VII
Дойдя до самого его низа, то перед нами открылся жуткий тёмный, еле освещаемый коридор с низким протекающим потолком. Что ещё добавляло к более страшной остановке это различная мелкая живность наподобие тараканов и крыс, бегающая по стенам. Мне было как-то всё равно, я на всё готов, чтобы спасти своего друга. Решив упросить Анну пойти со мной, то она согласилась сразу с первого раза. Меня её соглашение очень удивило. Обычно она как-то относилась с противностью к мелким тварям, но сейчас ей видимо тоже, как мне, было важно спасение Миши.
Шли мы по этому коридору пять минут молча, без каких-либо диалогов. Но вдруг я заметил тупик или дверь, в темноте разглядеть весьма сложно. Когда мы дошли до так называемого тупика, мы окончательно поняли, что это была дверь, только заросшая всякой растительностью. И вот, решив подёргать ручку от неё, то на удивление она оказалась незапертой. Открыв же ту самую дверь, то перед нами находилась также тёмная и пустая комната. Но вдруг мы вспомнили, что у нас имелся фонарик. Достав его из рюкзака, я посветил им. Осмотрев всё, я заметил, что напротив нас находился люк, ведущий неизвестно куда. Нам стало очень интересно, нас просто раздирало от любопытства. Подумав несколько секунд, мы всё же решили открыть его и спуститься, а люк, как и та дверь была открытой.
Когда мы спустились, то перед нами было три ответвления и по середине табличка, а ней написано, что если пойти по первому пути, то выйдешь на поверхность, а если пойти по второму, то пропадёшь навсегда и навеки, а вот если пойти по третьему пути, то сможешь помочь. Думали над таким решением в принципе недолго. Пошли же по третьему пути. Шли мы также долго и молча, а жуткий коридор, по которому мы передвигались, нам уже не казался таким ужасным, мы просто привыкли к такой обстановке. Но спустя я с Анной увидели нечто светлое в конце коридора, будто нам кто-то идёт навстречу с фонарём, а может быть там дальше тупик. Вдруг мы по пути услышали резкий голос резанного человека. Нас окутал сильнейший страх. Нам уже как-то расхотелось идти дальше, не зная, что будет дальше. А пока думали, звуки мученного становилось всё громче и громче. А у нас уже пошли дичайшие мурашки по коже, волосы вставали дыбом. Вот как будто сейчас все волосы поседеют на пятьдесят лет вперёд, но всё же мы взяли в себя в руки, набрались смелости и пошли дальше, не обращая внимания и слушая раздирающие крики.
И вот, дойдя до самого конца коридора, кажется, что окутываешься в глубочайшую тьму, но вовсе уже не волнуешься, потому что ты настолько зашёл, что никогда не выберешься из этой неизвестности.
Посветив же опять фонариком, то мы увидели опять дверь, но с маленьким стеклянным окошком, но само стекло мутное и что-то увидеть через него крайне сложно. И кстати, эти крики доносились из неё. Всё же как-то опять не особо хотелось её открывать, но вспомнив про наше так называемое задание, я с дикой силой пнул дверь, тем самым сломав её. Когда увидел, что было за ней, я и Анна были в шоковом состоянии. В той комнате был сам орущий Миша, который являлся без вести пропавшим. У меня внутри заиграла большая радость, что его не порезали и не убили.
- Миша! Миша! Ты живой!
- Я очень рад видеть тебя, Давид, как хорошо, что ты пришёл спасать меня.
Анна конечно же тоже была весьма рада этому событию и сказала, что я и она очень много потратили сил на это всё.
- Анна и Давид, я очень рад тому, что мы увиделись, пожалуйста освободите меня, а то уже немного надоело здесь сидеть.
- Хорошо -, проговорила Анна, - только ты скажи, кто тебя похитил, так, чисто для большего понимания этого всего.
- А я не знаю-, ответил Миша, - их было двое, и они были в масках. Также они над мной издевались, мучили.
Но я решил немного перебить этот диалог своим вопросом о том, что как его затащили сюда. Миша же просто ответил, что, когда пошёл в школу сам, потому что у него вылетело из головы, что мы ходим вместе в школу. Так вот, когда он шёл, его ударили в голову и тем самым потеряв сознание. А дальше, когда он очнулся, то увидел, что находится здесь.
- Но почему ты говоришь в таком спокойном тоне голоса? -, задался я таким интересным вопросом.
