Глава 4 Совет
Рассвет — это рождение солнца, которое словно прекрасная богиня каждое утро выходит из-за моря, сперва красное, как кровь морского чудовища, потом всё светлее и светлее — брызгами жидкого золота разливается по миру, отгоняя тьму и рассеивая наши ночные страхи.
В такие моменты кажется, что и мой ночной «гость» был просто ночным кошмаром.
Но... Нет! Он был здесь. Мне кажется, что я до сих пор чувствую его тяжелое горячее дыхание на своей шее. Чувствую его ярость. И в голове прокручиваются одни и те же слова.
«Теперь ты принадлежишь мне!»
«Уничтожу всех»
«Я буду ждать тебя.»
Глаза как на зло начинают щипать, но я сдерживаю слёзы. Не знаю почему, но я верю словам этого мужчины. Пытаюсь придумать выход. Но в голову ничего не приходит кроме как одной мысли.
Сбежать, уйти ото всех, словно меня не было в их жизнях. Я не хочу видеть смерть близких мне людей, тем более смерть своего брата.
Я обреченно вздыхаю и хватаю руками свою голову. Как назло, на глаза попадается уже ненавистное мне кольцо, которое в рассветных лучах поблёскивает. Словно радуется приобретению хозяйки.
Я снова и снова пыталась снять его, с помощью мыла, кремов и разных средств. Даже пыталась разрезать кинжалом Арагорна, который он оставил со мной (так на всякий случай, если ночной гость захочет вернуться). Но безрезультатно. Только напугала вошедшего брата, который подумал, что я пытаюсь убить себя.
Арагорн вел себя беспокойно, пытался выдавить из меня четкие подробности этой ночи. Но я молчала, не хотела, чтобы он знал. Брат приходил ко мне каждый час до рассвета. Вечно серьёзный Арагорн в этот остаток времени был на удивление разговорчивый. Он то и поведал мне, что ночной гость хорошо позаботился о том, чтобы его никто не побеспокоил пока он развлекался со мной. Эльфийская стража было полностью погружена в сон, поэтому никто и не слышал шума в моей комнате. Брат признался, что и сам спал как убитый, пока его не разбудил Гэндальф. Маг почувствовал, что что-то не так. Сначала он думал, что это связано с кольцом Саурона. Но ошибся.
Я могла бы вечно сидеть так с братом и слушать его.
Я любила его всем своим сердцем и душой. И не могла позволить ему умереть.
Решение покинуть Ривенделл было принято сразу же, как я увидела его улыбку. Он в это время рассказывал о моем рождении. После смерти нашего отца, мама вместе с маленьким Арагорном отправилась в Ривенделл в сопровождении сыновей Элронда, Элладана и Элрохира. Она, то есть мама, даже не знала, что у неё еще будет ребенок. Об этом ей сообщила местная эльфийка-целительница, когда мама оказалась в Последнем Приюте. Арагорн рассказывал, что именно я помогла ей пережить смерть отца. Что она отдавала всю себя, что я и брат были её утешением. А когда я подросла, все замечали на сколько мы с братом были похожи на своих родителей. Я была копией мамы, Арагорн копией отца.
Я до того заслушалась брата, а тот был увлечён рассказом про маму, что мы оба не заметили присутствия владыки Элронда. Мы не знали сколько он простоял рядом, сколько слушал наш разговор.
— Нам пора. Совет скоро начнётся — произнес полуэльф и протянул мне руку.
Мы шли молча. И мне казалось, что в данный момент время остановилось. Тишина стояла во всём Ривенделле, что было не похоже на Последний Приют. Обычно в такое время суток, мимо ходили эльфы, везде слышалась мелодия арф и тихое пение.
Листья начали опадать с деревьев, что предвещало о скором наступлении осени. Сердце сжалось от тоски, обычно в такое время приезжали домой Элладан и Элрохир и вместе с ними Арагорн. Но брат сейчас был здесь рядом, а сыновей Элронда еще не было. А вернуться ли они сюда? Увижу ли я их в последний раз?
Мы вышли на открытую террасу, где должен будет проходить Совет. Дневной свет освещал её, вокруг падали листья создавая, можно сказать, уютную атмосферу. Множество кресел стояли полукругом, трон Элронда как хозяина этих владений, стоял напротив других показывая его статус здесь. В центре всего был небольшой каменный столик.
Кроме нас и двух эльфов еще никого не было. Один из эльфов был командир стражи, а другой никто иной как советник Владыки Всеславур. Они сидели по обе руки от Элронда. Увидев нас, эльфы встали и поклонились.
Всеславур подошёл ко мне и протянул руку. Я подала ему свою ладонь, чем очень удивила эльфа.
