SOMETHING NEW
Утро. Кая будит меня поцелуем, и зовет завтракать. Я лениво потягиваюсь, и иду на кухню, где Кая впихивает в меня еду. Ведь доктор сказал мне нужны витамины.
- Том, ты должен съесть это. Не заставляй меня кормить с ложки, как маленького, ведь я так и в школу могу опаздать, - я неохотно нацепляю последний кусочек яичницы, и запихиваю его в рот. - Вот умничка. - Кая похлопала меня по щеке и положила посуду в раковину.
- Я помою, иди собирайся, - сказал ей я, и улыбнулся. В школу ведь все равно не надо. Врач сказал до полного выздоровления выходить из дома нельзя. Поэтому Кая живет у меня. Пару раз приходили ее родители, и желали мне скорейшего выздоровления.
- Я пошла, приду после обеда! - захлопнулась дверь. И я пошел к себе. Залез под одеяло, включил ноут, и стал смотреть сериал.
Но эти две счастливые недели закончились, и надо было идти в школу. Утром, Кая разбудила меня, и позвала кушать. Я лениво встал с кровати, и стал одеваться: надел свои любимые джинсы, и заметил, что они болтаюся на мне не так сильно, как всегда. Кае все-таки удалось меня откормить. Завтрак прошел в тишине.
- Томми, я пошла одеваться, - и Кая скрылась у меня в комнате. Через минут пять она вышла. Она выглядела хорошо. Хоть я больше любил ее лохматую и не накрашенную с утра, эта Кая мне тоже нравилась. За руку мы вышли к ее машине.
В школе мы шли так же за руку. Все откровенно пялились на нас. А Голдштейн даже показывала подруге одобряющие знаки. Возле кабинета французского Кая остановилась и громко, как будто специально, чтобы все услышали, сказала:
- Пока сладкий, не скучай, - она поцеловала меня в щеку, и стерла рукой помаду с моей щеки. Хитро облизав губы, она придвинулась и сказала на ушко:
- Позже увидимся. Я буду скучать, - и вошла в кабинет. А я вдруг почуствовал себя уверенно, и направился к своему кабинету.
На истории я сидел один. Мне было как всегда скучно, и я смотрел в окно, и представлял Каю. В белье, иногда и без него. Вдруг мне на стол кинули смятую бумажку, и я развернул ее. Корявым подчерком там было написано:
"Сегодня во время обеденного перерыва за школой. Нужно обсудить кое-какие вопросы. Приходи один."
И какие это вопросы кому-то нужно со мной обсуждать? Я решил поразглядывать картинки в учебнике, чтобы отвлечься от мыслей. Иногда они были даже очень смешными.
Во время обеда я сослался на то, что у меня разболелся живот, и нет аппетита. Я оставил Каю в столовой, а сам направился за школу. Там меня ждал никто иной, как Эдвард, кого же еще можно увидеть рядом с огромным дорогим бронированным джипом. Он облакотился на него, и нервно постукивал пальцами по его капоту.
- Томас, - он сделал вид, будто обрадовался увидеть меня.
- Чего тебе, Эдвард? - не стал церемониться я.
- А что это мы так грубо. Я расскажу тебе историю, - он подошел ближе и говорил почти шепотом. - Представь ситуацию, два друга, устраивают свой бизнес, потом они ссорятся, и один из них открывает свой. Его дело становится успешней, и второй подстраивает страшную аварию, в которой погибает еще и его жена, оставляя сына полной сиротой. Ты встречаешься с дочерью чудовища, Томас. Ради успешности, он пошел по головам. Может и она не побрезгует твоей смертью. - Он стер невидимые пылинки, со своей футболки, медленно сел в джип, и завел его а я стоял в полном ступоре.
- Ты несешь чушь, этого не может быть, - сказал я, после минуты ступора.
- Это уже тебе решать, - его голос растворился в шуме заводящегося мотора.
Последние два урока, я только и думал о том, что сказал мне Эдвард. Отвечал на уроках невпопад, на переменах чуть ли не врезался в людей. Мне нужно было поговорить с Каей, но сегодня мы договорились поужинать с ее родителями, а так как находится у меня дома они не любили, то придется ехать к ним.
- Томми, садись поехали, ты сегодня какой-то странный, - сказала Кая, когда заметила, что я стою перед машиной в ступоре минут пять, не открывая дверь.
Я сел, и мы поехали ко мне, чтобы Кая собралась.
***
Том сегодня какой-то странный. Молчит все время, смотрит в одну точку, не реагирует ни на что. Но об этом не было времени думать, спрошу у него потом. Сейчас нужно собираться к родителям, ведь я хочу кое-что у них попросить. Не думаю, что они согласятся.