- Говорю спокойно, потому что когда вас увидел, то сразу перестал кричать при виде вас, потому что я уже не боюсь в том, что я умру в одиночестве. -, ответил Миша, - и кстати, освободите пожалуйста, а то уже как-то надоело здесь сидеть.
- Хорошо, сейчас освободим -, ответили я и Анна.
Миша был прикован верёвкой к батарее. Чтобы его освободить нужно было отпилить эту верёвку. Проверив же рюкзак, я удивился, что в нём пусто, но затем я вспомнил, что, наверное, рюкзак расстегнулся по пути. Но что осталось в рюкзаке это та самая трость. Сказав же ему, что мы принесли ему у конфеты, то он обрадовался и сказал, что хочет её съесть, потому что был сильно голоден. Мы ему отдали эту конфету, и он сразу же начал искусывать её.
Решив опять посветить фонариком, который был у меня в кармане, посветить в этой комнате, где мы находились. Когда я посветил в правую сторону от Миши, увидел пилу, лежащую на комоде, я подошёл и взял её.
И спустя минут пять десять, я освободил Мишу от заточения, а он так до сих пор и не съел ту конфету, оставалась больше половины. Мы очень обрадовались тому, что освободили его. Но после нашей громкой радости мы услышали что-то сзади нас. Я как смелый, решил повернуться первым, но лучше бы я этого не делал.
Когда после меня повернулись Миша и Анна, то мы удивились, открывая каждый свой рот. Перед нами стояли сам Женя и Артём, они были одеты в тёмные костюмы и в их руках был кнут и маска.
- Давид! Анна! Что вы здесь вообще делаете? -, спросили в шоковом тоне Артём и Женя.
- А вы что здесь забыли? И зачем вам нужен кнут? -, спросил я в повышенном тоне.
- А мы хотели Мишу убра... -, не договорил Женя, вспомнив то, что это нужно держать в строгом секрете.
И на этих словах у меня внутри рухнула замечательная дружба с Женей.
- Я от тебя такого не ожидал, Женя, - сказал в сильнейшем гневе, - ты такая сволочь, что тебя за такой поступок мало в яму закопать, тебя лучше отдать тиграм на растерзание. Неужели в тебе настолько внедрилась глубочайшая зависть то, что Миша мой самый лучший друг, а не ты? В этой ситуации, ты повёл себя, как безмозглая тварь, хотящая разорвать нашу дружбу с Мишей.
- Да, я знаю, что поступил плохо, но меня от Миши уже тошнит полностью. Я с Артёмом хотели убрать его из мира, но зная то, что ты, недоделанное существо, рано или поздно узнаешь, мы хотели его сейчас убить. Но вы, недоумки любопытные, ворвались в самый ненужный момент, лучше бы вас по дороге машина сбила.
И на этом моменте к нашему так называемому нехорошему диалогу решила присоединиться Анна.
- Женя, я в тебе полностью разочарована. Ты такой гадкий человек, скрывающийся под весёлой маской. А Артём, с какой стати ты пошёл на такое дело? Я конечно всё понимаю, но, чтобы такое сотворить, нужно только прирождённое чувство бесчеловечности.
- Ну и что, я как бы давно хотел избавиться от него. Мне он тоже как-то не особо нравился -, проговорил Артём спокойно, без каких-либо эмоций.
- Артём, ты, как и Женя, бесчувственная мразь, завидующая всему, чему тебе надо. Я вообще не понимаю вас. Зачем такое делать, вам что ли доставляет удовольствие от этого дела?
На эти слова Артём и Женя не ответили и даже не собирались, они после этого все замолчали, тем самым образуя мёртвую тишину. Когда все молчали, то можно было услышать звук протекающей из потолка на пол воды, все ещё смотрели на друг друга, надеясь, что кто-то промолвит хотя бы что-нибудь. Молчание длилось минут пять или восемь, которое явно не вело к добру. Но затем Артём понял, что все находятся в сильнейшем ступоре, и тем самым он резко подбежал к Анне и ударил её, и после этого она потеряла сознание. Женя же быстро схватил Мишу и побежал вместе с ним к выходу. У меня от такого поворота событий потерян дар речи, и Артём, пользуясь этим моментом, ударил меня без каких-либо повторений не в голову, а в ноги и затем побежал за Женей. После такого я упал и ударился об кафель, но затем, не смотря ни на какую боль, встал и привёл Анну в чувства, затем, когда она очнулась, я ей рассказал, что было и он тут же вспомнила, потом я её сказал, что нужно срочно бежать за ними.