Шепот Смерти

Зелёный камень

Рассел Кэйс

Алекс хохотал на всю одев форму: она идеально ему подходила. Чёрная форма блестела на солнце, а аккуратно вышитые буквы "Алекс" дополняли картину. Как Джейк это сделал и зачем? Неужели нас не узнавали без формы?

На двухместной кровати в развалку лежал огромный парашют, Ли пытался расспрямить и расстянуть его, я смотрел на тот парашют... Это был не конец, смерть Джейка далеко не конец, но всё же нам не стать прежними беззаботными путешественниками, грехи прошлого всегда будут преследовать нас как бы мы не хотели избавиться от них... Каждый раз судьба будет больно бить хлыстом, иногда подкидывая пряники счастья и веселья, чтобы мы не падали духом... Я могу даже превести пример. Вот "умер" Джейк, нож влетел в его сердце остававив за собой лишь алую жидкость – это был хлыст и почти вся команда упала духом в том числе я. И вот через несколько месяцев у меня рождается сын, все рады, хоть и были совсем недавно в печали – судьба подкинула пряник, ведь было бы скучно играться унылыми овощами... И вот снова хлыст...

Сверкающий на солнце красный цвет парашюта, не давал мне покоя, он бросался в глаза, и когда я смотрел на него этот цвет резал мне глаза. А надпись на нём...

"I'm still alive" - Я всё еще жив... Краска, которая стекала вниз по парашюту лишь добавляла пущего эффекта от увиденного, хотелось одновременно сильно ударить Джейка и в то же время с гордостью пожать, казалось, родную руку... Он был жив... Я не понимал своих эмоций, и гнев, и радость, ладно мне все равно на эмоции, я как то их не замечал...

Я всмотрелся в телевизор, Джейк стоял как ни в чём не бывало на центральной улице Сиднея, у него всего лишь была небольшая царапина на брови... Ничего больше, ни шрамов на лице, только широкая улыбка и сверкающие радостью глаза, но если присмотреться по-лучше, можно было увидеть всю его хитрость... Всю его коварность... В тот момент я засомневался, что действительно знаю Джейка Симари. Сиднейское небо и океанский бриз, казалось, чувствовались через экран, вся та доброта людей...

- Да, Симари, конечно, разбавил сегодняшнюю атмосферу здесь в Сиднее... В больницу поступают всё новые и новые раненные после утреннего взрыва на окраине города, многие свидетели утверждают, что Симари был там во время взрыва, на данный момент ведется расследование этого дела и источники утверждают, что Симари занесли в список подозреваемых, не смотря на то, что многие утверждают, что там была девушка с белыми волосами, свидетели создали её примерный фоторобот... - Без остановки говорил диктор, находящийся в студии своего новостного канала и на экране появился портрет расстянутый на весь экран, Анна смотрела на экран и сжимала в руке что-то, зелёный камень... Который Сьюзен,подарила ей ещё в Нью-Йорке. Однажды мы уже разобрались с одним подарком от родных в Нью-Йорке и до сих пор не можем отойти после происходящего... Если Анна влезет в историю со Сьюзен, это могло бы перевернуть всё... Снова. Как перевернул Джейк, пытаясь узнать кто такой Эл Харрингтон, так ни разу и не позвонив по тому номеру Перу...

Я ступил на мягкий пол, и делая маленькие шажки, пошел на встречу к сидящей на полу Анне. Ребёнок сидел на кровати, и своим детским милым смехом, смеялся с Алекса, который корчил из себя супергероя в костюме... Это заставило меня улыбнуться, мало что могло меня заставить искренне улыбнуться...

- Анна, всё в порядке? - Спросил я и положил руку ей на плечо, тепло её плоти прокатилось волной по всему телу, и по спине пробежались мурашки. Её белоснежные водосы аккуратно лежали на плечах, олицетворяя свет и тепло. Она посмотрела на меня и я увидел... Увидел её глаза, её губы, её кожу... Каждая её клетка, казалось, наполнена красотой, а в глазах тогда царила буря эмоций, я не мог понять их... Я лишь увидел как она слегка нагнулась вперёд, я знал, что это значило, я также слегка нагнулся ей навстречу и наши губы соприкоснулись, я чувствовал её обжигающий вздох, я чувствовал её сердцебиение... Абсолютно всё, мне не хотелось её отпускать, никогда, хотелось быть с ней вечно...

