Глава восемнадцатая "Сделка?"
Джон все еще с непониманием смотрел на молодых людей, утверждающих, что его обманули. Он оглянулся на Миранду, с улыбкой смотрящую на брата, который поцеловал ее в лоб, а затем протянул ей кусок пиццы, отчего ее глаза наполнились блеском. Он повернулся к оборотням с немым вопросом: «Зачем ей это?». Его сын и трое девушек тоже выжидающе ждали ответа этих двоих, вот только они его не знали.
-Обо всем? Она соврала мне обо всем?
-Да. Она соврала, когда говорила, что не знает, кто ее похитил, о способе ее побега, - перечислял МакКолл, загибая пальцы, но Айзек сам решил продолжить этот список.
-О том, что она была там единственной пленницей, даже о том, что не знает, почему они вообще это делали. А еще она солгала, что не знает, где этот дом.
-Но почему? Зачем ей врать? Мы же пытаемся помочь.
-Без понятия, но мы должны это выяснить.
Вечером после того, как шериф покинул больницу, приставив пятерых своих человек на защиту девушки, с ней остались все те же люди, но она сумела уговорить всех уйти. Всех, кроме Майка и Лейхи. Саму Уилсон это не устраивало, и Миранда на протяжении десяти минут пыталась уговорить брата пойти домой, но он такой же упрямый, как и брюнетка, и они оба понимают, что этот спор может затянуться до ночи.
-Я не уйду!
-Да брось, Майк, тебе надо отдохнуть со столь долгой дороги.
-Я не уйду.
-Я люблю тебя, карие глазки, но хочу, чтобы ты ушел.
-Почему? - разорвался от такой закрытости Миранды брюнет, он же привык, что сестра рассказывает ему все до мелочей.
-Скоро придет мать, я хочу видеть, как она отреагирует без сдерживающих ее цепей в виде тебя, - фраза, которая еще даже не пришла ей в голову, вырвалась из ее уст. Однако брюнетка посчитала ее разумной.
-Я - сдерживающая цепь? - поразился парень, нервно расхаживая по палате, девушка не выдержала, что все вокруг нее ходят, а она все это время лежит, поэтому, сев, опираясь на подушку, продолжила спасать дорогого ей человека. Чертовски упрямого братца.
-Для нее - да.
-Тогда точно остаюсь, - заявил Майк, останавливаясь, будто своим движением поставил точку.
-Уилсон! - возмутилась Брук, и брат вспомнил, как она так делала в детстве, и он уверен, что, будь она на ногах, еще бы и топнула правой ногой от отчаяния.
-К тебе приставили пятерых людей из участка шерифа. Тебе грозит опасность, и я остаюсь, - уже более спокойно, без расхаживаний по комнате, отстаивал свою точку зрения Майк. Вот только брюнетка лучше знала, чем может обернуться его присутствие здесь.
-А что ты сделаешь? Умрешь, защищая меня? Ты же знаешь, что за это я тебя возненавижу.
-Зато будешь жива!
-Ненавижу эту отговорку! Может, я не хочу жить.
-Если ты не хочешь жить, значит, ты не нашла нужного человека, - нежно, с нотками сочувствия и каплей беспокойства, произнес юноша.
-Или я просто знаю, как она завершится, и хочу сделать все, чтобы концовка была другой, - возразила Миранда, но поняла, что впервые произнесла это вслух.
Ей меньше всего нравился вариант, где она умирает на больничной койке в доме Айкена, не помня ни о ком из близких, не различая, где реальность, в общем, сошедшей с ума. Еще хуже будет, когда она начнет видеть угрозу в друзьях. По словам мистера Джонсона, это начнется за три месяца до летального исхода. Два месяца она будет более-менее сносной, более-менее разумной. Ей, как разумной личности, осталось жить два месяца.
Только парень открыл рот с намерением спросить, что она скрывает, как дверь открылась, представляя вид на Лейхи, держащего два стаканчика кофе из автомата. Он посмотрел на них и уловил в воздухе повисшее напряжение, разумеется, Айзек хотел, чтобы все стало радужно, поэтому, сделав вид, что ничего не замечает, приблизился к кровати и протянул горячий кофе брюнетке. Она сжала стаканчик, не торопясь из него пить, а затем обратилась к блондину.
-Объясни этому упрямому ослу, что ему стоит уйти.
-Кто бы говорил про упрямого осла, - фыркнул Майк, скрещивая руки на груди.
-Опасно оставаться здесь. Ты обязан уйти домой.
-Я тебе ничего не должен.
-Кстати, должен.
-Ни черта.
-Пять лет назад. Ушел на вечеринку и просил прикрыть перед родителями, - припомнила ему брюнетка, удовлетворенно улыбаясь и делая несмелый глоток обжигающего напитка.
-Нашла, что вспомнить. Я за это расплатился. Сломала плиту, пока они уехали в отпуск. Помнишь, кто купил новую? - язвительно поинтересовался парень, но девушка помнила еще пару случаев, поэтому раздражаться не спешила.
-Разбитое окно.
-Разбитое окно, - нагло повторил Майк, вспоминая, как сестра приобрела рогатку.
-Испорченный ковер.
-Съеденные креветки.
-Разбитая машина.
-Украденное дело отца.
-Я согласен с ней, - перебил Лейхи поток их воспоминаний, и оба в шоке уставились на него.
-Со мной? - все еще не верила брюнетка.
-Да, Брук, с тобой. Майк, тебе стоит уйти. Ты ничего не сможешь сделать, если что-то случится, и в любом случае тебе нужен отдых.
-Ни черта мне не нужно.
-У мня есть пара козырей, чтобы ты удалился. Например, лето, - напомнил ему блондин. Он помнит, как Уилсон просил не говорить Брук про его попытки суицида, драки и разрыв с Беверли.
-Ты не можешь так поступить.
-Могу. Тебе стоит уйти.
-Брук, я очень хочу остаться, правда, но мне тут угрожают, - сразу сдался Майк, и Миранда посмотрела на Лейхи, как на Бога.
-Он любит угрожать, да. До завтра, оболтус, - улыбнулась девушка, и дождалась, пока ее поцелуют в макушку, а после брат удалится, чтобы она начала в открытую поражаться дару любителя шарфиков. - И что же за такие должки, которые заставили барана-Уилсона сдаться?
-Не могу сказать, обещал же, - пожал плечами блондин, делая последний глоток своего черного кофе.
-Ну и скучный ты, Лейхи, - обиженно выговорила девушка, делая большие глотки слегка остывшей жидкости.
-Был бы я скучным, ты бы со мной не общалась.
-Можно подумать, я с тобой уж так много общаюсь. Я даже хобби твоего не знаю.
