⚝ беловолосая пленница Кощея ⚝
ворона все болтала о том Кощее, предостерегала, чтобы не случилось беды, а по окончанию толкования, получив кусок хлеба, вылетела через ту же дверь, которую бережно открыла Розалин, оставляя юную деву в полном одиночестве с её планами и желанием отомстить, завладев сердцем Кощея. дева решила что утром пройдет по селу да поспрашивает у людей, где места в лесу грибные, да чтобы там и ягоды были, дабы не вызвать подозрения. оставив на день грядущий все заботы, подошла к печи, залезая на неё и укладываясь на подушку, сшитую с простыни и набитую гусиным пером, стала размышлять о том, как будет искать терем Кощеев и как с ним бороться, ведь ещё не один молодец бравый не смог с ним справиться, а она чтоль станет первой, кто Кощея одолел? огорчало и то, что доступ к библиотеке есть лишь в дочки графа, что заведовал селом, а так хотелось найти ответы на свои вопросы там.. деву не покидало чувство, что она что-то упускает и с этими мыслями она погрузилась в царствие Морфея, где её ждал чуждый мир сновидений.
свет окутывал большую часть просторного терема, но этого хватило, чтобы девица на печи потянулась, встала с печи и ходя по своему терему, останавливалась то у андра с чистой водицей, дабы умыть личико, далее пройдя по терему и найдя в угру давно стоящий, ещё маменькин сундук, который она забрала со старой, гнилой хижины и заглянув в него открыла своему взору холщовую рубаху, сарафан, что был украшен различными узорами и пару лаптей. не долго думая девица надела на тело свое рубаху, а поверх неё сарафан, причесалась и одевши на ноги лапты взяла небольшую корзинку, накрыв её платком, чтобы вторых лаптей вино не было, закрыла дверь своего терема, направляясь по соседям расспрашивать, как поляну грибную найти, а если отвечали «так нету таких поблизости милочка..» то спрашивала о ягодных и матушка удача дала ей шанс, бабулька, что седела на крыльце рассказала о месте в глубине леса, где ягод целое море, но предупредила, чтобы та до захода солнца вернулась, чтоб не случилось чего плохого. девица обрадовавшись, что достигала желаемого поблагодарила бабулю и дала ей обещание вернуться к вечеру та ещё и с полной корзинкой ягод, двинулась в лесную пущу.
тропинка, о которой бабуля вещала, вела её всё глубже, туда, где лес становился гуще и мрачнее. деревья, древние и величественные, вздымались к небу, сплетая ветви так тесно, что солнечный свет едва пробивался сквозь листву. казалось, сама тишина наблюдала за каждым её шагом, а корни под ногами нарочно пытались спутать дорогу. девица шла осторожно, вслушиваясь в дыхание леса, но вдруг густые заросли расступились и перед ней открылась поляна, будто укрытая тайной, на мягкой траве росли алые ягоды, манящие своей спелостью. их аромат витал в воздухе, сладкий, но чуть терпкий, как обещание - или как предостережение. оглядывая чудесное место, она заметила чуть в стороне узкую тропку, скрытую среди папоротников. сердце кольнуло предчувствием, но любопытство толкнуло вперёд, лес молчал, провожая её в глубь, где, наконец, открылось нечто неожиданное: небольшая хижина, потемневшая от времени, с крышей, заросшей мхом. казалось, что её построили давным-давно и давно же позабыли, но дверь была приоткрыта. затаив дыхание, Розалин толкнула створку, и скрип дерева эхом разнёсся по мрачной тишине. внутри пахло травами и сыростью. обойдя всю хижину девица замерла увидев в одной из небольших комнатушек как в углу, на грубо сколоченной постели, лежал юноша. его волосы, светлые почти до белизны, липли к бледному лбу, а дыхание было прерывистым и слабым, на груди темнели следы крови, запёкшейся и свежей. в этот миг комната будто сжалась вокруг неё — полумрак давил, огонь в очаге давно угас, а в воздухе висело ощущение беды. юная ведьма стояла у порога, понимая: этот незнакомец едва держится за жизнь и именно от неё зависит, останется ли он в мире живых или отправиться в царство Нави. бросив корзинку на пол подбежала к юноше и стала вслушиваться в слабое, почти невесомое дыхание. казалось миг - и тишина леса полностью поглотит его. сердце молодой ведьмы сжалось и она приняла возможно самое правильное в своей жизни решение помочь юноше во что бы то не стало. она склонилась к нему: лицо юноши было бледным, как луна в тумане. Раны на груди выглядели страшно — будто когти дикого зверя оставили свой след, а пальцами она почувствовала жар, недобрый, лихорадочный.
