Часть 5. Первая ссора.
День начался спокойно, но внутри Форса всё кипело. Вчерашние комментарии фанатов и проделки команды GMMTV не давали ему покоя. Он чувствовал, что теряет контроль, а Бук… казалось, только подливал масла в огонь своей лёгкой, дерзкой улыбкой и мягким прикасанием к его плечу.
— Форс, ты опять такой напряжённый, — тихо сказал Бук, подходя к нему на кухне студии. — Что с тобой?
— Что с тобой? — резко перебил Форс, не удержавшись. — Ты всё время играешь! С фанатами, с камерами, со мной… Это уже не игра, Бук!
Бук вздрогнул, но не отступил. Его глаза были полны обиды и легкой тревоги.
— Я не играю! — сказал он, голос тихий, но уверенный. — Я просто… я хочу быть собой. И хочу, чтобы ты был рядом.
Форс сжал кулаки. Внутри бушевали противоречия: ревность, желание, страх потерять контроль, и одновременно — понимание, что Бук важнее всего.
— Ты не понимаешь! — выкрикнул он. — Когда ты смеёшься перед камерами, когда обнимаешь меня в кадре… Я не знаю, что с этим делать. Я… я боюсь.
— Боишься чего? — Бук приблизился, его лицо было почти на уровне Форса. — Боишься меня?
Форс замер. Он хотел сказать «да», но гордость мешала. Вместо этого он отвернулся, спрятав лицо в ладонях.
— Я… не знаю, чего хочу, — пробормотал он. — Всё слишком быстро, слишком сильно.
— Форс… — Бук положил руку ему на плечо. — Ты можешь бояться, можешь быть строгим, можешь отталкивать меня. Но я останусь. Я буду ждать, пока ты не решишься.
Форс поднял взгляд, и их глаза встретились. В этом взгляде было всё: тревога, желание, обида и одновременно доверие. Он понимал, что Бук держится рядом не потому, что легко, а потому что хочет быть с ним на своих условиях.
— Завтра… завтра мы начнём всё заново, — выдохнул Форс, ещё не осознавая, что этим он признал свою слабость.
Бук улыбнулся. — Я буду рядом.
И хотя ссора оставила горечь, она одновременно стала переломным моментом. Форс впервые понял, что скрывать чувства больше нельзя — и что Бук достоин того, чтобы рискнуть.