись, закрыла глаза. Только бы не заплакать! Сама, сама во всем виновата! Как Волчица она совершила столько ошибок! Нельзя было верить на слово Вурлику и Ворссу! Нельзя было так необдуманно соваться сюда! И нельзя было совершать такую необдуманную попытку бегства! Но самое главное, она поддалась своим чувствам! Жить надо головой, а она... Кара, друзья, Олег! «Дура, полная! Получай теперь, всех, всех ты подвела! Как ты спасешь теперь Каролину? Как поможешь Ванессе и Джемту? Как спасешь Вольфа? Олег... Ты всех подвела, Волчица!» - подумала Лара, прошептав:
- Я всех подвела... – и открыла глаза, услышав треск.
По всей хижине быстро распространялся огонь. Лара не выдержала и заорала от ужаса... Сгореть заживо! Как....
Как её родители, Оливер и Юлиана Ванн! Как все люди Приэля! Что же, Иллариона Ванн-Хейк, ты прожила ненамного дольше...
Девушка попыталась вытащить руки из веревок... Нет, с какой же силой надо было привязывать! С какой ненавистью! Это все бесполезно, конец...
Помогите, кто-нибудь!
Лара уже задыхалась. Она извивалась, силясь освободить руку – но веревка только ещё сильнее давила на них. Кажется, даже боль отошла на второй план, перед глазами - только страх. Как жарко... пламя совсем близко...
Или это уже рябит перед глазами? И почему-то слышится чей-то хохот... Будь проклят, Жьер!
Простите все...
Девушка заплакала, и слезы показались такими горячими... вытереть их не было возможности.
Дышать почти нечем, кашель не дает вздохнуть... Ещё один вдох! И ещё... Всюду огонь...
Платье! Кажется, огонь уже распространился на юбку!
Ничего не видно! Красно, совсем красно перед глазами...
Отдаленные крики, звуки... ну и пусть, её уже почти нет...
Как больно... быстрее бы все закончилось...
Лара ещё понимала, что теряет сознание, но не делала попыток удержаться в этом мире. Для этого не было ни сил, ни причин...
Отрешенно, будто это происходит не с ней, девушка ощутила, что руки почему-то отвязались. Ноги тоже... девушка отпустила все на самотек, но тут, собрав последние силы разума, прошептала, с трудом узнавая
- Отец? – и сознание потухло.
***
Олег вздрогнул. Это было так неожиданно, что Джемт испуганно посмотрел на него.
- Что такое?
- Не знаю, просто... – отмахнулся Странник. – Я подумал, знаете, о чем? Что мы с вами, как в поговорке – «Что имеем не храним, потерявши – плачем».
- Не совсем уместная поговорка, - нахмурилась Ванесса. – Пока ещё мы ничего и никого не потеряли.
- Я понимаю, просто... Раньше нам казалось, что Лара всегда будет рядом, а вот теперь она ушла, и...
- А я думаю, что она бы и так ушла, – сказал Джемтальт. – Нашла бы Вольфа и ушла. Ведь мы договорились только на три месяца...
- Но мы же не думали, что так сдружимся! Олег, ты точно ничего не нашел? – с надеждой спросила Ванесса.
- Нет, - покачал головой парень. – Я объехал все, что только можно, все деревни... нигде о ней не слышали...
- А... ты не думал, что можно воспользоваться Зачарованной тропой?
- Думал... но ты представляешь, сколько времени может понадобиться, чтобы пройти весь путь? Если до завтра ничего не прояснится, то я так и сделаю... а сегодня...
- Вечером в путь выходить бесполезно, понимаю, - кивнул Джемт.
Несс повернулась к ним лицом.
- Осталось 7, даже почти 6, дней до срока, который назначил Ларе Ферруан. Если она не вернется, нам придется принимать решение самим.
Олег вспыхнул.
- Скажи мне, что ты не надеешься на это! То, что Лара пропала, это моя вина, и...
- Не переживай, я не меньше твоего хочу, чтобы с ней все было в порядке! - воскликнула Ванесса. - Честное слово...
- Вот и замечательно, потому что я не собираюсь отказываться от данного ей слова! Даже если Лара ещё не вернется, я отдам свиток Ферруану!
- Но это глупо...- протянула Несс. - Где гарантия того, что он вернет Кару?
- Несси, ты изначально знала, что так будет. Давай не будем разыгрывать удивление.
