Одержимый тобою история от автора Riana_song — Созвездие Соукоку.. 15 страница

На старинных часах с кукушкой, которые находились в гостиной, пробило пять утра. Солнце медленно поднимается из-за горизонта, освещая окна загородного особняка рода Мори. Холодный, осенний ветер шумел ветвями прекрасного сада бывшей Стейм.

В комнате молодого альфы открыты окна и шторы, поэтому туда проникает свет. Альфа дышит глубоко и часто, загнанный собственными страхами, хмурясь от внезапного проникновения лучей. Рядом с ним мирно сопит омега, чьи волосы и, трепещущие ресницы, буквально светятся.
Альфа резко раскрыл глаза, чувствуя солёную влагу на лице и губах. Казалось бы, его дыхание может разбудить всех жителей здания, но никто не проснулся.

Осаму плохо, очень-очень плохо. Скорее даже хуёво. У него чёткое ощущение тяжести сердца и безумная скованность лёгких. Дышать удаётся через раз. Глаза режет от яркого света, но тем не менее он осматривает комнату. Взор карих глаз зацепляется за миниатюрное тельце Чуи, который безметежно спит и видит двадцатый по счёту сон.
Осаму страшно. Банально страшно, он дрожит всем телом и то и дело, всхлипывает. Он боится осознать, что это опять сон, опять кошмар в, котором его милый и хрупкий Чу, его солнышко, либо умирает, либо вовсе не существует.

Он дрожащими руками тянется к тёплой и любимой тушке. Живой, он здесь, рядом. Сопит с трогательно открытым ротиком из, которого течёт слюнка прямо на подушку.

Шатен улыбается сумашедше-счастливой улыбкой и стирает с щеки любимого слюнку. Гладит и не может налюбоваться. Это ефремное, сладкое и милое создание. Истинный, родной, его и только его.

Грудь рыжика спокойно вздымается и Дазай, стараясь не разбудить своё солнышко, кладёт на неё голову, слушая сердечко возлюбленного. Дышит в такт стуку жизненно важного органа и успокаивается. Впервые за несколько лет своей жизни он чувствует успокоение и даже какое-то нездоровое удовлетворение. Почему-то мысль от том, что Чуя обязан остаться в его кровати на всю жизнь его грела и он готов был её выполнить, если бы его не останавливало ощущение того, что лисёнок его возненовидет. А ему это надо? Нет. Но сегодня и желательно вообще он не выйдет из здания. Для его же безопасности и ради оставшихся нервных клеток альфы.

Осаму уткнулся в грудь омеги, ощущая его и свой запах. Чуя был в его футболке, которая была ему минимум на 2 размера больше. Счастье накатило на альфу в таком большом размере, что он восторженно запищал. Его собственный запах и запах его омеги. И всё вместе, и всё на Чуе. Счастья полные штаны.

Сухие, тёплые губы стали выцеловывать открытое плечо, которое было усыпанно сотнями веснушек. Кожа мягкая-магкая, её хочется целовать, кусать, тискать и клеймить-клеймить-клеймить собственическими поцелуями и засосами. Он пахнет просто восхитительно, от чего укусить хочется ещё больше.

Он повёл носом по шее, мгновенно останавливаясь. Клыки зачесались, а участок кожи где должна быть, именно его метка, так и манила укусить. Нельзя, Чуя будет не доволен. Но так хочется, тем более, всё равно, кроме его метки там не чьей другой не будет, так...Нет, он уважает чувства Чиби.
Кстати, странно, что тот до сих пор не проснул...

- Что ты делаешь на мне?

На кареглазого смотрели два океана в, которых, отнюдь, отсутствовал штиль. Волны его глаз плескались в недоумении, смущении и не яркой, но отчётливой ярости. Навязчивая мысль о том, что он хочет утонуть в этих океанах, посетила альфу мгновенно. Несмотря на угрозу остаться без потомства, шатен не сдвинулся с места, заворожённо глядя в чистый взор истинного. Чуя же, видимо, был слишком слаб, на счастье Дазая, и не принимал никаких решений. Учитывая, что он только проснулся, вполне логично, что кроме прожигания взглядом шоколадные глаза, он не мог больше ничего.

