Глава шестнадцатая "Подвал"
Голос был очень близко к ней, но из-за звона в ушах он прозвучал отдаленно и определить, кому он принадлежал – мужчине или женщине – было невозможно, однако в этом силуэте она разглядела девушку с короткой стрижкой.
-Полагаю, сейчас я должна спрашивать, кто ты, где я, и какого черта я здесь делаю, - усмехнулась Уилсон, откидываясь на холодную стену, к которой и были приделаны оковы и ошейник.
-Нет, я не тот человек, которому ты должна их задавать, - отозвался силуэт.
-Нет? Тогда кто ты? – устало спросила Миранда, хотя не была уверенна, что ей это интересно в данный момент.
-Я здесь такая же пленница, как ты, - абсолютно спокойно отозвалась девушка.
-У тебя тоже прямо перед тобой вырубили знакомого, а потом выстрелили в сердце какой-то хренью? – посмеялась Уилсон.
Она не из тех девушек, что будут плакать из-за похищения или бояться того, что будет. Ее забавлял тот факт, что в ее жизни сейчас происходит что-то интересное, ее забавляло, что она погибнет в этом подвале, а не от болезни, тем самым послав собственную смерть.
-Эта хрень – транквилизатор, - объяснили ей.
-Да?
-Да. Я здесь гораздо дольше тебя. И мне уже рассказали кое-что.
-Не поделишься этим кое-чем? Было бы неплохо знать, какого черта я в цепях.
-И в клетке, - подметила девушка, и Уилсон начала осматриваться по сторонам. Она и не заметила эту решетку, окружающую ее с трех сторон.
-За кого же нас принимают? – возмутилась брюнетка, но без гнева и раздражения: она была слишком слаба для этих эмоций.
-За собак, - пожав плечами, ответила девушка по другую сторону камеры, хотя находилась в идентичной.
-И с чего они взяли, что мы - собаки? Я им не буду носить в зубах тапочки и газеты.
-От тебя это и не требуется.
-А что же от меня требуется? – уже с неким возмущением отозвалась Миранда.
-Исполнять приказы и сидеть на цепи.
-Меня это не устраивает.
-Как будто меня это очень устраивает. У тебя нет выбора.
-Выбор есть всегда. Смотрела матрицу?
-Нет.
-Вот и я не смотрела. И я планирую это сделать, как и просмотр звездных войн и хоббита. А еще прочесть дохрена всего.
На нее резко упало осознание того, что она не сделает этих вещей, ее сердце вдруг разорвало от мысли, что брат не сможет с ней никогда увидеться. Что он останется в этом мире, оставшись лишь с матерью. До брюнетки дошло, что она не сможет помириться с Шарлоттой и прыгнуть с парашютом. Не сможет увидеть тех интересных ребят, с которыми познакомилась в этом городе. Хотя она загнала эти мысли далеко в свое подсознание и сконцентрировалась на мыслях о непрочитанных книгах, недосмотренных сериалах и о фильмах, выход которых она ждала с нетерпением.
-Хоббит прекрасен. Особенно гномы рода Дурина: Торин, Фили и Кили. И именно их троих из 12 гномов убили. Вот именно их троих. Я рыдала.
-Я тоже теряла любимых героев, - согласилась с ней брюнетка. - И не только в книгах и фильмах, - с сожалением добавила она.
-В сериалах? – поинтересовалась девушка, хотя понимала, что она говорит про более реальных людей, однако Миранда грустно усмехнулась на ее столь наивный вопрос.
-Да, в них особенно много. Но я говорила скорее про жизнь. У меня остался один любимый герой. И я должна отсюда выбраться до того, как ему сообщат о моей пропаже.
-Кто же этот счастливчик, завоевавший сердце принцессы? – с интересом спросила та.
-Ты в одном предложении сделала две ошибки о моей биографии. Во-первых, это не мой парень, а во-вторых, я не принцесса. Больше нет, - чуть слышно произнесла брюнетка последнее предложение.
-Сказала девушка в платье с косметикой, размазанной, кстати, и длинными кудрявыми волосами, - поддела Миранду девушка.
-Я обычно не выгляжу так. Увидела бы ты меня в обычный день – увидела бы подростка в обычных джинсах с обычной рубашкой или футболкой, обычными кедами, без макияжа с растрепанными распущенными волосами.
-А что особенного в этом дне? Нарядилась для похищения? – язвила та, стараясь нарыть больше информации, но не только от скуки в этом месте. Люди охотнее рассказывают что-либо после подколов, чтобы оправдаться.
-Знакомая вынудила, - пожала плечами Уилсон. Она редко когда была общительна с незнакомцами.
-Вот оно что, - не стала настаивать девушка.
Брюнетка начала это делать. Она начала накручивать себя. Думала о том, что никогда не слышала, как родители познакомились. Ей было жаль, что если все же она умрет здесь, ее брат снова перенесет потерю. Такую же тяжелую, как почувствовала бы она, окажись на его месте. Он узнает. Стилински расскажет своим друзьям о произошедшем, хотя навряд ли он знает, что случилось с Мирандой. Будут ли они ее искать? С трудом верится. Она рассказала шатену о том, что собирается уехать, скорее всего, он подумал об ограблении, и что после того, как его вырубили и ограбили девушку, та уехала.
Она поняла, как отсюда выбраться. В двенадцать лет Миранда ушла из дома и встретила уличную компанию, которая грабила дома, прохожих и машины. Провела с теми неделю, но ушла, не сдав их ни полиции, ни отцу. Уилсон ушла после того, как те напали на какую-то старушку, после чего та оказалась в больнице с инфарктом. Как Уилсон узнала, что она все же скончалась через пару дней, ей пришлось сказать об этом отцу, а тот сообщил шерифу (на тот момент он не был еще шерифом), не упомянув свою дочь. Но Миранда получила от них не только ножом в живот, как те вышли, но и навыки в открытии замков обыкновенной невидимкой, которую можно найти в ее прическе благодаря Мартин.
