Самокопание с огоньком
- Что-то в моей жизни стало слишком много Хван Хёнджина, - первое, что сказал Феликс, выпроводив лиса из дома.
Ему было крайне неловко оставаться с Хёнджином наедине, когда тот в человеческом обличии. Взять хоть прошедшие два дня, когда Ли работал, а после работы его провожал домой Хван. Феликс не знал, куда себя деть, что говорить, как реагировать на все эти прикосновения.
Нет, он сам, конечно, хорош. Смотрит куда угодно, но не на Хёнджина и не под ноги, от чего асфальт в прошедшие вечера захотел поцеловать Феликса раз так... двадцать. Но каждый раз от этих незапланированных поцелуев Ли спасали руки Хёнджина, притягивая к себе. А Ли, находясь в его объятиях, не знал, куда себя девать. Смотреть в глаза - явно не выход. Он ещё от своих выходок после клуба в Сеуле не отошёл, куда уж тут. В сторону - тоже не вариант - тогда получится, что Феликс отрыто избегает лиса. Ну, или хотя бы, избегает его взгляда. Поэтому он в такие моменты сначала смотрел в глаза, не специально, но смотрел, а затем резко пускал взгляд и мотал головой, пытаясь скрыть длинными волосами свои заалевшие щёки и кончики ушей.
Смущался он страшно. А пока сидел на работе, вдали от Хвана, хотел расшибить себе лоб об стенку за свою тупость.
«Какие ручки, Ли Феликс?! Какой ещё нахрен зять?! - Мысленно стонал парень и хлопал себя ладонью по лбу. Да, все два дня, что он работал. - Ты совсем идиота кусок, что-ли?!»
Стонал на работе из-за своей нелепости, а потом шёл с Хёнджином домой. А потом спал с ним-лисом. А потом снова на работу. И утром, в первый выходной, выгнал его из дома, дабы наконец-то побыть одному, в тишине и покое.
Закрыв дверь, подбежал к окну. Проводил Хёнджина взглядом до поворота, пока тот не скрылся, скатился вниз по стене и застонал.
- Ты идиот, Ли Феликс! - Досталось и полу, по которому парень со всей силы стукнул кулаком. - Как так можно было вообще?! А им всем тебя терпеть... Да как они вообще меня терпят?
За завтраком мысли всё так же не покидали его. Кружили вокруг, как назойливые мухи - отгоняешь их, а они снова возвращаются. И так два раза, пять, десять подряд.
«Как вообще можно было такое ляпнуть? - Думал Ли, жуя свой рис на завтрак. - Я же пьяным себя нормально контролировал всегда. Что в этот раз пошло не так?!»
Мыл посуду и бился головой о навесной шкафчик.
«Идиотидиотидиотидиотидиот!»
«Шарик, ты балбес!»
«Ли, на птицу-говоруна ты явно не тянешь».
«Ну, без мозгов, зато красиво!» - Феликс уже махнул рукой на все свои думы и уселся на диване, открыв очередной томик Агаты Кристи.
- Нет, а всё-таки, - спустя страниц тридцать, Феликс не выдержал, закрыл книгу, положив палец, как закладку. - Что вообще происходит? Что за постоянные гляделки у меня с этим лисом? И что с ним вообще не так? Или же, со мной?
Тяжело вздохнув, он положил в книгу нормальную закладку вместо своего пальца и потянулся за пачкой сигарет. Пепельница уже давно живёт на деревянном подлокотнике дивана, как и ещё одна запасная зажигалка.
- То он мне подарки дарит, то гулять тащит, то заботится... - Феликс, стряхнув пепел с сигареты, разглядывал игрушечную лису. Ту самую, что Хёнджин в автомате достал, так ещё и специально для него. - Что блин, происходит, мать твою? Ненавижу не понимать, что происходит!
Второй выходной у Феликса прошёл точно так же. На ночь пришёл Хёнджин, сразу в облике лиса, сразу легли спать. Утром, Хван, дождавшись, когда его человёнок проснётся, сам ушёл, не мешая тому проводить время наедине с собой.
