Эй, Принцесса

-Никитушка, внучек. - бабушка всегда встречает у порога и обнимает. Я ее понимаю и стараюсь не отталкивать, когда на всем белом свете остается только один родной человек, то будешь и обнимать лишний раз и тапочки носить. - тебе письмо какое-то пришло, правда без марок и печатей. Я не глядела, на-ка, возьми.

Письмо было в обычном конверте, без опознавательных знаков, лишь «Никите» печатными буквами. Любопытно? Не очень, если честно. Девчонок, которые мне симпатизируют много, и записок с письмами я получаю регулярно.
«Никита, здравствуй.
Моя милая Принцесса! Какой же ты красивый. Я на тебя смотреть не могу спокойно, сердце сжимается и не могу дышать. Хочу тебя трогать, обнимать. Целовать твои тонкие пальцы...»

Вы знаете как от сильного волнения стучит сердце? Вот представьте этот наббат в голове, когда уши не слышат ничего вокруг, а руки мгновенно потеют? Я читаю это письмо для «Принцессы» и понимаю что это либо для смеха написано, либо не от Ермакова. Не может быть чтобы этот гоблин мне такое писал! А в душе надежда теплится, нет, Надежда. Именно с большой буквы.

«... я бы обнял тебя и никогда не отпускал. Перебирал бы твои мягкие волосы, вдыхал их  запах  и чувствовал бы себя самым счастливым на свете.»

Пиздец.

В прострации я сидел минут тридцать, затем раз пять перечитал письмо, понюхал его, обнял и еще минут десять лежал с широченной улыбкой глядя в потолок.

Следующий день после прочтения письма.

В школу я шел окрыленный, и предвкушая, и страшась. Я боялся что это окажется шуткой, что гоблины будут смеяться и всем рассказывать какой я ненормальный.

Уже возле школьных ворот вся моя радость схлынула, оставляя ледяную нервозность и несварение. Ничего ведь не происходит, Никита не волнуйся. Вот крыльцо школы, гоблинов нет, вот холл, гоблинов нет, второй этаж, гоблинов нет. Третий этаж, кабинет истории, где сидит 10 б, моя парта. Можно выдохнуть.
День прошел спокойно, Александра и его друзей видно не было. Про письмо я забыл и успокоился. Вот и последний урок-физкультура.
Ох! Стоило успокоится и вся гоблинская комманда тут, возле спортивного зала. С трудом подавив в себе волнение, я пошел за толпой одноклассников. Шаг, два, три, не выдерживаю и поворачиваю голову в сторону Саши.
Он стоит с моей одноклассницей, обнимает ее и что-то шепчет на ухо, не обращая ни накого внимания. А она тихо смеется. Вот рука с талии опускается на попу, а мой мозг взрывается вместе со звонком на урок.
В себя прихожу уже за школой, прислонившись к стенке какого-то технического здания, скрывшись от всех густыми кустами и деревом.
Я плачу, как девочка- пятнадцатилетка. Это так больно, особенно получив призрачную надежду в душе.
Чувствую начинается истерика. Вот как можно любить парня если ты сам парень? Еще и надеяться на что-то, мечтать, а теперь реветь.

-Эй, принцесса! -Блять, блять, блять. Судорожно вытираю лицо толстовкой и пытаюсь отползти за другой угол, подальше от зовущего голоса. Мне только его тут не хватало, чтоб не прозвали какой-нибудь «плаксой» или что-нибудь в этом духе.
Выбираюсь за другой угол  и натыкаюсь на другого гоблина, Женю.
-Вставай. От кого прячешься? - он видит мое красное от слез лицо, но не смеется как обычно. лишь серьезно смотрит.
-Отвали- это все что могу сказать, иначе опять заплачу.
-Он здесь- гоблин Женя и не думал меня пожалеть и позвал своих гребаных друзей - Красавчика  Сашу и прыщавого качка Владика. Вашу ж мать.