Миранда понимала, что нужно уходить, но как это сделать, не заглянув в лицо того, кто похитил ее? Она не привыкла к неизвестности, не любит её. Поэтому она остается ждать. Думает на счет своей «соседки», как долго та здесь, есть ли у нее семья. А если так долго она здесь, почему все еще здесь, что собираются с ней делать, зачем она им? Зачем ОНИ им нужны? А потом думает о том, где здесь душ и туалет, что ей будут давать из еды, и включается ли здесь та небольшая лампочка, висящая на потолке. Уилсон осознает, что не знает имени той девушки. Когда все мысли в ее голове перестали всплывать на поверхность, она заметила, что на ней нет обуви, а бетонный пол чертовски холодный для ее босых ног. И тогда она задается вопросом, где ее туфли.
-Как зовут тебя, подруга по несчастью?
-Алекс, - дала краткий ответ та. – А тебя? – через несколько секунд спросила девушка.
-Миранда. Меня зовут Миранда.
-Вообще-то тебя зовут Брук, - произнес жестокий голос из темноты, - Что, уже не нравится имечко? – с усмешкой произнес он, включая лампочку, чтобы был хоть какой-то свет в этом месте.
Уилсон сразу зажмурила глаза, привыкшие к темноте, а затем начала медленно открывать те, чтобы увидеть того, кто ее похитил. Конечно, она уже поняла, кто это, из-за чего ее рот чуть открылся от удивления. Она не могла не узнать голос того, кого знала с восьми лет. Но она хотела заглянуть ему в глаза.
-Дарен, какого черта происходит?! – возмущенно вскрикнула девушка, вставая. Она смогла за несколько минут привыкнуть к цепям на шеи и руках, которые позволяли ей впритык подойти к клетке, и сейчас она вцепилась руками в железные прутья.
-Как же я скучал по твоему «какого черта». Серьезно.
-Тогда скучай дальше, - грубо отрезала брюнетка. - Что все это значит?!
-Интересно, где же сейчас тот друг, с которым мы собирались всю жизнь быть вместе и никогда не переставать быть лучшими друзьями?
-Ты продал нашу дружбу вместе с наркотой. А потом еще и убил ее вместе с ней.
-Знаешь, я хотел простить тебя за убийство Флоры…
-Ты убил её! – перебила его криком Миранда.
-Я хотел тебя простить… - чуть раздраженно продолжил он. – Но передумал. Просто знай, что у всех есть своя маленькая месть. И вот это, - он указал на железную решетчатую стену позади него, стоящую около деревянного стола, где лежало оружие: мачете, пара кинжалов и стрел, какие-то пузырьки с жидкостями, шприцы и пистолет. По самой стене располагались провода, подключенные к аппарату, где можно регулировать разряд тока. – Моя.
-Серьезно, Симмонс?! – прокричала брюнетка, смотря на него, хотя он и старался не встречаться с ней глазами. – Ты решил поиграть в Рамси?* Тебе это не идет. Как ты вообще от продажи наркотиков сумел опуститься до похищения и пыток людей?? – осуждала его брюнетка.
-Ну вот почему? Почему ты не умоляешь меня отпустить тебя и не причинять вреда? Почему ты вечно ведешь себя, как… как Уилсон, - начал открикиваться Дарен.
-Если я и стану тебя о чем-то умолять, так это о том, чтобы ты принес мне джинсы, рубашку и носки. Тут холодный пол.
-Тут еще и крысы есть. Это так, к слову, - произнес брюнет, подходя к столу.
-Будешь меня пытать, да? – поинтересовалась девушка, получив в ответ кивок. – Но ты не сможешь открыть камеру, потому что я тебя изобью и сбегу. Так каков же твой план?
-Хэй! – крикнул он, обращаясь явно к тем, кто наверху. – Не думала же ты, что я один? – с насмешкой спросил он у Уилсон, отчего девушка перевела ожидающий взгляд с лестницы на него.
С давящим на слух скрипом железная дверь открылась, и в нее вошли два громилы в красных масках демонов, закрывающих их лица целиком. Миранда, увидев их, наконец отпустила прутья решетки и сделала два шага назад. Они посмотрели на Дарена, держащего и изучающего мачете с красной ручкой, тот бросил взгляд на подругу, а затем с противной улыбкой кивнул им. Они двинулись прямо к Миранде. Алекс же, как умная девушка, предпочитала молчать, вжавшись в один из углов своей клетки. Один из них открыл дверь камеры, и Уилсон замерла в ожидании. Когда оковы с ее шеи и рук упали, девушка сделала попытку сбежать, однако второй мужчина схватил ее за шею и бросил со всей силы в стену, после чего она не смогла встать, и одному из них пришлось перекинуть ее через плечо, чтобы принести к Дарену.
После того как ее поставили у стены, ей заковали руки выше головы. Миранда сумела бороться с болью во всем теле и подняла голову, чтобы посмотреть на Дарена, который, после того, как те двое отошли, приблизился к ней с мачете. Он убрал волосы ей за спину, оголяя шею и грудь.
-Знаешь, тебе идет это платье. Но мне всегда нравилось, как фиолетовый сочетается с красным, - после произнесенной фразы он сделал неглубокой надрез прямо на кости у девушки, из-за чего та чуть застонала в себя. Она сразу пообещала себе, что не позволит этому ублюдку слышать ее крик. – Нет. Ты должна кричать, - он сделал еще порез, но в этот раз она даже стон сдержала и надменно смотрела на него. – Кричи! – истерично проорал Симмонс, позволяя другой ране выпускать багровую кровь брюнетки.
Кровь уже добралась до платья, но Миранда продолжала не подавать виду, будто что-то не так, будто она просто пришла увидеть старого знакомого и смотрит, как тот вместо общения с ней, смотрит телевизор. Однако ей так хотелось закричать, потому что то, что он делает ужасно больно, особенно, когда острое лезвие делает надрез на кости.
