Пресвятая Стервозность||Артём Краснов

     Следующий день был пасмурным по погоде, от того и по настроению. Я провела его в мыслях. Их было много, но подавляющее большинство грустных воспоминаний. Начала я с детства, которое, признаться честно, у меня было нелегким. В Греции я родилась и жила до десяти лет, потом мы семьей переехали в Россию. Нелюбовь к социуму у меня взялась из подросткового возраста, хотя сейчас я стремлюсь к исправлению. В годы своего взросления я не ходила гулять, а лишь получала ремня за каждую провинность. Мама у меня была до ужаса строгая. Папа, однако, мягче. Старался выяснять всё на словах. Общаться со сверстниками я не умела. Не понимала их разговоров и игр. Жила в своем мире. В четырнадцать мои глаза на поведения матери открылись. Если раньше я думала, что это норма и так происходит в семье каждого, то именно тогда я поняла, что мое мнение было ошибочным. Я стала перечить, за что получала только больше. Вскоре мама умерла, папа нашел себе новую жену, которая относилась ко мне снисходительнее. А папа же наоборот, стал меня отчитываться за каждый неправильный взгляд в его сторону. Именно его пассия, не родная мне женщина, начала меня воспитывать. Я очень жалею, что тогда этого не понимала и напрочь отказывалась от её советов. Лишь через несколько лет я поняла, что она была во всем права. В возрасте шестнадцати лет началась эпоха саморазвития. Я читала книги, много книг. Благодаря им не только воспитала свою речь, но и себя. Правда, получилось плоховато. Стала ненавидеть людей даже за их присутствие, завышать свою «планку» и слишком восхвалять себя, ища изъяны только в других.
Эзотерикой начала заниматься в пятнадцать. Взрослые близкие этого не знали. Я шлялась по кладбищам и заброшенным церквям без продыху, говоря, что гуляю в парках. Находила старые гримуары, копила ежемесячные деньги от родителей и покупала эти ценные книги. Училась культуре оккультизма и ритуалистике. Вышло не худо. В восемнадцать я переехала в собственностью квартиру. Пошла учиться в институт историковедения. В тайне ото всех подала заявку на битву. По наставлению знакомых. Родители узнали только тогда, когда я позвала их на финал за меня поболеть. Даже когда мы гуляли вместе, а ко мне подбегали сфотографироваться (пусть это было и редко), а родители не понимали почему это происходит. Я говорила, что просто снялась в рекламе от нашего института. Свой сезон я выиграла, обойдя нашего «краша» Тимофея Руденко. До сих пор помню своих соперников. Меня они не возлюбили с самого начала. После финала родители стали посмотрели мой сезон, а позже сказали, что я была недостойна первого места.
Да и в целом так. Я не нравлюсь людям. Друзей у меня не было никогда, отношения не получались. Там очень много тяжелого. Даже не хочу вспоминать. А ведь мне всегда хотелось тепла, надежного плеча рядом, поддержки и любви. Как бы я хотела видеть желанного человека каждое утро, просыпаясь, и каждую ночь, засыпая. С моим характером у меня никогда никого не будет. Кажется, я даже смерилась. Сейчас у меня хотя бы нет особых загонов по поводу внешности. В девятнадцать лет, после единственных отношений, я долго отходила от голодовки. Вместе с весом часто теряла и сознание. Регулярно лежала в больницах. Сегодня всё-таки не считаю себя идеальной: всё же я не с фигурой мечты. Может это старая травма, а может из-за того, что не нашелся человек, который бы обнял и сказал, что я шикарна, пускай только для него.