Я почувствовал, как её рука слегка притронулась к моей груди, и начала отталкивать, я послушно отошел и увидел, как глубокие голубые глаза, наполненные любовью, всматривались в меня... Столько жалости было в тех глазах и красоты.

Анна зажала в руке зелёный камень и прижала его к груди. Она сидела на коленях на полу.

- Ты знаешь что случилось...? - Тихо, чуть ли не шепотом спросила Анна. От этого шепота по коже пробежались мурашки, а сердце замерло в ожидании. - Знаешь,что случилось со мной и сестрой? - Продолжала спрашивать Анна, я слышал как голос её начинал дрожать, она никогда не плакала, сколько я помню... Она всегда держалась, она всегда была сильной, никогда не давала слабину.

- Расскажи... - Прошептал я, ребёнок продолжал смеятся, казалось, что никто нас не слышит, казалось, что в комнате есть только мы, казалось, что во всём мире есть только я и Анна...

- Мы родились с разницей лишь в один год... - Начала рассказ Анна, она продолжала крутить в руке камень, он отбивал игривые лучи солнца, и снова Анна зажимала его в руку. - Она была двоечницей, прогульщицей, любила ходить по мальчикам, а ей всего было шестнадцать лет, в то время мне было пятнадцать и я вовсе не понимала её... Я училась на отлично всегда... Не прогуливала ни одного урока, но каждый раз, когда я пыталась заступиться за сестру перед взрослыми, меня всегда наказывали... Они говорили, что у нее нету будущего, говорили что она трутень, но она была моей сестрой, не раз было когда мы говорили с ней по душам, однажды она даже помогла мне понравится одному мальчику... А мои одноклассники... Они вовсе взбесились, говорили, что она "шлюха дранная", и когда я говорила что это не так, когда я влазила в спор... Каждый раз меня избивали... - Анна всё еще сидела на коленях, а голос с каждым словом у неё начинал дрожать сильнее. - И вот однажды, я шла домой после очередной драки с одноклассницами, которые отстаивали свою мысль о моей сестре, я шла по тёмной улице, совершенно одна, я ненавидела жизнь, ненавидела одноклассников, ненавидела своих родителей, которые также утверждали, что моя сестра не достигнет ничего в жизни... Я шла по улице и увидела шайку каких то парней лет семнадцати... Они начали приставать ко мне, затем начали бить, и раздевать... Пока не появилась Сьюзен, с пистолетом в руках... Ей было всего шестнадцать, а в её руках уже был пистолет, она говорила им, чтобы они меня отпустили... Она говорила, Рассел, но они не слушали. - По нежной щеке Анны покатилась слеза. - Сьюзен попросила ещё раз, угрожая им пистолетом, они снова не послушали... И она выстрелила... Она убила одного из тех парней, а остальные убежали... Он лежал и задыхался, его кровь душила его.

У Сьюзен дрожало всё тело, она упала на колени и кричала. Она кричала, пока не увидела, что мимо проходила наша мать, которой я позвонила ранее, она вышла в домашней одежде, забыв даже одеть обувь, и будучи в тапочках... Сьюзен испугалась, она испугалась, когда увидела мать, когда она начала кричать, и выстрелила... Пуля попала в лобную часть мозга, мать чудом выжила, и лежала в коме около пяти лет... Я не помню, сколько именно, дни становились серыми, отец запил, а Сьюзен убежала... Отец часто избивал меня, но никто не приходил спасти меня, кроме одного человека, в тот день... Помнишь, Рассел? Помнишь, как Алекс внезапно появился в нашей жизни? Как предложил неимоверное? Знаешь почему он выбрал нас? - Анна уже смотрела на Алекса, который танцевал на кровати в костюме.

- Только мы смогли бы пережить такое... - Протянул шепотом я.

- Рассел, мы не просто люди, захотевшие в путешествие, все мы люди, которым уже нечего было терять... Но теперь... У нас слишком много... Я не смогу быть счастливой, Расс, никогда жизнь хорошо меня побила. - Сказала Анна, из её глаз лились слёзы, но она пыталась успокоить себя у неё неплохо получалось.

- Анна, я найду Сьюзен... - Сказал я, и посмотрел в её глубокие глаза, внезапно наполнившиеся надеждой.