Желание
Для конкурса "Встреча с исполнителем желаний"
Какой-то расхрабрившийся сверчок пел в прохладном вечернем воздухе. Его звонкий свист разносился далеким эхо и тонул в догорающих сиреневых сумерках.
Во всю ширь, куда хватало взгляда смотреть, тянулся бескрайний, однородно поросший полынью и ковылем простор, схваченный плоской крышкой бледнеющего неба. Кое-где заблестели крошечные иглы звезд.
Прохладный после дневного зноя ветер отнес мошку дальше в степь и пронизывал тело насквозь, а она всё стояла на месте без движения, пустыми глазами приклеившись к линии горизонта. В растерянном взгляде отразилось беспокойство. Свалявшиеся окрашенные хной волосы выбились из-под косынки, лицо избороздили глубокие продольные морщины.
Новый порыв ветра запустил сознание, и сухонькая пожилая женщина протяжно вздохнула и повела головой в сторону. Ей пришлось развернуться вокруг на плохо гнущихся ногах, чтобы оглядеться. Колено саднило, но кровь уже давно запеклась на иссушенной солнцем и ветрами коже.
На ней был халат из прачечной, а значит она пришла сюда после работы.
- Ой, ну где же это я? Как же мне теперь вернуться? - голос был хриплым и глухим.
Она оглядывалась, беспомощно сведя брови, в голубых глазах стояли слезы то ли от ветра, то ли от досады. Пришлось идти наугад, не разбирая дороги по иссушенной, растрескавшейся, поросшей разнотравьем земле.
Тапки на ногах покрылись пылью и репьём, натруженные ступни ныли, но она старалась ускорить шаг. Сумерки сгущались, и под ноги попадали камни, сухая трава больно колола голени. Где-то впереди как будто зарычал мотор проносящегося мимо мотоцикла. Действительно вскоре женщина добрела до трассы, где ей снова предстояло сделать выбор - налево или направо.
Голова была тяжелой, мысли путались и не хотели ни узнавать местность, ни подсказывать направление. Пришлось снова идти наугад по обочине.
По одну сторону протянулись виноградники. Длинные ровные ряды исполосовали поле. Взглянув туда, женщина на секунду приостановилась, увидев там живое существо. Она машинально продолжила идти, и оно тоже пошло через дорогу от нее. Существо было совсем низенького роста, меньше карлика, однако с головой взрослого мужчины.
- Федя, ну, что ты ко мне привязался? Пошел! - она прикрикнула на существо и даже неловко махнула рукой, отгоняя его, словно дворнягу.
Но оно продолжало семенить рядом и глядеть на нее. Через несколько минут женщина откашлялась и хрипло заговорила.
- У меня вот даже голос пропал, как ты умер. Петь больше не могу. На поминках у тебя начали было петь, а голоса нет... Не мог еще немножко пожить? Часто снится наша квартира на Тимирязева. Хорошо там жили, - она больше не смотрела в ту сторону, просто говорила, в полной уверенности, что оно не перестало преследовать ее и слушает.
- Что тебе там на горе не лежится? Плохо тебе там? Здесь сухая земля... Занесло на старости лет в этот проклятый край. Одна мошка да желтобрюхи... Вот, видишь, ухожу чёрти куда, как теперь вернуться? Ты не знаешь?.. Главное, с работы, наверное, вот так же ухожу, перед начальником стыдно. А я даже не помню, закончила стирку или нет, закрыла гараж или нет... Сегодня меня на пенсию провожали, накрыли стол, так хвалили! Начальник всегда мной доволен. "Надежда Евстафьевна! Какой у вас всегда порядок! Какое белье чистое!" - немного помолчав, она добавила, - А что я теперь на пенсии делать буду? Всю жизнь работала... - и замолчала, погрузившись в забытье.
Сзади дорога осветилась, и Надежда Евстафьевна обернулась на слепящие огни фар.
- Бабуль, тебя подвести, может? - обратился к ней водитель.
Женщина заулыбалась, подошла ближе.
- А вы не до фермы едете?
- Вам на МТФ? - удивился мужчина. - Так это совсем в другую сторону! Это откуда же вы так идете? - он почесал затылок.
- Да я с работы из Волны шла, - начала она объяснять. - Заблудилась.
- Вы пешком сюда? - на его лице было недоумение, и ей стало совсем неловко.
- Ну ладно, ничего, - как бы извиняясь, она снова улыбнулась и пошла назад.
Сзади послышался гудок и визг тормозов. Обернувшись, Надежда Евстафьевна увидела, как остановился еще один автомобиль, мужчины о чем-то говорили, размахивая руками в ее направлении, затем вторая машина мягко подкатилась к ней.
- Вы, говорят, до МТФ идете? Садитесь, я вас подброшу, только сверну на базе отдыха.
- Спасибо, мне там только с горы спуститься!
