Глава 7: «Проклятая химия»
Глава 7: «Проклятая химия»
Лиам
asheville.school: Вы просили в комментариях побольше новостей о новеньком Лиаме. Так вот, сегодня его видели в кабинете психолога. У мальчика проблемы?
Я вышел от нового психолога час назад, а об этом уже успели рассказать в Инстаграме. С каждым днём обо мне всё больше собирают информацию, и меня это начинает пугать. Если призраки прошлого полезут наружу — придётся снова запереться дома, потому что пережить шквал очередных осуждающих взглядов и шёпот за спиной я не смогу.
С тех пор как я появился в школе, прошло две недели, и в целом большинство привыкло ко мне, пытаются познакомиться, поговорить. Только Дилан и Адам обозлились ещё больше, потому что мы с Зои проводим вместе практически всё свободное время, а на тренировках я периодически обхожу Ашера по времени. Всё кажется не таким уж плохим, и жизнь налаживается, но звонок Зои снова заставил напрячься.
— Что ты делал у психолога? — взволнованно спросила она.
— И тебе привет.
— Лиам, я серьёзно. У тебя проблемы в семье или это Дилан тебя окончательно достал? Ты же знаешь, что можешь всегда поговорить со мной, если что-то тревожит?
— Да, я знаю, — вздохнул я, вытянувшись на кровати. — Всё у меня нормально, не переживай. Я немного занят, перезвоню.
Я сбросил вызов, не желая больше говорить на эту тему. Сегодня я в первый раз посетил психолога после Роли. Агрессии, желания выпить или покурить у меня нет, но мама беспокоилась, что снова что-то пойдёт не так, и уговорила меня пойти к некой миссис Грейс, у которой много положительных отзывов в интернете. Я не сопротивлялся. Если родителям так спокойнее — я готов раз в неделю рассказывать малознакомой женщине о своих делах.
Стоило мне положить телефон, как пришло сообщение. Я с теплом улыбнулся, открывая чат с Джеком.
Как твои дела, Вуди? Нашёл себе кого-нибудь красивого, милого и как скоро ты перестанешь мне писать?
Кроме чокнутого Дилана и его милейшей сестры в моей жизни пока что никто не намечается. Так что я всё ещё выбираю тебя :D
Тогда я спокоен)
***
— Эти уравнения не подвластны моему разуму, — вздохнула Зои, бросив карандаш на парту. — У меня мозги сейчас закипят.
Кайли согласилась. Математика давалась им тяжело, а вот я за последние месяцы отлично заполнил пробелы в знаниях с помощью репетитора и с лёгкостью решал все уравнения и прочие математические выкрутасы, доводящие Зои до истерики.
— Я завалю тест на следующей неделе, я вам точно говорю, — не унималась Зои, накручивая себя.
Я слушал мучительные вздохи за спиной, лениво развалившись на парте. До звонка оставалось буквально две минуты, и я просто пытался насладиться спокойствием.
— Лиам может позаниматься с тобой, у него «А» по математике, — предложила Кайли.
Зои затихла, и я почувствовал, как мою спину буравят взглядом. Пришлось повернуться к девчонкам.
— А меня вы спросить не хотите? — я с вызовом вздёрнул бровь.
— Ты же не хочешь, чтобы Зои завалила тест? — в своей привычной наглой манере спросила Кайли.
Я обречённо вздохнул. Отказать в помощи подруге я не мог, поэтому пришлось согласиться. Между уроками, тренировками и дополнительными занятиями по обязательным предметам нужно будет впихнуть репетиторство для Зои и найти время на отдых. Хорошо, что это всего на неделю — до теста.
— Я помогу, но если ты всё равно завалишь тест, будешь должна желание, — подмигнул я.
— Спасибо! — Зои послала воздушный поцелуй. — Когда начнём?
— Завтра? Тренировку отменили, Давид уехал куда-то по делам. Встретимся в кафе «У Берни», давно хотел туда заглянуть.
Зои согласилась. Прозвенел звонок. Тяжёлый день начался. Английский, физика, психология. Занятия тянулись так долго, что казалось, будто мы находимся в школе неделю, а не день.
Последней была химия, и каждый раз этот урок был отдушиной среди прочих. Преподаватель — мужчина очень пожилой, добрый и отзывчивый — монотонно рассказывал тему, медленно показывал на приборах «фокусы» и редко давал тестовые задания. Но сегодня всё встало с ног на голову.
Миссис Браун — преподаватель другой группы по химии — пришла к нашему кабинету, сказала идти за ней и отвела нас в богом забытую аудиторию, где парты были на два человека, а доска — меловая. Я уже и забыл, что такое существует.