— эй.. ты слышишь меня?.. — прошептала она, но в ответ раздался лишь сдавленный стон.
лес за окном будто ожил. ветви заскребли по крыше, порыв ветра ударил в ставни. было чувство что сама чаща не одобряла её присутствия здесь. в груди девушки вспыхнуло смятение: уйти сейчас - значит оставить его умирать, но остаться - значило принять вызов леса и той силы, что таилась в его глубинах.
она огляделась: на полках хижины стояли глиняные горшки, пучки сухих трав свисали с потолка. все вокруг подсказывало - здесь когда-то жили знахари, девица судорожно искала снадобье, что могло спасти раненого. юнец вдруг пошевелился, его губы едва слышно прошептали что-то неразборчивое. Слово, похожее на имя.. или заклятье. её охватила дрожь: этот незнакомец явно хранил в себе тайну, куда более опасную, чем просто смертельная рана и всё же руки сами тянулись к травам, к воде, к бинтам. она знала - если позволит ему умереть, не простит себе сей грех, потому и стала лечить его, тем что могла найти в комнате. смочив тряпицу найденную на полке в глиняной чаше и осторожно протёрла кровь на его груди. тепло ладоней будто передало частицу её силы, и юноша застонал, слабо дёрнувшись, его веки дрогнули, и наконец он открыл глаза. зрачки были странно светлыми, почти серебристыми, отражавшими отблеск лучиков солнца, что едва попадали в комнатушку сквозь щели крыши. девица невольно отпрянула, но взгляд его был не враждебен - в нём таилась усталость и древняя, почти нечеловеческая боль.
—кто.. ты? — выдохнул он с трудом, голос хрипел, будто каждый звук ранил его изнутри.
— никто.. просто мимо проходила и заметила, что на поляне хижина стоит.. — она едва слышно ответила, боясь нарушить зыбкую границу между жизнью и смертью. — ты ранен.
он попытался приподняться, но тут же рухнул обратно, а губы его скривились в бледной улыбке.
— лес... не пускает чужих, — прошептал он. — но тебя... он пустил. значит.. ты не случайно попала сюда.
девица похолодела, не понимая, что скрывается за этими словами. ветер ударил в хижину, и стены будто застонали, за окном, в непроглядной лестной темени, шевельнулось что-то большее, чем просто зверь.
— а ты кто такой? — прошептала она, сжимая пальцы на краю постели.
он закрыл глаза, словно силы оставили его и только губы его едва заметно двинулись, шепнув:
— Дар... моё имя... Дар.
имя будто растворилось в воздухе, слилось с шелестом ветвей. Розалина повторила его про себя и странное чувство охватило её — словно само произнесение имени связывало их невидимой нитью. Дар открыл глаза чуть шире, и в их серебристой глубине сверкнула искра боли. Он медленно, будто борясь с самим собой, заговорил:
— на меня охотились. те, кто жаждали славы, богатства, бессмертия и даже мести.. я не должен был выжить. они знали, где найти меня, но лес родимый скрыл, пока.. ты не вошла в него.
в этот миг снаружи что-то зашуршало, как если бы тысячи сухих ладоней коснулись стен хижины. ведьма вздрогнула: звук был слишком упорядоченным для простого ветра. Дар закашлялся, кровь выступила на его губах. он стиснул её запястье, слабая, но отчаянная хватка словно вросла в кожу.
