Глава 23
«Вы станете одним из нас» — слова мучительно снова и снова проносились в голове, когда Алек покидал комнату, оставляя братьев позади. Жизнь на глазах рушилась на множество мельчайших осколков, вонзаясь каждым в теплую плоть и разрывая мягкие ткани. Лайтвуд никогда не задумывался о старости, ведь когда ты сумеречный охотник — риск сопряжен с каждым новым делом, с каждым новым днем. Но не теперь.
В конце коридора стоял Магнус, рассматривающий фрески на стенах, лениво водя по ним своими прекрасными длинными пальцами с черным маникюром на ногтях. Алек остановился, смотря с грустью на того, кого должен лишиться в скором времени. Да, он никогда не думал о старости, до того момента, пока не встретил Магнуса. С их первой встречи у Лайтвуда перехватывает дыхание, только от одного взгляда на этого невероятного охотника, а сердце стремится вырваться из груди. Алек не может представить, как на место бурлящей любви, абсолютной, безграничной, разжигающей костер в сердце, придет давящая пустота, вязкая, бесконечная, заставляющая умереть внутри.
— Привет — Магнус заметил Лайтвуда и поспешно приближался. На лице играла лучистая улыбка, отражающаяся в глазах, в которых читалась любовь, нежность, беспокойство и забота. Сейчас хотелось только одного — раствориться в этом взгляде, пропасть, утонуть, и больше никогда не выныривать.
— Привет — натянуто улыбнулся Алек, крепко прижимая любимого — жадно и порывисто, боясь отпустить и посмотреть в глаза, боясь сообщить новость, которая наверняка уничтожит его... уничтожит их.
— Ох, и долго мне пришлось тебя ждать, на тебе там опыты что ли ставили? — куда-то в грудь прошептал Магнус со свойственным ему задором. Но голос предательски дрогнул, обнажая то съедающее беспокойство, разрывающее сердце. Бейн хотел посмотреть в глаза Алека, прочитать в них, что все хорошо, но объятия были слишком крепкими, и он не рискнул их разорвать.
За спиной скрипнула дверь, Алек отстранился, озираясь через плечо. Безмолвные братья, которые огласили его приговор, обрекающий его на жизнь без любви, плавно выходили из кабинета. Не останавливаясь, они пошли в противоположную сторону, они словно плыли, не издавая ни единого звука. Эта гнетущая тишина пугала и завораживала.
— Мы оповестили Маризу, ты должен попрощаться со своей семьей сегодня. Завтра ты явишься сюда сам, или будут последствия — слова Еноха, который повернулся в сторону охотников, раздавались колокольным звоном в голове Алека.
У него есть только один вечером, чтобы сказать семье и друзьям как он их любит. Чтобы показать свои чувства, которые вскоре угаснут насовсем, Магнусу, оставить ему часть своей души. Глаза Алека стали влажными, грусть болезненным комом подкатывала к горлу, грозящая вырваться рыданиями прямо сейчас. Но он должен держаться, он должен вырваться из Безмолвного города, стены которого давили, мешая вдохнуть полной грудью. Алек схватил Магнуса за руку и молча направился к выходу.
***
Алек шел быстро, почти срываясь на бег, в попытке вырваться из этого капкана и не оглядываться. Позади часто перебирая ногами, пытаясь поспеть за парнем, бежал недоумевающий Магнус. Он несколько раз попытался окликнуть Лайтвуда, остановить, прояснить ситуацию, но попытки успехом не увенчались. Алек летел вперед, лавируя между снующими туда-сюда людьми, сбивая все, что оказывалось на пути. Наконец, добравшись до моста, Лайтвуд остановился, оперся локтями на перила и закрыл лицо ладонями. Магнус слышал его тяжелое дыхание, переходящее во всхлипы, видел, как судорожно потрясывает его тело, ощущал всю боль, которая вонючей и скользкой жижей окутывала его любимого.
Бейн аккуратно, боясь спугнуть, подошел к Алеку сзади, вовлек в объятия и уткнулся подбородком в спину. Он ждал, не в силах настаивать на объяснение всего случившегося, и просто хотел быть рядом, окружив парня всей своей любовью в надежде, что это хоть как-то облегчит страдания Лайтвуда. Магнус знал, случилось что-то плохое, пугающее, и съедающее изнутри его друга. Время тянулось мучительно долго, накрывая парней отчаянием, таким мерзким и ноющим.
— Нам нужно попрощаться, — не оборачиваясь, с надрывом прошептал Алек.
Магнус почувствовал, как пропускает удар в сердце, выбивающий резким толчком весь воздух из легких. Он жадно глотает воздух, пытаясь вернуть ускользающую из-под ног почву. Разрывая объятия, Бейн разворачивает Алека лицом к себе, он должен видеть эти глаза, он хочет услышать это от них.
— Почему? — глаза Магнуса наполнились слезами, он почувствовал, что их отношения на грани, их любовь готовится быть выброшенной в мусорку. Но охотник должен узнать, что стало причиной. Бейн держится за руку парня, как за спасительный трос, и неотрывно смотрит в любимые глаза.
— Братья сказали, что я должен стать одним из них, и в скором времени меня ожидает обряд трансформации. Магнус, лучше я умру, чем добровольно откажусь от чувств к тебе. Ты единственный, кто смог вдохнуть в меня жизнь. — Лайтвуд опустил голову на плечо парня, рыдания вырвались с такой силой, будто несущаяся с вершины лавина. Рассказ давался тяжело, но превозмогая себя и свои страдания, Алек закончил.
