Глава четвёртая
Как-то раз Эмми включила музыку, и ей захотелось танцевать. Она уже не помнила в какую сторону должны идти ноги, но дама никогда не разучится играть плечиками. Она кинула взгляд на дом напротив. Генри увлечённо наблюдал. Она вспомнила, как виновата перед ним – она не танцевала уже целую вечность, только разыгрывала для него сценки из предстоящих ей пьес. От этого Эмми затанцевала ещё усердней.
Годы спектаклей прошли незаметно, как одно большое чудесное мгновение. Эмми ни в чём не сомневалась: ни в том, что лучше всех играет, ни в том, что это знает Генри. Она видела его каждый день. Ей казалось, что он будто занимается с ней по ночам, ведь именно в такие поздние часы Эмми открывались несовершенства её игры, надуманность и фальшь, которые она тотчас же старательно исправляла. Она училась.
Эмми ни капельки не изменилась за те десять лет, только выросла немного. Выросла в прекрасную актрису, превосходно знающую своё дело. Она понимала, что достигла этого благодаря загадочному другу, при виде которого у неё каждый раз просыпались бабочки в животе.
Как-то раз, придя домой и, как обычно, посмотрев в окно, она не увидела света в доме напротив. Эмми предположила, что Генри лёг спать пораньше, и сама последовала его примеру. На следующий день Генри тоже не обнаружился, и на послеследующий, и через неделю. Вскоре Эмми бросала взгляд в окно, точно зная, что ничего не увидит. Она оправдывала бессмысленность своего действия надеждой. Но на самом деле это была лишь привычка.
Прошло ещё несколько лет, и она уже не помнила, почему смотрит в окно каждый день. Эмми была поглощена своими ролями, своими новыми лицами!
В конце лета ей предложили поехать на гастроли на целый сезон, до самого мая. В день отъезда Эмми первая появилась в аэропорту с чемоданом, готовая к приключениям!