Дарен еще около трех минут наносил новые раны на руки и грудь Миранды, но она не издала ни единого звука, что злило его все больше и больше, и когда он собирался порезать ее плечо, а она про себя отметила, что готова закричать, даже если он услышит, железная дверь с тем же противным скрипом открылась, и там предстал мужчина без маски, в отличие от тех двоих, но его глаза горели красным, а он с неприязнью смотрел на Дарена, который поспешил убрать мачете, как только услышал дверь. Уилсон сумела выдохнуть, поняв, что у нее есть время до следующей раны, и что она не сдалась.
-Кажется, у нас был уговор, что нельзя пытать в первый день, - произнес он ледяным тоном.
-Прости, Марк, но… - хотел оправдываться Симмонс, но альфа приказал ему жестом замолчать.
-Еще у нас был уговор, что нельзя оправдываться. За это двойное наказание. А бедную девушку верните в камеру и в качестве моральной компенсации выполните одну её просьбу. Что ты хочешь, дитя?
-Я так понимаю, просить об освобождении не входит в моральную компенсацию, - произнесла она и почувствовала, как ее руки стали свободны от наручников.
-Верно, - девушка дождалась, когда окажется в камере, «со всеми удобствами», и лишь после того, как дверь ее клетки закрылась, выпуская тех мужчин, брюнетка начала говорить.
-Это платье жутко неудобное, принесите, пожалуйста, рубашку и джинсы.
-Как скажешь, милая. Вы слышали? Тогда почему стоите как истуканы? Уходите и не возвращайтесь без них. Прости этого идиота, обещаю, что такое не повторится. Ну, я не про пытки, - он усмехнулся. – Я про то, что до укуса их не будет. Вообще, они должны были быть до него, но не в первый же день. Это было бы совсем жестоко. Мы ведь должны были узнать, как происходит твоя регенерация до укуса. Кстати, как тебя зовут?
-Как будто вам это интересно. Вы относитесь к тому типу людей, которым безумно нравится слушать свой голос, и что говорят остальные абсолютно пофиг. Так что, какая разница, как меня зовут, откуда я родом, есть ли дом и семья. Я здесь как ваша марионетка, которую можно мучать двадцать четыре часа в сутки. Вы можете сами придумать мне имя.
-Я гляжу, ты тоже из любителей послушать свои мысли?
-Да. Я много говорю, мне нравятся мои мысли, и я хочу слышать их. Это плохо?
-Немного.
-Но я не такая как вы, - отрезала девушка.
-Разве?
-Может, я и люблю слушать себя, но слушать других мне нравится больше.
-Не зазнавайся, девочка. Возможно, сегодня я тебя и спас и позволю наблюдать за наказанием этого недоумка, но я не буду с тобой вести беседы.
-Потому что вам нравится разговаривать с теми, кто глупее вас? Понимаю, мне тоже нравится поднимать свою самооценку.
-Не беси меня, девочка.
-А вы не дадите девочке имя?
-Девочка сама должна дать себе имя.
-Вы тоже смотрели игру престолов? – поинтересовалась девушка, опираясь на прохладную стену и руками трогая свои раны, отчего сразу начинала корчиться, но продолжала их трогать.
-Смотрел.
-Кого вы хотите на железный трон?
-Серсею.
-Серьезно? Эту стерву?
-Ей подойдет роль королевы. Дай угадаю, ты хочешь Джона.
-Что? – обиделась Уилсон, что ее отнесли к тем глупым фанаткам, считающим Сноу самым сексуальным, и что именно из-за этого тот должен занять железный трон. - Нет, по-моему, он какой-то, как вы там сказали? Недоумок.
-Териона?
-В качестве десницы – да.
-Дейенерис?
-Да! У нее там гребанные драконы. Она офигена. Разве нет?
-Она всего лишь девчонка.
-Ага. Всего лишь девчонка с двумя армиями и тремя драконами.
-А у Серсеи есть опыт во всех этих играх престолов.
-Дейенерис тоже не глупа. Учитывая, что ей будет помогать Терион, она сможет забрать трон. А учитывая ее любовь к народу и справедливость, она сможет его сохранить.
После столь любезного разговора альфа, как и обещал, начал наказывать Симмонса. Дарен стоял без футболки на том же месте, где недавно стояла Уилсон, однако Марк завязал провода у его рук, а затем вылил на него ведро холодной воды, которое стояло под столом. Миранда наблюдала за всем происходящим, однако ее удивляло, что Симмонс даже не пытается сопротивляться. Он был абсолютно покорным. Когда альфа приблизился к аппарату для регулировки силы тока, девушка начала слышать ужасный нарастающий гул. Ток прошелся по парню, и тот с трудом мог сдерживать крик, и было удивительно, как он не ломал зубы: так сильно он сжимал челюсть. Второй разряд, еще сильнее, и гул тоже становится противнее, Миранда уже ничего не видит сквозь зажмуренные глаза. Третий удар тока Симмонса – и брюнетка проваливается в абсолютную тьму. Всего было восемь ударов, когда наказание было завершено, альфа посмотрел на брюнетку и сильно огорчился, увидев ее без сознания. Он думал, что Уилсон будет одной из тех сильных персон, которые смогут остаться в сознании после своих пыток и просмотра пыток других.
-Так как ее зовут? – спросил он у Дарена, когда тот слегка потирал свои запястья.
-Брук, - произнес он, отходя от стены.
-Та самая Миранда Брук Уилсон? – усмехнулся Марк.
-Да.
-Что же поменялось? Почему несколько месяцев назад ты отговаривал брать её к нам, потом про нее забыл, а теперь и вовсе решил пытать?
-Я никогда не забуду ту, что убила Флору.
-Блондинку убил ты.
-Я ее не убивал!
-Остынь, мальчишка, ты ее убил, просто слишком эгоистичен и глуп, чтобы принять это.