- Олег, да, я знала! И ты не представляешь, каково мне было смотреть ей в глаза, в самом начале!
- Началось... – несколько обиженно пробухтел Джемт. – Если бы я ещё знал, о чем вы говорите, то мне было бы несколько интереснее.
- Поверь, тебе повезло, что ты не знаешь...
- Так, ладно, если вы собираетесь развивать эту тему, что я, пожалуй, прогуляюсь по дворцу, – принял решение Джемтальт, не в силах скрыть обиду. «Что они от меня скрывают? Почему? Не доверяют? Это просто глупо, мы столько пережили вместе. Тогда почему? Ну и пусть сидят со своими тайнами. Быстрее бы Лара нашлась!»
Он прошелся по коридору и решил выйти на улицу. Там светило солнышко и пели птицы. Там была жизнь. И более того, там не было его друзей, которые имеют от него какие-то тайны.
- Ты ведь Джемтальт Менн? – обратилась к нему девушка. На солнце ярко сияли её черные волосы, а карие глаза светились беспокойством. Рядом с ней стоял парень, примерно его ровесник, с взъерошенными темными волосами, внимательно разглядывающий Джемта. Это было как-то неприятно.
- Ну да, я. А вы?..
- Кэрен Буэри. Ванесса нас когда-то знакомила, давно.
- Да, кажется, я вас помню, - смутно припоминал Джемтальт. – Вы прибыли к Несс?
- Не совсем. Нам надо поговорить со всеми вами... Это касается очень важных вещей... Но не на улице.
Джемт кивнул, предчувствуя, что эти люди пришли не просто так. Тем более что сейчас они не в том положении, чтобы отказываться от какой-то важной информации. К тому же, если он не приведет Кэрен, Ванесса сильно расстроится.
- Пойдемте... Правда, я не скажу, что вы совсем вовремя...
- Поверь, Джемт, мы пришли крайне вовремя... – тихо заметила Кэрен.
Вольф молчал, с интересом рассматривая стены и потолок. Он все-таки впервые во дворце. И здесь здорово! Разве излишне ярко, будто на показ... Впрочем, почему же будто, наверное, так и есть!
- Ванесса, к тебе гости! – радостно возвестил Джемт, заходя в комнату. – Я надеюсь, что вы уже перестали секретничать.
- Мы и не секретничали... Кэрен! - радостно воскликнула Ванесса, подбегая к подруге.
Вольф внимательно посмотрел на длинноволосого Олега, догадываясь, что именно он – тот самый Вольный Странник, он же – Принц, он же человек, который так долго его искал.
К тому же он – тот, кто открывал бал вместе с Ларой.
- Мое почтение, господин Вольный Странник. Пусть Боги хранят вас! – поздоровался Вольф, слегка поклонившись. В свое время Даниэлла Морган научила его, как надо разговаривать со Странником, да и вообще этикету. Тогда Вольке казалось это глупостью, однако в последнее время все чаще это пригождается. Вот в таких ситуациях.
- Здравствуйте... правда, я удивлен, что вы мне знаете в качестве Странника, - признался Олег. Во дворце ко мне обычно обращаются по-другому.
- Насколько я знаю, звание Вольного Странника планеты Акрон выше звания принца империи Рейзем. Хотя я, конечно, могу ошибаться.
- Да нет, вы абсолютно правы... как ваше имя?
Несс вскрикнула, предвидя ответ. Но представился оборотень сам.
- Вольф Э'Зорабль.
Пауза слегка затянулась. Олег с удивлением осматривал оборотня, которого так долго искал. Они столько всего пережили! Столько испытали! Подумать страшно! А тут, когда они уже перестали почти искать Вольфа, переключились на Лару, когда пророчество изменилось – практически в этот же момент последний оборотень приходит к ним сам.
- Ты хоть знаешь, сколько мы тебя искали?.. – прошептал Джемт. – Что одна девушка пропала, когда отправилась тебя искать?
- В этом и проблема, что да, знаю, - кивнул Вольф. - И я даже знаю, что с ней случилось. Вы ведь говорите о Ларе Морган?
- Да, но как... Ванесса, что это значит? – спросил Олег. – Что они знают?
- Несс, можешь объяснить сама? – попросила Кэрен. – Мне будет сложно быть объективной... они совершили ужасный поступок. Но они же пытались защитить друга...