Я одела черные джинсы, и толстовку, все по-простому. Даже макияжа практически не делала: только подвела глаза, и накрасила губы помадой. Волосы собрала в неаккуратный пучок. Все, можно ехать.
- Я готова, - от Томаса ноль реакции. - Ээээй, поехали уже, - я помахала рукой у него перед лицом.
- А, да, конечно поехали, - быстро заморгал глазами Том.
- Хочешь повести?
- Да, я всегда рад, - ответил Томас, также отрешенно.
И мы поехали.
***
Я не был уверен, что смогу повести машину. Но чтобы доказать, что я в порядке, я все-таки сел за руль. Как только мы выехали за город, перед лицом начали всплывать жуткие картинки той аварии, и я сильнее вцепился в руль, поглядывая на Каю. Она прикрыла глаза. После я вспомнил, как плакал, когда тетя сказала, что мама с папой больше не придут. Душераздирающий плач мальчугана разрывал мою голову, я надавил на газ, и разогнался до 90. Кая открыла глаза, и с испугом посмотрела на меня. Хотелось отпустить руль, и сжать голову руками, но лишь здравый смысл подсказывал, что этого делать нельзя. Я не отпускал педаль газа, дышать стало тяжело, и я схватился одной рукой за горло.
- Томас, Томас, что с тобой?! -кричала мне Кая, но я слышал ее будто сквозь туман. Глаза застилала пелена, и кое-как я свернул на обочину, чудом не угодив в фонарный столб. Я выскочил из машины, и опустившись на колени, стал тяжело дышать.
- Томас, ты слышишь меня?!
- Да
- Что с тобой?!
- У меня приступ... паники.
Я схватился за голову и закричал. Очень громко.
- Томас задержи, дыхание, - послышался голос Каи. - Ты слышишь меня?! ЗАДЕРЖИ ДЫХАНИЕ, - пыталась она достучаться до меня. И я сделал. Медленно боль отступила, дышать стало легче, но руки с ногами еще тряслись. Кая подошла ко мне и обняла, потом поцеловала.
- Садись на заднее сиденье, можешь поспать, там плед лежит, - сказала она, и я послушался. Когда я лег, то почуствовал себя очень вымотанным, и обняв одеяло, уснул.
Когда мы приехали, уже вечерело. Мы молчаливо вошли в дом через гараж. На кухне хлопотала миссис Эвелин.
- Томас, Кая, здравствуйте! - она чмокнула дочь в щечку, а меня крепко обняла.
- Миссис Эвелин, можно мне поговорить с вашем мужем? - спросил я.
- Конечно можно, он у себя в кабинете.
- А я помогу тебе, мам, - сказала Кая, когда я поднимался по лестнице.
Кабинет мистера Эвелина открывала большая дубовая дверь, с резной ручкой. Я постучал в нее, и услышал тихое войдите. Мне предоставилась возможность подробнее осмотреть комнату. Здесь был огромный шкаф, полностью заставленный книгами. Авторы были самые разные: от фантастиков, до глубоких философов и мыслителей. Рядом стоял сервант, наверное с очень дорогим алкоголем, и хрустальными стаканами к нему. Дорогой дубовый стол стоял прямо посередине комнаты, а мистер Эвелин сидел напротив камина, в кресле, медленно потягивая виски из стакана.
- Здравствуйте, мистер Эвелин, - начал разговор я.
- Томас, зови меня Крис.
- Хорошо, Крис, я хотел спросить, вы не можете мне расскахать что-нибудь о моих родителях, - не стал тянуть я. - Или подробности о той, - я помешкал говорить это, и шумно сглотнул. - аварии.
- Конечно, я только и ждал, что ты спросишь меня! - мистер Эвелин подскочил с кресла, и подошел к столу. Из самого нижнего шкафчика он достал достаточно толстую папку, на которой было написано огромыными черными буквами "РЭНДАЛЛ".
Трясущимися руками я взял папку, и присел на диван. Кажется мои пальцы похолодели настолько сильно, что вот-вот я перестану их чувствовать. Я отвязал завязку, и распахнул папку.
Внутри я нашел много фотографий, молодого Криса, Корнелии и мамы с папой. А на одной фотографии мы были все вместе, а на другой я и Кая кажется рисуем что-то. В сердце болезненно кольнуло, но остальные фотографии я решил посмотреть потом.