И опять всё по новой. Завтрак - самобичевание - книги - сигареты - думы думские - книги - размышления - сигареты - лис - сон. Весь день.
На работе... На работе снова всё то же самое. По сотому кругу. Опять Феликс думал, курил, работал. Снова думал, снова курил, снова работал. Все его взаимодействия с Хёнджином совершенно не желали оставлять его белокурую головушку, они лишь размножались и приумножались в геометрических прогрессиях. И Феликс совершенно не знал, куда ему от всех своих мыслей скрыться. Поэтому продолжал думать, переваривать и накручивать себя. Снова и снова.
«Почему он вообще так со мной носится?»
«Может, я просто себя накручиваю».
«Нет, Феликс, ты точно сильно преувеличиваешь».
«Да сколько можно думать?!»
«Почему он со мной носится, если он вообще не обязан?»
«Интересно, а если посчитать, сколько раз за последнее время он меня обнял, мне пальцев хватит?»
«Я нихрена не понимаю».
«Да, никто меня так не понимает, как я сам себя не понимаю».
Провожал домой его, как обычно, Хёнджин. Что в эту смену, что на следующую.
- Человёнок, ты какой-то странный в последнее время, - протянул Хёнджин, вышагивая рядом с Феликсом в облаке сигаретного дыма. - В каких облаках витаешь?
- А? Какие облака? - Феликс удивлённо захлопал глазами, смотря на лиса.
- Ты слишком громко думаешь. Как будто, не самая лучшая идея оставлять тебя одного.
- Нет, всё хорошо, - протянул Ли, чуть натянуто улыбаясь.
«Ага, да, кому ты заливаешь? Ему?»
- Уверен? - Хёнджин сощурил глаза, выкидывая окурок. - Ты явно где-то не здесь. В другой Вселенной, наверное, не знаю.
- Нет, я тут. Просто... Просто устал, - выдохнул Феликс.
- Кино? Пиво там, чипсы?
- У меня же нет алкоголя дома.
- Ладно, чай с печеньками. Это-то хоть есть?
- Есть, - Ли улыбнулся, отпирая входную дверь своего дома.
***
Так и проходили его дни - после смен Феликс вместе с Хёнджином смотрел кино, поедая печеньки и запивая их чаем, а по выходным выгонял лиса их дома с самого утра, и сидел, мучался со своими книжками и мыслями. И практически каждый раз при просмотре фильма Хёнджин клал свою руку Феликсу на плечо, от чего тот ужасно смущался, пытаясь скрыть свои розовые щёки за волосами и старался ничего себе не надумывать. Не получалось.
В один из выходных, Феликс, стоя посреди кухни, мрачно оглядывал свои владения. Чашки из-под чая, который они с Хёнджином пили каждый вечер, стояли вообще на всех поверхностях - мыть их было лень, проще было взять новые, чистые. Да. Вымытая посуда горой лежала на полотенце - руки никак не доходили её разобрать, и она копилась там сколько, неделю? А Феликс уже и не помнит.
Вздохнув и засучив рукава своей домашней кофты, он поплёлся к раковине - «армию» чашек нужно ликвидировать. Следом за чашками чистая посуда перебралась в шкаф, потом тряпка для пыли оказалась в руках, и вот, Феликс уже размораживает холодильник.
- Ну, психовать - так по-крупному! - Парень, стерев пот со лба, включил на колонке свой излюбленный плейлист. Что там по жанрам? А фиг его знает, там слишком много всего, чтобы запоминать. - Генералить, так по полной!
И пока холодильник размораживался, а все продукты ютились на столешнице, Феликс взялся за диван - пропылесосить его явно не мешало, учитывая то, как часто на нём ели и курили. Вслед за диваном - столик с кучей непонятных газет и журналов. Перебрав и отсортировав хлам, отнёс всё в кладовку - надо же будет чем-то банки с огурцами перекладывать, чтобы не побились. Всё в дом, всё в дом!
Диван вместе со столиком сверкал, пепельница была вычищена.
- Так, что ещё? - Феликс придирчиво оглядывал кухню. - Точно, плита!
