Нужно было рассказать всё сначала.

Очередной учебный день в университете закончился, чему Люси была несказанно рада. Она устало перебирала ногами, а сил никаких не было. До финального рывка, чтобы покинуть стены этого здания навсегда, оставались считанные недели, но, как оказалось, пережить их труднее, чем она могла думать. На самом деле, все бы ничего, по каждому предмету у неё высокие оценки, учителя нахваливают её за усердный труд и старания, которые она прикладывает. Только существует одно «но».

В её классе учится достаточно много человек, все они разносторонние личности со своими интересами. Девушка по имени Джувия Локсар увлекается совсем не тем, чем другие ребята. Её самой большой и желанной мечтой является их одноклассник брюнет с серебряной цепью и крестом на груди. Она помешана на нём, и все не сомневаются, какое огромное количество его фотографий висит у неё дома.

Джувии всегда кажется, что златовласка в наглую пытается отобрать у неё милого Грея, который на самом деле по своему желанию избегает одноклассницу-маньячку. Она свято верит, что именно Хартфилия портит их отношения своим существованием. И поэтому она всячески пытается от нее избавиться. Любыми способами.

— Как же все тело ломит, — проворчала Люси, массируя поясницу. — А крем уже закончился.

Каждый раз, приходя домой, девушка тратила уйму времени, чтобы залечить свои раны. Ссадины, синяки, порезы, однажды даже отрезанные волосы, оторванные ногти, сломанные кости, попытки утопить её головой в унитаз — все это происходило с ученицей. И после этого, у неё всегда оставались силы, чтобы дойти до дома и обработать последствия таких «встреч».

По приказам Локсар, она никому не рассказывала о происходящем, понимала, чем это может ей грозить. Хотя в её голове иногда возникал вопрос, будет ли ей хуже, если признается кому-то, но потом соглашалась, что будет. Она знала, что это ещё не всё способности её одноклассницы, и от этих мыслей становилось страшно.

Сейчас Люси проживала в небольшой квартирке многоэтажного дома. В длинном коридоре подъезда было около восьми дверей, но почти ни с кем из соседей она не общалась и не знакомилась толком. Только с одним единственным, который являлся так же её однокурсником — Локи.

Он всегда был шумный, энергичный и постоянно льстил своей соседке. Он говорил, что любит её, что не может прожить и дня, не увидев её лица, но она лишь махала рукой и смеялась. Поэтому, именно сейчас, она не хотела встретить его в коридоре, чтобы он не увидел её внешнего вида. Хартфилия не знала, как он отреагирует на это, а лишних проблем создавать не было желания.

К счастью, когда она стояла уже у двери, его рыжей макушки не было видно. Она расторопно засунула ключ в замок и принялась поворачивать, но с ужасом поняла, что открыто. Убрав ключи обратно в карман, она осторожно положила ладонь на холодную ручку. Девушка быстро дёрнула её вниз и потянула дверь на себя. Её квартира была устроена так, что со входа можно было просмотреть сразу всё помещение.

— Локи, — выдохнула она, а после схватила свой рюкзак и кинула прямо на диван, где мирно улыбчиво разлёгся парень. — Какого хрена ты тут делаешь?

— Тебя долго не было, вот и решил устроить сюрприз, — он ловко поймал летящий предмет и положил рядом с собой.

Вдруг, он принялся всматриваться в лицо соседки, опуская взгляд ниже, на её руки. Люси быстро заметила, что он пристально её рассматривает, и вспомнила, что ему нельзя видеть её такой. Ни о чем не думая, она пулей рванула в ванную с криками, что очень сильно захотела в туалет. Она понимала, пусть сейчас он не разглядел всего полностью, но теперь он будет присматривать за ней, дабы выяснить, что же не так.

— Чёрт, — выругалась она шёпотом и прислонилась ухом к двери. Попрощавшись с ней, раздались шаги, и он вышел из квартиры.

Через какое-то время она со вздохом вышла из ванной комнаты и села на диван. Сейчас от этого предмета мебели исходил приятный аромат одеколона Локи, которым он стал пользоваться совсем недавно. Оказалось, она даже и это знает. А ведь Люси только сейчас поняла, что привязалась к парню: он постоянно приходит к ней, а она не в силах выгнать его из квартиры, они играют в игры, смотрят фильмы, обсуждают всю ночь какие-то вещи, и главное, что ей нравится все это.