-Я хотел убить ее, - он бросил жестокий взгляд в сторону бессознательной Миранды.
-Потому что она узнала, что ты был наркоторговцем?
-Ты не тот человек, кто в праве меня осуждать! От первой стаи, куда я попал, осталось лишь трое, я не помню, скольких ты убил, но уверен, что крови на твоих руках куда больше, чем у меня.
-Однако я не чувствую вины ни за одно из убийств, моя кровь чиста, не было жертв по неосторожности.
-А что насчет Вивиан и того парня в прошлом городе?
-Их убил их организм. Он ведь начал бороться с укусом, как с вирусом.
-Да, все твои жертвы были запланированы.
-Да.
-Будешь ее обращать? – перевел тему Симмонс, надевая сухую футболку, на которой тут же появились мокрые разводы.
-Через пару дней.
-Через пару дней полнолуние.
-Говорят, оборотни, рожденные в полнолуние куда сильнее прочих.
-Но ты никого не обращал в полнолуние.
-Она будет первой.
-Почему твой выбор пал на нее?
-Потому что ты ее похитил раньше времени. Разве я давал указания на похищение кого-либо?
-У нас камеры пустуют. Тебе самому хочется власти. Ты можешь ее получить, убивая своих бет. И вот я добыл ее для тебя.
-Тебе просто хочется мести.
-Одно другому не мешает. И потом, как ты собираешься бороться со стаей истинного альфы? Не забывай, что они одолели стаю альф и ногицунэ, а также пережили список смертников.
-Я помню об этом. Но нас десять. А сколько их? Семь? И это при том, что двое из них – не воины.
-Она сблизилась с ними. Если она будет за нас, мы точно отвоюем город, потому что на нее они не посмеют напасть. Однако она на них по твоему приказу сможет.
-Уйдет много времени на ее обучение.
-Разве оно того не стоит? Немного терпения, и этот город безоговорочно станет твоим.
Это убедило альфу оставить ее. Это убедило начать ее обучение. Но Дарен был хитрее мужчины в некоторых вопросах. Он давно хотел после захвата этого сверхъестественного города убить Марка, чтобы занять его место. Симмонс всегда жаждал власти и понимал, что скоро он ее получит. Бросив последний взгляд на Миранду, он вышел вслед за альфой.
Миранда не видела ничего, лишь тьму, но сквозь эту темноту сумела услышать знакомый голос, который старался вернуть её в реальность. Ее трясли за плечи, говоря очнуться. Первым делом, что она увидела, когда открыла глаза, были очаровательные трясущиеся кудряшки, сфокусировавшись, голос перестал быть для нее отдаленным, а лицо перестало мерцать, и она увидела широкие скулы и безумно красивые, горящие желтым, глаза.
-Миранда. Наконец-то, - облегченно вздохнул оборотень.
-Лейхи, какого черта ты тут делаешь?
-Спасаю принцессу, конечно же. Хоть она и отказывается.
Она безумно хотела задать вопрос о его горящих глазах, но она понимала, что это может оказаться ее очередная галлюцинация, поэтому промолчала. Сейчас у нее крутились вопросы о том, как он справится с оковами и о том, как он вообще сумел найти ее.
-Что ты будешь делать с цепями на мне? – усмехнулась Уилсон, она совсем забыла, что сама способна снять их, она почему-то хотела действительно быть беспомощной принцессой, которую надо спасти.
-Смотри, но не пугайся, хорошо? – настороженно попросил он, протягивая руку с когтями к ее ошейнику.
Мало кто выполняет просьбы «Успокойся» или «Не пугайся», Миранда относилась к этому типу, а потому, когда увидела когти, как у дикого зверя, на руках парня, затаила дыхание, чуть двинувшись назад. Лейхи старался делать все очень осторожно и медленно протягивал руку. Схватив ошейник, он заглянул в испуганные глаза девушки и приложил всю свою силу, чтобы сорвать его. Получилось далеко не сразу, и Уилсон понимала, что на обратной стороне шеи останется синяк, но она героически терпела эту боль, и, когда оковы упали, она облегченно захватила кислород, такой необходимый для легких. С цепями на руках все было идентично. Он убрал когти и, встав, протянул Миранде руку, надеясь, что она не повторит взгляд, который бросила в первую их встречу. Брюнетка его не повторила, лишь со страхом заглянула во все еще светящиеся глаза парня и вложила свою руку в его. Он удовлетворенно улыбнулся и поднял девушку.
Он решил задать вопросы про раны после того, как они будут в безопасности, Уилсон тоже задаст свои про его когти и силу, с помощью которой он смог разорвать цепи. Но она не могла вообще ничего не спросить. Не в ее стиле.
-Глаза, - брюнетка знала, что тот поймет, о чем она говорит, если это не ее галлюцинации. Хотя она думала, что эти желтые глаза ни чуть не хуже его голубых.
-Да. Светятся желтым. Помогает ориентироваться в темноте. Но давай все вопросы, после того как мы выберемся отсюда. Я же не спрашиваю по твои царапины. Хотя чертовски хочу, - добавил он, начиная идти к двери.
-Можем говорить на ходу, - предложила Миранда.
Они успели дойти лишь до половины комнаты, когда свет включился, Брук по инерции закрыла глаза рукой, которую не держал блондин. Открыв глаза, она увидела лишь окровавленный наконечник стрелы, торчащий их шеи парня. Девушка закрыла рот той рукой, которую он блондин не держал, потому что не собиралась отпускать его руку так долго, как только это возможно в данной ситуации. Наконец, он упал на колени, и Миранда кинулась на землю за ним. Их руки разомкнулись, она схватилась одной рукой за его мягкие кудри на затылке, а вторую положила на грудь. Сама того не понимая, она разревелась, смотря на то, как его золотые глаза снова становятся голубыми.
-Айзек! – хотела выкрикнуть девушка, но получилось только прошептать его имя.
