Глава 236. "Ну что, довоевался?"
Глава 236. "Ну что, довоевался?"
Хань Вэньчэн был настолько зол, что от него исходила черная пагубная аура.
Люди, находящиеся рядом, буквально задыхались, не понимая, что происходит. Он вышел из постоялого двора, громко хлопнув дверью и пошел прочь. Только полная луна светила ему в спину, а дикие звери и ночные птицы в ужасе прятались в свои норы, ощущая его убийственную демоническую ауру.
- Императорский пёс! - восклицал Хань Вэньчэн, разговаривая сам с собой. - Сколько раз он будет предавать меня ради династии Цинь?! Но Цзы-ин казнён и династия Цинь пала, ее власть наконец-то закончилась. Неужели он этого не понимает? - говорил сам себе Хань Вэньчэн, хохоча, как безумный. Его обсидиановые глаза горели во тьме как у дикого зверя. Если какой-нибудь заплутавший путник встретился бы с ним в лесу, замертво упал бы от страха.
Хань Вэньчэн шел в Сяньян, в надежде встретить там Чжан Ци.
В 207 г. до н.э. войска мятежника Лю Бана, собрав местные силы, двинулись на запад через ущелье Ханьгу, оборонительную позицию циньской армии. К тому времени силы циньской армии были уже истощены после поражения от армии Сян Юя - другого восставшего мятежника, прославленного полководца из Чу. Лю Бан первым ворвался в Сяньян без боя и столица сдалась.
Лю Бан издал приказ на грабить город, сохранить архитектуру и имущество горожан. Он показал себя мудрым правителем и снискал уважение народа.
В это время его соперник Сян Юй, шел следом. Вскоре, он вошёл в столицу после Лю Бана. Сян Юй не простил династии Цинь жестокости и сжёг циньские дворцы вместе с дворцом Эпан.
Именно Сянь Юй приказал казнить императора Цзы-ина, после чего начал разграблять Сяньян.
Лю Бан не был великим, зато мог привлекать на свою сторону талантливых людей. Он не боялся отступать, если в том была необходимость. Хитрый, харизматичный, с гибким умом, он умел ладить с людьми. Именно он станет основателем династии Хань (Хань Гао-ди).
В противовес ему, Сян Юй был потомком знати южного Чу. Этот человек был храбрым и гордым. Он имел огромный рост и невероятную силу. Импульсивный и амбициозный, он недооценивал ловкость и стратегию Лю Бана. Сян Юй действовал порывисто и часто терял союзников. Если Лю Бан был символом мудрости, выживания и практической политики, то Сян Юй - символом героизма и трагической гордыни. Это притча о том, что в политике зачастую выигрывает не тот, кто сильнее мечом, а тот, кто умнее и терпеливее.
После казни императора Цзы-ина, остатками циньских войск командовал Чжан Хань, который выступил против мятежника Лю Бана. Чжан Хань изначально был чиновником, занимавшимся строительством гробницы Цинь Шихуанди. Когда поднялись мятежи, он возглавил рабочих-солдат, стал полководцем и сумел подавить несколько восстаний.
Чжан Хань обычно носил черные или серые доспехи, как символ старой династии Цинь. Его лицо выглядело строгим и мрачным.
Разграбление столицы шло полным ходом. Остатки циньской армии под командованием Чжан Ханя держались из последних сил. Чжан Ци присоединился к остаткам императорской армии, отчаянно пытаясь защитить столицу.
Весь перемазанный кровью и грязью, Чжан Ци был практически неузнаваем. Тяжело дыша, он орудовал мечом направо и налево, получив уже несколько ранений. Он подозревал, что вероятнее всего, в борьбе за столицу ему придется отдать собственную жизнь. Почему бы нет? Что может быть важнее долга и чести? Но обсидиановые глаза преследовали его повсюду, наполняя сердце болью и горечью.
- Э-э-эх! - взревел Чжан Ци, отражая атаку сразу троих противников, которых последними силами удалось раскидать в стороны и они разлетелись, будто были соломенными куклами.
- Солдаты Сян Юя захватили императорский дворец и разграбляют его! Они сжигают книги из библиотек! - вскричал кто-то.
Голова Чжан Ци начала кружиться. Он почувствовал, как из него вытекает густая теплая жидкость - кто-то проткнул его мечом.
Мужчина попытался закрыть рану рукой. Издав звериный рык, он снова накинулся на противника, численность которого становилась все больше.
- Наш полководец перешёл на сторону врага! - послышались отчаянные крики сзади. - Чжан Хань перешёл на сторону Сян Юя!
В голове Чжан Ци зашумело, он пошатнулся. Все, что он мог тут себе позволить - умереть в честном бою за Сяньян. Даже если командир предал их, он останется сражаться до конца, останется, чтобы умереть здесь.
Лязг мечей отозвался десятитысячным звоном, глаза застилала белая пелена. Скоро все потеряет для него значение и он войдёт в реку забвения.
Численность противника становилась все больше. Чжан Ци с трудом поднял глаза в небо, чтобы в последний раз увидеть свет солнечных лучей и плывущие по небу облака. О Боги, почему не видно солнца, почему везде эта серая пелена, эта бесконечная бездна? Один из солдат Сян Юя замахнулся мечом, чтобы рассечь его голову напополам, как осеннюю тыкву, но неожиданно его руки скрутило от чудовищной боли. Не понимая, в чем дело, мужчина выронил зависший в воздухе меч. Хань Вэньчэн подхватил на руки падающее тело Чжан Ци и взмыл в воздух.
- Демон, здесь демон! - начался переполох среди солдат, но Хань Вэньчэн был уже далеко. Его обсидиановые глаза горели злобой и раздражением.
- Ну что, довоевался? - спросил он, обращаясь к бесчувственному телу. - На тот свет захотелось?
Его правая рука лежала на груди Чжан Ци, вливая в него демоническую энергию.