Ванесса медленно кивнула. История постепенно принимала более стройную форму.
- Они? Кто они? – ухватился за слова Кэрен принц. – Вурлик и Ворсс? Вы их знаете?! Рассказывайте же!
Несс вздохнула.
- В общем, Вурлик и Ворсс – это их друзья... новооборотни, так они себя называют...
- То есть анимаги. Это вообще была моя идея... все, больше я не перебиваю, - поправилась Кэрен.
- Ну да, анимаги. Так вот... когда кто-то начинает искать Вольфа, а обычно это делают те, кто прячет за пазухой длинный нож...
- Интересная перефразировка, - усмехнулся Вольф.
- Спасибо, но можно не перебивать? В общем, таких людей Вурлик и Ворсс отправляют в лес, что неподалеку от столицы... там на опушке – лагерь разбойников, похищающих людей ради выкупа. Конечно, Жьер и его команда занимается не только этим, но сейчас не об этом. Обычно человек несколько дней, максимум неделю, проводит в плену, потом их за выкуп возвращают, или подчищая память, или просто припугнув... Они и Лару также отправили к ним.
- Что? – воскликнул Олег. – Что они сделали?
- Они не хотели ничего плохого, они просто спасали друга... так думали они! Понимаете? Если бы они знали, что она – Одинокая Волчица, то не стали бы так поступать... Да, они редкостные идиоты, но они искренне хотели помочь Вольфу, - попыталась оправдать своих друзей Кэрен.
- Они подвергли Лару такой опасности! - схватился за голову Олег, а Несс бесцветным голосом продолжила. Девушка сама не верила, что говорит правду.
- Она у них в плену... Но отпускать её они не собираются. Тем более что Вурлик и Ворсс сказали Жьеру, что Лара – твоя подруга, Олег, что она маркиза... Что будет теперь, никто не знает.
- Где сейчас эта парочка? – едва сдерживаясь, спросил Олег.
Ответил Вольф.
- Они отправились на опушку, чтобы убедиться, что с Ларой все в порядке. Они надеются, что им удастся уговорить Жьера, чтобы он отпустил её... Но я в это не особо верю.
- Немедленно едем туда, - решительно заявил Странник. – Собираем стражу и...
- Олег, подожди. Так мы можем только навредить Ларе. Нужно разведать обстановку, действовать наверняка, а не на авось!
- Несс, мы не можем просто ждать!
- Олег, мы не можем рисковать! Если что-то пойдет не так, эти разбойники могут сделать всё, что угодно! Они могут просто... - Несси не договорила, поморщившись. Даже думать о плохом не хотелось.
Олег недовольно сверкнул глазами.
- Хорошо! Твои предложения?
- Не знаю. Может, стоит отправить туда несколько человек из дворца, хотя бы на разведку? Потом будет видно, может, стоит напасть и силой освободить Лару.
- Я поеду с ними, - решительно заявил Олег, направившись к выходу. Никто не решился его останавливать.
***
- Открывай, открывай глаза, птичка моя... – проговорил кто-то, склонившись над ней.
- Да без сознания она, - ответила другая, женщина. – Не видишь, что ли? Бедная, сколько ей всего досталось...
- Должна была уже прийти в себя. Утром, рано, её принесли. Сейчас уже – ночь. Тем более что мы ничего сделать с тобой не можем...
- Раны и синяки мы смазали той мазью, которую её отец приготовил. А остальное он сам вылечил... А вообще странный у неё отец, сначала принес её, полумертвую, сидел возле кровати, лечил, сам не свой был... а как только начала приходить в себя, ушел. «Она не хочет меня видеть!» - ишь чего выдумал...
Лара неожиданно услышала доносящиеся до неё голоса. Будто через какую-то вату, через что-то плотное, едва пропускающее звук.
Даже не понимая, что она это делает и зачем, девушка начала прислушиваться. Впоследствии ей казалось, что те слова, которые она слышала, были своего рода спасательной веревкой, за которую её вытягивали из пропасти. Точнее, по которой она лезла сама.
Но это будет позже. Сейчас она едва понимала, где находиться и как осталась жива.
Но она жива, это главное.
- Очнулась, кажется... ты меня слышишь, красавица?
Девушка осторожно кивнула головой. Однако та уже почти не болела. Это было как-то странно.