На самом деле, в одиночестве жить тяжело. Справляться со всеми трудностями одной практический невозможно. Поэтому это отпечатывается на психике. Терапией может быть только суточные гляделки с потолком и стенкой, курение на балконе или холодный, до боли в зубах, кофе. А как же я начала курить? Всё время думала, что никогда не возьмусь за сигарету или алкоголь. Сейчас же выпиваю по праздникам, а с сигарет не слезаю вовсе. Причиной чрезмерного курения стали пошатнувшиеся нервы. В двадцать лет был период, который оказался особенно сложным. Я не ела, не пила, не выходила из дома неделями. Потом всё-таки встала, делала всё дела и вновь ложилась на неделю. А продлилось это четыре месяца. Это отвратительно! То, что тогда со мной случилось я не могу вспомнить без слез. Я пережила ужас со стороны бывшего молодого человека. И даже не смотря на то, что с момента нашего расставания прошел уже целый год, я столкнулась со сталкингом. Он и его друзья сторожили меня около дома и ходили за мной везде. Самым страшным было, когда ко мне на балкон третьего этажа забрались три здоровых мужика. Мой бывший просто говорил мне гадости, попутно всё снимая. Его друг лапал меня за всевозможные места. А третий стоял с поднятой над моей головой рукой сжатой в кулаке. Как сейчас помню все эти чувства!
Ну, вот опять плачу! Да, я выгляжу так, будто меня моя сегодняшняя жизнь устраивает, но в глубине души я мечтаю о простом счастье. Кажется, я никогда не узнаю, что это такое. Доверять мужчинам в их романтическом посыле мне теперь сложно и страшно. А если этот кошмар снова повториться? Что тогда? Это я уж точно не переживу. Да и факторов слишком много. Во-первых, я не могу пережить свое прошлое. Во-вторых, кому захочется девушку, у которой в норме прогулки по кладбищу? В-третьих, я не красавица, кому такая понравится?
Все гнусные мысли я решила направить куда-нибудь в другое направление. Решила, что подумать о оценках, которые я узнаю уже завтра, было бы интересно. Правда, о оценках речь и не пошла. Почему-то я стала думать о Артеме. Интересно, как он там. Надеюсь, идет на поправку. Это странно. Странно, что я так забочусь и волнуюсь. После всего, что я перешила ранее... но он, кажется, неплохой. Всё же я рассматриваю его как друга. С отношениями не хочу связываться вообще. Хотя, он умный и симпатичный. В подростком возрасте, о таком я и мечтала. Да и сейчас... что я несу? А почему он ко мне так относится? Он увидел во мне человека или ему хочется выпить моей крови вместе с моими талантами и способностями? Хотелось, что бы меня не предавали хотя бы в дружбе. Я резко встала со стула, вышла из балкона, взяла духи Артёма с полки. Снова стоя на балконе, я открыла колпачок, насладилась ароматом, вдыхая, и побрызгалась. Отчетливо слышно запах виски, табака и вишни. Пробегают нотки кофе, шоколада, сырости. И лишь «шепотом» слышны мята и ликер. Неужели я вызываю такие грациозные ассоциации. Нужно будет позже спросить на что он опирался при из создании. В любом случаем мы очень скоро увидимся. Осталась лишь ночь и мы с ним снова поговорим, я знаю про его самочувствие, про духи и впаду в обсуждение других тем. Почему я хочу с ним разговаривать? Я ненавижу людей. Почему к нему у меня другое отношение? Из мыслей меня выбило сообщение в телеграмме от Артёма:
—привет, Алекта! Мне завтра за тобой заезжать?—написал Краснов. Я почти без раздумий ответила:
—привет. Нет, не нужно. Встретимся в готическом зале
На самом деле, я даже не знаю почему сказала именно так. Я бы хотела его увидеть раньше, чем в гримерке, дабы убедиться, что с его самочувствием всё хорошо. Может, я не захотела, чтобы он лишний раз напрягал себя, заезжая за мной. А если вдруг у него снова будет кружиться голова. Ладно. Пожалуй, хватит на сегодня раздумий.
    На утро я проснулась с хорошим настроением. Быстро сделав домашнюю рутину, начала собираться на съемки. Сегодня я буду в атласных широких брюках и приталенном пиджаке с широкими и строгими плечами. На ноги я обула лакированные туфли на каблуке. Всё это было в черном цвете. Последним штрихом был парфюм Краснова. Я заказала такси, а через полчаса я уже стояла на пороге особняка. Как только я зашла в гримерку, увидела Артёма. Я сразу же улыбнулась ему и сказала «привет». Он встал со стула, помог снять мне тренч, повесил его на вешалку. Я сразу повернулась к нему и сказала:
—как ты себя чувствуешь?—надеюсь, в моем голосе не слышно волнения
—голова не кружилась вчера и сегодня,—ответил Артём
—ну, нос заложен. Это я слышу. горло как?—спросила я
—нормально. Редко кашляю
—понятно... а ты не спал что-ли?—спросила я дотронувшись до его небольшого синяка под глазом. Краснов отвел глаза на мою руку, я сразу же убрала руку и тихо проговорила,—прости.