Вооружившись всевозможными чистящими средствами, принялся полировать плиту. Да, это определённо надо было делать чаще, чтобы сейчас так не страдать, замачивая все пятна в очистителях. Подпевая Битлсам, парень намывал плиту. То одним средством, то другим, то порошком, то спреем. Через пол часа плита сверкала, как диско-шар.
Когда же вся кухня была выдраена до блеска, а все наполовину засохшие растения политы, Феликс, смахивая пот со лба, поднёс к губам сигарету. Уборка уборкой, а перекуры никто не отменял. Сидя на сверкающем от чистоты полу, парень выдыхал дым в потолок. И снова думал. Вслух.
- Не попытка ли это сбежать от реальности... - Ли задумчиво стряхнул пепел с сигареты и вновь поднёс её к губам. - Совершенно не понимаю, что между нами происходит. Это же не значит, что я к нему привязываюсь больше, чем нужно? Да не, бред какой-то! - Он выдохнул, сжав переносицу. Кажется, мысли отнимали у него вообще все силы. Или же, думать - не его конёк. - Он же лис, я - человек. Ли, хватит страдать хернёй. И думать хватит. Ты же пытался убежать, так убегай - займись своей сраной уборкой!
Кажется, кто-то перестал вывозить своё одиночество.
Холодильник, упорно не желающий размораживаться, был временно послан далеко и надолго и променян на спальню. Как только Феликс стянул с кровати постельное бельё, чтобы закинуть его в стирку, на телефоне раздался звонок.
- Морда ты рыжая, привет, - Ли, зажимая телефон между ухом и плечом, сворачивал бельё в комок.
- И тебе не хворать, - на том конце провода засмеялся Джисон. - Джин сказал, ты там всё витаешь где-то. Я надеюсь, не откажешься сейчас от моей компании?
- Я не пью!
- Боже, сильно надо, - Феликс через расстояние чувствовал, как Хан закатил глаза.
- Ну, тогда если не боишься пыли и моющих средств, милости просим, у меня генеральная.
- Дверь открывай, у тебя заперто! - Джисон, засмеявшись, завершил вызов, а Феликс, с постельным бельём в руках, пошёл открывать ему дверь.
- Всё настолько серьезно, да? - Джисон, зайдя в дом, огляделся. Феликс с растрёпанным хвостиком на голове, в пыльной кофте и с тряпками в руках. Вокруг вакханалия, и только идеально чистая кухня выбивалась из общей квартиры. - Ладно, что у нас по плану? Разворошить ящики с твоим нижним бельём? - Кумихо громко рассмеялся, заходя в спальню после того, как его друг запустил стиралку.
- Ага, - Феликс усмехнулся, вываливая все вещи из шкафа на кровать. Он, конечно,порядок любил, но порой складывать вещи аккуратно было очень лень. - А ещё собрать весь хлам из-под кровати и не задохнуться от пыли.
- Чаем запьем, - хихикнул Хан, открывая окно на полную - надышаться пылью хорошей идеей явно не было. - Командуй, капитан!
Вдвоём они перебрали всю одежду младшего, свалив в отдельную кучу то, что никогда не надевалось и что уже никогда не наденется, вместе посмеявшись с нелепости тех или иных вещей. Особенно Джисона впечатлили трусы в цветочек, которые Феликс носил ещё года два назад. И сейчас Ли, вспомнив об их существовании, с хохотом и красными от смущения щеками вырывал их у друга, чтобы выкинуть в ту же кучу ненужностей, на что Хан лишь смеялся и говорил, что и сейчас такие очень даже модные. На что Феликс, разозлившись, заставил Джисона надеть их прямо поверх штанов. Теперь смеялся уже он, украдкой сделав фото и не сказав ничего другу. И всё же, отправлять это «чудо в цветочек» в помойку у Феликса рука не поднялась.
Кровать была заселена новым постельным бельём, и не без того, чтобы Джисон, заправляя одеяло в пододеяльник, не запутался в последнем. Психанув, лис залез в пододеяльник полностью и потребовал солнечные очки - сказал, что тренды нужно повторять и попросил Феликса его сфотографировать. Ли же, смеясь во весь голос, сделал несколько фотографий, а после достал ещё один пододеяльник и уже залез в него сам, попытавшись сделать такое же фото, но без помощи Джи не обошлось.