- Что со мной? – тихо спросила она у пожилых мужчины и женщины, стоявших около нее. Их волосы давно поседели, но сами они были одеты в черные одежды. Их глаза, тусклые и серо-голубые (причем у обоих), были абсолютно непохожи на глаза другой пожилой женщины, которая так ярко запомнилась Илларионе – Флэр. Однако эти глаза смотрели на неё с искренним сочувствием и сопереживанием.
- Ничего хорошего, - честно сказал мужчина. – Сотрясение мозга, перелом руки и ещё множество всего... не буду перечислять, ладно?
- Ты чего её пугаешь? Фрэнк уже почти все вылечил. Правда, вставать нельзя, да и синяки-ссадины пройдут только через несколько дней.
Лара с удивлением переспросила.
- Фрэнк? Фрэнк Морган? Можно попить?
- Можно... Ну да, Фрэнк Морган, твой отец... правда, мы не знали, что у него есть дочь, ну и что? Мы согласились тебе помочь.
- Вы его знаете? – не могла понять Лара. Она вернула стакан и вздохнула. В голове все как-то путалось. Значит, из горящей хижины, как ей и показалось, её вытащил отец. Странно как-то.
- Да, и уже давно... Он нам помогает, еду приносит иногда, по дому что-то делает... Хороший он человек.
- Да вы что? - искренне удивилась Лара.
- Ну да... Мало таких осталось, бескорыстных...
- Вы уверены, что вы говорите о моем отце? – все-таки уточнила Иллариона. Пока все, что она знала об этом человеке, никак не подпадало под описание «бескорыстный».
- Вот, он тебе оставил письмо... Я бы прочитал тебе вслух, но не могу, глаза болят, буквы не могу понять...
- Как она тебе, старый ты дурень, прочитает? У неё вон рука трясется, когда она стакан взяла, заметно было. А ты – прочитай!
- Давайте, я попробую...
Лара, прищурившись, посмотрела на листок. Буквы сначала казались незнакомыми, но потом девушка смогла разобрать
« Прости, что пришел поздно. Почти опоздал. Я сделал все, что мог. Если бы я знал, что ты ищешь Вольфа, я бы не крал документы. Извинись перед Сандрой, я не хотел так поступать, но был вынужден. Ты знаешь так мало! Но я не могу рассказать тебе всего. Да и ты не станешь меня слушать. Это – адрес, по которому Вольф живет. Удачи, дочка!»
Девушка вытерла набежавшую слезу.
- Простите... Мне надо идти, меня ждут...
- Да никуда ты не пойдешь! Слышишь? Ты даже встать сейчас не сможешь!
- У меня ничего не болит! – воскликнула Лара. - И если вы мне поможете, я смогу подняться! А потом, потихонечку... У меня правда ничего не болит. И где мои яхоты? А платье?
- И что? Это обманчиво! Никуда мы тебя не отпустим! Яхоты твои в коробке лежат на столе, а платье... его невозможно привести в порядок, прости....
- Да что ты, платье, ерунда какая! Главное, чтобы рука зажила нормально, да и нога, и все остальное! Для этого нужен покой, хотя бы день! Так Фрэнк сказал, а он меня лечил, я знаю, что говорю.
- Хорошо, я поняла вас, – покорно сказала Иллариона. Так хочется плакать...
- Ты поспи... Со сном все пройдет. Если что, то – я, кстати, Марфа, а дед наш - Павел, мы в соседней комнате будем. Чтобы не мешать.
Девушка кивнула.
«Уйдите, пожалуйста! Уйдите, не хочу, чтобы вы видели мои слезы... И сама никого видеть не хочу...
Почему я плачу? Ведь все хорошо, все складывается хорошо. У меня есть адрес Вольфа. Скоро все закончится. Даже если я пролежу здесь ещё один день, то завтра или, в крайнем случае, послезавтра все закончится. Я приведу Вольфа к Олегу. Он отдаст мне свиток Феофана. И все, наши пути навсегда разойдутся....
Неужели я плачу именно из-за этого? Из-за того, что скоро все закончиться? Это так глупо! Скоро все закончится – скоро рядом со мной будет Кара. Что мне ещё может быть важно? Нет, ничего. Мне ничего и никого больше не надо. Главное, чтобы Каролина была рядом...