-Рисование, - резко выдал Айзек, из-за чего девушка поперхнулась своим капучино.
-Ты - художник? Серьезно? Плохая шутка, Лейхи. Ты даже шутить нормально не можешь.
-Я не шучу.
-Хорошо, предположим, что так и есть. Тогда что ты рисовал в последний раз?
-Тебя.
-Что?
-Тебя. Я последний раз рисовал тебя, твой портрет. По памяти, конечно, потому что тебя уже не было здесь, но, думаю, похоже.
-Покажешь?
-Я никому не показывал свой альбом.
-У любого правила есть исключения, Лейхи. Можешь не показывать его конкретно мне, но кому-то ты должен. Обещаешь?
-Да.
-Правда? - не поверила ему брюнетка, но Айзек любил слышать от нее этот вопрос, будто у того есть некий подтекст к чему-то другому.
-Правда, - юноша лениво улыбнулся и снова подтвердил свое обещание.
-Миранда, - услышали они у двери и резко повернулись в сторону вошедшего.
-Робин, вот уж кого не ожидала.
-Ну, я же здесь работаю, так что мне не сложно. Как ты?
-Ты же здесь работаешь, сам скажи.
-По идее все в порядке.
-Тогда к чему этот вопрос? - усмехнулась Уилсон, мило улыбаясь Роджерсу.
-Как начало разговора, мне не нравится говорить «привет».
-Я тебя понимаю. Тоже не люблю здороваться.
-Не удивлен, - пробубнил себе под нос парень и сразу задал вопрос, чтобы перевести внимание со своего глупо вырвавшегося предложения. - К тебе пришла мама, пустить?
-Почему ты спрашиваешь?
-Как я понял, у вас не такие уж близкие отношения, так что я могу сказать, что к тебе нельзя. Выбор за тобой.
-Пусти ее, - хладнокровно ответила Уилсон, хотя внутри все начало работать с утроенной скоростью от волнения.
-Конечно, - улыбнувшись, он отправился к посетительнице, но дверь еще не закрылась, когда его окрикнула девушка.
-Хей, медбрат, какая у тебя фамилия?
-Роджерс.
-Ужасная фамилия, - скривилась Миранда.
-Кто бы говорил, Уилсон, - не остался в долгу парень.
-Мне нравится моя фамилия.
-Возможно, но Брук Уилсон точно не звучит. Другое дело - Брук Роджерс.
-Это предложение, разбойник? - заинтересованно спросила девушка, чуть привстав на месте.
-Возможно.
-Не пойдет. Никогда не соглашусь выйти замуж за того, кто сделал предложение в больнице.
-Как ты смеешь? И оставишь нашего ребенка без полноценной семьи?! - воскликнул парень слишком громко, кто-то из холла даже бросил на него смущенный взгляд, но он не заметил. Блондин явно чувствовал себя лишним и пытался вжаться в карманы своей куртки, где спрятал руки.
-Ты беремен? - в жанрах лучшей мыльной оперы состроила удивленное лицо брюнетка.
-Да! И он твой! - все еще кричал кареглазый, а Миранда вздохнула от «шока» так глубоко, что перестала дышать.
-Но я же была так осторожна! - испуганно прокричала она, но больше не смогла удерживать смеха, брюнет подхватил его, а потом все же скрылся за дверью, чтобы не застрять здесь на дольше.
-Миленько, - выдохнул Лейхи, и она сразу повернула голову в его сторону, прекращая смеяться и с неприкрытым интересом начала его рассматривать.
-Не начинай, - взмолилась Уилсон.
-Не начинать чего? - не понял блондин, смотря в ее глаза.
-Не ревнуй, - как очевидное сообщила девушка.
-С чего ты взяла, что я ревную? - с каплей усмешки спросил Айзек.
-Милый мой, это видно. Даже слишком. Могу поспорить, что в карманах находятся кулаки, - она указала своим тонким пальцем на левый карман парня.
-Да, кулаки, но у тебя настолько холодные руки, что мои тоже замерзли.
-У тебя жевалки ходуном ходят. Не отпирайся, на твоих скулах они заметны слишком хорошо.
-Хорошо, да, я ревную, - сдался юноша, отходя от стены и вынимая руки, чуть приподнимая в пораженческом жесте.
-Не стоит, - бросила Брук. - Во-первых, потому что он просто знакомый, а во-вторых, потому что мы с тобой никто друг другу.
-Даже если люди никто друг другу, один из них имеет право ревновать другого, но мы кто угодно друг другу, но точно нас нельзя записать под определение «никто», - дверь без предупреждения открылась, и за ней показалась Шарлотта, Айзек двинулся к выходу, чтобы оставить их наедине. - Подумай над моими словами.
-А ты сходи в парикмахерскую, - крикнула ему брюнетка, совсем избегая взгляда на его удаляющуюся спину.
-Ссора с парнем? - слишком обеспокоенно для адвоката и слишком спокойно для матери спросила блондинка, закрывая дверь.
-Он мне не парень, - грубо отрезала Миранда, вставая с постели, потому что она может показывать свою слабость перед кем угодно, но только не перед матерью.
-Он меня убеждал в обратном, но так и быть. Хотя тогда это довольно странно, что он жил в твоей комнате.
-Он делал что?? - впала в истерику Уилсон. - Он жил в моей комнате? И ты ему позволила?? Да какого черта, ты меня так ненавидишь? Почему ты не можешь ко мне относиться, как нормальные родители относятся к своим детям? Могу поспорить, он там жил, словно замена мне, и ты даже не заметила моего отсутствия! - орала на мать брюнетка, но это быстро прекратилось, потому что после последнего предложения Шарлотта дала ей пощечину, и та от неожиданности одернулась, а на глаза набежала прозрачная жидкость. Мать впервые за восемнадцать лет ударила ее.
-Ты не смеешь такое говорить мне! Думаешь, мне плевать на тебя после смерти отца, да? - тоже перешла на крик блондинка, хотя в ее глазах блестели слезы. - Но это чушь собачья! - она пристрастилась к этому выражению после просмотра «Форс-мажоров» - единственного сериала, который она смотрела с Мирандой, единственный сериал, который она в принципе смотрела.
Правда, никто из двух особ не говорил, что им не нравится этот сериал. Для брюнетки он казался слишком скучным, хотя первый сезон действительно впечатлил, а для Шарлотты чересчур нереалистичным. Шарлотта смотрела, потому что это единственная возможность провести время с дочерью без скандалов. Что насчет Брук... та сама не знает, почему это делала.