Ноги гудели, спину ломило, и сидеть было неудобно. Руки не слушались, путаясь в ремне безопасности.
- Да не надо! - махнул рукой водитель и тронулся.
На машине расстояние до фермы заняло минут двадцать.
- С ветерком! - усмехнулся мужчина, когда она выходила из машины, и умчал на базу.
Прихрамывая, Надежда Евстафьевна перешла через дорогу и потихоньку стала спускаться с пригорка. Справа стояла небольшая часовня и крохотное кладбище. У подножия холма белели четыре полуразрушенных здания - все, что осталось от некогда большой фермы.
Женщина по привычке глянула в сторону кладбища на еще свежую могилу мужа, но в темноте в глазах все сливалось. Вдруг в кармане халата что-то задребезжало и зазвонило. Она вытащила маленький кнопочный телефон и случайно нажала верную кнопку, по инерции поднесла трубку к уху и неуверенно произнесла:
- Алло?.. Таня? Ну я не знаю никакую Таню... Кто дочь? Да у меня, вроде бы, нет дочери... Нет, не узнаю...Я? Иду домой... Да я заблудилась, ушла куда-то, вот сейчас меня подвез паренек с базы, я телефон, может быть, не слышала... Нет, вы приезжайте куда хотите, но я с вами никуда не поеду... Ну, куда я поеду? И почему я должна с вами ехать, если я вас не знаю совершенно?.. Со мной все хорошо, я уже почти дошла до дома, до свидания.
Она сунула телефон обратно в карман, не отключив звонок. Теперь дорога шла ровнее. Надежда Евстафьевна прошла вдоль двух заброшенных домов, зиявших чернотой завалившихся дверных проемов и окон, окруженных клочками сухой травы и торчащими кое-где остатками низкого заборчика. У калитки ее дома стояла полная молодая женщина в цветастой ситцевой сорочке. Ее рыжие волосы были собраны в небрежный пучок, а кожа усыпана крупными веснушками.
- Теть Надя, а я тут вас жду - смотрю с горы идете! Откуда это вы в такую позднь? - она с хрустом надкусила огурец, разглядывая женщину живыми черными глазками. - Ниче что я тут у вас с огорода огурчик сорвала?
- Здравствуй, Люда, - Надежда Евстафьевна приветливо улыбнулась, стараясь говорить мягче и любезнее, как всегда. - Ничего, пожалуйста!
- Я говорю, вы откуда так идете поздно? В город что ли ездили? - она зашла во двор вместе с хозяйкой, не переставая хрустеть и причмокивать.
- Да я в последнее время, Людочка, как-то стала часто теряться. Сегодня вот с работы ушла и очнулась где-то в полях.
- А, ма! - та перестала жевать, от удивления раскрыла рот и вылупила глаза, прижав ладонь к груди.
- А сейчас вот звонила мне какая-то Таня, говорит, моя дочь. А у меня разве есть дочь? - Надежда Евстафьевна возилась с ключом, напирая плечом на старенькую деревянную дверь. Она неуверенно взглянула на Люду, ища у нее подсказку.
- Теть, Надь, вы чего? Это же ваша дочь, Таня, вот же они приезжали на похороны дядь Феди!
- Да? - женщина все еще не была уверена.
- Ну вот же, у вас и фотографии дома есть, я вам сейчас покажу!
Женщина наконец справилась с ключом, и они вошли в предбанник, служивший кухней.
Как только включился свет, со стен отлетели жирные черные мухи, оставляя на побеленных стенах тонкие трещины.
Сразу у порога стояла плита с газовым баллоном, а справа у окна - маленький обеденный стол, заставленный сервизной посудой и хрусталем.
- Теть Надя, а это че у вас? - Люда окинула добро жадным взглядом.
- Да вот же президент у меня в гостях, - Надежда Евстафьевна подошла к столу и указала на лежащую перед тарелкой борща газету с фотографией президента.
Люда молчала, со слезами в глазах глядя на женщину, которая тоже молча стояла перед столом. Надежда Евстафьевна смотрела на лицо президента цвета серой типографской краски, и ей вспомнилось то, о чем трудно было сказать словами. Ведь когда она его увидела, он показался ей совсем не президентом, а вершителем судеб, способным исполнить любое желание.
"Да разве я хоть рот открыла что-то попросить?" - думала она. Нет, она не просила ничего вслух, лишь тихо смотрела в его глаза, но желание само, без ее ведома, переместилось из ее сознания к нему. Но это ли она просила? Так ли все случилось, как она хотела? Может быть, из-за этого теперь она проваливается в беспамятство?
Люда тихо попрощалась и вышла, а Надежда Евстафьевна прошла в комнату, взяла футболку и принялась натягивать ее на лежавшую на кровати подушку.
- Федя, ну что ты так сидишь не одетый? Вон Людка сейчас заходила... Неудобно перед людьми.