Кого я обманываю? Саму себя? Прекрасное занятие! Ведь меньше всего мне хочется, чтобы наше дело закончилось. Чтобы не было больше причин быть рядом с ними. За эти три месяца я к ним так привыкла... Даже слишком. Из-за этого оказалась в такой ситуации. Нельзя было давать чувствам брать вверх.
Все, хватит плакать. Все. Все почти закончилось. Да, сначала будет неприятно, будет не хватать веселого смеха Джемта, чисто-голубых глаз Ванессы, скромной и задумчивой улыбки Олега. Но ведь как-то я жила раньше без них, проживу и впредь.
Но буду знать, что на свете есть такие замечательные люди. Что они живы и счастливы... Я сделала свое дело, вернее, почти сделала, и должна уйти. Если я этого не сделаю, будет только хуже...
Почему же тогда слезы льются, если я все так правильно решила? Почему же мне тогда так себя... жалко?
Во всем, что произошло, я виновата сама. Нельзя было поддаваться чувствам. Холодный разум. Точное логическое мышление. Одинокая Волчица всегда славилась именно этим. Что же теперь? В кого я превратилась! У меня были яхоты в руках, а я не смогла сбежать от Жьера и Гилла! Если бы это видел Ферруан или Леокорт, то они бы разочаровались во мне. Да и я сама в себе разочаровалась.
Все, хватит! Хватит себя жалеть! Все! Слезы – это просто вода. Они не делают сильнее, наоборот.
А я должна стать сильнее. Хотя бы - как раньше. Нет, ещё сильнее. Теперь на моих плечах – Кара.
Так что вытри слезы, Иллариона Ванн-Хейк!
Ванн-Хейк? Или Морган?
Как мне теперь относится к Фрэнку Моргану? С одной стороны, и я это знаю, он – предатель и подлец. Он предал всю деревню Черному Сопху, он обрек стольких людей на верную смерть, в том числе и свою семью. Мою семью. Он бросил Сандру одну! Как после этого я могу к нему относиться?
Но, с другой стороны, он ведь спас меня, хотя мог не делать этого. Никто бы и не узнал, что он в очередной раз предал меня. Но – спас, вытащил из огня, а потом ещё принес сюда, вылечил...
Вылечил? Это невозможно, его магия не могла подействовать на меня! Если и есть люди, которым я доверяю меньше всего, то это Ферруан и Фрэнк Морган! Но тем не менее... Как это?
Моя защита пропустила его? Почему? Потому что он – мой отец? И что? Это не причина... Потому что иначе я бы умерла? Возможно... Просто... так странно все это.
Как мне относится к этому человеку? И почему эти люди, Марфа и Павел, так уверены, что Фрэнк Морган – хороший человек? Почему он помогал им? Почему он помогает чужим людям и предает родных? В чем логика? В чем смысл?
Стоп, я опять увлекаюсь. Хватит душевных копаний, поисков смысла жизни. Хватит, пора вылезать из топкого болота чувственного восприятия мира, пора возвращаться к рациональности. Все. В конце концов, какая мне разница, зачем Фрэнк Морган так поступил и что им двигало. Что для меня важно должно быть? Только то, что он меня спас. Спасибо за это. И все, больше ничего не могу сказать.
Да и не должна говорить.
Так же и с Олегом, Ванессой и Джемтальтом. Это изначально был только договор. Я помогаю вам, вы – мне. Все, чистой воды сделка. После её совершения стороны расходятся кто куда, чтобы больше никогда не встретиться. Это правильно.
Так и будет. Все, хватит пустых размышлений!»
Убедив себя в том, что она приняла хорошее решение, верное и единственное одновременно, девушка закрыла глаза, тут же заснув.
***
- Олег! Проснись! Я понимаю, что ты недавно уснул, но... проснись! – разбудил принца Вольф. – На пепелище Лары не оказалось.
- А? Что? - Олег проснулся. Это была совершенно бессонная ночь, причем уже третья после побега Лары. Поэтому под утро, несмотря на крайнее эмоциональное напряжение, он все-таки задремал. Проснулся даже с облегчением, потому что ужасные картины, приходящие к нему во сне, исчезли.
Вчера, когда он и несколько стражников прибыли на ту самую опушку... было уже поздно.
Там, где был лагерь разбойников, произошел пожар. Никто не мог сказать, сами ли разбойники устроили костерок, или кто-то им в этом помог.