Спустя два часа, наконец разобравшись со спальней и выдраив её до блеска, Феликс отправил Джисона разбираться в кладовку, а сам направился в свою библиотеку, которую не доверит никому.
Книги, число которых в последнее время сильно увеличилось, нуждались в расстановке, а то и перестановке.
В каморке, оборудованной под библиотеку, было относительно просторно, несмотря на размер помещения. Может быть, потому, что из мебели там лишь пять книжных шкафов, стоящих вдоль стен, да кресло с лампой. На полках стояло всё. И фантастика, и детективы, и сопливые романы, и книги по психологии. Зачем ему столько? Феликс не знал, продолжая собирать свою книжную коллекцию. У него даже тетрадка есть, в которой записаны вообще все книги, что стоят у него на полках. Сколько их там уже, штук пятьсот?..
Стеллажи стояли вдоль двух соседних стен, а в углу напротив и находилось кресло, возле которого возвышалась лампа. Наверное, надо бы сюда и столик журнальный прикупить, но где взять деньги на такие расходы, если мебель нынче жутко дорогая. Поэтому вместо столика был угловой открытый стеллаж, висевший в самом начале всех книжных полок. На нём было всё - книги, которые Феликс уже начал читать, но почему-то забросил (ого, а их уже почти тридцать штук таких!), коробочка с всевозможными закладками, стикерами, стакан с ручками и карандашами, печать личной библиотеки и на самом верху полки - хлорофитум, свисающий из горшка вниз. Да, дел предстоит сделать немало.
Феликс, глядя на неразобранные пакеты с книгами, потянулся за своей учётной тетрадкой, печатью и ручкой. Расположившись на полу возле пакетов с книгами, принялся за дело: сначала в свою чудо-тетрадку записал номер, автора и название книги, затем поставил печать на титульнике и ещё раз подписал номер книги. И так книга за книгой, пакет за пакетом. Оказывается, книг у него не пятьсот. Шестьсот семьдесят пять.
- Ликси-я-я! - Раздалось из кладовки, когда Феликс только записал последнюю книгу. -Я тут такое нашёл!
Феликс, не в силах сдержать своё любопытство, встал с пола, размял затёкшие конечности и пошёл к другу.
- И что тут? - Он прислонился к дверному косяку, потирая глаза - всё же, от долгого письма они сильно устают.
- Альбом, - Джисон загадочно улыбнулся, а затем раскрыл его на самой, как ему казалось, интересной странице.
- Эй! Закрой немедленно!
- Не-а, это компромат!
Рука с альбомом взметнулась вверх, а Феликс с воплем кинулся на Джисона. Ещё бы, такую «красоту» нужно отвоевать обратно. Воевать было за что - за кучу фотографий, подобных той, что открыл Хан - где Феликс сидит на горшке и натягивает трусы в горошек. Нет, такое точно никому показывать нельзя, и Ли во что бы то ни стало решил отобрать назад свой альбом с детскими фотографиями.
- Так, ты меня достал! - Феликс, когда понял, что отобрать не получится, отступил назад и достал телефон. - Решаем всё с помощью тяжёлой артиллерии!
Чат, созданный Хёнджином, открылся моментально.
«Детский сад и Хван Хёнджин»
Человечище
*фото Джисона в трусах в цветочек*
НЕ ОБРАЩАЕМ ВНИМАНИЯ, ТАК НАДО
Ископаемое
...
Киборг убийца
...
- Ли Феликс, ты что творишь?! - Джисон, увидев, что происходит в чате, выронил из рук альбом, который тут же подхватил Феликс.
- Ничего я не творю, это мстя!
- Это ещё за что? - Насупился Хан.
- За альбом, конечно, - Феликс любовно поглаживал зелёную обложку своего альбома, блаженно улыбаясь. - Ну, могу ещё привидений в очках скинуть, нас обоих.
- Да пофиг, кидай! И ту фотку из альбома тоже!