На лбу появилась морщинка, а рыжие, красивые брови показывали недовольство своего хозяина. Но как только омега разглядел получше лицо и глаза альфы, его брови полетели вверх.

Осаму выглядел как побитый щеночек. Его каштановые волосы растрепались, глаза опухли и покраснели, а на скулах видны отчётливые мокрые дорожки солёных капель. Дазай смотрел на него, вроде бы, как всегда, с вожделение, любовью и обожанием, но кое-что было в его глазах новое..., что-то такое, что заставляло сжаться сердце Чуи. Ни сказав ни слова он прижал Дазая обратно к своей груди в ответ, услышав удивлённо-восторженный вздох кареглазого.

Чуя выпустил свой феромон, сообразив, что альфе нужна его поддержка, и даже не подозревал как чертовски он прав. Юноша не знал, что случилось с его временным (ага, конечно) соседом по кровати, но подсознательно уже был готов ко всему.

Дазай же растёкся в лужицу. Чуя не осознанно его гладил по спине от чего шатен мурлыкал и урчал, словно кот. Большой, пушистый и переполненный грустью и любовью, кот.
Ластится к любимым рукам и мечтает остаться так на всю жизнь:в руках обожаемого Чуечки, греться в его мягких руках, греться в лучах восходящего солнца, греться мыслями о том, что истинный, его родной, живой. Дазай поймал миниатюрную ручку с маленькими пальчиками, что покоилась на его плече, и стал её расцелововать. Омега притих, понимая, что сейчас лучше не отказывать Осаму в его желаниях.

- Осаму, скажи, что случилось? Тебе что-то приснилось? Расскажи, прошу.

Дазай не отвечал целуя уже обе руки, которые с лёгкостью помещались в его одну. Он не хотел расстраивать своё солнышко. Но и не ответить не мог, поэтому выдал:

- Тебя, это не должно волновать, сладкий. Это лишь мои проблемы и я не хочу тебя обременять ими.

- То есть, если у меня будут какие-то проблемы, я не должен тебе о них рассказывать и должен сам с ними справиться, да?

- Ч-что? Конечно нет, ты должен мне говорить о всех своих проблемах. Ты должен всегда полагаться на меня, - альфа от возмущения вскинул голову. Что, чёрт возьми, этот рыжий ангел говорит?

- Тогда, ты не можешь так же положиться на меня? Я, что, недостоин?

- Так, во-первых,ты всего достоин, это этот мир тебя не достоин, солнышко, а во-вторых, ты, как всегда, прав. Просто, это...мне страшно, понимаешь? Мне приснилось как я тебя потерял. Трижды...Трижды, чёрт возьми!!!! Сначала, ты выбрал Мичизо, ушёл с ним, целовал е-его!!! Потом, мы...мы пошли гулять и ты...ты, просто я не успел... - Осаму часто всхлипывал и Чуя старался его успокоить мягкими поглаживаниями по голове.

- Ты можешь рассказать чуть позже.

- Нет, боюсь потом просто не смогу. Ты умер, тебя сбил грузовик и я...просто ничего не смог сделать. А потом, представляешь, я, - Чуя, услышав истерические нотки в голосе шатена, запустил пальчики в его волосы, и стал массировать голову. Тот вроде немного успокоился. - Они сказали, что тебя нет, что ты - моё воображение. А я шизофреник безумно любящий свою галлюцинацию. Я боюсь, боюсь потерять тебя, малыш. Я правда не смогу без тебя, ты стал для меня смыслом жизни, и я даже думать не хочу о том, что ты можешь покинуть меня, - юноша уже не скрывал слёз, практически рыдая. Хватка его объятий на теле омеги стала железной, казалось, что даже, если в этот момент началась бы атомная война он бы не отпустил рыжеволосого.