Однако около пожарища, охватившего, к счастью, только одно строение в центре и не переместившееся на деревья, был найден мужской труп – Вурлик и Ворсс с трудом узнали в погибшем Жьера.
Сейчас они были уже во дворце, хотя Олег и не помнил, как они приехали. До самой ночи, пока ещё было возможно, он оставался на пепелище, надеясь отыскать хоть что-нибудь. Но, когда стало невозможно различать даже свои собственные руки, Брейд увез его и его друзей оттуда. Видимо, в карете он и заснул - а сейчас в своей комнате. Так странно...
- Лары там нет, - ещё раз повторил Вольф, отчаянно зевнув. Он давно уже не проводил ночи, бодрствуя. Бессонницей оборотень никогда не страдал.
Нет, не правда. После побега из Воркса некоторое время мальчик не мог спокойно спать. Тем более что там погибли его родители...
Но это прошло. И теперь сон – неотъемлемая часть его суток. Только не сегодня. Спать, пока неизвестно, что с Ларой, он не может.
- Это хорошо, - задумчиво кивнул Олег. – И то, что мы с тобой все ещё разговариваем, тоже хорошо.
- Ну да, - кивнул Вольф. – Это значит, что мир пока цел. Крайне положительная новость.
- Да. Ещё бы знать, где она...
- Знать бы хотя бы, увели ли её разбойники с собой или она убежала от них, - заметил оборотень. – Это бы уже многое объяснило.
- О да... Знаешь, что самое пугающее? – спросил у нового знакомого Олег, и сам же ответил, - То, - я это точно знаю – что если бы Лара была в полном порядке, то никакие разбойники не смогли бы её пленить. Значит, что-то произошло. А это уже страшно... к тому же меня нет рядом.
- Олег, я понимаю, что ты бы её конечно поддержал, но наверное не так уж и плохо, что принц и Странник в одном флаконе сейчас в относительно безопасности, не находишь?
- Я нахожу одну проблему, Вольф. Если с Ларой что-то произошло, я имею в виду здоровье... а других причин, почему она так долго была в плену, я не вижу... то это крайне серьезно. Ведь вылечить её с помощью магии никто не может, кроме меня.
- Да? - искренне удивился Вольф. - Странно, я думал, что её защита полностью идеальна? Так Даниэлла говорила....
- Так и есть, просто если Лара доверяет человеку и помощь реально необходима, то магия может подействовать. Хотя не всякая.
- Ясно. А магия Саралинды? – вдруг спросил Вольф, кое-что вспомнив.
- Нет, а что?
- Все нормально, просто... я вдруг вспомнил, что ты не единственный, кто может помочь Ларе магией... это конечно звучит странно, но ещё это могут быть... её родители. Их магия на неё тоже действовала, по крайней мере, раньше.
- Вряд ли, насколько мы знаем, Даниэлла Морган умерла, а Фрэнк сбежал.
- Ну да, проблема... Получается, чтобы вылечиться, ей надо добраться до тебя, а чтобы оказаться во дворце, ей надо вылечиться? Это при условии, что твое предположение верно. В чем я, к сожалению, практически уверен.
- Ага... слушай, у меня есть идея одна... – неожиданно Олег вспомнил об одном своем друге. - Есть ещё один способ найти Лару. Точнее, есть ещё кое-кто, к чьей помощи мы не обращались... Пойдем-ка на балкон.
- Ты с остальными поговорить не хочешь? – удивился Вольф. – Вы же, кажется, команда?
- Я потом им скажу. Ты идешь? Я, конечно, не уверен, что у меня получится, но попробовать стоит.
Они вышли на балкон. Где-то далеко вставало солнце, и, предвкушая новый день, небо розовело. Олег свистнул из-за всех сил, хотя знал, что как бы он громко не свистел, услышать этого адресат не сможет. Но – сможет почувствовать, что нужен. И прилететь.
- Мне кажется, или ты занимаешься ерундой? – нахмурился Вольф.
Он спорно относился к Олегу. Его смущало то, что он – и принц, и Странник, что Олег так сильно беспокоится о Ларе, что всем вокруг это кажется вполне естественным. Что все прислушиваются к нему.