— Рассаживайтесь, — приказным тоном сказала женщина, на голове которой из волос было собрано что-то, больше похожее на воронье гнездо, а не на причёску.
Она встала у доски и ждала, когда наша группа рассядется по местам. Я сидел по-прежнему один и молился, чтобы ко мне никто не подсел. В конце концов, кабинет большой, мест много, а это значит — всем хватит парт, тем более что те, кто всегда мечтал сидеть рядом, не упустили возможность. Зои и Кайли, как обычно, оказались за моей спиной, только теперь рядом. Они обсуждали перформанс, который сейчас происходит, но миссис Браун заставила всех закрыть рты, ткнув в сторону группы пухлым коротким пальцем.
— Мистер Моррисон угодил в больницу, — заявила она. — Вашу группу поручили мне на неопределённое время.
— А почему мы в этом... страшном кабинете? — спросил кто-то из группы.
— Потому что помимо вас в школе есть ещё люди, представляете? — съязвила Браун. — Пока вы у меня, будете заниматься с ещё одной группой. И я не понимаю, где их носит... — последние слова она пробубнила себе под нос, взглянув на наручные часы.
Как по зову, в кабинет ввалилась ещё одна группа, при виде которой я обречённо выдохнул. Коди, Адам, Стив — а значит, где-то бродит и Дилан. Но среди пятнадцати человек я его так и не заметил.
— Коди, — шикнула Кайли, — где Дилан?
— Не знаю, — пожал он плечами.
Прозвенел звонок. Миссис Браун тут же провела перекличку, задалась тем же вопросом, что и мы, но заострять внимание не стала. Такое количество школьников в одном кабинете для неё было и без того тяжело, и на поиски Дилана ей не хватало сил.
Дилан
Квирл решила провести со мной беседу. Заявила, что я скатился по учёбе, слишком много времени отдаю плаванию, и если так продолжится, то она будет вынуждена поговорить с родителями. Но я старался учиться — просто присутствие Лиама рядом, их флирт с Зои, бесконечно злой Адам и слетевший с катушек Давид — всё навалилось разом. Я тренировался на износ, а потом пытался собрать в кучу мозги и заняться учёбой. Но тяжело сконцентрироваться, когда за стеной Зои смеётся во весь голос, болтая по телефону с Лиамом, а родители изо дня в день ругаются в гостиной, уже не скрывая от нас с Зои, что скоро их отношениям придёт конец. Меня это разбивало на части.
— Ты меня понял, Дилан? — переспросила Квирл.
— Ага, — тяжело вздохнул я.
— Иди на урок. Миссис Браун и твоя группа в левом крыле, кабинет тридцать девять. И, пожалуйста, Дилан, занимайся усерднее.
Спрашивать, что забыла наша группа в кабинете, больше похожем на склад, я не стал. Квирл и так смотрела на меня волком. Я мило улыбнулся и сбежал от неё как можно скорее. Мама и Квирл учились вместе и раньше хорошо общались, поэтому нельзя было допускать, чтобы они встретились и начали перемывать мне кости.
В кабинет я зашёл, стукнув пару раз в дверь для приличия, и с доброжелательной улыбкой поздоровался с миссис Браун, но она смотрела на меня, как обычно, — грозно. Браун была из тех преподавателей, которым плевать, кто ты: лучший ученик, борющийся на соревнованиях за школу, или тот, кто видит «F» чаще, чем мать родную. Как бы я ни старался с ней любезничать — в ответ лишь недовольные вздохи.
— Мистер Ашер, вы собираетесь провести там весь урок? — прозвучал её скрипучий голос, словно пенопластом по стеклу. — Садитесь уже на свободное место!
Свободное место... Я недоумевающе смотрел на группу. На две группы. И они смотрели на меня. Свободным было только место рядом с Лиамом, и его взгляд в очередной раз выглядел насмешливым. Зои с Кайли усмехнулись и снова уставились в тетради. Коди, который сидел с Адамом, улыбался так, словно это он всё подстроил, а я был вынужден сесть с Лиамом, пока Браун не испепелила меня взглядом.
И почему Вуд постоянно рядом? На тренировке — рядом, его голос из телефона Зои — всегда слышен дома, а теперь он добрался до меня и здесь. Сегодня на нём брюки от формы и белая свободная рубашка с галстуком, который небрежно висит на шее, словно теперь он считает, что ничуть не отличается от нас. И ему чертовски идёт эта лёгкая небрежность.
— Сделай лицо попроще, а то плакать хочется, — пробубнил Лиам.
— Так поплачь, малышка, пока я тебя не заставил, — прошипел я, бросив на него недовольный взгляд.