Далее была сводка про аварию, и про то, что я остался сиротой. Я мельком пробежался по тексту, и стал смотреть дальше. Дальше было свидетельство, официальное, что в 18 лет, а именно летом этого года, на мой счет перейдет наследство, оставленное мне родителями. Я опустил глаза вниз, чтобы посмотреть, какую сумму мне завещали, и мои глаза стали больше блюдца. Родители оставили мне 2 миллиона фунтов. От этого немного закружилась голова, и я облакотился на спинку дивана. Мистер Эвелин все это время стоял в стороне, и молча наблбдал. Когда я долистал все до конца, он сказал:
- Твой отец, попросил меня, оставить все это. Есть еще кое-что. - он протянул пожелтевший конверт мне в руки. - Видимо он предвидел, что случится, и я не знаю, как, но за пару часов, до аварии мне пришел этот конверт, - я открыл, и начал читать аккуратный подчерк:
" Крис, я не знаю как тебе сказать, но у меня осталось мало времени, я прошу тебя сохранить все, что у тебя связано с нами, и приложенный документ. Ты должен будешь рассказать Томасу обо всем. Конечно Лидия всецело доверяет Розали, но я не уверен, что ей будет дело, до воспитывания нашего мальчика. Расскажи ему всю правду, как только он будет готов. Прошу береги себя, он уже рядом.
С уважением, Джексон Рэндалл.
P.s. я хочу..." - на этом письмо обрывалось. Точнее ее обрывалось, а дальнейшие буквы были размыты.
- Он попросил меня, сохранить это, - Крис указал пальцем на свидетельство о наследстве.
-Мальчики, вы там скоро? - послышался голос миссис Эвелин.
- Мы уже идем, - ответил за обоих Крис, сказать что-то я был сейчас не в состоянии. В голове крутилось столько вопросов. Откуда отец знал про аварию? В газете было написано, что это несчастный случай. В ответ напрашивается лишь одно - это было подстроено. Кто уже рядом? И как этого удалось избежать мистеру Эвелину. На ватных ногах я спустился на кухню, и мы начали ужин.
На первое подали креветки, жареные во фритюре. Было очень вкусно. На второе, мои любимые свиные ребрышки. Я объелся. Но когда подали десерт - малиновое суфле, и чай, то я ел без энтузиазма, больше, чтобы не расстраивать Корнелию.
- Мам, пап, я хотела кое-что у вас попросить, - я понял, к чему клонила Кая. Она хотела попросить у родителей переехать ко мне. Не уверен, что они ей разрешат, хоть и доверяют мне. Я очень, хотел, чтобы ей разрешили. С приходом ее в мою квартиру, я как будто вынырнул из омута вечных депрессий, и даже пачка сигарет лежала на столе, не тронутая. Как будто она наполнила что-то во мне. Обычно мы проводили время за разговорами, сериалами, уроками, рисованием, да за чем угодно. Это было здорово. Сейчас я жаждал лишь одного.
- Да, Кая, мы тебя слушаем, - сказал Корнелия.
- Ну вообщем, скоро испонится 17, а Томасу 18. На свое день рождение я хотела бы попросить вас, переехать к нему, - выложила все Кая.
- Миссис и мистер Эвелин, мы любим друг друга, позвольте вашей дочери получить такой подарок, - я встал за Каей, и приобнял ее за плечи.
- Ох, я даже не знаю, что сказать, - промолвила миссис Эвелин, и утерла нос кружевным платочком. - Что ты думаешь, Крис?
- Я думаю, что Томас хороший парень, и не даст мою единственную дочь в обиду. Поэтому разрешаю вам.
- Я согласна с тобой, Крис. Но Кая, если я замечу ухудшение оценок, или что нибудь еще, то сразу же прикрою все это. Сегодня вы ночуете у нас, и это не обсуждается. И без глупостей там! - пригрозила пальцем миссис Эвелин.
- Не бойтесь, вашу дочь теперь пальцем никто не тронет, - и мы с Каей пошли к ней в комнату.
-Даааааа, Томас у нас получилось! - закричала Кая, как только дверь в комнату закрылась. Она набросилась на меня, и я не удержав ее, плюхнулся на кровать. Кая поцеловала меня, и я отвечал ей, но неохотно, ведь она давила на все еще болящие ребра.
- Что-то не так, Томми? - спросила Кая, заметив мое недовольство.
- Мне тяжело. Ребра заболели, - она слезла с меня.
- Ты намекаешь на то, что я толстая, - она взяла подушку, и начала меня ею лупасить. Перья разлетались по всей комнате, и некоторые даже залетали мне в рот. Я в долгу не остался. Схатил Каю за запястье, и положил на кровать. Она оказалась подо-мной, и я поцеловал ее. В первый же представившийся момент, я выхватил у нее из рук подушку, и начал бить ее.
- Ах ты... Хитрый лис, - я лишь ухмыльнулся. Когда подушка была почти распотрошена, а мы сидели с Каей на полу, и тяжело дышали. Я сказал:
- Нам нужно поговорить. Это серьезно.
^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^
Простите, простите, простите. Я написала главу, но не выложила ее.
В компенсацию она получилась очень большая!
Ставьте ⭐ если понравилось
🌷🌷🌷