Пресвятая Стервозность||Артём Краснов

Сегодня у меня съемки. Я невероятно рад, что попал на проект битва сильнейших. Я еще не знаю, кем будут мои соперники, но догадываться определенно могу. Ехать мне пришлось по пробкам, потому что я попал в час пик. Многие едут с работы, чем и создают ужасно огромные столпотворения из машин. Еле-как я всё-таки добрался до места съемок. Готический зал–место, где я, наверное, испытал уже всё эмоции:грусть, радость, злость, удивление, предвкушение, страх и еще очень и очень много других. Через несколько шагов, я оказался в гримерке. Почти сразу ко мне подошла Виктория Райдос:
—Артём,—начала с обращения ко мне она,—представься для Алекты.
   Перед собой я увидел восхитительную девушку двадцати пяти лет. Это победительница 19 сезона битвы экстрасенсов, изумительная кровавая ведьма, за работой которой можно было наблюдать часами, не отрывая глаз.
—пришла на битву, не узнав про соперников?—немного ухмыляясь, сказал я. Конечно, Алекта мне ужасно нравилась в её сезоне, но нужно же показать свою недоступность и тотальное пренебрежение к противнику.
—да что ж, такая честь. таких героев, как вы, нужно знать в лицо!—недолго думая ответила она. Этот сладкий голос прямо бальзам на душу. Невероятный тембер, который так и хочется слушать. Непоколебимый сарказм. А этот характер. Я думаю, нам будет очень сложно найти общий язык.
—а вы, я посмотрю, стерва,—съзвил я, дабы посмотреть на её реакцию. Только истинная стерва не признает свою стервозность, как-нибудь обыграв это
—я не стерва, это просто я,—всё-таки она шикарна. Я не перестаю восхищаться ей. Просто немыслимо. Мне с ней еще бороться за звание сильнейшего экстрасенса.
—стерва,—ответил я, широко улыбаясь. Думал, что смогу этим поставить точку, но в глазах этой чертовски красивой девушки читалось, что заготовка у нее еще есть.
—я не стерва, я святая,—как же широко она улыбнулась мне. Признаться честно, это сводит меня с ума. Читающая значит. «Источник»-
Айны Рэнд–потрясающий выбор. Даже чем-то про нее
   Представляться я всё же не стал, но Виктория Райдос сама рассказала Ро про меня.
—хах, вампир? похоже каналы перепутал,—намекая на мое псевдобезумство, сказала она
—как остроумно,—немного сарказма в наш разговор не помещает. Она, кажется, любительница таких язв. Она немного пощурилась и ответила:
—мою остроумность не отнимешь никак. это не талант, это генетика,—действительно, именно на этом моменте нашей беседы, я понял, что она очень остроумна. Кажется, в этом у меня появляется серьезный конкурент
—как смешно,—снова с сарказмом говорю я. В самом деле, я не знаю, что ответить, чтобы переплюнуть её фразу. Даже через несколько минут, я так и не додумался, что бы мог сказать.
Мои мысли прервал редактор, который позвал нас на съемки. Перед выходом, каждому повесели петлички. Всё время, я не мог удержать свою взгляд на ком-то или чем-то, кроме Алекты. Мне показалось, что она не видит мой и без того бесстыжий взгляд. Всех звали по очереди. Через какое-то время остались только я и Алекта. Свои глаза я так и не смог направить куда-то кроме нее. Наконец, меня позвали, а через пару минут, в зал зашла и она, прекрасная ведьма. В готическом зале началось обсуждение всех здесь стоящих и свои ожидания от сезона. В последнее время такие разговоры я полюбил, от этого и принял участие. Говорили все, кроме Ро. Она стояла, сохраняя безумную невозмутимость, не смотря на то, что ее имя упоминали ни один раз. Тут я решил стать заводилой:
—а почему наша кровавая ведьма молчит? Что, без крови ничего не чувствуешь?—вот же черт тянул меня сказать. А я жду её ответа так, будто не догадываюсь, что она мне сейчас скажет
—да, естественно, я же не вампир, который забирает у людей таланты,—самодовольно ответила она, взяв фразу про таланты в кавычки. Отвечать я на это не стал. Не потому что решил сделать вид, что она выиграла меня в этой словесной перепалке, а потому что я действительно не придумал, что ей нужно ответить. Она всё-таки выиграла у меня этот раунд.
   После еще пару завистливых обсуждений съемки готического зала были закончены, но предстояла еще проходка. Каждому дали черную мантию. Всего несколько дублей ушло на съемку вдоль особняка и по лестнице, и, наконец, можно было не только снять с себя черную шелковую ткань, но и вовсе уехать, что, собственно, каждый незамедлительно сделал. Я видел, что Алекта заказывает такси, поэтому решил, предложить ей проехаться со мной:
—что, кровавая ведьма, подкинуть тебя может?—сказал я ей, как только подъехал поближе к ней на своей машине
—чтобы я села в машину к какому-то вампиру, да не в жизни!—уж очень эмоционально она это сказала. выглядело это так, будто бы я начинаю её раздражать. Хотя, наверняка, так и есть. Странно, что я еще держу эту мысль под сомнением.
—слишком наиграно. Не хочешь, как хочешь,—сказал я, и не дождавшись следующего ответа, уехал.
   До моей квартиры ехать не так мало километров, поэтому под атмосферную вечернюю Москву у меня еще куча времени подумать. А думать я собрался о ней. Почему она так не хочет найти со мной общий язык. А, боже, так это я первый проигнорировал её присутствие. Потом еще пялился, будто она не поняла, что на нее. А моя съязвленная речь в её сторону, что это было? Зачем я так по-хамски с ней разговаривал? Ну, отличное знакомство. Я просто огромный молодец. Вылил всю свою невоспитанность за раз в первый же день знакомства. И зачем после этого думать, почему она отвечает мне таким же негативом. Но всё-таки она невероятна хороша собой. Утонченна, в меру сдержанна, начитанна. Идеальная женщина. Таких не так уж и много. Если она мне нравится, то нужно не медлить, а действовать. Но я слишком мало о ней знаю. Я смотрел её сезон отрывками. Знаю только её имя, фамилию, примерный возраст, внешность и способ эзотерической работы. Да уж, я «отлично осведомлен». Ну, с такой информацией работать невозможно. Ни её номера телефона, ни адреса у меня нет. Да, я даже характер то её не очень знаю. Ну, стервозничала она со мной, но только после моих колких слов в её адрес. Если бы я ничего такого не говорил, а лишь любезно представился, то, наверняка, добился какого-то большего расположения к себе. Как жаль, что время нельзя повернуть назад. Сейчас бы познакомься с ней заново. Всю неделю, до следующих съемок, мне придется витать в облаках своих мыслях о ней и о том, как после такого «вежливого» знакомство, побиться от нее хотя бы чего-то. Я, наверное, был бы рад даже искренней доброй улыбки, адресованной мне.