-Я переживала за тебя сильнее всех, думаешь, мне так хочется потерять тебя?! Думаешь, что желаю смерти после аварии, когда ты была за рулем!? Я тебя не обвиняю, но когда я смотрю на тебя, то вижу его, и это в принципе невозможно, учитывая факт, что ты ему не родная! Я обвиняю себя, что тогда, когда на дороге восемнадцать лет назад валялся младенец, я не стала уговаривать Алека проехать мимо! - адвокат сломался и заплакал, это были первые слезы, которые Миранда видела. Она всегда хотела их увидеть, чтобы точно знать, что ее мать все же человек, а не робот, но не обратила на них никакого внимания из-за сказанного.
Воздух перестал поступать в легкие брюнетки, из глаз вырвались слезы, показывая ее слабость. Она застыла на месте, смотря на плачущую мать и собираясь с мыслями, но это давалось действительно тяжело, она только и смогла, что спросить очевидное.
-Я удочерена? - блондинка с сожалением посмотрела на Миранду и, поглотив как можно больше кислорода, начала говорить.
-Мы тебя взяли в нашу семью, и я не жалела об этом, пока ты не превратилась в нахалку. Мы дали тебе крышу над головой и любящих тебя людей, а ты вместо благодарности за то, что не скитаешься от одной семьи в другие из приюта, уничтожила нас.
-Меня ведь не зовут Миранда Брук Уилсон? - это очень странно, что девочка, которая имела два имени, теперь не имела ни одного.
-Твое первое имя - Брук. Это имя было написано на прикрепленной к тебе бумаге, а Алек настоял на том, чтобы оно за тобой сохранилось, - девушка осмысливала полученную информацию, а потом поняла, что при удобном случае Шарлотта выгонит ее, и лучше это сделать раньше нее. Это не сложно, учитывая, что брюнетка утопает в слезах, да еще и зла.
-Убирайся отсюда! Уходи из моей палаты, больницы, жизни! Если ты считаешь, что мне не место в твоем доме, пусть так и будет! Если я жила с вами только из-за отца, а сейчас его нет, можешь меня выгнать! Я не собираюсь терпеть то, как женщина, назвавшаяся моей матерью, теперь обвиняет меня в том, что совершила сама 18 лет назад! Хотела помочь невинному существу? Отдала бы найденного в полицию и не связывала бы его жизнь с такой сукой!
-Я бы с удовольствием вернула тебя к тем, кто тебя родил. Однако ты выращена семьей Уилсон. Я не гоню тебя из своего дома, я лишь хочу, чтобы ты имела каплю уважения к тем, кто тебя не бросил.
-Но отец бросил! Он бросил меня здесь с тобой! - продолжала истерить Миранда, и в перерывах между речами, пыталась дышать ровно, ничего путного из этого не выходило, и ноги уже не выдерживали груза собственного тела. Она просто хотела упасть, но не уставала повторять себе «Только не при ней».
-Не смей обвинять его! Ни в чем и никогда! Он любил тебя больше кого-либо, и ему точно было плевать, родная ты ему или нет! Он всегда твердил, что семья не заканчивается на крови! Не смей оскорблять его память обвинениями в том, что он не оставил тебя на съедение зверям!
-Уйди! - сорвалась Миранда, и когда мать после минутного замешательства ушла, громко хлопнув дверью, девушка упала на пол, захлебываясь слезами.
Ей не пришлось долго одной сидеть на полу, потому что меньше чем через полминуты, как только Шарлотта входит в лифт, в палату заходит кучерявый парень и садится рядом с плачущей Уилсон. Она слегка дернулась от неожиданности, потому что не слышала его входа, но когда тот обнял ее, девушка устроилась у него на плече, продолжая лить бесполезные слезы.
Слезы все вытекли или на них не осталось сил, но брюнетка спустя какое-то количество времени лишь тихо всхлипывала у Айзека на груди с покрасневшими и распухшими глазами. Она понимала, что, скорее всего, испортила его прекрасную белую обтягивающую его торс футболку. И когда Уилсон осознала, как сформировались ее мысли, она слегка отстранилась от него и посмотрела в глаза, он ответил тем же, поскольку почувствовал ее движения. Брук бросила мимолетный взгляд на его губы и, гоня все мысли о том, что хочет их, встала на ноги. Миранда не раз спокойно целовала кого-то - девушек и парней - но сейчас будто все не так, она боится этого, боится, что он отстранится от нее, такой «красивой», с красными глазами.
-Ненавижу! Какого черта я рыдала тебе в жилетку?
-Это футболка, но смысл ясен. Брук, ты не должна этого стыдиться, мало, кто бы выдержал новость, что он приемный.
-Ты все слышал?
-Все в штате слышали вас.
-Шикарно, - саркастично вздохнула Миранда, продолжая ладонями протирать влажные глаза и щеки, Айзек встал с пола и приблизился к ней, беря ее руки в свои.
-Хей, я здесь.
-Но почему? Я погнала всех вас еще до того, как погнала брата. Все ушли, почему ты здесь?
-Я уже говорил.
-Нет.
-Да. Ты не внимательна.
-Я - чертова дочь шерифа, я очень внимательна к деталям. Так какого черта ты здесь, Лейхи? - злилась Уилсон, выдергивая свои руки и отходя на пару шагов назад.
-Я - твой рыцарь в сияющих доспехах.
-Серьезно? Это действительно так работает? Ты просто говоришь девушкам, что ты - рыцарь, а они запрыгивают к тебе в койку? С чего ты взял, что со мной это сработает? Из-за того, что я сплю с кем попало? Из-за твоих голубых глаз и потрясающего торса? Из-за моей уязвимости в данный момент? С чего? С чего ты это взял?
-Я всего лишь сказал правду. Может, ты и не принцесса, которую надо спасать, но точно принцесса, которая должна заткнуться.
-Единственная принцесса здесь, Лейхи, - это ты, - возразила девушка, скрещивая руки на груди.
-Я сомневаюсь в этом, но раз уж ты больна, я не имею право с тобой спорить.
-Делаешь мне поблажку лишь из-за того, что я в больнице? Это нечестно. Это все равно, что говорить с негром на языке улиц, потому что он черный.
-Когда-нибудь я пойму твои примеры, но этот день точно не сегодня. Лучше скажи мне, где пицца, - поинтересовался блондин, бегая взглядом по всей палате, но съедобное не попадало в его поле зрения. Девушка не видела смысла разъяснять ему ход своих мыслей, особенно потому, что была настолько уставшей от слез, что не до конца уверена в правильности произнесенного, поэтому поддержала его перевод темы.
-Ничего не осталось, - она пожала плечами, садясь на кровать.
-Тебе была заказана огромная пицца и мексиканская еда. А в набор еды, я точно помню, входило два тако, буррито, фахитос из утиной грудки, начос и двухлитровая бутылка спрайта.
-Если тебе станет легче, одно тако я отдала Майку.