Знаете, многие люди боятся забвения, боятся, что их могут забыть. Так вот, Локи смог оставить огромный след в её жизни навсегда. Только признавать это она не слишком торопилась.

— И что мне делать? — спросила она сама у себя, взяв в руки пустой тюбик «волшебного» крема.

Нужно было идти в аптеку, но только очень тихо, чтобы рыжеволосый парень ничего не заподозорил. Закинув себе на плечи сумку с кошельком, Хартфилия молниеносно выбежала за дверь, закрыла её и убежала вниз по лестнице. К её счастью, никто даже не увидел этого, поэтому идти в магазин можно было уже спокойно и не торопясь.

В одной из аптек работает её подруга, которая всегда доброжелательно относится к девушке. Миражанна всегда рада помочь всем, особенно своим близким людям. Она знала о ситуации, происходящей с златовлаской, она предлагала различные варианты, как справиться с Локсар, предлагала хорошую помощь, но Люси наотрез отказывалась. Она не хотела нагружать своими проблемами друзей, считала, что это просто надо пережить. Но сама очень часто сомневалась внутренне в своих же словах.

— Добрый день, Люси, — звонко поздоровались Штраус, махая из окошка рукой.

— Добрый, Мира, — так же поприветствовала в ответ златовласка. — Мне как обычно.

— Что, опять? — фармацевт посмотрела на неё сочувственным взглядом и развернулась к нужному шкафчику лицом. — Ты не хочешь рассказать хотя бы декану о том, что происходит с тобой?

— Нет, — безразлично и сухо сказала Хартфилия. — Если расскажу, то мне не миновать последствий. Она меня из-под земли достанет, да ещё и другим проблем прибавиться.

Казалось, Мира стала закипать от таких бесчувственных слов подруги, которая напрямую сейчас говорила о том, что ей просто плевать на свою жизнь таким образом. Она развернулась с этим тюбиком крема обратно к кассе, кинула его перед девушкой и чуть ли не закричала:

— Не смей так говорить! Кому ты проблем прибавишь? Ты напридумывала у себя в голове весь этот бред и раз за разом повторяешь! Это слова эгоистки, которой плевать на чувства её друзей, хотящим помочь тебе, наблюдающим за твоими мучениями. Ты хоть бы Локи рассказала обо всем! Видишь его за нос, думаешь, он не заметил того, как ты изменилась за последнее время?

Когда она закончила, то в аптеке воцарилась полная тишина. Люси не знала, что отвечать на такую небольшую речь, поэтому потуплено уставилась в пол. Слегка успокоившись, Штраус дополнила:

— Ты же понимаешь, что чем позже он узнает, тем хуже будет всем? Надеюсь, понимаешь.

Она забрала заранее приготовленные деньги за крем у Люси и ушла куда-то. Златовласка, словно робот, взяла свою покупку, положила в сумку и вышла из здания. Почему-то последняя эта фраза, сказанная Мирой, не давала ей покоя. Она представляла у себя в голове реакции друга, если она признается ему в том, что над ней издеваются. Но все они были странными и искусственными, потому что предугадать его мысли было тяжелее, чем кажется.

Вскоре она оказалась перед своей дверью. Щёлкнув ключом в замке, она вошла внутрь. Теперь она могла спокойно переодеться в домашнюю одежду. Надев майку и шорты, она достала тюбик, открыла его и принялась растирать мазь на больных местах. Люси привыкла к тому, что её тело покрывают синяки и порезы, поэтому её уже давно не тошнило от такого зрелища.

Когда только это начало происходить, Мира узнала первой и посоветовала это отличное средство. Оно заживляло все магическим образом за минут 10-15, чему девушка была несказанно рада. И теперь этот крем является основным составляющим в её аптечке.

Стоило последствиям избиений зажить, как Хартфилия решила для себя, что не станет рассказывать своему соседу все равно ничего. Уж кому, а именно ему она не хотела доставлять проблем. Она просто желала видеть его улыбку, слушать смех и подколы над ней, а не наблюдать сочувственные взгляды. Это был её выбор, который теперь был неизменным.