Мужчина проводил меня на предназначенное место. Я присела, Всеславур не отпустил мою руку сразу, он слегка прикоснулся губами к тыльной стороне ладони, так чтобы не заметил Арагорн, и произнес:
— Рад, что Вы, леди Амелия, в хорошем здравии. Я беспокоился за Вас, особенно после той ночи. Прошу простить, что не усмотрели. — эльф виновато опустил голову.
— Никто не виноват из-за событий той ночи, тем более ты, Всеславур– быстро произнесла я, от чего эльф чуть улыбнулся уголками губ — Сегодня важный день, иди к Владыке, а позже мы поговорим, обещаю.
Всеславур кивнул и удалился.
Спустя время на террасу вышли гномы и поспешили занять свои места. Один из гномов подошел к Элронду и горячо с ним поздоровался и моё внутреннее беспокойство сменилось на любопытство. Я осматривала каждого гнома и вспоминала, что я читала о них.
Во все эпохи мира внешность гномов была одинаковой. Они были низкорослыми и коренастыми; грудь у них была широкой, руки — сильными, ноги — крепкими, а бороды — длинными (у гномов бороды были с рождения, равно у мужчин и женщин). Ни человек, ни эльф, никогда не видел безбородого гнома — разве если бы он был обрит в насмешку, и тогда он готов был умереть от позора.
Гномы были созданы сильными и выносливыми, неподвластными большинству болезней и крепостью подобные камню. Они переносят тяжелый труд, голод и телесные раны лучше, всех иных народов, одаренных речью; Гномы любили горное дело и жили под землёй.
Гномы не были бессмертными, хотя срок их жизни был сравнительно долог. Большинство гномов, не погибших в бою или от несчастного случая, доживали примерно до 250 лет, однако встречались и 300-летние долгожители (больше всего их было среди Народа Дурина). Платой за долгий век была стремительная старость: достигнув 240 лет, гномы быстро дряхлели, теряли силы и жили не более 10-15 лет. К старости гномы никогда не лысели, а лишь седели.
Я улыбнулась сама себе, отмечая, что не зря когда-то прочла все книги о народах Средиземья. Я даже не заметила, когда ко мне подсел Арагорн, он проследил за моим взглядом и довольно усмехнулся.
— Вижу, тебя заинтересовали гномы. Хочешь расскажу немного о присутствующих?
Наверное, мои глаза ответили за меня, так как я не успела даже и слова сказать, как Арагорн продолжил.
— Видишь, гнома, который очень бодро здоровался с владыкой Элрондом? — я кивнула — Это Глоин сын Гроина, а рядом с ним сидит его сын Гимли.
— Глоин? — вырвалось из моих уст — Один из тринадцати гномов, который шел к Эребору?
Брат кивнул, а я тем временем переваривала информацию. О, Аулэ! С того времени прошло уже шестьдесят лет. Все знали и знают эту историю, с печальным концом. Я тяжело вздохнула. Когда-то давно отряд Торина Дубощита был в Ривенделле, но я была мала, чтобы поближе познакомиться с ними. Да и Элронд не разрешал выходить из комнаты, когда они были здесь. А знакомиться так тем более.
За своими мыслями не заметила, как пришли еще участники Совета. Я так же начала осматривать их, но сама не заметила, как и на меня был устремлён любопытный взгляд. Русоволосый мужчина осматривал меня с явным интересом. Когда я наткнулась на его взгляд в свою сторону, он не отвел глаза, а лишь усмехнулся и дальше продолжил осматривать меня с головы до ног. Под его взглядом было как-то не комфортно, да и никто меня так не разглядывал раньше. Только вот чем я вызвала такой интерес было непонятно.
Как всегда, изящно и грациозно пришли эльфы. Меня их появление вовсе не удивило, ведь прожив всю жизнь с ними бок об бок и не такое увидишь. Но все-таки одно меня зацепило. То есть один.
Я вспомнила его сразу же. И стыд накрыл меня с головы до пят. Рядом сидящий брат посмотрел сначала на меня, а потом на эльфа, одетого в светлый камзол.
— От чего ты это смутилась, Амелия? — прошептал мне брат на ухо.
— Что? Я смутилась? — я схватилась за щеки, чувствуя, как они горят.
— Тебе понравился вон тот эльф, да? — спросил Арагорн, кидая взгляд на эльфа — Ну, сестрёнка губа у тебя не дура. Сам Лихолесский принц пришёлся по нраву.
— Что ты только что сказал? Принц? — так же шепча говорила я — И он мне не нравится!
— Именно! Его имя Леголас, сын Трандуила. Мой давний друг.
