Эпилог
Лой с животом наперевес, вышла из ванной и прошествовала на кухню. Спину ее по-прежнему ломило, потому она выгнулась в неестественной позе, заваривая себе зеленый чай.
- Ты специально его надела? - спросил Райлих, стоя позади нее в своих любимых спортивных штанах.
- Ты о чем? - засмеялась Лой.
Райлих подошел к ней сзади и обнял. Лой уперлась в столешницу барной стойки руками и хмыкнула.
- Ты сам подарил мне его когда-то...
- Когда-то он прикрывал твою грудь, - ответил Райлих и прикусил кончик ушка Лой.
Его пальцы развязали узел под ее грудью и распустили полы черного шелкового халата. Теплые ладони легли на огромный, по меркам Лой, живот и замерли на месте.
- Он спит? - спросил Райлих.
- И, слава Богу, - хмыкнула Лой.
- А здесь у нас что? - прошептал Райлих, раздвигая своей рукой ее бедра.
- Райлих... - замурлыкала Лой.
- Ты же знаешь, что на кухне в твоем положении заниматься этим проще всего. И вот, ты облачаешься в этот халатик, посреди срока, когда я вообще не должен к тебе прикасаться, и приходишь именно сюда! - воскликнул он.
- Лой тут же согнулась пополам и простонала.
- Все, не могу. Я изголодалась, понимаешь? Я хочу тебя постоянно! Даже когда ты идешь в туалет, я тебя хочу!
- Думаешь, со мной по-другому, милая, - прошептал он, лаская ее влагу своими пальцами. - Уже недолго осталось, потерпи...
- А-а-а! - закричала Лой и задрожала под ним.
- Милая?
- Райлих! Если ты сейчас же не делаешь то, чего я хочу, после родов я устрою тебе такое воздержание, которого ты до конца своих дней не забудешь! - закричала Лой, и он понял, что она не шутит.
- Тш-ш-ш. Успокойся.
- Райлих... - взмолилась она, подавая свои бедра ему навстречу и упираясь в него.
- Лой, может, я лучше по-другому приласкаю тебя? Тебе же это нравится?
- Хватит! Две недели уже, как только ласкаешь! Ну, Райлих... Я сейчас унижусь...
Он проник в нее одним пальцем.
- Все, унижаюсь... - застонала она.
- И? Что нужно сказать?
Он вошел в нее двумя пальцами и зарычал от удовольствия.
- Ну, пожалуйста, Райлих...
- Господи, Лой, я тоже больше не могу! - забурчал он и, мгновенно стянув с себя штаны, заполнил ее.
Крики, которые они издавали, слышали даже соседи. В самый сладкий, последний момент, он с силой прижал ее к себе и, ощущая, как она сокращается, наконец, излился. После этого Лой рухнула на колени прямо у стойки. Райлиху, все еще не отдышавшемуся, пришлось брать ее на руки и нести в спальню. Когда он прилег рядом с ней на кровати, она уже улыбалась.
- Довольна собой? - спросил он, поигрывая губами с ее ушком.
- Да-а-а, - промурлыкала она.
- Если ты родишь сегодня, я назову сына так, как планировал.
- Выкуси! В День Свадьбы брата я рожать не собираюсь!
- Я о-о-очень на это надеюсь, - засмеялся он и поцеловал ее.
***
- Ты еще долго будешь сидеть в ванной? - в очередной раз спросила Лой, переворачиваясь на бок на диване в комнате Тайрин и Дамьена.
- Ой, девочки... - пропищала Тай и высунула свою голову в дверной проем.
- Что опять... - в один голос произнесли Эйлин и Лой.
- Менструация!!!
- О-о-о, - протянула Эйлин. - У меня тампонов нет.
- У меня тоже, - хмыкнула Лой.
- И это все, что вы можете мне сказать?!
- Ты только Дамьену до церемонии не говори. А то я тебя знаю, побежишь, сопли размажешь по макияжу. Да и жениха видеть тебе сейчас не полагается.
- Ты в своем уме? - возмутилась Тайрин, глядя в упор на Лой. - Ты родишь со дня на день, а я только забеременеть смогла! Знаешь, как мы этого ждали?!
- Знаю, - спокойно кивнула Лой. - Нужно было меньше по врачам бегать и рвать на себе волосы! Все от нервов - тебе все говорили!
- Тайрин закрыла дверь в ванную и умолкла.
- А теперь что? - позвала ее Эйлин.
- Что-что... Белье менять нужно, вот что. И тампоны тоже нужны.
- Сейчас сделаем.
Лой набрала по телефону Рубена.
- Привет, это я! Не мог бы ты в магазин съездить? Да, сейчас. Дамьен не рядом с тобой? Нет? Только ему ничего не говори. Что случилось? Тампоны нужны для твоей Хозяйки. Да. Бери любые, какие найдешь. Да. И Дамьену ни слова! Хорошо. И Райлиху тоже. В общем, никому ничего. Мы тебя ждем. Давай.
Лой кинула трубку на кровать и подложила подушку под живот.
- Как же я устала. Майкл, давай, пора на свободу. Мамочке уже не терпится.
- Майкл? - переспросила ее Эйлин.
- Да, это дурацкое имя, которым его постоянно зовет Райлих. Я предупредила твоего брата, что мне не нравится это имя, но, как видишь, уже привыкла называть малыша именно так.
- А почему Майкл?