- Осаму, ты такой...глупенький, честное слово. Ну куда я теперь без тебя? Ты же за эти дни меня практически влюбил в себя. Я точно могу сказать, что ты мне симпатичен. Очень даже. Я не знаю, что поспособствовало таким кошмарам, но могу с уверенностью сказать, что тебя я точно не променяю на Тачи..хару, прости, привычка так называть, и я никакая не иллюзия, а вполне настоящий человек. Ну, а если ты боишься, что меня собьёт грузовик, мы можем сегодня никуда не выходить, правда я хотел на спектакль Элис-тян сходить, но ради твоей поседевшей головы, готов посидеть дома.

Альфа ничего не ответил, лишь прижался к Чуе, шепча:

- Люблю, как же я тебя люблю. Мой милый, мой ангел, мой родной лисёнок. В безопасности, живой...

- Живой, живой...

- Можно я тебя поцелую?

-Хей, не наглей, если ты тут поплакал, это не значит, что я готов на всё чтобы ты был спокоен.

- Бука, дай хотя бы полежать так ещё часик другой.

- Да пожалуйста, можешь даже поспать. Я просто выпущу свой запах, чтобы ты чувствовал меня во сне.

- Ты самый-самый лучший, - Осаму быстро чмокнул его в алые губы и в шею.Омега даже не успел возмутиться, альфа уже сладко посапывал, прижимая своё сокровище к себе.

- Спи спокойно, Осаму, я рядом, охраняю твой сон, - сказал Чу, поцеловав шатена в макушку, что покоилась на его груди.

И уснул, предварительно выключив будильник. Его всё равно не пустят ни в школу, ни на спектакль. Оставалось надеяться на то, что златовласка поймёт и не обидится.

***

- Ты пропустил скобку вооот здесь, поэтому у тебя ответ в уравнении не правильный. Где-то ещё нужна помощь, ангел?

Сейчас четыре часа вечера, на улице потемнело, что характерно для осени. В школу эти двое и правда не пошли, но домашку никто не отменял. Осаму давно всё сделал, а Чуе оставалась только математика. Дазай мог бы отдать свою тетрадь лисёнку, чтобы он списал, но вид рыжика, закусывающего колпачок ручки или же губу это зрелище, которое он готов наблюдать часами.

Осаму так рад, что узнаёт больше своего возлюбленного. Например, кто ещё, кроме него, видел как Чуя в раздумьях теребит кончики своих волос, или как тот хмурит красивые брови, когда ответ не соответствует тому, что написан в конце учебника, или как тот счастливо улыбается, когда находит верный ответ. Думать о том, что рыжий альфа-кабель видел все эти прелести совсем не хочется.
Чуя не любит математику, как и многие люди на планете. И будь он чуть повнимательнее и усидчивее, то вполне мог бы учиться на твёрдые пятёрки по этому предмету. Такое же замечание сделал ему и Куникида-сан, учитель, что ведёт алгебру и геометрию у старших классов. Он даёт уроки и классу Накахары, и классу Дазая, поэтому они оба прекрасно знают, что лучше они на полчасика дольше посидят над домашкой по алгебре, чем весь урок будут ловить на себе взгляды, аля " я ожидал от вас лучшего, мистер". Бррр, проходили уже.

- А, нет, спасибо. Мне нужна была только помощь с уравнением, остальное всё решено. Сейчас я напишу ответ и буду свободен.

- Прекрасно, я как раз проголодался, а ты?

Накахара быстро пишет ответ к уравнению и закрывает тетрадь. На его лице торжествует победоносная улыбка и альфа думает, что за то, чтобы омега чаще так улыбался и убить человека не жалко.

- Я бы слона съел, - облизнувшись сказал голубоглазый, делая вид, что не заметил как взор карих глаз проследил за его жестом.

- В таком случае пойдём в столовую.

- Ага.

Захлопнув учебник высшей математики, омега поднялся с места и последовал за альфой.

В столовой, где всё так и кричало о роскоши уже был подан обед.