-Ты съела столько еды, сколько на целую армию хватит? Миранда, которую я помню, съела бы половину одного куска пиццы и сказала бы, что сыта.
-Давай я тебе буду кормить раз в два дня и то отвратительной кашей. Посмотрим, как ты отреагируешь, когда тебе дадут столько еды.
-Ладно, прости, - блондин понял, что снова забыл о том, что было с Мирандой, и казнил себя каждый раз за это.
-Не стоит извиняться. Я тебе еще надоем с этой темой. Стану как ты, вечно говорящий о своем тяжелом детстве.
-Почему-то я тебе верю.
-Потому что у тебя нет выбора, - грустно усмехнулась Брук, и по ее щеке скатилась непроизвольная слеза. Когда она заметила ту, то разозлилась, что стала такой слабой и безвольной, неспособной подчинять себе собственный организм. - Хватит! Хватит плакать! Слезы - такой бред. Я серьезно. Ну что это за соленая вода, текущая из глаз? - негодовала брюнетка, вытирая все новые мокрые дорожки от слез. - Я не плакала два месяца. Два месяца ни одной слезинки. Я даже не заревела, когда умер мой практически второй отец, но стоило мне увидеть твою смерть, как я стала настолько сопливой, что, как видишь, плачу каждый раз при хорошем или плохом моменте. Это, знаешь ли, раздражает!
-Ты плакала из-за меня? - спросил Айзек, приближаясь к Уилсон, у которой, от этого высказывания так загорели щеки, что все слезы высохли.
Ей нравилась ее физиологическая особенность, благодаря которой ее щеки не краснеют от смущения или гнева. Хотя, прочитав научный доклад, где говорилось, что у тех, у кого краснеет лицо в стрессовой ситуации, кровь приливает к голове, следовательно, и к мозгу, и способность быстрого и правильного реагирования у таких людей выше, чем у тех, кто бледнеет, очень расстроилась. Сейчас бы ей эта способность как нельзя кстати пригодилась.
-Я плакала из-за смерти того, кто пришел спасти меня, но вместо этого умер сам. Я плакала из-за того, кого придумал мой больной мозг. И это был не ты, Лейхи.
-Что ж, ладно, хорошо, потому что я никогда не плакал из-за тебя. Ни разу. Хотя просыпался по ночам с воплями, где тебя убивают или ты убиваешь меня, довольно часто. Слишком часто. За эти две недели у меня скопилось кошмаров больше чем за всю жизнь, вообще-то.
-Я тебе снилась? - оживленно спросила брюнетка, вставая с постели. - Так, значит, ты думал обо мне?
-Могу спросить о том же.
-Так давай. Спроси.
-Ты думала обо мне, когда была там?
-Я думала о спасении, Лейхи. Видимо, моим спасением был ты, - проговорила она, чуть улыбаясь, но, не дождавшись от парня той реакцию, на которую Брук рассчитывала, она сама проявила инициативу и через мгновение вновь почувствовала вкус губ парня. Он был таким же кофейно-мятным, как она и запомнила.
-Мы же никто друг другу, - победно улыбаясь, отстранился блондин.
-Даже если люди никто друг другу, они все равно целуются или, знаешь, спят вместе.
-Майк меня убьет, - лукаво улыбался Айзек, но Уилсон отстранилась и через голову сняла больничную одежду, оставаясь в нижнем белье.
-Это, милый мой, проблемы будущего Лейхи, - улыбнулась Миранда.
Он хотел пробежать взглядом по ее телу, но не смог, потому что его внимание было полностью сосредоточено на ранах. Айзек думал, что преуменьшал последствия двух с половиной недельного заключения ее в подвале. Все раны и синяки на девушке злили его больше, чем говорящий Стилински, очередное задание по химии и избалованный Джексон, когда еще был тут. Миранда поняла, что больше не вызывает такое влечение к своей раздетой персоне, как раньше, и впервые за долгое время засмущалась. Ее лукавая улыбка пропала, оставив на лице лишь само ненависть и стыд.
-Я не подумала, давай представим, что ничего этого не было, - быстро пролепетала брюнетка, снова пытаясь натянуть на себя одежду, но крепкие руки остановили ее.
-Прости, просто я не думал, что все так плохо. Они заслуживают больше чем смерти, но ты... ты прекрасна, - искренне прошептал он, дотрагиваясь до ее лба своим. - Ты прекрасна с макушки головы до самых пяток, - продолжал нахваливать Брук, и она улыбалась его словам. - Ты ведь знаешь, что шрамы показывают, что человек выжил? - она несколько раз кратко кивнула в положительном ответе, и тогда он улыбнулся. - Я не обращал внимания на шрамы от пули и ножа, с чего ты взяла, что это что-то изменит?
-Ты смотрел не так. И потом, ты действительно сравнил пару шрамов с теми, что покрывают меня с ног до головы?
-Ты сногсшибательная. И я собираюсь это доказать, - он стянул с себя футболку, снова целуя девушку.
Стоило стрелке часов перевалить за час ночи, дождь закончился, оставляя после себя приятную свежесть. Двое подростков молча лежали на больничной койке, девушка была в футболке Лейхи и трусах, а сам парень был лишь в своих черных штанах, у которых не застегнут ремень. Голова Миранды покоилась на груди оборотня, а он приобнимал ее правой рукой за плечи. Они в данный момент чувствовали умиротворение, никаких оборотней-убийц, никакой опасности, никаких проблем в семье и жизни. Ничего не существует, только они, лежащие на больничной койке, только Лейхи, вдыхающий аромат вишни, и Уилсон, слушающая сердцебиение блондина.
-Фиолетовый - мой любимый цвет, - резко выдает девушка, нарушая идиллию. Ничто не бесконечно.
-Твой любимый цвет? - переспрашивает он, задумываясь, почему брюнетка ему об этом сообщает.
-Да, - произносит Уилсон, садясь в кровати и смотря в его голубые глаза. - Ты хотел узнать меня получше, - разъясняет Миранда, и Айзек подпирает голову рукой на подушке. - Время года - весна. Я ненавижу машины и никогда не пробовала наркотики, хотя не отказалась бы. Я, вроде как, сладкоежка, любая сладость в удовольствие, только не темный шоколад и изюм. Никакого изюма. Ненавижу изюм и оливки. Обожаю музыку, совершенно любую музыку, я меломан.
-Я заметил, - согласился Айзек, удобно садясь.
-Ты послушал песен пять из моего плейлиста. Ты не можешь судить, - беззлобно опровергла Брук.
-Пока тебя не было, я слушал твой плеер. И было довольно странно, когда после Architects заиграла песня из диснеевского мультфильма «Let it go», - с улыбкой проговорил Айзек, а девушка мило улыбнулась ему.