Человечище
*фото Джисона в пододеяльнике*
*фото Феликса в пододеяльнике*
*фото обоих сразу в пододеяльнике*
Ископаемое
Дети, у вас там всё нормально?
Киборг убийца
Я, пожалуй, промолчу
Человечище
Да-да, лучше не бывает!
С шилом в жопе
*фото Феликса на горшке*
Человечище
ХАН ДЖИСОН
Подождите, убью рыжего и вернусь
Киборг убийца
...
Мне уже бежать спасать своего рыжика?
Ископаемое
Не, не надо
Перебесятся, дай детям поиграть
С горем пополам уборка всё же была закончена - парни, немножечко поколотив друг друга, успокоились и разобрались до конца и в кладовке, и в ванной комнате - библиотеку Феликс решил оставить на завтра.
Сидя с Джисоном на качелях в саду, с ароматными чашками чая, Ли снова вздыхал, глядя на звёзды.
- А мы можем прекратить молчать? - Джисон, не привыкший подолгу сидеть на одном месте без движений и разговоров, заёрзал на качелях. - Ли Феликс, сделай уже хоть что-нибудь, а!
- А чего я? - Ли прикурил сигарету, впуская в лёгкие очередную порцию едкого дыма. - Я сижу вот, а ты что?
- А я устал сидеть! Или хотя бы, сидеть молча, сколько можно? Ну-ка, давай, расскажи хоть что-нибудь! Например, сколько книг успел прочитать?
- Одну, - Феликс вздохнул, поднося к губам чашку чая, а затем - сигарету.
- Так ты же быстро читаешь, разве нет?
- Быстро, - медленно кивает Ли. - Просто...
- О-о-о, мой дорогой, выкладывай, - Хан скинул обувь и забрался на качели с ногами, полностью развернувшись к другу. - Давай, сегодня я - твой психолог.
- Ну, - Феликс повторил действия Джисона и облокотился на спинку качелей. - Ты помнишь, что было в Сеуле?
- А что конкретно я должен помнить? Я много чего помню.
- Как мы из клуба уходили, помнишь?
- Когда нас несли, как мешки от картошки? - Джисон сморщил нос, отхлёбывая чай. - Ещё бы такое не помнить, как тут забудешь!
- И то, что я там вытворял с Хёнджином?
- Так, а вот с этого места подробнее, - Хан продвинулся ещё ближе.
- Ну, понимаешь, - Феликс затушил окурок и положил на землю возле своих кроссовок, чтобы потом подобрать и выкинуть. Продвинувшись ближе к другу, положил голову ему на плечо. - Я когда напьюсь, себя контролирую, всегда. Сколько бы я ни выпил, фигни не исполняю. А тут... Сначала попросился к Хёнджину на ручки, потом, добравшись до машины, вообще к себе его притянул и спросил, не нужен ли его маме зять. Я его чуть не засосал, понимаешь?! - Феликс поднял свою несчастную мордашку, а Хан только сочувствующе и понимающе закивал. - Потом, очутившись в номере, я вообще начал орать, что спать без него не лягу. А он потом хоть бы слово сказал! Так нет, молчит и дальше улыбается. А я уже не знаю, куда себя деть, потому что когда он меня провожает с работы, мне ужасно неловко.
- М-м-м... - Протянул Джисон со знанием дела, поправляя на носу невидимые очки. - И что ты вообще чувствуешь, находясь рядом с ним?
- Не знаю, смущение? И вечно красные щеки, которые порой невозможно спрятать даже за волосами?
- У-у-у-у, друг мой, тут всё ясно. Ты втюрился!
- Чего, я?! Не-е-ет!
- Да-да, и даже не думай отнекиваться, тут все на поверхности плавает. Вот только хрен его знает, что по этому поводу думает и чувствует сам Хван. Если с тобой всё ясно, то он для меня - всё ещё загадка.
- И что ты хочешь этим сказать? - Простонал Феликс, доставая из пачки ещё одну сигарету. Джиджи его точно за это когда-нибудь без ушей оставит.
- Ну, раз он с тобой сюсюкается до сих пор... Варианта два: либо он просто чего-то от тебя хочет, и закрывает глаза на твои выходки, либо действительно в тебя тоже. Он вообще как себя с тобой ведёт?