Большой стол был укрыт кремовой скатертью. Всего стояло восемь стульев, на случай приезда родственников или же прихода гостей. На столе, по всем правилам этикета стояла белоснежная, фарфоровая посуда и столовые приборы на салфетках с золотистым узором. Каждая тарелка стояла на декоративной. С левой стороны лежали две вилки: одна для холодных закусок, другая для основных блюд таких как мясо и салаты. С правой стороны от тарелок лежали два ножа для морепродуктов. Он отличались друг от друга размером. Тот, что больше ближе к тарелкам, тот, что поменьше, лежит после большой вилки. Рядом же с вилками для морепродуктов покоилась ложка для первого блюда. Выше тарелок находились ещё два прибора: ложка и вилка для десертов. Такие были лишь у двух мест, где сидела семилетняя альфа-сладкоежка и рядом с местом рыжего омеги, что тоже любит сладкое. Дазай и остальные жители особняка, что отсутствуют в этом месяце, не жалуют десерты. Выше с левой стороны от тарелок стояла тарелка поменьше. Она как правило была для хлеба, либо же масла. А на это тарелке, лежал нож для масла. Ну и наконец, с правой стороны от всех приборов и тарелок стоял стакан для воды. Если в данный момент здесь присутствовали взрослые стаканов было бы больше и все они стояли бы лесенкой вверх по направлению в левую сторону. Такие дополнительные стаканы были для двух сортов вина: белого и красного, и для шампанского.

Из еды подали индейку пожареную на среднем огне, крем-суп с шампиньонами, карбонару; на второе: Цезарь с креветками и на десерт кусочек тирамису.

Мамочка Кое позаботилась, чтобы у его сыночка-омеги были хорошие манеры, поэтому в сфере этикета Чуя был просветлён.

Несмотря на то, что альфа сказал, съел он немного, лишь Цезарь и ножку индейки. Остальное же время он с умилением наблюдал за Накахарой, как бабушка к, которой приехал дрожайший внук-"глиста".

Элис не было на обеде, но к счастью не по причине обиды: эта маленькая проказница имеет жучёк для прослушки в комнате брата. Дазай об этом знает, но не стал его убирать, чтобы не пришлось тратить драгоценное время на объяснения ситуации, которое он может потратить на любимого омегу.

Несмотря на то, что Дазай рассказал о своих кошмарах, лучше ему не стала. Его охватывала паранойя. Даже в стенах его дома он боялся, что омега может пострадать. Поэтому, когда Киллиан вызвался помочь Чуе с разделыванием мяса, Осаму вскочил со своего места и зарычал на прислугу, чтобы тот даже не думал приближаться к Накахаре, а тем более с ножом. Бедный Вейт испугался до усрачки. Юный господин на него ни разу не рычал. А это страшно. Пиздецки страшно. Чуя аж икнул.

- Прости, солнышко, не хотел напугать.

- Ну ты дёрханный, канешна, - наплевав на все манеры, с полным ртом сказал Чуя. А чё ему, никто не осудит.

- Да, просто...

Чуе было больно смотреть на такого альфу, поэтому он решил взять всё в свои руки. Он аккуратно взял руку альфы, тот вздрогнул и покрылся мурашками.

- Осаму, а можно я дам тебе прозвище?

Дазай подавился воздухом.

- Но, так делают только парочки.

- И, что? Ты ведь уже столько прозвищ мне дал, а я тебя по имени, да по фамилии.

Альфа сглотнул. Предложение заманчиво, очень даже.

- И какое же прозвище ты хочешь мне дать?

- Хм, я не хочу что-то сопливое, но и грубое тоже. Может покалдовать над твоим именем?

- Что ты имеешь ввиду? - у альфы сбивчивое дыхание. Чуя так старательно придумывает ему прозвище при этом ухмыляется самой красивой ухмылкой во Вселенной, по мнению Дазая. Это возбуждает. Не в том смысле, правда, нет, и в том смысле тоже, но тут скорее, возбуждает в плане нетерпимости.

- О! Придумал, что насчёт....Ому? Просто и миленько, - омега смотрит прямо в карие глаза и не может понять, когда, когда они начали его так манить.