Ей было невыносимо больно смотреть, как из блондина уходит жизнь. Она только теперь поняла, как он ей дорог, и что он точно не тот человек, которого она хотела бы выкинуть из своей жизни. Он, скорее тот, которого она хотела бы видеть спокойно стоящего у плиты и подающего горелую яичницу на завтрак. Или тот, с кем она хотела бы засыпать, потому что он может защитить ее от собственных кошмаров. Ей нравилось с ним препираться. А теперь ей казалось, что с ним умирает огромная ее часть. Ее лучшая часть. Еще одна смерть по ее вине.
Он дергался в конвульсиях, но его левая рука сумела дотянуться до волос Миранды, и соскользнуть на ее щеку, вытирая слезы. Это последний его жест, прежде чем глаза стали стеклянными, а рука безжизненно упала на пол. Новый поток слез подступил к горлу брюнетки, воздуха ей не хватало, но она продолжала держаться за его волосы на затылке и рыдать у него на груди. Она даже не замечала, как находится по колени в теплой багровой крови Лейхи.
-Кретин! Ненавижу тебя! Зачем ты пришел?! – в истерике билась она об его торс. – Почему тебе надо во все лезть!? Я не просила о спасении! – слезы, которые она сдерживала, чтобы накричать в последний раз на Лейхи, вырвались из нее в два раза сильнее, чем прежде. – Ненавижу тебя и твои рассветы!
Брюнетка была так поглощена горем, превратившемся в истерику, что забыла о том, что этот выстрел должен был сделать кто-то.
-Тебя и твои самоуверенные ухмылки! И твои очаровательные голубые глаза! – все еще кричала брюнетка, с перерывами на плачь.
-Это так ты оплакиваешь людей? – улыбнулся Дарен. – Хотя он и не совсем человек… - Миранда подняла свое заплаканное лицо, но в ее глазах даже не было ненависти к нему. Она поняла, что ей все равно будет жить он или нет. Но если ему и предстоит умереть, то только от ее рук. – Знаешь, он монстр. Он бы убил тебя и глазом не моргнув, - Уилсон все еще играла в молчанку, хотя теперь она поняла, что пару секунд назад не чувствовала ненависть к этому человеку, потому что это было затишье перед бурей, теперь ярость разливалась по ее телу, доходя до самого сердца и порабощая затуманенный разум. – Особенно в полнолуние. Или услышав вой альфы. Например, такой, - произнес Дарен, показывая красные глаза, а после зарычал так громко, что девушке пришлось закрыть уши руками.
Когда вой закончился, блондин резко открыл горящие желтым глаза, а его рука с когтями прошлась по шее Миранды. Лишь тогда она сумела открыть глаза и уши. Ее руки сразу начали пытаться удерживать кровь, хлынувшую из глотки. Она бросила взгляд на Лейхи, у которого глаза из желтых стали металлическими, и упала замертво возле его тела.
-Проснись же! – донеслось до брюнетки, и та резко села у стены. – Наконец-то. Я никак не могла тебя разбудить. Не знаю, что тебе снилось, но ты плакала довольно долго.
Миранда пыталась взять себя в руки после очередного реалистичного сна. Она откинулась на стену, счастливо улыбаясь одной мысли: «Он жив».
-Это был просто сон. Его здесь нет. Слава богу, он не здесь.
-Кто-то важный? Твой брат? - поинтересовалась Алекс, пристально смотря на брюнетку.
-Нет. Знакомый. Это просто знакомый.
-Ты пролила много слез по своему просто знакомому, - заметила Томпсон, лукаво улыбаясь.
-На что ты намекаешь? - раздраженно спросила Уилсон, ей показалось, что она уловила угрожающие нотки в предложении девушки.
-На то, что ты его любишь, - спокойно ответила та, однако не сдержала смешок, что принцесса не понимает любви.
-Невозможно, - отрезала та. - Я его знаю лишь около двух недель, - проговорила девушка, считая, что это все объясняет.
-Не важно, сколько вы знакомы: неделю, месяц, год или целую жизнь — если ты скучаешь по человеку, значит, ему удалось коснуться твоего сердца, значит, он стал для тебя родным.
-Но это не означает, что ты его любишь, - запротивилась брюнетка.
-Любовь бывает разная.
-Возможно, - она согласилась, устав от этого разговора.
Миранда прокручивала в голове свой сон и понимала, что ее сны никогда не были из разряда нормальных, но и красной шапочкой ей не приходилось быть: «А зачем тебе такие большие глаза?» «Чтобы лучше видеть тебя». Она издевалась сама над собой, вспоминая, какие глупости были в ее сне. Горящие глаза, позволяющие видеть в темноте, когти и сверхсила. А еще она думала о том, что очень давно не плакала по-настоящему. Она хотела заплакать, когда умер Найджел, человек, которого она знала с самого детства и безумно любила, но она это не сделала. Тогда она думала, что перестала чувствовать что-либо и старалась вызвать слезы доступными ей методами - было два фильма, заставляющие ее плакать без остановки: "Если я останусь" и "Хатико". Она пересматривала их миллионы раз, но так и не сумела зарыдать, хотя очень хотела. И не рыдала, когда холодное лезвие резало ее. А вот когда умер блондин (еще и не по-настоящему), которого она едва ли знала, слезы полились из нее ручьем. Уилсон это не устраивало.
-Будешь переодеваться или как? – раздраженно спросила Алекс.
-Что? – удивилась брюнетка, что ее прервали на своих раздумьях.
-Тебе принесли одежду, как ты просила. Наденешь ее?
-Конечно. Постой. У меня руки свободны.
-Да. Как ты собиралась одеться с наручниками на руках?
Миранда приняла её ответ и начала оглядывать свою камеру, когда увидела аккуратно сложенную рубашку и джинсы. Она взяла одежду и начала надевать джинсы. Вот тогда она и поняла. Поняла, что это ЕЕ рубашка и ЕЕ джинсы.