—ничего,—ответил вампир, мягко улыбнувшись,—не буду врать, всё равно узнаешь. Не спал
—почему? Ты болеешь. Я тебе говорила надо больше отдыхать, спать,—я немного злилась. Стараюсь ему помощь, а он не слушает мои советы,—ты может ещё чай сладкий не пил?
—пил.
—ладно, поверю,—ответила я, прищурившись.
   Мы сели вместе, он посмотрел на меня и заулыбался. Я нахмурилась, не понимая повода для счастья:
—что?—спросила я с недоумением
—ты пользуешься моим парфюмом?—задал вопрос Артём.
—да. Мне очень нравится аромат. Кстати, хотела спросить, почему именно такие сочетания?
—а что ты там услышала?
—кофе, шоколад, табак вишня,—ответила я, потом ещё немного подумала и добавила,—ликер, сырость
—тебе даже ликер удалось услышать.
—да. Так почему именно такие запахи?
—ну, кофе потому что ты, кажется, его любишь,—начал Артём. Он почему-то застеснялся, но всё же продолжал,—вишня потому что ты пользовалась том фордом с вишней
—откуда ты знаешь?—прервала я спич Артёма вопросом
—услышал на прошлый съемках. Сырость со свежестью и мята  потому что ты всегда за собой следишь и ухаживаешь. Шоколад потому что у тебя невероятно красивые карим глаза,—я улыбнулась и сняла очки, а вампир продолжил,—табак потому что ты куришь. Там ещё есть виски. Это потому что ты целеустремленная, а из внешних факторов очень утонченная и грациозная.
—спасибо,—стесняясь сказала я. Эти слова меня засмущали
Экстрасенсы приходили, и через час съемки уже начались. Сначала мы отсняли оценки телезрителей прошлой тройке, затем проходку. Дали время, что ты каждый переоделся. В это раз я была в черном боди с кружевным вырезом на тонких лямках и в белой шелковой длинной юбке. Туфли на мне были те же. Немного подумав, решила добавить белые шелковые перчатки. Как только я вышла ко мне подошел вампир, который к этому моменту уже переоделся. Он сказал:
—ты шикарна,—его глаза начали бегать по моим глазам от одного к другому. Всё это он сопровождал улыбкой какого-то восхищения
—спасибо, ты тоже невероятен,—ответила я с дотронулась его согнутой в локте руки
—такую девушку я просто обязан сегодня подвести,—широко улыбнувшись, сказал он. Прямо говоря о своем предложении довести меня домой
—ты болеешь. Тебе нужно домой, отдыхать. Я ты по городу собрался разъезжать
—мне не трудно. Тем более я иду на поправку. это, кстати, благодаря тебе, Лекта,—мои глаза на «Лекта» резко вернулись к ему
—я волнуюсь, понимаешь?—спросила я
—не нужно. Всё правда хорошо. Если у тебя какие-то дела, так и скажи
—нет никаких дел. Просто не хотела тебя утруждать
—тогда я всё-таки настаиваю
—ну, хорошо
—не убегай после съемок,—он как будто был рад.
Начались съемки выставления оценок. По традиции Марат со всеми поздоровался и сразу после представил нашу тройку.
—как думаете, что получите от наблюдателей?
—надеюсь на джекпот мне и Артему,—ответила я
—а Ольге?
—ну, у неё была другая версия. Я не в коем случае не говорю, что она слаба, но просто в этом испытании мы показали себя лучше
—хорошо. А что думает Артём?—обратился Марат к вампиру
—у Лекты джекпот,—он сделал паузы. Опять назвал меня лектой...—у меня чуть меньше, Ольга на третьем
—я вас понял,—ответил Марат и нам начали показывать оценки. У Ольги было восемь и три; у меня десять; у Артёма девять и пять. Сразу же началось выставление оценок от экстрасенсов. Начали с Ольги. Это было не очень мне интересно. Следующим показали Краснова.