Джисон уставился на Феликса в ожидании интересных подробностей. Нет, ну а что?
- То не даст с асфальтом поцеловаться, то руку на плечи закинет, то волосы за уши заправит. А, ну и накормит. Он мне даже сам чаджанмён готовил, представляешь?
- Ну всё, это однозначно любовь! Причём как у тебя, так у него. Ну что ж, счастья вам и долгих лет семейной жизни!
- Хан Джисон! - Феликс в шутку стукнул его кулаком, одарив возмущённым взглядом. - Не неси хрень, а? Я сам ещё не разобрался, а ты мне уже будущее расписал!
- Да открой глаза, ну!
- Не буду я, отстань!
- Кто и что не будет?
На участок зашёл Хёнджин, держа в руке стаканчик кофе. Вид у него максимально замученный и уставший.
- Я не буду! - Выпалил Ли. Что б такого ляпнуть, чтоб прокатило-то? А то думать мы не умеем, сначала скажем, а потом подумаем. - С Минхо этим вашим не буду мириться.
- Ну Ликсёночек, он же не такой говнюк! - Хан сразу же подключился к его импровизации - несмотря на то, что он говорил Феликсу минуту назад, настолько рано сдавать друга он не будет, не крыса же.
- Отцепись от него, рыжий, не хочет он, - Хёнджин прикрыл глаза, дойдя до качелей. - Давайте, дети, двигаемся.
- Ага, пенсионер устал, ему нужно отдохнуть, - Джисон заржал в голос и всё же подвинулся. - Газетку с очками принести?
- Ты сейчас доиграешься, мелкий, - проворчал Хёнджин, у которого на самом деле не было сил ни спорить, ни что-либо делать.
- Ты чего такой замученный? - Феликс, сидевший посередине, развернулся к только что пришедшему лису.
- Да ничего, мэгу замучил. Хан, ты хоть давай ему чаще, что-ли... А то он злющий слишком.
- Хван Хёнджин! - Раздалось с другого края качелей.
- Да, я, меня так три тыщи лет зовут, дальше что?
- Всё, расходимся, - Феликс хлопнул себя по коленям. - Все замотанные, уставшие, всем спать пора.
- Вот-вот, рыжий, хоть иногда человёнка слушай, поумнее тебя будет.
Открыв глаза на следующее утро, Ли Хёнджина под боком не обнаружил. Лишь на столе была записка, гласящая о том, что тот уже ушёл, оставив на столе завтрак. На этот раз - пибимпаб.
Прикончив тарелку вкуснятины, Феликс продолжил начатое вчера - порядок в книжках. Переставил вообще всё. Книги у него стояли по жанрам, и поскольку новых книг изрядно прибавилось, а мест на полках не хватало, нужна была перестановка, на которую парень убил весь день, забыв и про еду, и про сигареты.
***
В таком порядке, состоящим из книг, сигарет, работы и размышлений прошла ещё неделя. В свой выходной, Ли, проснувшись, первым делом выгнал из дома Хёнджина, ничего не объяснив. Сам себе Феликс сказал примерно следующее: «Раз он меня тут кормил всю неделю, значит и я ему должен приготовить что-нибудь съедобное». Тем более, ему выплатили зарплату - наконец-то можно самостоятельно разжиться чем-то сытнее рамёна.
После завтрака, вооружившись рюкзаком, наушниками и пачкой сигарет, Феликс пешком потопал в магазин, желая немного прогуляться - вторая неделя июля выдалась ужасно жаркой, солнце нещадно припекало макушку, прикрытую кепкой. На ногах болтались свободные короткие шорты, а на плечах - любимая майка-алкоголичка, как про себя её называл Феликс.
С наушниками в ушах и сигаретой меж пальцев, он, идя в магазин, просматривал рецепты того, что можно приготовить. Выбор пал на яксанчок - говядину, прокрученную в фарш и запечённую одним цельным куском в духовке.