-Они знают, где я живу и могут спокойно пробираться в мой дом, верно? – спросила после некоторого осмысления брюнетка, поворачиваясь спиной к девушке, чтобы надеть бюстгальтер (который так же удивительно лежал в стопке). Может, и было темно, но Уилсон все равно было некомфортно раздеваться перед незнакомкой.
-Да. В основном используют открытые окна, - пояснила Алекс, и Миранда тут же громко усмехнулась, потянувшись к рубашке и повернувшись к девушке. – Что смешного?
-Ничего, наверное. Просто лично меня забавляет, что я живу с вечно открытым окном, а теперь эта привычка может навредить моей семье.
-А ты лучше, чем девушка до тебя, - резко выдала Томпсон. - Ее звали Джессика, и она вечно ныла.
-Джессика? – спросила Миранда, застегивая последние пуговицы и садясь в позу лотоса на холодный пол. - Ее убили. Кто-то разорвал ей горло.
-Не кто-то. Марк.
-Тот самый Марк, с которым я мило беседовала об Игре Престолов? - не поверила брюнетка.
-Да. Он. Без малейших колебаний.
-Но на ней не было найдено следов пыток. Ни одного. И как он сумел разрезать ей горло, чтобы было похоже на зверя?
-Это объяснить тебе сейчас будет сложнее.
-Почему? Почему я не могу знать всего именно сейчас?
-Мало кому нравится знать все.
-А я люблю, когда мне все известно. Я чертовски любопытная. Ты должна мне все рассказать. Немедленно.
-Он оборотень, - выпалила Алекс, что заставило брюнетку замолчать, однако ненадолго.
-Ага. Оборотень. А я вампир. А ты, должно быть, фея, - саркастично воскликнула Уилсон.
-Ну конечно. Сарказм. Твоя защита?
-Ну, учитывая, что у меня нет клыков, когтей и всего того, что еще есть у оборотней, а лишь хрупкие кости, то да, сарказм – моя единственная защита.
-Ты должна выслушать очень внимательно. Оборотни реальны.
-И единороги? – притворно радостным голосом прокричала брюнетка, хлопаяв ладоши под подбородком.
-Не будь идиоткой. Просто слушай, не перебивая, - Миранда притворилась, будто закрывает свой рот на замок и выкидывает ключ. – Сойдет как ответ. Оборотни существуют, и все, кого ты здесь увидишь – оборотни. Марк – альфа, вожак стаи, остальные его беты. Ты сможешь позже заметить, как у них горят глаза. Красные у альфы, желтые у беты, есть синие. Синие у тех, кто совершал убийства, будучи обращенным. Здесь нет никого с желтыми. Оборотни быстрее и сильнее человека. У них имеются когти и клыки. Думаю, про обостренные чувства и так понятно. Обоняние как у гончих. Небольшая способность видеть в темноте.
-Светящиеся глаза. Я слышала об этом. Мне было тринадцать лет, у отца было дело про человека, убившего четверых под предлогом светящихся глаз. Его поместили в психушку до конца его дней.
И Миранда начала думать о сне. Горящие желтым глаза, которые стали синими после ее убийства и когти. Видел в темноте. Супер сила. И вот мысли резко всплыли в ее голове. И ей они совсем не нравились. Однако они были довольно разумные, поэтому та начала их проговаривать вслух. Не для Алекс, для себя.
-Ты сказала, что у меня размазана косметика, но я с трудом смогла увидеть стопку одежды рядом с собой. Как ты узнала, где лежит одежда? Но главное – ты сказала: «Все, кого я здесь увижу – оборотни». И ты – первый человек, кого я здесь увидела. Или не человек?
-А я говорила, что ты лучше Джессики. Она поверила про оборотней моментально, мечтая о красавчике, как в сумерках. А вот догадалась, что я тоже одна из них лишь после того, как ее обратили. Знаешь, мы как бы можем чувствовать друг друга, - начала вдаваться в подробности Алекс, но Миранде нужно было другое, поэтому та ее перебила.
-Какого цвета твои глаза?
Алекс усмехнулась и посмотрела на нее светящимися голубыми. Уилсон разочарованно закрыла глаза.
-Я же сказала, что здесь нет никого с желтыми.
-Кто это был?
-Моя семья.
-Что?! Ты убила собственную семью?
-Разорвала на части. Знаешь, в фильмах про оборотней есть одна важная деталь – полнолуние это правда. В этот день волк внутри тебя берет контроль над телом и разумом, а жаждет он только охоты. Они отправили меня в собственный дом в этот день и заперли там. Наутро не осталось никого. Даже моя младшая сестра лежала мертвая в своей комнате.
-Не слышу сожаления в голосе.
-Оно было. Огромное. На протяжении двух дней. Но под нескончаемыми пытками сил на рыдание не остается.
-Помедленнее информацию выливай. Во-первых, у Джессики вся семья жива и здорова, а во-вторых, зачем вас пытать?
-Джессика не убивала никого из своей семьи. Ей повезло больше. Ее заставили убить обычного бездомного на улице. Не все должны уничтожать свою семью. Лишь те, кого он хочет долго видеть рядом с собой.
-И ее не хотел?
-Она была блондинкой. Глупой девочкой, мечтающей о принце на белом коне и розовом платье.
-Но она была личностью! Он не может решать, кому жить, а кому умирать. Он не Бог! – разозлилась Уилсон столь спокойному отношению ко всему происходящему вокруг.
-Он не Бог, да. Но он кукловод. Мы всего лишь его марионетки. Игрушки, куклы, не более.
-Я не собираюсь плясать под его дудку. И, как я уже сказала, его шавкой тоже не буду, - проговорила она, доставая свой ключ на свободу из прически.
-Что ты задумала?
-Ты когда-нибудь уходила из дома? В прочем, не суть. Я уходила. Попала к банде, они научили меня взламывать замки.
