Счастье для Римуса Люпина

Я вздохнула, вгрызаясь в перо. Рядом со мной сидел Сириус, у нас был урок трансфигурации с Макгонагалл, мы отчаянно пытались запомнить то, что нам говорила профессор. Все мои мысли были о плане по сведению брата с Марлин. Мы с Джеймсом и Римусом назвали операцию "Марлин Блэк". 

Было заметно, что Сириус отвлекается, глядя на Марлин. Блондинка тоже одаривала его печальными. но нежными, трепетными взглядами. Наблюдая за ними, я еще больше убедилась в правильности своего решения устроить этим двоим примирительное свидание, и после уроков заставила Марлин бежать наряжаться.

- Не упирайся, Маккиннон, я не отстану. - Мой грозный голос заставил девушку нахмурится, - Я хочу просто пройтись с тобой до озера.

- Но зачем тогда мне выглядеть так красиво?

- Затем, что если девушка красива, она не должна это скрывать!

- Фел, я не могу...Не могу! Сириусу так тяжело из-за меня...Я все испорчу, я...Я опять сделаю ему больно...

- Сделаешь, если не придешь.

...

Листья сухо шелестели над головой - осень медленно вступала в  свои права, земля постепенно укрывалась пестрым ковром.  Я шла по двору, прижимая к груди книгу по ЗОТИ, которую собиралась почитать. 

- Привет, Девочка-осень, - Римус обнял меня, подходя ближе по хрустящей от листьев земле. Несмотря на прохладу, в его руках было тепло.

Он звал меня Девочкой-осенью из-за янтарного цвета глаз и темно-рыжих, почти каштановых, волос - именно в таком виде я предпочитала ходить в это время года.

- Привет, - я улыбнулась, обнимая его в ответ.

- Как там твой план?

- Кажется, все работает.

- Какая же ты у меня умница, - нежно произнес он, целуя меня в макушку. - Я тебя люблю, родная.

Я закрыла глаза. Ярко-красный лист клена мягко опустился на макушку Римуса, и мне пришлось привстать на носочки, чтобы убрать его.

- Стой, стой! Не двигайся... - моя ладонь коснулась мягких волос, и я не смогла отказать себе в удовольствии немного поиграть с ними.

- Что ты делаешь? - Смущенно улыбнулся Люпин

Я поцеловала его в губы, зарываясь рукой в темно-русые локоны. 

Шуршание ног других студентов по листьям, их разговоры и все другие звуки разом стали глухими, теперь я слышала только стук наших сердец.

- Эй, голубки! Смотрите! - звонкий голос Лили вырвал нас в реальность, мы быстро отстранились друг от друга, но я осталась стоять рядом с парнем. Взгляды нашей четверки устремились на Сириуса и Марлин, стоящих друг напротив друга под деревом.

- Сириус... - до меня долетел слабый, дрожащий голос Марлин. Ее сильно трясло, и когда она стала падать на землю, потому что колени подогнулись, Сириус быстро поймал ее.

- П-прости меня, - заплакала девушка, хватая ртом воздух. Брат прижал ее к себе, крепко обнимая и одной рукой  придерживая девушку за голову. Ее дыхание сбилось, на бледном лице еще виднелись слезы.

- Тише, тише, родная...Все хорошо...Дыши.

Я прижалась к Римусу, испугавшись за подругу, а он приобнял меня за плечо.

Мы молча наблюдали за тем, как Сириус целует блондинку, все еще обнимая ее. 

- Ты меня напугала, - услышали мы выдох Бродяги, - все в порядке?

В ответ кивок.

- Да-да, конечно. Мне так...Так...Стыдно! Я пойму. если ты бросишь меня...

- Глупенькая моя....Я ведь люблю тебя, а как можно бросить кого-то, кого ты любишь?

- Но ведь вокруг столько хороших девушек...

- Мне они не нужны. Мне нужна ты. Мне объяснили, что случилось, и, знаешь, больше всего я испугался за тебя.

- Так, получается, ты...Не бросишь меня?

- Конечно нет! Я ведь люблю тебя.

Я с чувством удовлетворения улыбнулась брату, мол: "Видишь! я сдержала слово!"

Сириус благодарно мне улыбнулся и поцеловал Марлин, а собравшаяся вокруг ребят толпа загудела,  кое-кто из девчонок выл от досады, ведь теперь все знали, что сердце моего брата занято. Для нас же не могло быть ничего радостнее: мой план сработал, значит, все мы будем счастливы. 

В прошлом году мы успешно сдали СОВ, а через год - выпускной! Ребята вовсю строили планы, в особенности - Джеймс и Лили. Эванс вусмерть поругалась с Северусом Снейпом, но всем, кажется, было все равно - главное, что Джеймс добился ее любви - всей без остатка. Мне, конечно, было  жаль Сева, но я понимала, что он отчасти сам виноват, а Лили просто нашла повод открыть свое сердце истинным чувствам. Джеймс уже даже о свадьбе заикался, а волшебница в ответ смеялась и давала ему подзатыльники.

В остальном, впрочем, все шло своим чередом, 6 год обучения Мародеров выдался более-менее спокойным, только Сириус иногда с беспокойством косился на Беллатрису - та в последнее время вела себя странно, часто упоминая Тома Реддла, старосту Хогвартса, в ключе безудержной любви, даже скорее обожания. Как бы Сириус не был привязан ко мне или Андромеде, Белла и Нарцисса тоже занимали определенное место в его сердце, и он волновался за них, поэтому его беспокоили наклонности старшей двоюродной сестры.  Он мог смотреть на кучерявую брюнетку со своего места за столом Гриффиндора весь завтрак. Однажды я спросила:

- Почему ты так на нее смотришь? 

- Я волнуюсь, как бы все это не закончилось для нее печально...Белла может сколько угодно говорить, что это любовь, но я знаю, и все знают, что ничего кроме фанатичного обожания за этим не стоит. Сердцем чувствую, это закончится плохо. Очень плохо. 

Слова брата посеяли в моей душе страх такой силы, что при одном виде слизеринцев по спине бежали мурашки. Не только Белла и Том в будущем представляли опасность магическому миру - большая часть Слизерина горела желанием истребить всех нечистокровных волшебников. К чему это могло привести уже многие догадывались, но никто не решался сказать об этом в слух.