-Мне продолжать или хватит? Лично я считаю, что можно закончить, - предложила Миранда, вставая с их уютного уголка.
-Взаимная сделка? - предложил бета, и она благодарно кивнула. - Моего старшего брата звали Кендем, был убит в драке. Мама тоже умерла, когда я был ребенком, а отец... ну, занялся моим воспитанием, пока и его не убили на улице... - все больше погружаясь в воспоминания о смертях членов семьи, его лицо становилось мрачнее и отстраненней от мира.
-Айзек, - Миранда дотронулась до его плеча своей ледяной рукой, отчего блондин дернулся от холода, но благодарно сжал ее. - Я не заставляю тебя говорить об этом. Расскажи про свое любимое место, цвет, что ненавидишь, но, пожалуйста, не надо рассказывать то, о чем ты не хочешь говорить.
-Но я хочу. Брук, я скрываю кое-что важное. Я боюсь, что если расскажу, ты уйдешь.
-Не узнаешь, пока не расскажешь, - он чуть улыбнулся, дотрагиваясь до ее укуса на левой руке, не сводя с него взгляда, и его улыбка медленно пропала, Миранда тоже посмотрела на свой шрам, и молчание повисло в воздухе. - Я спала с девушками, - чтобы неловкая пауза ожидания признания исчезла, выпалила та. - И мне понравилось, - она сумела заставить его посмотреть в свои глаза с неподдельной заинтересованностью. - Очень даже, - добавила она, вспоминая обе ночи.
-Я знаю, что ты встречалась с девушкой.
-Во-первых, Лейхи, я ни с кем не встречалась, а во-вторых, откуда, черт возьми? - поинтересовалась брюнетка, ища в тумбе одежду, которую принес ей брат.
-Твой компьютер. Я нашел несколько ее фотографий на поляне с фиолетовыми цветами. Одна из них - ваше селфи, где вы целуетесь.
-Волчий аконит. Эти цветы называются волчий аконит. По преданиям используются для ядов и снотворных для сверхъестественных существ, в основном ... - она не успела договорить и застегнуть черные джинсы на себе, когда блондин завершил за нее предложение.
-Оборотней.
-Верно, - чуть нахмурилась Брук, улыбаясь, показывая две эмоции на лице, что было очень странным. - Тоже знаешь эту легенду?
-Да, да, легенду, читал где-то, - затараторил Лейхи, вставая с постели, а девушка сняла футболку блондина, отдавая ту ему, и взяла свою бело-синюю рубашку.
-Девушка - Эбби, - продолжила она, а потом вспомнила о своей последней просьбе. - О боже, подожди, я просила Стилински... он нашел ее?
-Да, она в Лондоне, с Джексоном, в безопасности.
-Слава Богу. Она была моей первой подругой после всех смертей и первой девушкой в постели. А потом она просто... исчезла, - задумчиво произнесла она, натягивая на себя рубашку, пока Айзек застегивал ремень штанов.
-А сколько у тебя всего было?
К стойке при входе, на которой дежурила одна из миловидных медсестер подошло трое мужчин, чтобы узнать про одну из пациентов.
-Простите, а где мы можем найти Миранду Уилсон?
-А вы ей кем приходитесь?
-О, мы ее хорошие знакомые.
-Считая тебя? - уточнила Миранда, застегивая пуговицы мелкие темно-синие пуговицы.
-Да.
-Восемь, - бросила она, но затем запнулась, задумавшись. - Подожди, девушек считать?
-Да.
-Тогда десять, - поправила себя Уилсон, садясь на кровать в позу лотоса и наблюдая, как блондин натягивает на себя белую футболку.
-Воу. А для меня ты третья.
-Третья? Я думала, была только охотница.
-Нет, была одна, до нее, но мы не встречались... подожди, ты сказала охотница? Почему ты назвала Эллисон охотницей?
-Вырвалось, знаешь, как бывает, когда ты просто кого-то называешь, не думая?
-Нет.
-А вот у меня бывает. Например, Кира выглядит, как лиса, а тебя так и хочется назвать волчком.
-А что по поводу Лидии, Скотта и остальных?
-На счет Мартин я долго думала, очень долго, но, думаю, очень мило называть ее мышонком. Стилински, несомненно, ежик. МакКолл - милый щеночек. Тейт - бельчонок, а Данбар... ну, он просто Данбар.
-Это очень странно, но сейчас это не самое главное. То, о чем я тебе собираюсь рассказать, очень важно. Ты не должна перебивать меня, вставляя свои комментарии и точно не должна бояться.
-Ты действительно решил, что я не буду бояться лишь потому, что ты мне так сказал? Наивно, Лейхи, очень наивно.
-Просто выслушай. Я... - он резко повернулся в сторону двери, смотря сквозь нее. - Ты это слышала?
-Слышала что? - не поняла брюнетка, вслушиваясь в тишину больницы, но крик разрезал ту.
-Будь здесь, - бросил Айзек, покидая палату.
-Конечно, я всегда слушаю парней, которые говорят, что я неспособна защитить себя и поэтому должна оставаться в безопасности.
-Брук, не препирайся.
-Лейхи, я знаю, кто там, я знаю, зачем они здесь. Ты действительно думаешь, что я бесполезна? Я могу постоять за себя.
-Я заметил это, и не раз. Умоляю, просто постой здесь, и, чтобы ни случилось, чтобы ты ни услышала, не открывай эту чертову дверь.
-Ты не пойдёшь туда, - возразила девушка, но он поцеловал ее, отчего та вцепилась в его белую футболку.
-Еще как пойду, - произнес он, закрывая за собой дверь и подпирая ее, удачно стоявшим прямо за дверью, стулом.
-Лейхи! - сразу бросилась Миранда на выход. - Открой эту чертову дверь! Если они тебя не убьют, это сделаю я! Лейхи!
Айзек пошел прочь от палаты, на источник шума, но за поворотом его теребит за плечо перевоплотившийся Скотт с Лиамом и говорит бежать. Лейхи сначала проверяет коридор на наличие опасности, и, увидев троих оборотней с синими глазами, сам преобразился, передвигаясь с двумя членами стаи к палате Уилсон. Трое останавливаются напротив и начинают вести переговоры. Как всегда, лишь убив кучу народа, лишив семей родных, лишив людей жизни и пролив их кровь, две стороны наконец решают говорить. Начинают делать то, что должны были сделать еще до всего этого кровопролития.
-Остатки стаи истинного альфы. Просто отдайте нам девчонку, чтобы стая не уменьшилась.
-Скорее ваше число станет меньше, чем наше, - не отступал Данбар.
-Возможно, но, разве вы хотите это проверять?
-Обойдемся без смертей, - подал голос МакКолл.
