Часть 1. Глава 13.
Проходя по тёмной лестнице, он уже не знал, в какую сторону завернуть.
После слов Тэхёна, ему было не по себе. Словно мир вокруг него впервые показал своё истинное обличие, не страшное, но в то же время чужое и таинственное.
Почему он так привязан к Юнги?
Ответа на этот вопрос так и не нашлось.
Времени было уже около трёх часов ночи, но в комнату старшего мальчик так и не пришёл.
Стоя на распутье между двумя комнатами, он кидал взгляд то в одну сторону, то в другую.
Тяга выбрать комнату Мина была в разы больше, ведь в последние несколько месяцев он для шатена словно наркотик, без которого он не сможет прожить и дня. Однако стоит ли ему появляться на глаза хёна, пока сам не знает, что чувствует?
Странные мысли закрадывались в голову, заставляя руки дрожать, а дыхание сбиваться.
Это было что-то непонятное, но в то же время очень сильное. Чувство, что он испытывал ещё никогда не являлось тонсену ранее, до встречи с блондином. В поисках оправдания, парень лишь больше убеждался в том, что это не просто привязанность.
Юнги никогда не заменял младшему родителей, не был в его глазах старшим братом. Он был словно пушистое одеяло, что в детстве защищало его от монстров под кроватью и бездушной тьмы, не дающей Чимин засыпать холодными ночами.
Ступая по скрипучим ступенькам, он слабо дотронулся до оловянной ручки, медленно открывая дверь.
Глядя на кровать, он охотно разглядывал светловолосого, слабо накрытого одеялом.
Лёжа возле стены, он оставил место рядом с собой, словно надеялся на появление своего тонсена.
« Я не должен бояться себя,»— мелькнуло в голове Пака.
Это было правильным.
Чем ближе мальчик приближался к спящему блондину, тем больше он убеждался в своих предположениях.
Проводя пальцами по холодной коже на шее Мина, он чувствовал расслабление, словно всё плохое и тревожное позади.
И так было каждый раз.
Хён был для него словно настой валерьяны, который по-началу кажется неприятным, но затем успокаивает и вызывает привыкание.
Но если бы светловолосый вдруг стал наркотиком или успокоительном, то Чимин точно бы заработал себе передоз.
— Я знал, что ты прийдёшь.— тихий хриплый голос мгновенно пронзил тишину, заставляя младшего слегка опешить.
— Прости, что разбудил тебя.— виновато проговорил тот, опуская взгляд.
— Ты не разбудил меня.— слегка ухмыляясь, произнёс тот. Бледная рука парня медленно, но целеустремлённо схватилась за запястье мальчика, притягивая ближе к себе.— Помнишь, мы договаривались, чтобы я ждал твоего прихода каждый день.— шатен лишь слабо кивнул, слегка закусывая щёку, но старший лишь ещё сильнее притянул его к себе за руку, усаживая на кровать.— А теперь давай спать. Я ждал тебя так долго, что уже начинаю отключаться.
— Какой же ты идиот.— нахмурившись и параллельно ложась в кровать к старшему, бормотал Пак, стараясь скрыть лёгкое смущение. Ему и правда было стыдно, что он заставил хёна не спать до трёх часов ночи, хоть это был и его выбор.— Если в следующий раз я не прийду, то не жди меня. Понял?
— А ты не прийдёшь?— слабо сглотнув, поинтересовался Мин, стараясь сделать голос как можно менее заинтересованным, но нотки разочарования и одновременного любопытства всё же проскальзывали, выдавая его с потрохами.
— Прийду.— ответил тот, как-то быстро и твёрдо, сам не понимая, как так вышло.— В смысле наверняка же прийду. Но мало ли что...
— Я понял.— устало вздыхая, произнёс Юнги, что заставило младшего сдержано выдохнуть.— Теперь давай спать, я больше не могу терпеть твою болтовню.
— Вот же...— угрюмо пробурчал шатен, слегка нахмуривая брови, но после решил расслабиться и дать наконец-таки поспать им обоим.
Закрывая глаза, он пытался уснуть, но сон перебивали разные странные и непонятные ему мысли, отчего мальчик начинал ворочаться, а его сердце биться чаще.
— Что случилось?— хриплый голос вновь пронзил тишину.— Ты так нервничаешь, что от стука твоего сердца я скоро буду на кровати подпрыгивать.
— Айгу,— на этот раз уже действительно занервничав, кинул парень,— забей, у меня просто аритмия.
— Да кому ты..
— Забей, я сказал!
* * *
Будильник прозвенел так же неожиданно, как и закончилась эта ночь.
Оба парня были невыспавшимися и чертовски усталыми.
Тяжёлый день.
Чимин смог встать только с третьего раза, и то только с помощью пинка от Мина, который уже в сотый раз сказал, что не даст ему прогуливать универ.
— Ну Юнги~я,— ныл младший, обнимая хёна за талию как можно крепче, чтобы тот не смог вырваться и выставить его за дверь,— всего один день.
— Нет.— твёрдо отвечал старший.
— Один денёчек.
-Нет.
— Только один и больше я никогда об этом не попрошу.
— Н-е-т.— по слогам произнёс Юнги, да так твёрдо и убедительно, что тонсен даже слегка попятился назад.— Я сказал нет, значит нет. Это только начало учёбы и если ты прогуляешь, то могут возникнуть проблемы с успеваемостью. Понимаешь?
— А если так?— шёпотом произнёс темноволосый, поднимая голову до уровня лица опекуна, а затем легонько касаясь губами холодной кожи щеки. Слабое касание отдавалось тысячами мурашек по телу Юнги, отчего тот лишь озадаченно сверлил взглядом младшего, который тоже слегка растерялся.— Йа, не смотри на меня так, словно я твою девственность украл, дурак.— закатывая глаза, пробурчал тот, вставая и направляясь к двери.— Пойду я в твоей дурацкий универ, так что перестать таращиться.
— Я просто не ожидал.— отводя взгляд, проговорил блондин, вытерев щеку.— Кто же знал, что ты целоваться полезешь.
— Не ожидал он.— фыркая, произнёс тонсен.— Тоже мне, неженка. Ещё скажи, что это смущающе.
— Вообще-то да.— выскользнуло из уст светловолосого, отчего тот сам немного опешив, испуганно раскрыл глаза.— В смысле нормальные люди так не делают.— он пытался оправдаться изо всех сил, но шатен, лишь довольно ухмыляясь, покинул комнату.
Оставаясь наедине с мыслями, Юнги рассуждал и всё ещё не мог понять, почему тонсен решил убедить его именно таким способом. Но это было лишь одним из двух зол. Больше этого он хотел знать лишь одно. То, что беспокоило его не первый день.
Эти выходки со стороны младшего, словно вновь напоминали об этом странном и словно запретном чувстве. Тогда почему же ему так хотелось, чтобы Пак всегда так провоцировал и подшучивал над ним?
Пускай не всерьёз, но это заставляло парня чувствовать некое умиротворение, хоть он и попрежнему не знал, отчего же это так приятно и маняще.