Парень долго бродил между стеллажами в магазине, выбирая то кусок говядины получше, то специи. После ноги сами завели его в отдел с чаем. Он не специально, честно! Но в корзину отправились три пачки чая: травяной с малиной, жутко дорогущий китайский улун и лавандовый чай. Потом, подумав ещё немного, взял с полки ещё и облепиховый.
- Кажется, кому-то скоро надо будет отдельный шкаф для чая покупать, да? - Феликс усмехнулся сам себе, закинул в корзину ещё пару шоколадок и пачек печенья, и направился в сторону касс. И там взял ещё блок Чапмана, но в этот раз вишнёвого.
В рюкзак всё, как планировалось, не влезло, поэтому Феликс, с огромным рюкзаком за спиной и с пакетом в руках направился обратно домой.
На фон парень решил включить себе музыку - какая готовка без неё? Правильно, никакая. Разложив всё необходимое на столе, он извлёк на свет мясорубку, которая пылилась где-то в недрах кухонного шкафа с того момента, как Феликс сюда перебрался. Ну, ничего, это наконец-то исправится.
Промыв кусок говядины, Ли нарезал его на кусочки поменьше и запустил в мясорубку, после смешал с луком, чесноком, имбирём, с осевым соусом и маслом. Хорошенько пожмякав всё руками, отставил в сторонку и занялся противнем - застелил фольгой и смазал маслом. После этакую «котлетку» целиком уложил на противень, утрамбовал и ножом продавил узор в виде ромбиков, чтобы потом было легко разрезать. И отправил сей шедевр в духовку, выпекаться. А пока оно выпекается, можно и посидеть пять минуточек на крыльце с книжкой и сигареткой.
Пять минут переросли в шесть, семь, и вот, Феликс курит уже третью сигарету и перелистывает десятую страницу. Солнце, клонившееся к закату, мягким светом ложилось на книжные страницы, а веснушки загорались огнём. Свет приятно бил по глазам, заставляя щуриться и прикрываться ладошкой, пока страницы все перелистывались и перелистывались. И вот, одна глава, вторая, третья, пятая... За час на улице почти стемнело, и только из окна кухни на землю ложился световой столб.
Подождите, какой свет на кухне, если Феликс его не включал?...
Ли, отбросив книгу в сторону, рванул домой, на кухню. Зря он пошёл читать... Но понял это поздно.
Всю кухню заволокло едким чёрным дымом, единственный «источник света» - горящая духовка.
- Твою мать! - Заорал Феликс, прикрывая нос и рот сгибом локтя. На кухонном столе обнаружился телефон, который в панике был схвачен свободной рукой.
Глаза жутко щипало, а лёгкие ужасно жгло, пока Феликс пытался набрать нужный номер. Полотенце нашлось тогда же, когда пальцы нажали кнопку вызова.
- Да?
- Хёнджин, помоги, - Феликс закашлялся, пытаясь сбить пламя полотенцем. - Пожалуйста!
- Эй, ты чего? Ты где? - В голосе Хёнджина была слышна паника, переплетающаяся с кашлем Феликса.
- Дома. Горит! - Ли закашлялся ещё сильнее, отбрасывая в сторону подожжённое полотенце и ища новое. - Прошу, быстрее!
Телефон улетел в сторону, когда Феликс нашёл взглядом новое, плотное полотенце, висевшее на двери и бросился к нему. Кашель становился всё хуже, легкие горели всё сильнее, глаза жгло всё резче, а дурацкое полотенце никак не хотело сбивать пламя хоть на немного. Парень уже еле стоял на ногах, когда сзади него вспыхнуло голубым, а после его подхватили две пары рук и поволокли наружу, оставив одно рыжее пламя сражаться с другим.
- Дыши, мать твою! - Хёнджин усадил его на пол, загнанно дыша и хлопая Феликса по щекам. - Давай, человёнок, Вдох-выдох!
- Цыпа, не помирай, - Минхо сидел рядом на корточках. - Водичкой его окачу?
- Давай, - Хёнджин заглядывал Феликсу прямо в зрачки, которые слабо, но на свет фонарика телефона всё же реагировали.
А Минхо, притащив замеченное возле дерева ведро с водой, отодвинул Хвана в сторону и вылил всю воду на горе-повара.