— они рядом.. — прошептал он. — леший чувствует их. он.. злится.
в этот момент в окно метнулось чёрное движение, и тени деревьев стали гуще, будто сами стволы сдвинулись ближе к хижине.
— если они найдут меня, найдут и тебя, — продолжил Дар, голос его ломался. — но ты ведь простая девка, забравшая в лес, а они могут посчитать тебя ведьмой, раз ты меня нашла..
она смотрела на него, сердце колотилось так, что казалось — его стук услышит вся чаща. тьма, что сотворилась деревьями за стенами терема давила, словно готовая в любой миг ворваться внутрь. сквозь приоткрытое окно донёсся глухой треск ветки.. слишком тяжёлый, чтобы его сделал зверь. юная ведьма затаила дыхание. за ним последовал второй, третий.. голоса. шёпот, грубые окрики, шаги по сухой листве. хижину окружали. Дар судорожно вдохнул, глаза его сверкнули серебром.
— они пришли. не выходи.. чтобы ни случилось... не выходи, — прошептал он, сжимая её руку.
в следующую секунду лес ожил. ветки заскрипели, словно щиты, наклонились к хижине, заслоняя её от глаз. мох на крыше вспух, рассыпаясь пылью, и запах сырости стал пронзительно густым - будто сама чаща поднялась в оборону.
— найдите его! — гулко раздался голос снаружи. — лес прячет, но мы выжжем его до корней!
словно в ответ, огромный дуб у стены резко встряхнул ветвями: сучья сорвались вниз, обрушившись на землю. раздался крик — один из людей был сбит и откинут в сторону. другие попытались подступить ближе, но корни вдруг начали шевелиться, поднимаясь, словно змеи, и путали их ноги.
Розалина стояла у изголовья, сердце её билось так громко, что казалось — те люди услышат.. она видела, как в щели двери пробиваются алые всполохи факелов. Лес шипел и стонал, обвивая их ветвями, но люди были настойчивы, рвались вперёд, к хижине. Дар, бледный и истощённый, прошептал:
— лес древний, могучий, но его сила на исходе.. он никого не слушает.. может ты позовешь его? возможно он тебя услышит..
её пальцы сжались. она не знала многих заклинаний и древних слов, но ощущала — лес и правда смотрит на неё, ждёт. снаружи затрещали факелы, и в дверь ударили плечом. стены дрогнули, а ветви деревьев вдруг зашумели, словно буря поднялась ниоткуда. дверь задрожала от удара, доски затрещали, и в щели ворвался свет факелов. Розалина инстинктивно выставила руки вперёд, словно пытаясь заслонить Дарa и саму себя. В этот миг тишина хижины наполнилась гулом — сердце леса билось в унисон с её сердцем. ветви за окнами взревели, ломаясь и падая на людей. один из них закричал, когда корни обвились вокруг его ног, затягивая в землю. лес гневался, но врагов было много, их голоса становились ближе, злее. Дар прошептал слабеющим голосом:
— зови его.. позови лес и он услышит тебя..
она стиснула зубы, вскинула взгляд к потолку, к тяжёлым теням ветвей и словно откликаясь на её отчаянный крик души, лес ответил. ветви заскрежетали, ветра закрутились вихрями, темнота стала стеной, но в тот же миг, внутри неё самой что-то вспыхнуло. жар. сначала лёгкий, как искра в груди, потом всё сильнее, пока пальцы не охватило тепло, будто там рождалось пламя. юная ведьма в ужасе и восхищении глянула на ладони: они сияли огнём.. не от факелов людей, а её собственным.
— огонь... — Дар смотрел на неё расширенными глазами, его голос был хриплым, но восторженным. — лес признал тебя... и огонь тоже. ты — связующая нить..