—если бы не Ро, не справился. Не понятно чего ушел. Особо ничего там не было такого, чтобы обижаться,—сказал Влад, держа в руках пятерку на черном фоне
—я считаю, что нельзя было показывать свои эмоции, но всё же дал им волю,—Артём погрустнел. Думаю, не из-за низкой оценки, скорее от воспоминаний,—я вообще считаю, что человек не должен показывать своих истинных эмоций
—ты отстоял двадцать четвертый сезон, улыбался, был грустный, отстоял здесь четыре серии, и сейчас говоришь, что вот, твою душу изнасиловали,—ответил на это череватый. Конечно, Влад плохо относиться к Артему, но так топить тоже не очень.
—Влад, он не про это. Не было там никакого «душу изнасиловали». Думаю, он имел ввиду, что не стоит быть уязвимым и показывать свои слабые места,—я обратилась к артему,—я права?
—да.
Наконец, экстрасенсы достали мою фотографию. Виктория и Влад, поставили девять, Саша и Олег восемь, а Ангелина и Соня десять. Начала Виктория:
—мне кажется, что ты сама могла сделать эти ритуалы.
—конечно, могла,—ввязался Череватый,—Краснову зачем-то помогала,—этот момент я проигнорировала.
Позже съемки закончились. Нас позвали на проходку. Получилось ее снять почти сразу. Все направились в гримерку за вещами. За мной тут же пошел вампир. Мы быстро вышли из гримерки. Он открыл мне дверь в свою машину. Мы ехали в тишине до того момента, как я её прервала:
—зайди ко мне. Я сделаю тебе чай, чтобы ты дома пил.
—не стоит,—ответил Артём уверенно
—стоит. Тебе нужно лечиться.
—я итак пью чай дома,—вдруг ему просто ненужна моя помощь.
—это будет другой. Должна же я как-то тебя отблагодарить
—за что?
—за духи, за то, что подвозишь,—начал я,—и вообще, отказ не принимается.
—хорошо, уговорила.
Через двадцать минут ты были уже дома. Помыв руки, мы пошли на кухню. Я начала заваривать чай Артему, как почувствовала его взгляд на мне. «Присаживайся, не стой,»—сказала я, но Краснов не спешил садиться. Тогда я повернулась в его сторону и увидела, что он немного побледнел. Ещё мне показалось, что его пошатывало. Я тут же подошла к нему, взяла его под локоть и направила к себе в комнату. Шли мы медленно.
—а говорил голова не кружится,—сказала тихо я
—до этого не кружилась,—ответил также шепотом Артём и взялся рукой за голову
—тише, тише,—остановила его я
Мы зашли в комнату. Я помогла вампиру лечь на мою кровать. Сама пошла за холодной водой. Вернувшись уже со стаканом воды, приподняла голову Артёма и стала помогать ему попить. Когда он выпил, я хотела отнести стакан на кухню, но меня остановила холодная рука. «Останься, пожалуйста,»—усталым шепотом проговорил он. Я лишь послушно села к нему и взяла его руку в свою.
—а я говорила, что нужно отдыхать почаще и спать побольше,—будто выговор строго озвучила я
—прости, что ослушался.
—да что прощения у меня просить? У своего здоровья попроси. Почему ты не спал?
—честно?—Артема как будто не хотел, чтобы я знала правду
—конечно
—я смотрел твой сезон,—глаза Краснова опустились в пол.
—ты с ума сошел? И зачем ты его смотрел ночью? Другого времени нет?
—любовался тобой и твоей работой
—долюбовался? Теперь плохо себя чувствуешь. Я же волнуюсь за тебя, за твое самочувствие,—заметно погрустнела я. Нежно провела по руке Артёма и встала с кровати.
—ты куда?
—чай тебе обещала.