— Александр, никто и никогда не сможет забрать тебя у меня. Ты же помнишь, я получаю все, чего захочу. — Хотелось реветь в унисон Лайтвуду, но сейчас Магнус должен быть сильным за них двоих. Он поглаживал голову парня, зарываясь в короткие черные волосы, в голове роились мысли. «Должен быть какой-то выход» — Бейн пытался подключить всю свою находчивость. Идеи сменялись одна другой, надолго не задерживаясь, словно диафильм. Вспышка в его голове, Магнус мысленно развивал события в эту сторону: сложно, тяжело, рискованно — но возможно. — Я знаю, что нам нужно делать!
***
Охотники прибыли в институт, где в холле уже собрались ошарашенные новостью члены семьи. Все взгляды были направлены на Алека, взгляды полные любви, сочувствия и боли. Каждый хотел подойти, обнять, прижаться и вдохнуть родной запах в последний раз. Никто не решался нарушить натянутую, словно тетива, тишину. Мариза стояла не в силах произнести хоть слово, она смотрела в наполненные грустью глаза сына, чувствуя, как сердце болезненно сжимается. Изабель, держа на руках Макса, отвернулась от брата, не желая показывать свою слабость и горе. Каждый ждал, когда Алек произнесет или сделает хоть что-то.
Магнус вынырнул из-за спины Лайтвуда, лицо было встревоженным и наполнено какой-то наивной надеждой.
— У нас есть план! — голос Бейна звучал неуверенно, он вглядывался в лица семьи Алека, не зная, как они отреагируют. — Мы сбежим, уедем далеко, и больше никогда не вернемся в Сумеречный мир: мы откажемся от порталов, от рун, от оружия — мы будем жить жизнью примитивных. Я готов отказаться от всего, к чему привык, от самого себя, чтобы быть вместе с Александром. Возможно, мы никогда больше не увидимся с вами, но у Алека будет достойная жизнь, я буду оберегать его. Но вы должны понимать, что в таком случае мы пойдем против решения Безмолвных Братьев, против решения конклава. Нас будут искать, устраивать погони, объявят преступниками, мы станем персонами нон-грата в Аликанте.
— Мы не позволим — отец Магнуса резко отчеканил, словно выплевывая яд.
— Отец, я не прошу разрешения, это мое решение, и я уже вправе определять свою жизнь. Я уже взрослый мальчик!
— Вот именно — мальчик. Я доложу конклаву — лицо Бейна старшего исказила гримаса злости, он вырывался из объятий жены, которая пыталась его удержать.
— Не смей, слышишь меня — Магнус молниеносно сократил расстояние до отца, вжимая того в стену. — Если ты сделаешь это, можешь забыть о моем существовании. Не советую испытывать мое терпение. — голос Бейна младшего звучал повелительно, лицо излучало угрозу, жалящую любого несогласного. Кажется, это подействовало, ведь отец притих, потупив взор в пол, как нашкодивший щенок. Да, он был строгим и суровым, но старался воспитывать сына в атмосфере любви и свободы, позволяя тому делать свои маленькие подвиги и открытия. Сейчас настало время как раз для этого.
— Ты хочешь этого, Алек? — Мариза подошла к сыну и положила свою ладонь ему на щеку, она была влажной от слез, которые еще недавно непрерывными потоками текли из невероятной красоты глаз.
— Я не могу потерять Магнуса, не могу потерять Вас. Я не хочу добровольно отказаться от своих чувств. Да я буду жить долго, но стоит ли оно того? Лучше умереть. — Он часто-часто моргал, смахивая одиночные слезы, которые падали на ладонь матери и стекали по руке.
— Я поддержу любое твое решение, если ты счастлив с этим мальчишкой — сказала Мариза, оборачиваясь на потасовку Бейнов у стены — я хочу, чтобы ты уехал, так далеко, как это возможно и прожил хорошую счастливую жизнь, не забывая о нас. — Глаза матери наполнились слезами, и она прижалась к груди сына, оставляя два мокрых пятна на футболке. Алек ласково погладил Маризу по спине и поцеловал в макушку.
К ним подошли Роберт, Изабель, Макс и Джейс, обнимая Алека — сейчас они были той самой семьей, счастливой, всепонимающей, поддерживающей друг друга. Той, которая навсегда останется в мыслях Лайтвуда. Семья для него была самым главным и сейчас, на секунду, он усомнился в своем решение, сможет ли он прожить без семьи? Без вечно ободряющей сестры, без своего парабатая, который является его частью, без Макса, такого шкодливого и неугомонного. Алек взглянул на Магнуса, тот стоял и уже мирно беседовал с родителями, и сердце екнуло, как в первый раз — нет, не может быть никаких сомнений. Он хочет до конца своих дней засыпать и просыпаться вместе с этим прекрасным, экстраординарным и таким любимым охотником.
Плавной походкой к ним подошел Магнус и громко покашлял, обращая на себя внимание собравшихся.
— Раз все согласны с этим планом, пришло время, перейти к его осуществлению. Изабель, позвони, пожалуйста, Саймону и Рафаэлю, а я пока свяжусь с Рагнором. У нас осталось не так много времени.