-Не думаю, что в этот раз все удастся. Если вы отдадите укушенную, мы уйдем. Она не принадлежит вам. Она принадлежит альфе, что подарил ей укус.
-Альфе, что так же подарил ей и столько боли.
-Она не принадлежит никому. Ни вам, ни нам, лишь себе, - опроверг Скотт.
-Ты защищаешь ту, что убивала?
-Она не была виновата в чьей-либо смерти! - вступился Лейхи, демонстрируя свои когти и клыки.
-Те смерти это уже не актуально. Она убила одного из наших при побеге. И это уже личное.
-Не верите нам? Так спросите ее, она как раз подслушивает. Я слышу, как учащенно бьется ее сердце, а вы? - поинтересовался еще один бета из стаи Марка.
Айзек не смог сдержать гнева и набросился на одного из них, как и маленький бета, а когда один из них был отшвырнут на пол, альфа зарычал и тоже кинулся в драку. Бета, оклемавшись, поспешил к друзьям. Девушка слышала все, что те сказали, но не подумала, что ее друзья тоже могут являться не людьми, она думала лишь о словах одного из тех бет. Она убила одного из них при побеге. Вот только она не помнит ни этого, ни как она сумела сбежать. Громкий стук с той стороны двери заставил брюнетку снова прильнуть ухом к ней и слушать происходящее. Судя по рыкам, для Миранды было ясно одно - оборотни побеждают. Еще бы они не побеждали. Не осознавая, она дернула за ручку, и дверь приоткрылась. Когда швырнули Данбара, он снес стул, удерживающий Миранду. Она осторожно выглянула и увидела, что здесь битва оборотней с оборотнями, а не с людьми. Тщательнее всего она рассматривала кудрявую голову, хозяин которой, кинув противника в стену, повернулся к ней, и его взгляд стал сочувствующим. Миранда разглядывала его всего пару мгновений, прежде чем снова скрыться за дверью в своей палате и, тяжело дыша, скатиться по деревянной поверхности. Звуки за дверью перестали существовать, остались лишь желтые глаза, стоящие перед ней.
-Оборотень. Миленько. Переспать с оборотнем. Не удивлена, нормальные парни навряд ли с тобой остались бы. А ты видела МакКолла? Он альфа. Возможно, тот самый истинный альфа. Если так, то это объясняет, почему именно ты должна была убить всю их стаю. Эти альтруисты не напали бы на девушку, которую знают. Умно ведь, не так ли, Миранда? - поинтересовалась брюнетка, сидящая на кровати.
-Как же я хочу, чтобы ты оставалась в зеркале. Этот укус сработал не так.
-Да, не так, как они планировали. Я стала реальной, но все не так плохо. Ты можешь сбежать через окно.
-Я на четвертом этаже.
-А еще занималась скалолазанием.
-Когда мне было 9!
-У тебя мало времени! - и как бы в подтверждение ее слов из коридора донесся победный рык. - Кого-то убили. Тебе пора уходить.
-Не могу. Я должна им помочь.
-Ты ни черта им не должна. Ты должна лишь выжить, и побег - единственный шанс, - брюнетка бегала по комнате, ища оружие и игнорируя Кару.
-Это больница. Здесь должен быть скальпель.
-Ты не в операционной.
-Действительно. Тогда... - она осмотрелась по сторонам и увидела хрустальную вазу.
-Не смей! Нет! - было поздно, потому что ваза была разбита, а один из осколков был в руке Уилсон.
-Проверим меткость.
-Проверь мозги. Они убьют тебя, как только увидят!
-Я быстро. Туда и обратно.
-Ты убьешь нас, выйдя за дверь.
-Хоть что-то приятное будет.
Она сделала резкое движение за дверь и так же быстро кинула осколок, находящийся в руке, в того, кто держал Лейхи за горло, вдавливая его в стену. Острое стекло прорезало воздух и остановилось в горле того оборотня. Он схватился за него, отпуская парня и делая несколько шагов назад. Кара была права, когда сказала, что это не поможет, а лишь привлечет внимание. Все, как один, устремили свои взгляды на застывшую брюнетку.
-Беги! - первый очнулся от гнетущей атмосферы Айзек.
Уилсон посмотрела на оборотня, которому было плевать на кровь, выходящую через отрытую рану, которую больше не сдерживал кусок стекла. Он зарычал с осколком в руке, и тогда девушка побежала в противоположную сторону от них. Она не знала, что происходит дальше, но по звукам поняла, что драка продолжилась и без нее. Миранда забежала в лифт и судорожно нажимала кнопку первого этажа, двери лифта закрылись прежде, чем кто-то из оборотней догнал ее. Она спустилась на первый этаж и хотела разыскать Роджерса, но судя по суматохе, творящейся там, он занят, ранен или убит. Однако ее планов это не меняет, лишь добавляет немного сложностей. Пациентка целеустремленно подходит к стойке, за которой стоит нервная Мелисса, и спрашивает про Робина.
-Ты не ранена? - вместо ответа заботливо спросила миссис МакКолл.
-Нет, все хорошо, так где он?
-На нас напали, он попал под раздачу, так что сейчас он в палате, но жить будет.
-Сколько жертв?
-Один из участка шерифа мертв, остальные ранены, еще пострадало несколько членов медперсонала и двое пациентов, и трое из раненых навряд ли выкарабкаются.
-То есть, четверо убиты и более шестерых ранены. Это не хорошо.
-Милая, ты ведь знаешь, кто это был? Они приходили за тобой?
-Вы умная женщина, миссис МакКолл, могу предположить, что вы знаете, кто ваш сын. Мне необходимо смыться из больницы незаметно, так что мне нужна форма, пахнущая лекарствами. А это, - она снимает рубашку, чтобы отдать ее Мелиссе. - Вы должны пронести в противоположную сторону от меня и выкинуть где-то на улице, чтобы мне выиграть хоть немного времени.
-Ладно, хорошо. Тебе нужна машина?
-Нет, никаких машин. И потом, мне еще рано садиться за руль.
-Хорошо, да, я поняла, а ты не хочешь переодеться в комнате?
-Мне не нужно, чтобы мой запах вел в раздевалку, они сразу догадаются. Так что вы просто быстрее дайте мне одежду, чтобы я не стояла в одном лифчике на глазах у всех.
Мелисса ушла в комнату медсестер и вернулась через пару минут с фиолетовой больничной формой, пропахшей всевозможными витаминами и кондиционером для белья со вкусом лаванды. Брюнетка переоделась и поспешила уйти из здания, но МакКолл остановила ее, интересуясь о своем сыне.
-Он в порядке. По крайней мере, когда я уходила, он был жив. Доберитесь до противоположного выхода, они пришли за мной, думаю, и уйдут со мной.