—ну, посиди ещё...Пожалуйста,—вампир сделал неловкую паузу и продолжил,—рядом с тобой я чувствую себя лучше.
—хорошо,—ответила я, снова садясь. Опять начала поглаживать его по руке,—тебе нужно поспать. Немного поспи у меня.
—а домой?
—Потом поедешь. Правда я немного боюсь тебя ночью домой отправлять. Я что-нибудь придумаю, ты засыпай
—ты тоже устала на съемках. А я тут буду спать
—и что? Я же не болею
—Лекта, я так не могу
—можешь. Послушай меня хотя бы сейчас
Так мы просидели ещё немного в тишине. Я вдруг сказала:
—почему именно «Лекта»?
—не знаю. тебе не нравится?—задал встречный вопрос Артём, сражу же переведя свой взгляд на меня
—нравиться. Просто меня так почти никто и не называл,—ответила я
—тогда я буду называть,—сказал он и устало посмотрел на меня, мягко улыбнувшись краем губ
—хорошо,—тут же его рука аккуратно дотронулась моей коленки. Не предавая этому значения, сказала,—засыпай,— Я нежно провела по его плечу рукой и встала с кровати. Сразу же вернулась на кухню. Заварила чай и перелила его в термос. Артём, кажется, спал. Я же на балконе курила и думала, как же ему добраться домой. Уже около одиннадцати часов вечера я пошла его будить. Подойдя к нему, дотронулась его ладони и сказала:
—вставай. Я закажу тебе такси. Машину завтра заберешь.
—нет, нет, я сам доеду,—ответил он
—ночью с таким состоянием?
—всё правда нормально.
—ну, смотри... пойдем тогда
Выйдя из комнаты, я повела его к двери. Отдала термос с чаем. Он обнимать не хотел, так как думал, что заразит меня. Мы просто попрощались, я также сказал ему, чтобы он позвонил, когда доберется до дома. Артём ушел. Я наконец переоделась в пижаму. Села на кровать с книжкой в руках, предварительно положив телефон рядом и включив на нем звук. Только через сорок минут мне позвонили.
—я дома,—сказал Артём
—как себя в дороге чувствовал?
—хорошо. Я забыл тебе за чай сказать спасибо... прости. Спасибо большое за заботу, Лекта
—мне не трудно. Всё, ложись спать,—со строгостью сказала я
—я уже выспался у тебя
—я сказала, ложись спать. Спокойной ночи
—хорошо. Спасибо, и тебе.
Я сбросила трубку. Вышла на балкон. Только теперь без сигареты. Просто смотрела на ночную Москву и думала. Почему я чувствую волнение за Артёма? Кто он мне такой? Почему я, почти не задумываясь, приглашаю его домой? Мне нравится его характер, методы работы. А как мужчина он мне нравится? Зачем я вообще об этом думаю? Мне не нужны отношения. Или я из просто боюсь? Но это не так важно. Я не могу. Просто не могу. Не могу снова окунуться в этот ужас. Мужчины все одинаковые. Что он, что мой бывший. Зачем я вообще рассматриваю Артёма, как мужчины для отношений? Он просто, если его так можно всё-таки назвать, друг. Кажется, мы просто общаемся. Но как тогда объяснить, что мне хочется ему всячески помочь. Будь мы на съемках, будь мы за их пределами. Я всегда стараюсь его поддержать. Мне он интересен, как человек. С ним не трудно завести разговоры, любой из которых он с радостью поддержит. Он часто стесняется. Это иногда, а может быть и часто, забавляет. Мне нравится, как он говорит. У него очень грамотная и невероятно начитанная речь. Читает он хороший вкус. Если та книга, которую он читал в самолете, ему понравилось, то у нас похожие вкусы в литературе. Герман Гессе-«Демиан» у меня тоже есть. Одна из моих любимых книг. Именно благодаря ей я поняла, что люблю классические романы. Артём мне импонирует и своими ценностями. Лично я тоже считаю, что причину действительно истинных эмоций могут знать только самые близкие тебе люди. Он почитает свою семью. Это тоже здорово! Ещё он старателен, умен, целеустремлен, многогранен, интересен. Я бы хотела видеться и разговаривать с ним чаще. Мне кажется, что мне нужно больше стараться с ним разговаривать. Чаще всего наши разговоры заводит он. Надеюсь, он похожего мнения обо мне. Ладно. Пожалуй, всё-таки пойду спать. Вернувшись в комнату, я легла на диван, закаталась в одеяло и уснула.