Дазай в восторге. В том самом щенячьем восторге. Он опускается под стол ( нет, мои маленькие извращенцы, это не то о чём вы подумали) и обнимает Чую за талию, кладя голову с шатенистыми вихрями на мягкие коленки рыжика. Интересный факт: у его солнышка даже на коленках веснушки и...ровно четыре родинки. Две на левой, две на правой и это так идеально, так очаровательнно, что писк альфы тонет в этих милых ножках, что короче его ног в три раза.

- Ому, ты чего?

- Я просто пытаюсь понять, за какие такие заслуги я получил такое сокровище как ты? Господь Бог, как же я тебя люблю.

Люблю...люблю...люблю.

Каждое повторное слово сопровождалось поцелуем в коленки, бедро, животик, икру (часть ног, ок да?). Чуя смеялся он щекотки. Каштановые кудри хорошо так щекотали его.

Дазай поднял своё лицо к личику его истинного, любуясь им. Как же он прекрасен. Такое ощущение, что это неземное создание отправили на Землю с небес, чтобы осчастливить такого как Осаму. Это бред, но факт того, что этот ангел достался ему греет как альфью натуру, так и человеческую.

Чуя, с покрасневшим лицом от смеха, с капельками слёз в уголках глаз, выглядел красивее всех Древнегреческий Богов, Нимф и фей.

Рыжеволосый омега успокоившись, отломил кусочек то́рта (да, блин, мне принципиально, чтобы вы прочли правильно) и положил его себе в рот, чувствую, как тот тает на языке. Следующий кусочек он хотел скормить Дазаю, который с обожанием смотрел как тот поедал сладость, но тот отказался, перехватив вилку с десертом в свою руку, и с удовольствием скормил кусочек Чуе, следом приподая к губам, которые являются для Дазая главной сладостью.

Все их поцелуи были нежными и этот не исключение. Они плавно скользили по очертаниям губ друг друга, то и дело отстраняясь, чтобы припасть обратно под другим углом. Поцелуй без пошлости, без языка. Сладкий, тягучий, трепетный, желанный.

Дазай чувствует себя странником в пустыне, который наконец-то нашёл источник воды, но боится, что всё это может оказаться миражём. Но Чуя не собирается исчезать или сбегать. Он всё ещё тут, целует его в ответ. И это так правильно. Они чувствуют себя так хорошо и умиротворёно. И какая разница, что они делают это в столовой, что альфа сидит на коленях перед омегой, призная своё поражение пред ним и своё полное подчинение. Какая разница, что в особняке кроме них ещё есть сестра альфы и куча прислуги. Сейчас их мир сузился до этой столовой, а их внимание было только друг для друга.

Чуя, как более адекватный в их дуэте, первый оторвался от губ Дазая. Тот облизывал губы, будто съел, что-то сладкое.

- Это наш четвёртый поцелуй, - прошептал высокий парень.

- Ты серьёзно их считаешь?

- Да, меня это успокаивает и расслабляет.

Омега закатил глаза, а после улыбнулся.

- Может встанешь с колен?

- Неа. Чуя, я всегда буду с тобой, всегда буду на твоей стороне, я исполню любую твою прихоть и желание.

- Будешь ручным псом?

- Да, верным, всегда ждущим тебя одного.

- Ты же не любишь собак, но позволяешь себя так называть?

- Пёс - верное создание, а я хочу чтобы ты понимал мои серьёзные изменения.

- Чтож, охотно верю, но не пойму, где твоя гордость?

- Моя гордость перед тобой пала на колени вместе со мной, солнышко.

- А знаешь что?

- Ммм? - промычал шатен в чужой (родной 🚬😳) животик омеги.

- Мы благополучно просрали свидание, - Чуя игрался с кудряшками альфы, вдыхая аромат, который стал роднее собственного.

- Плевать, главное, что ты в порядке. Я подумываю о том, чтобы ты перестал ходить в школу. Там слишком много альф.

- Это уже перебор. Я хочу окончить девятый класс. Кстати, на кого хочешь поступить?

- На адвоката.

- О! Идеально для тебя. Ты умеешь настаивать на своём.

- А ты?

- Психолог. Всегда интересовался тем, что происходит у других в голове.