***

Наступило очередное утро, которому девушка не очень была рада. Новый день, а значит и новые издевательства со стороны ревнивой Локсар. «Просто пережить» — эти два слова стали её девизом на всё обучение в университете.

Пересилив себя и своё нежелание вставать с кровати, Люси поднялась и пошла принимать водные процедуры. Тело уже совсем не болело, только вот это было ненадолго. Она позавтракала, схватила с вечера приготовленный рюкзак и вышла из дома. Сегодня она должна была прийти пораньше, чтобы помочь преподавателю, поэтому она до последнего верила, что не встретит синеволосую.

Но стоило этой мысли зародиться в голове девушки, как перед ней из-за угла возле университета выскочила Джувия и едко захохотала.

— Ой, кого я вижу, — она отвратительно ухмылялась и показывала свои зубы. — Пойдем поболтаем.

— Не хочу, — Люси нашла в себе силы, чтобы побороться, но мгновенно поняла свою ошибку.

— Сучка, не смей мне перечить! — девушка схватила её за золотые локоны и резко потянула вниз к своим ногам, тем самым заставляя однокурсницу упасть на колени. — Целуй и проси прощения!

Корни волос ужасно отдавали болью по всей голове, а желание сопротивляться совсем пропало. Хартфилия коснулась своими мягкими розовыми губами её грязных сапогов, которые та носила в любое время года. После этого, не поднимая своего лица, она достаточно громко извинилась за свои слова и пообещала, что больше такого не повториться. Это была пройденная тема, и всё сейчас было по старому сценарию.

— Умная и понятливая девочка, — Локсар снова дёрнула её за волосы, поднимая девушку, и заулыбалась, как дура. — Иди за мной, тварь.

По дороге Люси думала, был ли у неё когда-либо выбор? Давно она пыталась сопротивляться, но это оканчивалось для неё более серьезными травмами, чем могли бы быть. Могла ли она просто убежать в людное место, чтобы это не навлекло на неё последствия? Нет, не могла. Джувия всегда находила её, время и место были не важны в данном случае. Она всегда доставала, высчитывала и выискивала лучший момент, пользовалась им и снова пытала златовласку. Выбора не было никогда.

Сегодня местом их сбора, всей шайки, была задняя часть университета, глухая, куда никто и никогда не ходит, кроме дворника. Иногда сюда приходили покурить, но чаще всего именно здесь, где не было ни единой камеры, происходили всякого рода побои. Кирпичная стена вся была измазана в чём-то черном. Люси не сомневалась, это была кровь, которая не отмылась за долгое время и въелась в саму стену.

— О, кого это ты к нам привела, Джувия, — с восхищением проговорила какая-то каштановолосая девушка. Она была знакома Хартфилии, но ни имени, ни фамилии она не знала.

После этих слов Локсар довольно посмеялась и отбросила девушку к стене. Люди постепенно стали окружать её, а Люси подняла на них мертвый взгляд и оглядела каждого. Снова она видела их улыбки и жажду растерзать её, как голодный волк оленя. Эта каштановолосая подошла к ней и заклеила рот скотчем.

— Ну что, повеселимся? — спросила она, безумно посматривая на свою синеволосую подругу.

Та в свою очередь подошла к Хартфилии и ударила её пару раз в живот. Услышав сдавленные стоны, она ухмыльнулась и стала с большей активностью бить её, надавливая подошвой сапогов на кисти рук, выжимая из неё крики. Когда она махнула рукой, подключились ещё несколько человек, которые так же избивали её. Они били по спине, голове, заставляя перед глазами Люси появляться темные пятна.

— Сегодня у нас будет необычное развлечение, — Локсар самодовольно посмотрела в слегка слезившиеся глаза. Ей было этого мало, и она хотела вызвать слёзы у своей жертвы. — Хватайте её за руки и ноги.

Сначала Хартфилия совсем не затряслась от страха, потому что ожидала чего-то подобного. Джувия подошла и разорвала её рубашку, оголяя плоский животик девушки. Она достала небольшой ножик и раскрыла его лезвие. У парней же, которые здесь тоже присутствовали, потекли слюни при виде бардового кружевного бюстгальтера и большого бюста.