-Чего они хотят?
-До свидания, миссис МакКолл, - произнесла Миранда, удаляясь к выходу.
Уилсон выбежала из здания и, разобравшись с местонахождением, поспешила вдоль дороги. Может, в лесу и удобнее скрываться, но она не знает его так хорошо и не ориентируется в нем, в отличие от них. Также возможен вариант, что кто-то подвезет медсестру до несчастного пациента. Брук понимала, что не лучший вариант идти домой, однако другого у нее не было, ведь дома, куда они могут свободно попасть, находится ее семья. Она точно решила, что это все не важно, не важно, что в ней не течет кровь Уилсон, важно, что она была выращена ими, что они поселилась в ее сердце, а она поселилась в их. Она - Миранда Брук Уилсон, никто иной. Она - дочь Алека Кевина Уилсона и Шарлотты Джейн Уилсон. Другие люди - лишь ее родили, но создали именно Уилсон. Майк, ее брат, он всегда им был. Слишком много проделок сделали вместе, чтобы он не считался им. Отец, не было ни дня, чтобы он ей грубил, угрожал или бил. Помогал, всегда, во всех идиотских ситуациях. Во всем. Мать, что ж, может, отношения у них не сильно клеились, но в детстве все было по-другому. Шарлотта улыбалась своей маленькой девочке и не хотела отпускать ни на секунду. Все закрутилось, она стала адвокатом, а не его помощником, и та связь пропала. Женщина хотела все наладить, но она опоздала, девочка стала подростком, которому все равно на свою мать. Другие родственники: любящий дедушка, старающийся ни в чем не отказывать внучке, смерть которого она так тяжело переживала; бабушка, вечно заставляющая помогать в огороде, ушедшая из жизни так легко и незаметно для всех во сне; дед, что не дожил до ее появления; и бабушка, которую она не помнит. Все ее родственники, все ее. Именно они - ее семья, никто иной.
Падения на асфальт, который раздирает коленки и ладони, кажутся лишь противнее, после каждого из них Кара насмехается над ней, называет плаксой и слабачкой, а Брук не спорит. У нее нет сил на споры, лишь нужно добраться до дома, спасти их. Она бежит больше двадцати минут, за это время проехало - она считала - 37 машин. Ни одна не остановилась, чтобы помочь.
-Какая ж ты жалкая, Миранда! - снова накричала Кара, когда Уилсон упала, вот только теперь она еще и пнула брюнетку в живот со стула, и та снова упала на асфальт. - Не можешь дать отпор даже своим галлюцинациям! Не можешь собраться с силами, чтобы спасти псевдо семью! А ведь веришь, что сможешь спасти всех!
-У меня есть силы!
-Так вставай! Миранда, вставай!
Девушка уверенно встала и снова поспешила к дому, вот только со стороны никто не сможет сказать, что она куда-то торопится, слишком медленно шла для того, кто пытается спасти семью. Прошло еще пять минут, и девушка падает на колени перед развилкой дороги, истерично вздыхая воздух, который казался горячим, хотя температура была меньше 8 градусов по Цельсию. Слезы непроизвольно хлынули водопадом из карих глаз, дыхание окончательно сбилось, казалось, будто она тонет в глубине океана, а помочь ей может только она сама.
-В какую сторону?
-Не знаю.
-Знаешь. В какую сторону?
-Не знаю, не знаю я.
-Просто посмотри на каждую из дорог. Внимательно, - наставляла ее Кара, девушка подняла свои заплаканные глаза и посмотрела на обе дороги, но, ничего не увидев, снова беспомощно опустила голову.
-Я не вижу, не вижу подсказок, решения.
-Не хочешь видеть.
-Не вижу. Что тебе от меня надо? Ты обрела свободу от меня, больше не копируешь мою внешность. Сидишь тут, отдыхаешь на стуле во всем черном: в кожаной куртке, высоких сапогах, штанах. Нависаешь над заплаканной беспомощной девочкой в одежде медсестры. Я не понимаю, что тебе от меня нужно!
-Сила.
-Ты пришла не к той. Я не сильная, я сломленная.
-А еще несколько недель назад ты была независимая.
-Знаешь, пытки многое меняют.
-Ты хочешь мести?
-Я... я хочу покоя.
-Я тебя не узнаю, Миранда. Ты всегда хотела мести. За Флору. А теперь сдаешься? Он ведь признался, что убил твоего отца! Твой лучший друг погубил его. Это он пытался похитить лучшую подругу, он - наркоторговец, садист, убийца. Ты не можешь позволить ему жить. Никому из них.
-Но я хочу отдохнуть. Хочу пожить хотя бы неделю спокойно.
-На том свете отдохнешь. Ты меня убиваешь. Вечно ныла, что не хватает приключений, так вот они - бери, не хочу, но ты говоришь об отдыхе? Твои близкие в опасности. Весь город в опасности. Думаешь, та стая альтруистов справится с опасностью? Та девушка с луком спасла тебя, чтобы ты спасла ее друзей! А что делаешь ты? Ноешь, что устала. Маленькая девочка устала. Хнык-хнык. Соберись, тряпка!
-Что ты от меня хочешь?!
-Хочу, чтобы ты стала той, кем была еще до похищения. Я повторю. Дарен. Убил. Твоих. Близких. А если ты не встанешь, убьет оставшихся. Выбирай дорогу, Миранда. Внимательно.
Брук посмотрела по сторонам и резко вскочила, потому что на этот раз на дороге, уходящей влево, увидела монстра, похожего на волка, только больше того раза в два и свирепее в четыре раза. Черный «переволк» стоял там, сверкая красными глазами, но не двигался, будто его поставили на паузу.
-Он - галлюцинация.
-Да. Но не значит, что раны, нанесенные им, тоже будут галлюцинацией. Выбери, куда пойдешь.
-Это тест? Куда мне? По безопасной дороге или к нему?
-Тебе решать.
-Значит решить, пойти через огонь или... Подожди, это как у Зены, ей нужно было решить, пойти через пламя или воду.
-И что же выбрала она?
-Она выбрала огонь. И пусть теперь хоть кто-то скажет, что сериалы бесполезны.
-Они действительно бесполезны.
-Только не сегодня, - лукаво улыбнулась девушка, подбирая булыжник.
-Так все же налево. Ты всерьез нападешь на монстра, вооружившись лишь камнем?
-Несомненно.