- Не знаю, - пожала плечами Лой. - Нравится оно Райлиху, вот и все.
- Где тампоны? - закричала Тайрин.
- Уже везут. Жди!
***
- Все, я понял, куда ты постоянно уходишь! - произнес Дамьен, проходя за Тайрин в их комнату.
- Я же сказала, что сейчас вернусь, - прошептала Тай, пытаясь 'отлипнуть' от стены, к которой прижал ее Дамьен.
- Котенок, я тебя хочу... - пробурчал Дамьен, и запустил руку под подол ее платья.
- Дамьен, скоро ужин начнется...
- Плевать на ужин... - произнес он и прижался к ее рту, лаская маленький язычок.
- Милый, у нас все равно ничего не получится... ...сегодня, - вовремя добавила она.
Дамьен замер на месте.
- Это почему же?
- И завтра не получится... И послезавтра... - ответила она, прижимаясь к его рту и оставляя влажные поцелуи на его губах. - А еще, возможно, и после послезавтра... ...пока кровотечение не закончится...
Он отстранился и заглянул ей в лицо. Он улыбался. Искренне так, будто ребенок.
- Тайрин...
- Да.
- Я так долго ждал этого...
- И я, - засмеялась она.
- Милая моя, почему же ты сразу не сказала?
- Потому что хотела оттянуть сей счастливый момент.
- Котенок... - тихо позвал он.
- Да.
- А ты знаешь, что во время менструации занятия любовью не противопоказаны? - спросил Дамьен и снова прижал ее к стене, подтягивая за бедра под подолом белого платья к себе.
***
Это был момент, когда слово предоставлялось Принцессе 'Сообщества'. Лой вышла на сцену с микрофоном в руке и улыбнулась всем присутствующим. Она подготовилась. Долго репетировала свою речь перед зеркалом дома. Естественно, что Райлих только и делал, что подтрунивал над ней.
Лой поднесла микрофон ко рту и... ...невольно простонала, схватившись рукой за живот. Глаза ее расширилась, и она отвернулась от толпы свидетелей ее очередного прокола.
- Лой, - подскочил с места Принц и кинулся к жене.
Зал охнул и умолк.
Тайрин с Дамьеном поднялись следом, и подошли к ним.
- Простите, - снова застонала Лой, сгибаясь пополам. - Не могу больше терпеть!
- Лой, милая! Давно началось?! - спрашивал ее муж, старательно массируя ее спину.
- Часа два, как... - пискнула она и выдохнула, разогнувшись. - Все. Идите, - махнула рукой она. - Мне еще речь нужно озвучить.
Три пары глаз и триста пар глаз за этими глазами уставились на Лой.
- Что? - не поняла Принцесса.
- Пошли, - ответил Райлих и, подняв жену на руки, понес к выходу.
Шоу продолжалось ровно шесть часов. Райлих, которого пытались успокоить все, включая Майкла, который сидел в коридоре на стуле рядом с Фийери и провожал глазами сына, расхаживающего взад и вперед.
- Райлих, я тебя убью! - доносилось из палаты. - Ты больше никогда не прикоснешься ко мне! О-о-о-о! Мама, как же больно!
Райлих на мгновение притормозил.
- Это я во всем виноват, - произнес он и присел возле Фийери.
- Естественно! - хмыкнул отец. - Любишь кататься - люби и саночки возить!
- Это из-за меня сегодня началось. Врач предупреждал, что воздерживаться нужно недели четыре до срока родов.
В этот момент рассмеялись и Фийери и Майкл. Потом, посмотрев друг на друга, они оборвали смех и приняли самый, что ни на есть, серьезный вид.
- Райлих! - послышалось из палаты.
Это не был крик, скорее писк загнанного в угол зверька.
Принц снова поднялся на ноги и попытался прорваться к месту 'боевых действий', но Тайрин вовремя заметила диверсанта и выставила его вон. Дамьен помог, загородив своим торсом лицо сестры от глаз ее супруга.
- Долго еще? - спросил Принц.
- Не мешай. Как только, так сразу услышишь.
Райлих вернулся в коридор и продолжил маячить перед глазами своих отцов. Теперь Лой не просто стонала, она ревела, так глухо, так надрывно, что ему хотелось заткнуть свои уши и отрезать себе свое достоинство.
И, вдруг, тишина. Он замер на месте. И крик! Нет, ор! Настоящий!
- Мальчик! - закричала Тайрин так громко, будто все ожидали появления девочки.
Райлих влетел в палату и посмотрел сначала на Лой, а затем и на ребенка, которого врач осматривал в стороне. Он бросился к Лой, мокрой и соленой от пота, с глазами, ставшими красными от кровоизлияний, и приник к ней.
- Девочка моя, милая, спасибо! Солнышко мое, я люблю тебя! Люблю тебя!
- Ох, дорого ты мне за это заплатишь, - прошептала ослабевшая Лой.
- Дорого, - согласился Райлих и посмотрел на сына, которого положили на обнаженную грудь жены. Кроха тут же начала открывать свой рот в поисках соска и Лой прижала ребенка к себе.
- Посмотри! - воскликнула она. - Наш сын!
- Да, наш сын, - ответил Райлих и приник к ее губам.
Его глаза отчего-то стали влажными, и какие-то соленые капли оросили щеки. Мать была права, когда говорила, что дети - это самое лучшее, что может случиться с нами в жизни. Как же хорошо, что он еще тогда это понял.