- Твою ж д-дивизию! - Тот сразу же вскочил на ноги, широко раскрыв глаза. - Нахера т-так делать?! - Он зло посмотрел на мэгу с ведром в руках.
- И в себя пришёл, и помылся, - Минхо хмыкнул. - Два в одном, и только польза!
- Человёнок, порядок? - Хван встал между ними, заглядывая Феликсу в глаза.
- Д-да, - у Ли уже зуб на зуб не попадал от холода, он обхватил себя руками.
- Готово, - из дома вышел Джисон, вытирая сажу со лба, но в итоге лишь больше её размазывая. - Ли Феликс, тебе вообще хоть что-то доверить можно?
- М-можно, - тот неловко кивнул, опуская глаза в пол. Лисы там, наверняка, сидели себе спокойно, занимались своими делами, а тут он со своими кукинг лайк а шеф.
- Дуй переодеваться, замёрзнешь сейчас до конца, - Хан, взяв друга за плечи, затолкал его в дом. - К персонам преклонного возраста просьба заказать нам яств для трапезы, - отвесил шуточный поклон и пошёл за Феликсом.
Поскольку на кухне всё ещё воняло гарью, было решено вытащить чайный столик на улицу и усесться на пледы, растеленные на траве. Пока трое из ларца ставили на стол доставленную еду, Феликс не смел поднять на кого-либо из них глаза, молча сидя на коленях за столом и теребя край собственной кофты. Хёнджин же, уставший смотреть на такого поникшего Феликса, всунул ему в руку палочки.
- Ешь давай, человёнок.
- Да, цыпа, файв стар Мишлен тебе явно не светят.
- Ну я же не специально! - Обиженно крикнул Феликс, втыкая свои палочки в кимпаб. - Я, Вообще-то, вам приготовить хотел... Такую дорогущую говядину на яксанчок купил, а оно всё сгорело...
- И лук с чесноком? - Усмехнулся Минхо, садясь за стол напротив Феликса.
- Да.
- Ну и хорошо, что сгорело, - в рот мэгу отправилась порция риса. - Нам такое нельзя, траванёмся.
- А я не знал...
- Не знал, потому что не спрашивал и мы не говорили, - Джисон сел рядом с другом, а напротив него опустился и Хёнджин. - Ну, чего уж теперь, что есть, то есть.
- Джиджи, а ты... Ты как потушил всё вообще?
- Как? Ну, смотри...
Хан отложил палочки и встал из-за стола. Нашёл под персиковыми деревьями опавшие засохшие листья, взял железное ведро, стоявшее на крыльце, закинул в него листья. Сложил пальцы в какую-то непонятную фигуру, и...
- Ва-а-ау, - протянул Феликс, заворожённо наблюдая за горящими в ведре листьями.
- И обратно, - улыбнулся кумихо, складывая пальцы в новую фигуру. Мгновение - и всё погасло так же, как и загорелось.
- А прикурить сможешь от пальца? - Ли без промедления озвучил первое, что пришло ему в голову.
- Не знаю, но можно попробовать, - Джисон улыбнулся, садясь обратно за стол. - Ешь давай.
- Ликс, иди сюда, - Хан развалился на траве и смотрел в ясное ночное небо, и ждал, пока друг приземлится между ним и Хёнджином. Нет, он не специально (да, он специально).
- Я надеюсь, твоё добровольное одиночество закончилось? - Хёнджин, как только Ли улёгся, запустил пальцы ему в волосы. - Двух недель хватило?
- С головой.
- Вот и умница, не смей пропадать больше! - Феликс почувствовал небольшой толчок в плечо со стороны Хана. - Иначе уши от кручу и хвосты повыдёргиваю!
- Я человек, если что, в отличие от вас, - Ли засмеялся.
- Ага, знаем, Цыпа, - Подал голос Минхо, лежавший рядом с Ханом с другой стороны. - Но хвосты все равно повыдёргиваем.
- Особенно, если будешь так пугать, - улыбнулся Хёнджин, не убирая своей руки от волос Феликса.
А Феликс лежал и думал о том, что рад находиться в компании этих странных существ.