Как только нога Уилсон коснулась тротуара дороги, уходящей налево, зверь будто отмер и, заревев, побежал на нее. Девушка остановилась, дожидаясь его. Слабость превратилась в адреналин, страх в злость, и сила захлестнула ее в тот момент, когда она занесла камень для удара в морду. Булыжник ударил дым, зверь рассыпался в пыль еще до удара. Миранда начала победно дышать, а затем обернулась на Кару. Именно тогда из этого тумана выезжает машина, сбивая Брук. Она попала на лобовое стекло, образовав паутину трещин на нем. Женщина за рулем закричала и вжала по тормозам, Уилсон упала на влажный темный асфальт, а подушка безопасности сработала, вызвав новый крик и без того испуганной женщины. Ошарашенный водитель еще сидела в кресле, ловя широко открытым ртом воздух, но, чуть успокоив нервы, она отстегнула ремень и вышла из мигающей машины. Брюнетка закрыла рот рукой, когда увидела лежащую девушку.
-О черт! Черт! Черт! Черт! Я убила медсестру. О боже! Нет-нет-нет, - истерила она, присаживаясь на колени рядом со сбитой.
Водитель резко дернулась назад, падая на руки, когда Брук откашлялась и, привстав в сидячее положение, посмотрела на брюнетку.
-Решили в черепашку поиграть? - усмехнулась девушка кровавыми зубами.
-О мой Бог, вы в порядке?
-Если кто-нибудь еще хоть раз спросит меня, в порядке ли я, я ему врежу.
-Я вас сбила, мне так жаль, я... я правда не хотела этого, я вас просто не заметила, вы появились из ниоткуда, и боже, мне так жаль.
-Все хорошо, - успокоила ее Уилсон, вставая на ноги.
-Все нехорошо. Я вас сбила, у вас во рту кровь, это нехорошо. Я доставлю вас в больницу.
-Не стоит. Отвезите меня лучше домой, я назову адрес.
Это была самая напряженная поездка в машине для обоих из них. Не очень приятно ехать с той, которую ты покалечил, сердце колотится, будто ты пробежал марафон, а чувство вины заживо поглощает изнутри. Брюнетка же беспокоилась лишь об одном. Какого черта она не чувствует такой боли, какую должен чувствовать, когда тебя переезжает машина!? Почему она ощущала удар, но не то, что должно следовать с ним? Когда ее в школьном коридоре задевают локтем и то больнее. Когда машина остановилась напротив дома, Брук еще долго успокаивала женщину и просила отпустить. Ей удалось это сделать, но пришлось принять триста долларов от водителя.
Она тихо вошла в дом через окно, потому что ключей у нее не было, как и желания будить Майка и Шарлотту. В тумбочке при входе Миранда взяла резинку, сделав неаккуратный хвост, на кухне она включила свет и налила воды. Брюнетка стояла, опираясь на столешницу и размышляв о всем, что произошло с ней за день. Ее радовала только одна новость: стая не добралась до дома, это она поняла, когда проверила мирно спящую Шарлотту и храпящего Майка в своих комнатах на втором этаже.
Вернувшись на кухню с плеером, она села за стол, включив музыку на полную громкость. В наушниках ходят те, кто пытается скрыться от своих мыслей. Перед ней за столом из воздуха возник гнилой труп Найджела, после чего Миранде пришлось выключить плеер и с нескрываемой ненавистью и раздражением посмотреть на лежащую в гостиной на диване Кару.
-Ну что?!
-Ничего, просто скучно.
-Тогда давай поговорим о том, почему я не чувствую боли.
-О нет. Не давай.
-Почему ты такая слабая сегодня? То на стуле сидишь, теперь вообще валяешься на диване, - с интересом спросила Уилсон, подходя к ящику со столовыми приборами.
-Кто бы говорил о слабости.
-Спасибо за это, кстати, я действительно что-то расслабилась, но ты помогла мне найти путь истинный и все такое. Но вот что я не могу понять, - она резко повернулась лицом к лежащей на диване брюнетке, которая схватилась за левую ладонь. - Какого черта я не чувствую этого, - Брук показала той разрезанную ладонь, из которой лилась кровь.
-О, черт! Ты специально теперь будешь себя калечить?
-Ты забираешь мою боль. Зачем? Почему не раньше?
-Ну, раньше ты не делала того, что сделала потом.
-Прекрасно. Все объясняет. Не делала чего?
-Не убивала, - вот теперь Миранда замолчала, пожалев, что вообще начала это разговор. - Да. Убила. Того парня, когда сбегала из подвала. Это было круто. Набросилась на него и просто... а, неважно.
-Я этого не помню. Почему я этого не помню?
-Потому что тебе не стоит этого помнить. Жалеешь? О том, что убила?
-Я никогда не любила врунов, знаешь. Да, врала довольно много, но себе я врать не привыкла. Это отстойно, когда человек лжет сам себе, не так ли? Я не жалею о том, что убила того монстра. На самом деле, я бы даже хотела запомнить его смерть и повторить это.
-Что мешает? Целая стая монстров, которые тебя знают. Их легко убить, они не будут драться с тобой.
-Стоп, что?! Я не собираюсь их убивать. Они не монстры.
-Еще какие. Те же оборотни. Что их различает друг от друга?
-Всё. Ни у Данбара, ни у Лейхи не было голубых глаз и, сомневаюсь, что МакКолл кого-нибудь убивал. Он же альтруист, скорее всего, именно он тот самый истинный альфа. То, что они отличаются от людей генетически ничего не значит, это все равно что быть расистом или гомофобом. Ладно, гомофобы сюда не особо подходят.
-Они всегда могут сорваться. Они - монстры. Знаешь, какой кодекс у охотников?
-Откуда мне знать.
-Мы охотимся на тех, кто охотится на нас.
-Они не охотятся на людей. Сомневаюсь, что даже на зверей. Ну, возможно, только Малия, но ей можно, она в лесу половину жизни провела.
-Тебе все равно нужно их убить.
-Зачем? Потому что мне приказала моя галлюцинация? Знаешь что? Пошла ты! - выкрикнула брюнетка, показывая той фак.
-Брук? - сонно спросил Майк у сестры. - Зачем ты показываешь фак дивану?
-Он манит меня, а я его посылаю, чтобы пойти в свою комнату.
-Ты понимаешь, что я в эту брехню не верю? Что ты вообще делаешь здесь а не в больнице? Почему на тебе форма медсестры, а на этой форме кровь? Боже, почему у тебя рука порезана?
-Майк, давай по порядку.
-Брук! Рассказывай!
-Не говори мне, что тебе рассказывать, а что нет! Я это точно не должна слушать от тебя! - он молчал, поэтому, чуть успокоившись, брюнетка продолжила. - Думаешь, я не замечала твои вечно длинные рукава? Наивно, братец, наивно.
-Сделка?
-Я скучала по этому слову из твоих уст. В чем она заключается?
-Мы оба начнем свои рассказы с момента, как начали друг друга обманывать.
-Идет.
-Вот только я хочу услышать все. Абсолютно все.
-Обещаю.