С другой стороны, все эти, раздражающие Вольфа качества Олега, ему в тоже время нравились. Если принц Ольгерд Аэстонский стал Странником, значит, предыдущий хранитель мира, которого Вольф слегка помнил, посчитал его достойным. Если когда-нибудь этот принц станет королем, это будет неплохо. То, что Олег беспокоится о Ларе – тоже хорошо, было бы хуже, если бы ему было наплевать на подругу. А то, что все прислушиваются к нему, вполне естественно, ведь он – Странник и принц, опять же. Замкнутый круг.
Олег тоже не мог однозначно охарактеризовать свое отношение к Вольфу. Вроде неплохой парень. Но то, что оборотень пытался оправдать своих друзей, из-за которых Лара попала в беду, Страннику абсолютно не нравилось. Он этого не понимал.
Однако кое-что их объединяло. Они оба, как это ни странно, считали себя лучшими друзьями Илларионы и сильно за неё беспокоились.
- Тебе кажется. Я на это надеюсь, - честно добавил Олег.
- Ну-ну... может, хоть расскажешь, чего мы ждем?
- Не чего, а кого... вот он, мой мальчик! – воскликнул Олег, показывая в черную точку на небе.
Вольф снисходительно посмотрел на бедного, вероятно сошедшего с ума Странника. Так радоваться какой-то черной точке, это наверняка какая-то птица...
Но через пару мгновений, когда Волька перевел взгляд на небо, эта птица оказалась в непосредственной близости от него, и, захлопав крыльями, села на перила балкона.
- Вольф, знакомься, это Крат... то есть Бравакрат, но я его зову...
- Я понял. Это... ручная птица? - с подозрением спросил Вольф.
- Ну, на плече он тоже может посидеть. Но вообще он вольный. Я его зову, когда мне нужна помощь или, например, когда соскучусь по нему.
- Чувствуется, первое случается чаще. Подожди, ты хочешь, чтобы этот желтоглазый птиц нашел Лару? Как?
- Это не просто птиц. У него великолепный ум... и прекрасная память. Тем более что Крат уже был знаком с Ларой, даже сидел у неё на плече... – Олег на секунду замер, вспоминая их путешествие на обманчивом льду. - Я постараюсь ему объяснить, что от него требуется...
- Да? И на каком языке? - язвительно уточнил Вольф. - На диалекте гортанных звуков, или на общептичьем?
- Нет, на древнем языке магов. Этот язык был устроен так, что наделенные магическим даром птицы и животные тоже его понимают. Не волнуйся, я уже проводил подобный опыт.
- Какой? Разговаривал с птицей или пытался таким образом найти кого-то? Если последнее, то я не удивлен, что вы меня так долго искали.
Но Олег, не обращая внимания на слова Вольфа, полушепотом произносил какие-то слова.
Когда же Странник закончил, Крат замахал крыльями, будто показывая, что задание понято. Потом взлетел и заскользил по небу, широко вытянув крылья.
- Ты действительно в это веришь, или просто от безысходности? – спросил у Олега Вольф. Тот усмехнулся и четно ответил
- Я действительно в это верю. От безысходности.
***
- Доброе утро, девочка! Как спалось?
Лара искренне удивилась. По ощущениям, утро осталось в далеком прошлом. И она уточнила:
- Который час?
- Поздний вечер, если честно. Будешь кушать?
- Да, пожалуй... как поздний вечер? Мне же надо идти...
- Давай ты пойдешь завтра. Подправишься до конца... хотя выглядишь ты уже хорошо.
Лара прислушалась к себе. Она чувствовала себя на удивление здоровой и отдохнувшей, полной сил и стремления снова доказать всем, и в первую очередь самой себе, что она жива и здорова.
- Мне действительно надо идти, – повторила девушка. – От этого зависит так много...
- Куда ты пойдешь ночью! На улице не видно ни зги! Ты заблудишься и опять попадешь в беду!
- Кстати, ты знаешь, что в лесу был пожар? – сказала Марфа, и обратилась к мужу - Принеси тарелку. Ей надо поесть.
- Пожар? Ах, да. Конечно, – кивнула Лара с опозданием.
- Там теперь королевские люди ходят, разбирают... ищут кого-то. Интересно, кого...
Иллариона улыбнулась, подтверждая, что это действительно очень интересный, а главное, неизвестный ей факт.
- Так что, если ты все-таки завтра будешь в состоянии ходить, то можно пойти прямо туда. Почему-то мне кажется, они будут тебе рады.