— Духа не хватит, — усмехнулся он в ответ.
— Ты проверить хочешь?!
Кажется, ещё немного — и я бы точно сжал пальцы на его шее. Мысли о его теле, улыбке и ярких голубых глазах переплетались со злостью и ненавистью. Я схожу с ума от мыслей в голове.
— Ашер! — Браун была готова запустить в меня папку с тестовыми заданиями. — Записываем тему урока.
Мне нечем было записывать. Я не взял карандаш. Повернулся к Зои и Кайли — они покачали головами. Коди и Адам развели руками. Лиам тяжело вздохнул и потянулся к рюкзаку, достав запасной карандаш, и подал его мне.
— Думай быстрее, Дилан, — прошептал он, склонившись ко мне.
Я замер, чувствуя его запах и горячее дыхание на шее. По телу пробежали мурашки от того, как сладко он прошептал моё имя. Я схожу с ума. Я определённо схожу с ума!
— С тобой всё нормально? — сощурился Лиам, глядя на меня.
— Мистер Ашер, если вы решили сегодня довести меня окончательно, спешу вас расстроить — это уже сделали за вас, когда поручили мне две группы! — снова этот ужасный голос.
Я нервно выхватил из пальцев Лиама карандаш, услышав в ответ усмешку.
К середине урока лекция о химических реакциях утомила обе группы. Лиам сонно потёр глаза и прикрыл их, опираясь головой о руку. Тишина в классе, нарушаемая лишь монотонным голосом миссис Браун, действовала как снотворное. Лиам тяжело вздохнул и окончательно улёгся на парту, на скрещённые руки.
Я смотрел на него. На его профиль: точёный, прямой, но аккуратный нос, выразительные губы, длинные ресницы, маленькие родинки на скуле, напоминающие созвездие.
Неужели он действительно настолько хороший, как пытается казаться всем остальным? Могу поспорить, что нет. Со мной, например, его «я» не может прятаться за маской. Он язвит, насмехается и не строит из себя милого парнишку с тайным прошлым. О нём ведь никто ничего не знает. Откуда он, кто он, чем занимался там, где жил раньше...
Лиам нахмурился и открыл глаза, словно в очередной раз почувствовал мой взгляд. И было поздно отворачиваться, делать вид, что я не пялился на него добрые десять минут.
— Что-то не так? — прошептал он.
— Да — ты, — фыркнул я, складывая руки на груди и отворачиваясь.
Я слышал, как хмыкнул Коди, сидевший напротив, на соседнем ряду. Посмотрел на него с немым вопросом: «Что смешного?», но он лишь улыбнулся, качая головой.
Лиам
На тренировке мы в очередной раз плыли, не отставая друг от друга, а потом сидели прямо на полу, наблюдая за заплывом остальных парней. Я никак не мог выкинуть из головы взгляд Дилана на уроке. Он смотрел с... интересом? Или с какой-то странной теплотой, совершенно ему не свойственной. Я не знаю, что с ним случилось в тот момент, но этот взгляд, скользнувший лишь на мгновение, мне безумно понравился. Всяко лучше той испепеляющей ненависти и злости.
Дилан кутался в полотенце. С волос капала вода, впитываясь в ткань. Он покосился на меня и тут же отвернулся, но потом снова посмотрел.
— Вуд, ты на меня странно пялишься, — фыркнул он.
— Я?! — мне захотелось рассмеяться от выражения его лица, на котором в одно мгновение прорезалось осознание, что он ляпнул лишнего. — Слушай, у меня полное ощущение, что ты строишь из себя совсем не того.
Дилан нахмурился, ожидая продолжения.
— Ты стараешься казаться передо мной крутым и непобедимым, наглым и дерзким, но ты же не такой, да? Ты... — я задумался.
— Ну, говори, какой? — с вызовом бросил Дилан.
— Ты достаточно добрый, мягкий и ранимый, вот.
Мы буравили друг друга взглядами. Дилан усмехнулся, поднявшись на ноги. Я тоже встал. Мы стояли друг напротив друга — не злые, нет. Скорее удивлённые тем, что я попал в точку.
— Так может, и ты не такой хороший, каким кажешься? — от его слов сердце пропустило удар. — Хотелось бы мне знать, кто прячется здесь, внутри тебя.
Он коснулся моей груди ладонью и тут же убрал руку, словно испугался сам себя.
— Тебе это не понравится, — шёпотом ответил я и ушёл.
Или сбежал. Сердце барабанило о рёбра. Я проклинал себя за то, что сказал. Дилан и все остальные не должны даже мысли допустить, чтобы начать разведывать моё прошлое. И всё-таки рано или поздно оно вылезет наружу.