Вставив заколку в замок ошейника, она достала вторую и повторила действие. Затем, покопавшись в нем, он открылся на шеи девушки, и та с облегчением вздохнула, скинула с тяжёлым гулом на пол и потеряла уставшую от тяжести шею.
-Ну, освободишься ты. А что дальше? – но Миранда ее не слушала и приступила к замку на двери.
-Допустим, сарказм для меня - не единственная защита, - произнесла она, но замок ей никак не желал поддаваться.
-Ты хочешь сказать, что сумеешь одолеть оборотней?
-Я хочу сказать, что если я не попробую, возненавижу себя до конца жизни, - щелчок, такой простой, но столь желанный для девушки. Чтобы окончательно убедиться в свободе, она открыла дверь, но сама покидать камеру не спешила. – Ты идешь?
-Ты с ума сошла?! – завопила Томпсон. – Оставь меня здесь. Не смей меня втягивать!
-Не думала, что ты трус, - укоризненно сказала брюнетка, подходя к ее клетке.
-Не смей! – снова прокричала та.
-Она права, - послышался голос сзади, девушка резко обернулась и увидела мужчину в маске, наблюдающего за ними. – Возвращайся и не пострадаешь.
-А что если пострадаешь ты?
-Ты не сумела тогда сбежать от нас, - напомнил он, приближаясь к ней.
-Но тогда вас было двое, а я была напугана и в платье. Я побеждала и троих таких же габаритов.
-А оборотней? – усмехнулся он, показывая свои горящие голубые глаза из-под маски, затем выпустил когти и зарычал, набрасываясь на Миранду.
Ее учили, как использовать силу и вес противника против него, но никто не говорил, как сделать это с тем, у кого рефлексы лучше человека, а на руках когти. Девушка только и делала, что уклонялась, но совсем маленькой заминки мужчины ей хватило, что приложить того об решетку и побежать наверх. Добравшись до комнаты, она увидела лишь стулья со столом, небольшое окно, но главное – путь наружу – дверь. Конечно, дверь была запрета, и времени продолжать дергать ту, у брюнетки не было. Она взяла стул и замахнулась, чтобы разбить окно, когда услышала предупреждение:
-Сбежишь, и она умрет!
Миранда так и замерла со стулом в руках, обвиняя себя, что не смогла уговорить Алекс, пойти с ней, и что не сумела вырубить его, а теперь он угрожает жизни девушки. Опустив стул, она спустилась вниз, где увидела Алекс, стоящую на коленях, а сзади стоял мужчина с когтями у ее горла, готовый в любой момент пустить их в действие.
-Возвращайся в камеру и без глупостей, - приказал он, и Уилсон с раздражением выполнила приказ.
Он заковал ей шею и руки, а потом забрал невидимки. Уходя, «маска» бросил ей: «За непослушание последует наказание. А ты, Алекс, неплохо сыграла». Затем выключил лампочку и скрылся за тяжелой дверью.
-Неплохо сыграла!? – воскликнула брюнетка.
-Да. Ну ты же поверила в испуг в моих глазах.
-Как, черт возьми, это понимать!?
-Здесь единственный заложник это ты.
-Ты работаешь на них. Вот почему ты так громко сопротивлялась моему побегу. Хотела, чтобы тебя услышали, - сообразила девушка, с силой откидываясь на холодную стену.
-Да.
-Ради чего!? Ради чего ты помогаешь тем, кто убил твою семью и уничтожил тебя и твою душу!?
-Ради крови.
-Крови? Чтобы снова убивать?
-Нет. Ради крови альфы.
-Я явно чего-то не понимаю.
-Поймешь. Как, ты думаешь, он держит свою власть, если в основном попадаются девушки вроде тебя? Все такие правильные и моральные. Как только тебя обратят, ты захочешь делать все, что он попросит, ты захочешь быть его шавкой. Потому что каждый раз, когда ты выполняешь его просьбу, он вкалывает тебе свою кровь. Это такой кайф. Это красная жидкость соединяется с твоей, и несколько минут ты чувствуешь лишь силу и счастье.
-Наркотики. Он держит вас на наркотиках. Я, конечно, не биолог, но разве может кровь вызывать зависимость?
-Если это кровь альфы для своего беты – то да.
-Это кровь сумасшедшего!
-Это не важно. Ни для кого из нас. И не будет иметь значения для тебя.
-Я не стану наркоманом. И не стану выполнять его приказы, какими бы они ни были.
-Станешь. Тебе уже отвели роль, - брюнетка ждала, когда же ей расскажут о сценарии ее жизни. – Ты убьешь стаю истинного альфы. Их всех.
-Я даже не знаю, о какой стае идет речь. И только сейчас поняла, что вы не единственные оборотни. Я не смогу одолеть целую стаю оборотней. Я не могу справиться даже с одним.
-Когда станешь одной из нас – сумеешь. И потом, ты спросила, зачем нас пытают. Чтобы мы могли терпеть больше боли. Нас не пытают. Нас обучают.
-Как у Симмонса так быстро зажила нога?
-Я не знаю, о чем ты, но если хочешь знать – у нас улучшенная регенерация. Все заживает за несколько минут, максимум – часов.
-Прекрасно. Вы еще и регенерируете. А я слышала о регенерации только по отношению к Доктору и ящерицам. А если вам отрезать какую-то часть тела, она вырастет снова?
-Не знаю.
-А как становятся оборотнем?
-Через укус альфы. Еще если выпить из следа волка и от глубоких царапин альфы.
-А что будет, если тебя укусит бета?
-Ничего, наверное.
-Существуют мифические существа помимо вас?
-Да, наверное, в смысле, я не встречала, но говорили, что в стаи альфы не только оборотни. Я слышала про банши, какую-то лису и койота.
-Банши? Та, что плачет, когда предсказывает смерть?
-Не знаю.
-А почему именно Марк альфа?
-Альфой становятся через убийство другого альфы. При убийстве у оборотней забирается сила.