    На следующее утро я проснулась как ни в чем не бывало. Надеюсь, конечно, что Краснов всё же послушал меня и спал ночью. На часах уже полдень. Я сделала все утренние дела и собралась готовить себе еду на обед и ужин. Как только я достала нужные продукты из холодильника, меня прервал звонок в дверь. Не теряя ни секунды, я подошла к глазку, посмотрела в него и увидела совсем незнакомого мне человека. Тут же услышала: «доставка». Сразу открыла дверь, мужчина протянул мне огромный и тяжелый подарочный пакет.
—это от кого?—спросила я, находясь в полном недоумении
—отправитель остался анонимным.
—ясно. Спасибо большое. До свидания
—до свидания, хорошего дня
—и вам.
Я закрыла дверь и сразу же начала рассматривать пакет. Это была связка книг. Осмотрев её со всех сторон я увидела открытку. Обычный листок с надписью: «Самой сильной и лучшей ведьме, самой красивой, умной и заботливой девушке, Лекте». Стало сразу ясно от кого это. Я набрала номер Артёма, попутно развязывая связку книг.
—привет, Артём,—сказала я, как только он снял трубку
—привет,—ответил он
—как самочувствие?—спросила я
—всё хорошо
—ты давно встал?
—нет, недавно. Час назад. Только поел
—а когда книги мне заказать успел?
—пришли уже?
—пришли.
—а, ну, может я не буду говорить?
—это ещё почему?
—ты будешь ругать,—ответил он, и мне стало ясно почему
—ты заказал их ночью?
—да.
—ты хотя бы спал?
—да, спал
—ладно, надеюсь выспался... спасибо большое. Мне очень приятно.
—не за что. Я боялся, что тебе не понравится
—нет, нет. Очень хорошие книги.
—я рад.
—чай очень вкусный. Спасибо.
—не за что, выздоравливай главное.
—слушай... может погуляем сегодня?—предложил Артём
—обязательно погуляем, но не сегодня. Сегодня лечись. Вот вылечишься и пойдем,—я старалась говорить нежнее, чтобы он не подумал, что я просто не хочу и не обиделся
—ладно, ловлю на слове. Может быть тогда вечером пообщаемся.
—я напишу в семь
—хорошо,—даже через телефон было понятно, что Артём обрадовался,—пока тогда
—до вечера,—я сделала паузу и сказала,—тём,—но Артём уже отключился.
    В семь я как и обещала ему написала. Мы переписывалась около двух часов. Я узнала много нового про него. Он доверил мне ещё несколько историй. Рассказывал о своем детстве. Та тема, на которую я ему ответный рассказ не дала. Думаю, если я ему расскажу историю своего детства, он подумает, что мне нужно от него только поддержка, что не могу справиться с травмами сама. Он мне рассказывал про свою семью. Здесь я тоже ничего не говорила ему. Лишь думала, что ему очень повезло с родителями. Мы поделились с друг другом мнениями о участниках наших сезон битвы экстрасенсов. Я рассказала ему, что считаю Тимофея Руденко и Юлия Котова самыми высокомерными людьми. Он назвал таким Левина. Но объяснил, что в битве сильнейших он, благо, себя так не ведет. Был и разговор о соперниках в битве сильнейших. Тем мы обсуждали много и долго. Часто шутили. Под конец разговора он стал время от времени зевать, на что я ему почти приказала спать. Там наш разговор был закончен. И снова балкон, но в руках теперь не сигарета, а одна из его книг. Читала я около полутора часа. Так сильно меня затянуло в сюжет. Я поняла, что читает он очень интересную литературу. Уже в одиннадцать вечера я лежала в постели и листала нашу переписку. Снова улыбалась от шуток, снова задумывалась над его рассказами. В полночь мои глаза закрывались. Я отложила телефон и уснула.