дверь снова треснула. люди ворвались внутрь, подняв оружие. их лица исказила ненависть, один рванулся к ней, но девица, не думая, вскинула руку. из ладони вырвался огненный поток, хлестнув в пол и взметнув пламя стеной. мужик закричал, отшатнулся, отбросив факел. хижина озарилась диким светом. лес за окнами завыл, ветви захлестнули бегущих, и в этом хаосе она поняла: теперь сила принадлежит ей — и она может не только защищать, но и уничтожать. пламя взвилось до потолка, языки огня бешено плясали, облизывая стены, но дерево не сгоралo — оно лишь светилось в кроваво-оранжевых отблесках, как если бы лес сдерживал стихию, не давая ей пожрать всё вокруг. дева застыла, глядя на собственные ладони, от которых ещё тянулись тонкие нити жара. сердце её колотилось в груди так сильно, что воздух казался горьким.
— я.. что я сделала?.. — прошептала она, словно сама боялась услышать свой голос.
Дар с трудом приподнялся на локте, его глаза, серебристые и чуждые, отражали отблеск её огня, но в них не было страха. только знание.
— ты пробудила то, что всегда жило в тебе, — сказал он, и голос его звучал уверенно, хоть тело предательски дрожало. — лес дал тебе право звать его, но огонь.. он твой дар. это твоя кровь. твое предназначение.
она отступила к стене, прижимая руки к груди, будто могла спрятать в них огонь, потушить его, но пламя не исчезало — оно пульсировало в такт её сердцу.
— но я могла убить их.. и сжечь всё вокруг! — в её голосе дрогнула паника.
— могла, — тихо согласился Дар. — но не сделала. огонь слушает тебя. он боится только одного - тех, кто боится сам себя.
снаружи воцарилась тишина. те, кто пытался ворваться, отступили, отпугнутые бушующей силой. лес успокоился, ветви опустились, лишь ветер кружил остатки пепла от упавших факелов. девица стояла в полумраке, освещённая собственным пламенем, и чувствовала, как от её дыхания вспыхивают крошечные искры. мир изменился. она больше не была просто странницей, случайно забредшей в чащу, она теперь ведьма, что владеет огнем. Дар закрыл глаза, слабо улыбнувшись:
— теперь я понимаю.. почему лес пустил тебя. он ждал хозяйку огня.
её дыхание стало рваным. пламя что было на ладонях не утихало — наоборот, жило своей жизнью, искры срывались с пальцев, падали на пол и гасли, оставляя запах гари. она смотрела на это с ужасом, будто в её руках оказалось оружие, которое она не в силах держать.
— это не дар... это проклятие... — выдохнула она, чувствуя, как к горлу подступает тяжёлый ком. — если я не смогу остановиться... я спалю всё. и тебя, и лес..
Дар открыл глаза и всмотрелся в неё, словно хотел увидеть глубже самой плоти - в самую душу. его голос звучал глухо, но твёрдо:
— всё в мире имеет цену. сила никогда не приходит просто так. огонь берёт за то, что защищает. он не слушает слабых. но ты выстояла. ты удержала его.
она тряхнула головой, но в сердце пульсировала мысль: а если в следующий раз не смогу?
снаружи вновь прошёлестели шаги, далёкие, но угрожающие. люди не ушли окончательно — они просто ждали момента. ведьма стиснула руки, и огонь наконец начал угасать, оставив лишь слабое свечение в прожилках её кожи.
— но почему я? — спросила она почти шёпотом. — почему не кто-то другой?
Дар закрыл глаза, дыхание его стало прерывистым, но прежде чем силы окончательно покинули его, он произнёс:
— потому что ты - огонь, который ждал времени пробудиться и если ты отвернёшься от него.. он обратится против тебя.
эти слова ударили в самое сердце. Розалина вдруг поняла: её новая сила - это не просто оружие. это цепь. если примет её, придётся жить с огнём в крови, всегда рискуя потерять контроль. если отвергнет - огонь сам станет её недругом и в этой страшной тишине, наполненной треском угасшего пламени и дыханием раненого Дарa, девушка осознала: её жизнь уже не принадлежит только ей.
𐙚 ⸻ 𝐭𝐨 𝐛𝐞 𝐜𝐨𝐧𝐭𝐢𝐧𝐮𝐞𝐝 ⸻ ༄