-А что означает истинный альфа?
-Альфа, который никого не убивал. Он просто стал им.
-А что, если оборотень не хочет быть в стаи?
-Тогда становится омегой. Волком-одиночкой. Но такие долго не выживают.
-Почему?
-Их убивают охотники.
-Вроде Винчестеров?
-Ну, похожие.
-Но если оборотни такие могущественные, как их побеждают люди? Серебро?
-Что за глупости? Аконит. Волчий аконит. Из него делаются пули и яды.
-После укуса альфы становятся оборотнем. А если отказаться от укуса, возможно, что ты им не станешь?
-Нет. Это не зависит от тебя. Хотя возможен вариант, что организм начнет отвергать укус, тогда ты умрешь. Медленно в мучениях, из тебя будет выходить черная жидкость и всякое такое.
-Вивиан. Никто не понял, из-за чего она умерла. Из-за укуса.
-Не знаю, кто это.
-Сколько ты здесь?
-Полтора месяца.
-Оборотнем становятся через обращение, а как стать другим сверхъестественным существом? Тоже через укус, но его представителя?
-Не знаю.
-А… - собиралась она задать новый вопрос.
-Заткнись! Хватит задавать вопросы. У тебя их слишком много.
-А у тебя слишком мало ответов. Даже если ты считаешь себя частью их стаи, они не считают ей тебя. Не пленник? Ты в цепях и клетке. У тебя практически нет информации. Ты даже не знаешь, способны ли они превращаться в волка!
-Ты это не спрашивала.
-Собиралась. Если бы ты не была такой невежей, то узнала бы это, - Алекс молчала, из чего Миранда сделала вывод, что она действительно не знает этого.
У нее были еще вопросы по поводу генов, однако промолчала, потому что на Томпсон сильно подействовали слова о том, что она не часть стаи. Она сняла ошейник и цепи (Уилсон поняла, что она действительно не являлась пленником, потому что в отличие от ее цепей, закрыты они не были), вышла из такой же открытой двери и пошла вглубь комнаты. Через несколько секунд возьни, рыжая вернулась с ключом в руке и подошла к двери, которая в скором времени перестала быть закрытой.
-Разозлилась на то, что я сказала? Получается, все, что я сказала – правда, - после произнесенного она получила удар в живот. – Знаешь, я всегда говорю то, что не устраивает людей, но били меня только полные психи, - еще два удара, она уже падает. Миранда может ей сопротивляться, но она поняла одну вещь. Если ее трогают без разрешения Марка – получают наказание. И она бы хотела посмотреть на то, как будут пытать девушку, которая убила свою семью, избила из-за слов человека и зависима от наркотиков. Уилсон не чувствовала к ней жалость или злость. Ничего кроме отвращения и презрения.
И когда альфа вернулся, брюнетка лежала на бетонном полу и не ныла, что тот такой холодный, ее избитому телу было приятно, что этот бетон служит ей вместо льда. Альфа посмотрел на девушек поочередно, но не успел задать ни вопроса, как в комнате появился тот самый мужчина в маске и встал рядом с Марком.
-Я слышал, ты хотела сбежать, - спокойно произнес он, но Миранда не повернулась к нему. – Почти ушла, но он тебя остановил. А за это я вознагражу его, - сказал Марк, беря один из шприцов на столе. Альфа воткнул шприц в себя, и тот наполнялся его кровью. Когда шприц был полон, он отдал его мужчине в маске, и тот, не задумываясь, ввел в себя красную жидкость, наслаждаясь эффектом от нее. – Алекс, ты тоже, как мне рассказывали, помогала, - сказал Марк, и Томпсон довольно улыбнулась, думая о его крови. – Однако, - продолжил мужчина, из-за чего ее улыбка померкла. – Я говорил, никого не трогать без моего согласия. И что же я обнаруживаю, возвращаясь сюда? Избитую девочку, лежащую на полу. Ты ослушилась моих прямых указаний.
-Нет! Нет, прошу, она вынудила меня. Я не хотела… ничего этого не хотела, - умоляла ее пощадить рыжая, и в середине ее пламенной речи, Миранда нашла в себе силу повернуться к ним, чтобы посмотреть на пытки.
-Я предупреждал. Я вам все уже говорил. Я не попугай, чтобы повторять это. Наказание должно было быть как у Дарена, но учитывая, что сегодня один уже провинился… ну… ты сама понимаешь.
-Нет! Умоляю, не надо. Нет! – крикнула Алекс, однако уже падала в крови на бетонный пол. От неожиданности Уилсон забыла про боль и подскочила на месте.
-Ты убил ее! – единственное, что она сумела сказать.
-Она же тебя избила. Я не мог оставить это безнаказанным.
-Но…
-Ты сама хотела этого.
-Я хотела наказания, а не убийства!
-То есть считаешь, что та, кто убила свою семью, не заслуживала смерти?
-Это было иное! Она была не в себе… она…
-Знаешь, тот альфа, он тоже проходил в одиночку через многие полнолуния, пока не научился контролировать себя, но никого не убил. Потому он и считается истинным альфой, тем, кто никого не убил, а стал альфой благодаря своему характеру, - он смотрел на девушку, но поняв, что та не найдется с ответом, пошел прочь к двери.
-Ты не сможешь одолеть его! – все же крикнула она в спину, отчего тот лениво повернулся. – Если надеешься на мою помощь, то ты идиот!
-Очаровательно. Вот только я уверен, что получу от тебя помощь. Ты с трудом сдерживаешь ярость сейчас, а что же будет, когда она вырвется? У кого-то руки явно будут в крови, - улыбнулся Марк, на что девушка промолчала, потому что для пущего эффекта решила подождать, пока тот отвернется.
-Поглядим, чьей она будет, - бросила ему в след Уилсон.
-Приберите тут, - не удостоив ее ответом, сказал альфа, хотя знал, что слышит лишь один из двоих, потому что один точно находится не в этой реальности.