Она присела на корточки рядом с её животом и провела своими пальцами по нему. Вдруг, она продолжила говорить:

— Сейчас, на этом прекрасном «холсте», я напишу имя дорогого ей человека, чтобы она всегда видела его, а внутри неё были и приятные, и отвратительные чувства каждый раз, стоит ей увидеть свой живот.

— Джувия, а кто же этот человек? — кто-то говорил это таким голосом, словно это все спектакль, большое грандиозное представление.

И сейчас, услышав это имя, Хартфилия зарыдала. Она стала пытаться вырваться, кричать, чтобы кто-то пришёл на помощь, хотя было слишком рано, чтобы кто-то проходил мимо ещё и в таком месте. Она готова была принять любую боль, кроме этой.

— Локи.

Это имя звучало в голове страшным эхом. Она мотала головой, молила мысленно о чем угодно, кроме этого. Если это произойдет, никакой крем уже не поможет, а шрамы останутся навсегда на её теле. Локсар велела держать её крепче, чтобы она не двигалась вообще. Но даже толпа не могла этого сделать, поэтому кто-то достал из кармана платок, пропитанный ужасным запахом и приложил к её носу, крепко удерживая. Спустя несколько секунд девушка потеряла сознания, моля Бога о помощи.

***

Сегодня Локи хотел прогуляться рано утром по свежему воздуху. Ему хотелось освежить свои мысли перед учёбой, поэтому он решил просто обойти все здание университета. Вдруг, у стены, он увидел чьё-то тело, которое лежит не двигаясь. Только подойдя ближе, его сердце остановилось словно на целую вечность.

Он видел, как тело лежит в луже крови, накрытое рубашкой, а по земле раскиданы золотые локоны, часть которых лежит в стороне. В этой кошмарной картине он разглядел свою однокурсницу, соседку и просто ту девушку, которую всегда так хотел защитить. В глазах застыл неимоверный ужас, который парализовал все тело.

Локи стоял какое-то время рядом с ней, не в силах пошевелиться. Но когда он осознал, в каком она сейчас состоянии лежит, он спохватился и упал на колени. Рубашка, лежащая на ней сверху была пропитана кровью в районе живота.

— Люси, — в горле чертовски пересохло, но когда он осторожно снял ткань и откинул в сторону, лёгкие словно загорелись, опекая языками пламени ребра.

На её животе было вырезано его имя. Печатными буквами, которые теперь остались в его голове, мыслях, раз и навсегда. Этот момент и этот кадр словно бесконечная кинопленка вертится внутри него. Но сейчас не было лишнего времени, чтобы тратить его впустую. Он обвязал в нужных местах её живот остатками рубашки и подхватил на руки. Недалеко находилась та самая аптека, в которой работала умелая Миражанна, и он рванул туда.

— Ты только держись, маленькая, — он панически нашёптывал ей эти слова, словно они волшебное заклинание.

Ногой он распахнул дверь аптеки и криком позвал их подругу. Штраус выскочила прямо в коридор и ужаснулась. Она начала расспрашивать, что произошло, но парень и сам то не знал этого. Он посмотрел на неё испуганными глазами и попросил помочь. Дверь аптеки закрыли и вывесили табличку «переучёт».

Ближайший час они возились вокруг златовласки, которая всё ещё была без сознания. Мира полностью обработала все раны, включая вырезанную надпись, и забинтована их. Она решила, что лучше оставить его наедине с девушкой, поэтому ушла куда-то за шкафы с лекарствами.

Локи осторожно положил её на диван, укладывая голову её к себе на колени. Её кожа была такой бледной, что очень пугало и, в то же время, наводило спокойствие внутри. Он нежно поглаживал её по щеке, но внутри был чрезвычайно зол. Он был готов разорвать на части, уничтожить целиком и полностью тех, кто поступил так с ней.

Вдруг она наконец приоткрыла свои глаза. Тело всё ещё болело, но уже не так сильно, отчего она глубоко вздохнула. И только спустя через мгновение до неё дошло, где она находится. Неприятный запах фармацевтических препаратов ударял в нос, а рыжие длинноватые локоны, блестящие очки и новый, но знакомый ей мужской костюм, давали отлично понять, на ком она лежит.

