Глава 18
Святилище подготовили к переговорам: небольшой круглый стол окружали 5 стульев для представителя каждой расы. Часы пробили полночь, а значит, гости скоро явятся. Мариза ходила кругами по комнате, заметно нервничая. Вся семья Лайтвудов так же была в святилище, но стояла поодаль от стола переговоров: им разрешалось наблюдать, но не вмешиваться.
Люк занял один из стульев, глубоко погрузившись в свои размышления, никогда он еще не был так близок к Валентину. Убить собственного парабатая — самое ужасное преступление, но Люциан уже не был сумеречным охотником. В волке разрасталась жажда крови и отмщения, забираясь в самые дальние уголки души.
Первым в святилище появился Рафаэль, на его губах играла высокомерная ухмылка, обнажая острые белоснежные клыки. Застряв в облике вечного подростка, вампир всеми способами старался придать себе более зрелый вид: темный костюм стал визитной карточкой Сантьяго еще до того, как он возглавил клан, черные, слегка вьющиеся волосы всегда тщательно зачесывались назад в аккуратную прическу, идеальная, ровная осанка и медленная, изящная походка, — его образ продуман до мельчайших деталей. Но единственное, что напрямую говорило об истинном возрасте Рафаэля, были его угольно-черные глаза: боль от потери и печаль по близким навеки отпечаталась в них. Подойдя к Маризе, Сантьяго поцеловал ее руку, сделав небольшой поклон, и молча сел на стул напротив Люка:
— Привет, волк, ну и вонь от тебя, вы вообще знаете про гигиену? — Рафаэль пытался шутить, но осознавал всю серьезность ситуации, поэтому не стал продолжать, когда оборотень его проигнорировал.
Следующим пришел Рагнор. Его появление в этом институте всегда ассоциировалось с появлением старого доброго дядюшки. Несмотря на его ворчливый характер, его здесь очень любили. Маг был близким другом семьи Лайтвуд, часто выручая их в самых различных ситуациях. На вид Рагнору было около тридцати лет, на вопросы об его истинном возрасте он кокетливо уклонялся. В отличие от большинства магов, Фелл почти не использовал гламур, считая свои метки достоинством. И сейчас твидовый бордовый пиджак с орнаментом подчеркивал его зеленоватую кожу, а рога на лбу возвышались над игриво закрученными локонами волос.
— Джем, друг мой, как давно мы не виделись? Совсем забыл старого Рагнора, а теперь, вернув свой молодой облик, вообще про меня не будешь вспоминать. — Маг театрально отвернулся, смахнув рукавом воображаемые слезы.
— Рагнор, приятель, как ты можешь так говорить? — Джем подошел к магу и крепко сжал его в объятиях. — Теперь ты будешь давать мне уроки стиля, за эти годы я потерял хватку. — Улыбка озарила лицо охотника, обнажив во всех чертах юношескую невинность.
— Помоги этому мальчику, он хороший охотник, хороший друг, — тихо, так чтобы услышал только Джем, не разжимая объятий, прошептал Рагнор. — Ну, а теперь пойду выберу себе стул поудобнее, пока все места не расхватали, а то мои старые кости начинают ныть от жесткого, — ворча, маг пошел к столу и уселся рядом с Люком.
Двери распахнулись, в святилище под дружный топот ног вошел Мелиорн со свитой. Он был доверенным рыцарем Королевы Благого Двора, представляя ее интересы во многих вопросах. Облаченный в белоснежные доспехи, Мелиорн грациозно прошествовал и сел между Рагнором и Рафаэлем, по дороге бросив беглый взгляд на Изабель. Свита выстроилась позади. Черные, как смоль, волосы фейри свисали до плеч, придавая сильный контраст одеянию. Зеленые глаза Мелиорна пленили и вместе с тем внушали ужас. Изабель нравилась эта опасность, она часами могла просто наблюдать за фейри, чувствуя приливы адреналина в крови. Особую обворожительность, по мнению охотницы, Мелиорну придавала его метка в форме листа под левым глазом.
Наконец-то все были в сборе, и Мариза заняла последнее место между Люком и Рафаэлем. Переговоры начались.
***
— Вы все знаете ту причину, по которой мы всех вас собрали. — Мариза начала вкрадчиво, боясь задеть кого-то из присутствующих.
— Валентин! — возбужденно, сквозь зубы процедил Люк.
— Да, Моргенштерн объявил войну сумеречным охотникам.
— Какова наша роль в этих разборках? Разбирайтесь со своими проблемами сами. — Рафаэль был импульсивен, но его мнение разделяли большинство представителей его клана.
— Я бы не был столь категоричным, — вклинился маг. — В первую очередь Валентин объявит войну нежити, коими мы и являемся. Я считаю, что Мариза оказывает нам огромную услугу, пытаясь объединить наши усилия в борьбе с этим монстром.
— Спасибо, Рагнор! Валентин не хочет уничтожать охотников, в отличие от нежити, он хочет подчинить их своей воли. И, собрав достаточно людей, он обрушит весь свой гнев на вас. — Мариза была встревожена, мысли путались, слова не шли.
— И вы предлагаете выступить нам в роли пушечного мяса? — Голос Мелиорна был чопорным, вызывая мурашки по всему телу.
— Нет, мы пойдем на схватку вместе: оборотни будут сражаться бок о бок с вампирами, сумеречные охотники будут рисковать из-за фейри, а маги будут оберегать каждого из нас. — Мариза пыталась быть убедительной настолько, насколько могла, зная, что от этого зависят жизни каждого присутствующего.
— Предположим, мы согласимся, но каковы гарантии, что все мы не умрем в этом сражении? — Рафаэля действительно волновала судьба его клана.
— Хотела бы я вас заверить в лучший исход событий, но нет никаких гарантий. Возможно, каждый из нас сделает на этом корабле последний вдох. Но вместе у нас действительно есть шанс одержать победу. — Мариза ощущала, как ее уверенность растворяется в волнах сомнения.
— Мариза, я уже говорил ранее, я и моя стая будет сражаться с вами до последнего вдоха, если нужно. — Люк пытался положить конец дебатам, первым выступив в поддержку озвученного предложения.
— Спасибо Люк, — Мариза была уверена в поддержке оборотней с самого начала, осталось убедить остальных. — Валентин нашел способ уничтожить всю нежить в одно мгновение. Похитив меч душ, он закалил его в крови представителя каждой из рас нежити, ему остался последний ингредиент — ангельское прикосновение, и тогда всему нижнему миру придет конец.
За столом нарастало недовольство.
— И вы до сих пор молчали? Если ситуация действительна так критична, мы готовы поддержать вас, но это не говорит о сотрудничестве. — Рафаэль был зол.
— На магов тоже можете рассчитывать, это в первую очередь в наших интересах, — Рагнор едва заметно кивнул Маризе.
— Мелиорн, что скажешь ты? Присоединяться ли к нам фейри? — Мариза чувствовала победу, но ликовать было рано.
— Дивный народ всегда на стороне сильнейших. Мариза, не заставляй меня пожалеть о своем решение. — Мелиорн согласился без особого энтузиазма, но в душе понимал, что так будет правильно.
— Хорошо, что мы оказались едины в этом решении. Времени на подготовку нет, выступать нужно безотлагательно, чтобы опередить Валентина. Нам на руку сыграет фактор неожиданности. — Мариза встала и еще раз осмотрела своих соратников. — Завтра в полночь мы дадим Валентину бой.
Большая подготовка к сражению началась.