- Психолог, как не крути - врач, ты уверен, что готов? Может лучше будешь домохозяином(отчаянно пытаюсь намекнуть, что Чуя, будь он ладей омегой, для меня парень, как не крути). Сидеть дома и ждать своего мужа, то есть меня. Уставшего и безумно истосковавшегося по твоим тёплым прикосновениям.

- Ты слишком далеко зашёл. Во-первых, ты прав - профессия связанная с медициной сложная и не безопасная, особенно для омег. Во-вторых, почему ты думаешь, что я выйду за тебя замуж?

- А ты собираешься за кого-то другого? - альфа ревностно провёл носом по коже живота омеги.

- Я вообще ни за кого, пока, не собираюсь выходить.

- Ну, это пока...

Настенные часы пробили шесть часов. Они провели полтора часа в столовой? Удивительно, что никто не зашёл их проведать.

- Пойдём на крышу? Сегодня должен быть звездопад. У нас там телескоп.

- Пойдём.

Осаму выбрался из-под стола и повёл Чую в свою комнату. Там он натянул на него свой свитер ( на улице, блин холодно, -1, учитывая, что вода замерзает при температуре 0 градусов, то это кабздец). Взял вязанный плед с узором снежинок и термос с какао. На себя просто накинул олимпийку.

Пока они шли до лестницы на крышу Чуя чуть дважды не споткнулся. Видимо еда и разговоры его разморили (разМОРИли, ха шутки за двадцать)

На улице было свежо и прохладно, от чего рыжик и шатен поёжились. Осаму расстелил плед рядом с телескопом и лёг на него. Чуя прилёг рядом, кладя голову на грудь альфы. Сердце того трепеталось как птичка в клетке. Накахара подумал, что это премилая реакция.

- Смотри, Большая Медведица.

- Ага, а вон Малая.

- А это созвездие Дракона.

- Он не похож на Дракона, больше на ковш экскаватора, - буркнул омега.

- Хаха, ты как всегда чертовски прав, милый. О, а это Цефей.

- Ага, а рядом Кассиопея. А это, что за созвездие?

- Хм, не знаю, солнышко. Я его раньше не видел.

- Оно чем-то напоминает бинты...Прям как у тебя на руках.

- Нет, больше похоже на шляпу, которую, ты носил в 7-8 классе. Кстати, ты её выкинул? Не сердись, но она слишком старомодна.

- Что? Эта шляпа моего отца и она мне очень дорога. Я её не выкинул.

- Ну, не дуйся. Я придумал, давай сами назовём это созвездие?

- Как?

- Если ты говоришь, что у тебя оно ассоциируется с бинтами и мной, а у меня со шляпой и тобой, то на зовём в честь нас.

- Дазай и Чуя? Звучит хреново.

- Да нет, нужно как-нибудь...вот с каким цветом мы ассоциируемся?

- ....Чёрный.

- Вау, радость*? Ты правда рад нашим отношениям?

- У нас нет отношений. Просто я счастлив с тобой, а ты со мной. А ещё это мой любимый цвет.

- Класс!

- И что? Созвездие Куроу? Как-то простенько.

- У нас ведь с тобой пара, - в него вперели взгляд. - дуэт, ладно. Нас двое. Так и назовём - Двойной чёрный.

- Соукоку?

- Именно, я думаю миленько и просто, а ты?

- Да, мне нравится.

- О, смотри, звездопад начинается.

Как мы знаем, при звездопаде люди загадывают желания. Чуя и Осаму не исключение. В их головах было одно желание - быть вместе. А как, каким образом, не важно.

Они уснули на крыше, укутовшись в другой плед. Какао было выпито и приятно согревало желудки.

Этой ночью Осаму снились рыжие котята и его, не менее, рыжий возлюбленный. А с неба на пару смотрело созвездие Соукоку, которое, по-моему, не похоже не на бинты, не на шляпу. Это сердце.

______________________________________

Вечер в хату, господа. Поздравьте меня, у меня рекорд, 3515 слов. Как и обещала, милота, наверное. Не судите строго за ошибки, писала ночью-утром.

На всякий случай, если вы не поняли, что я описала. Почему-то на сто процентов уверена, что не поняли.