- Нет, – твердо сказала Лара. – У меня есть другие дела. Можете помочь встать?
Опираясь на протянутую руку, девушка, чуть покачиваясь, встала на ноги. Однако ничего не болело. Буквально через несколько секунд Иллариона поняла, что её силы восстановлены. По ощущениям, она бы сейчас могла, если бы на них напали, отразить атаку.
Так, стоп, а где её яхоты? Кажется, в той коробке на столе. Это хорошо.
- Девочка, - а Павел упорно называет её так. Интересно, он вообще знает её имя, или делает вид, что ему не важно, - твое платье, как мы уже говорили, уже не восстановить, но выбрасывать его нам Фрэнк не разрешил. Сказал, что оно тебе дорого.
- А это? – вдруг опомнилась Лара, осматривая простое прямое платье песочного цвета, чуть большое ей. Она и не подумала об одежде!
- Это платье нашей дочери... точнее, было её платьем. Она... погибла несколько лет назад.
- Простите, - чуть замявшись, произнесла Лара. – Я не знала.
- Ты и не могла знать... голова не кружится?
- Нет, все хорошо. Спасибо за все...
- Девочка, кушай и поспи ещё... а если ты решишь уйти – разумеется, уже утром, но когда мы ещё будем спать – не забудь хотя бы написать нам несколько слов... И да, яхоты здесь. Твое платье – в этом мешке... Мы пойдем, пожалуй.
Девушка с благодарностью смотрела им вслед. Какие хорошие люди! Добрые, бескорыстные, догадливые... Бывают же такие!
А вообще, Ларе в последнее время вполне везет на хороших людей. Олег, Несс, Джемт, Сандра, а теперь ещё они... попадаются, конечно, и редкостные негодяи, но их меньше.
Хотя дел они успевают наделать так много, что потом хорошие люди едва расхлебывают ту кашу, которую заварят плохие...
А ещё есть люди, к которым Лара не может относиться не совсем положительно, не совсем отрицательно. И почему-то эти люди носят фамилию Морган. К Саре даже сейчас, когда прошло время, сложно относиться так, будто ничего не было. Последние 11 лет у Лары слишком хорошая память. О Фрэнке девушка вообще не хочет думать. Слишком спорный, слишком неясный человек.
Девушка подошла к столу и взяла в руки яхоты. Ей показалось, что она почувствовала себя ещё увереннее. Странно так, вроде – обычное оружие, железки... а такое влияние на неё!
Потом подошла к окну... его не закрыли. Можно было бы подумать, что это потому, что жарко и лето, но Лара была склонна думать, что Марфа и Павел прекрасно поняли, что девушка не будет их долго стеснять.
Раздался гортанный звук, который Лара радостно узнала.
- Крат! - она едва сдержалась, чтобы не закричать во весь голос.
Черная желтоглазая птица снова крикнула, взлетела в комнату, сделав круг под потолком, и присела на плечо. Девушка погладила её по чуть шершавым лапам.
- Крат, какими судьбами? Тебя прислал Олег?
Птица издала очередной крик, и Ларе показалось, что это было «да».
- Надо идти... – девушка улыбнулась. Ночь ясная, звезды освещают путь. К тому же рядом с Кратом не страшно, пусть только кто-нибудь попробует на неё напасть! Да и яхоты девушка не будет выпускать из рук.
Она написала на листке – как предусмотрительно, что Марфа оставила на столе перо и бумагу. Разумеется, совершенно случайно.
« Спасибо за все, и прощайте. Иллариона».
- Пойдем. Нечего здесь оставаться... ты ведь сможешь найти дорогу до столицы?
Крат, перелетевший на подоконник, кивнул – так, по крайней мере, поняла Лара. Может быть, его голова опустилась чуть вниз и поднялась просто так, а не потому, что девушка что-то там спросила. Но найти дорогу из небольшой деревни, находящейся на некотором расстоянии от столицы, Лара едва ли сможет сама. Бравакрат же как-то это сделал. Остается надеяться, что Крат вспомнит дорогу. Или найдет новую.
Она аккуратно вылезла из окна, чтобы не порвать платье, набросила мешок с тем, что когда-то было платьем, на плечо, ещё крепче стиснула яхоты в руках и глубоко вздохнула. Как же хорошо на улице!
- Веди, Крат! – радостно улыбнулась вслед птице Иллариона и пошла за ней.