— Локи, — зашипела она, не узнавая собственного голоса. Внезапно её накрыли воспоминания, когда она теряла сознание, из глаз полились слёзы, а ужас поглотил её изнутри.

Он опустил на неё свой взгляд, полный боли и ненависти, но не к ней. Парень пытался выдавить из себя некое подобие улыбки, которое не получилось. Он принялся вытирать большими пальцами влажные дорожки с её лица так нежно, как только мог.

Люси лежала без своей рубашки, лишь в нижнем белье, но её это не волновало сейчас. Рукой она медленно дотронулась до своего живота и почувствовала бинты, которые полностью обвивали её. Она взревела, срываясь на крик, но Локи быстро зажал ей рот ладонью. Он не мог понять, какого сейчас ей, но знал, что хуже всякого отвратительного чувства. Девушка вцепилась в его руку своими ногтями, сжимая и царапая его кожу. Она не хотела верить, что это произошло.

— Тише, девочка, — он шептал ей, стараясь донести эти слова сквозь её истерический крик.  — Тише, успокойся, маленькая.

Она вспомнила, что он всегда называл её так, и от этого становилось так хорошо. Она начала успокаиваться, постепенно отпуская его руку. Хартфилия теперь просто плакала, так тихо, как только это было возможно. В голове у неё даже прозвучала мысль, которая заставила её нервно хихикнуть: «Он всегда боялся забвения, а теперь, когда его имя запечатлено на моём теле, этого не произойдет никогда».

Она могла себе позволить сейчас показать слабость. Она понимала, что надо было изначально послушаться Миражанну, и тогда может быть этого бы и не произошло. Но терять уже было ничего, поэтому, девушка решила рассказать ему все.

— Это длилось достаточно долгое время, — начала она. — Уже где-то полгода надо мной издевается наша однокурсница Джувия, которой я, видимо, переступила дорогу. Она ревнует меня к Фуллбастеру, но я с ним даже почти не общаюсь. Она винит меня в том, что он избегает её, и поэтому уже целые полгода избивает меня. И то, что произошло сегодня, тоже её рук дело.

Когда Люси подняла на него свой взгляд, то увидела, как он краснеет и становится всё злее и злее. Его вены на шее вздулись, угрожая лопнуть. Златовласка медленно аккуратно поднялась с места и подсела к нему, разворачиваясь лицом. Он чуть остыл и посмотрел ей прямо в глаза, которые снова были влажными.

— Почему ты всё это время молчала, и ничего мне не говорила? — он поднял одну руку и коснулся её подбородка, плавно обхватывая ладонью часть её лица.

— Я не хотела доставлять тебе проблем, — она отвечала честно, не скрывая, не придумывая глупых отговорок. — Тебе не нужно переживать из-за этого.

Локи не выдержал и прижал её к себе, мысленно извиняясь за эту принесённую жестом боль. Он впился в её губы своими губами, делясь своими эмоциями и переживаниями, разрушая эту стену дружбы между ними. Она несмело отвечала ему, обхватывая руками его шею, перекладывая одну ладонь на его затылок и перебирая мягкие рыжие локоны волос.

— Не смей скрывать от меня что-либо, — когда они отстранились друг от друга, он посмотрел в её карие глаза.

Люси кивнула и обняла его, на этот раз заводя руки за его спину и утыкаясь носом в сильную мужскую грудь. Она вдыхала приятный запах одеколона, который так сильно ей понравился. Локи же слегка пребывая в шоке, обнял её в ответ. Он был готов позволить ей всё, что угодно делать с ним, лишь бы она была счастлива.

— Не переживай, — начал он говорить, поглаживая по оголёным плечам. — Я буду любить тебя со всеми твоими шрамами. И обещаю, что я отомщу за тебя, маленькая.

Она что-то радостно промурчала, как котенок, отчего внутри обоих разлетелось приятное чувство. Мира, которая иногда выглядывала из-за шкафов, радостно улыбнулась и пошла заваривать горячий травяной чай. Теперь Люси знала, что не только их стенка дружбы была разрушена с сильным грохотом, но и та, которая разделяет две квартиры.