Я еще пуще покраснела. О, Аулэ! Как стыдно. Сбить с ног принца, да еще и сбежать от него, забыв о всех правилах приличия. Знаете, в данный момент хотелось провалиться под землю, да хоть к Балрогу на чай, ли ж бы исчезнуть с Совета.
Леголас, поймав мой взгляд, слегка поклонился и улыбнулся мне, отчего идея сбежать с Совета к Балрогу на чай казалось не такой уж безумной. Брат тем временем следил за выражением моего лица и его это очень позабавило. Учитывая, что после улыбки эльфа я стала как помидор.
Когда все было в сборе, то есть люди, гномы, эльфы, двое хоббитов (Бильбо и Фродо) и Гэндальф, начался сам Совет. Я заметила, что единственная на Совете женского пола, и снова стало как-то не по себе. Такое было чувство, что мне тут не место. Но доброжелательные взгляды мужчин говорили об обратном, что я тут как раз на своём месте.
Новость о предательстве Сарумана Белого шокировала всех однозначно. А новость о приближении войны так и вообще выбила из колеи. Меня лично охватил леденящий страх. Нет, не за себя, за брата, так как он точно не останется в стороне от всего. Я положила свою ладонь в его, и Арагорн её слегка сжал, как будто чувствуя моё беспокойство.
Когда Элронд заговорил о Кольце Всевластия все замерли. Фродо, мой маленький друг, аккуратно предъявил его, положив на каменный столик. Все очень удивились. Только вот мне было что-то не до удивления, я смотрела на хоббита, ему словно было тяжело расставаться с кольцом. Но этого никто не заметил. Взглянув на кольцо, моё сердце сжалось. А где-то в голове снова всплыли из памяти золотистые глаза. Меня аж передернуло.
Тишину нарушил голос этого русоволосого мужчины, про которого я говорила ранее. Весть о нахождении кольца его как-то оживила. Он сразу начал предлагать оставить кольцо и направить против своего же хозяина, то есть Саурона.
— Это дар врага Мордора! — не унимался мужчина — Почему не использовать Кольцо? — говорил мужчина, кружась вокруг украшения — Мой отец наместник трона Гондора долго сдерживал натиск Мордора! Ценой крови нашего народа!
Тут моё сердце пропустило удар.
Гондор.
Такое родное слово, сколько я слышала про него от мамы. Моя мечта была побывать там, увидеть хоть одним глазком. Но из уст этого мужчины Гондор прозвучал как-то так, что я даже не имею и права думать о нём. Что он принадлежит ему и его отцу.
Он что сдурел?!
Прежде чем я подумала, из меня вылетели следующие слова. Я сама даже не поняла, как я осмелилась.
— Светлые силы не могут использовать Кольцо. Всем это известно. В Кольце скрыта огромная мощь — я посмотрела на кольцо, и в груди неприятно зажгло — Которая опасна для любого создания.
— Моя сестра права. Оно не подвластно никому из нас. Кольцо Власти подчиняется только Саурону! Только он Властелин.
Мужчина посмотрел сначала на меня, потом на Арагорна.
— Сестра Следопыта, значит. — он усмехнулся — Откуда вам знать про это? Может вы шпионы?
Я резко встала с кресла и в ту же секунду оказалась возле мужчины, моя рука уже была занесена для хорошей пощёчины, когда вмешался Лихолесский принц.
— Как ты смеешь? — принц встал между нами и аккуратно отодвинул меня — Это Арагорн и Амелия, сын и дочь Араторна. Прямые наследники Исилдура! Король и королева Гондора и Арнора. И ты должен им подчиняться!
Я стояла как вкопанная, смотря на реакцию окружающих. У всех мягко говоря округлились глаза, гномы начали шептаться между собой, а наш хоббит так вовсе замер от слов Леголаса. Взгляд Фродо бегал то ко мне, то к Арагорну. И мне стало неприятно, что скрыли это от него.
Арагорн подошел ко мне.
— Hava, Legolas! * — произнес брат на эльфийском. Эльф послушал его, напоследок кинув на меня взволнованный взгляд. Я ответила благодарным кивком.
Тем временем Арагорн уже отвел меня на своё место и усадил в кресло.
— Гондору не нужен король, и тем более королева — кинул гондорец и тоже сел на свое место.
Злость растеклась по моим венам мгновенно. Хотелось снова повторить свою попытку дать леща этому выскочке. Но поймав на себе строгий взгляд Элронда, я угомонилась.
— Если в Гондоре такой же наместник, как и его сын. То пора уже заканчивать их правление — произнесла я так, что меня услышал только брат. Арагорн молчал, но по его взгляду было понятно, что он шокирован моими словами.
— Амелия и Арагорн правы — начал свою речь Элронд — Кольцо нужно уничтожить, но для этого нужно отправиться к Роковой Горе. И один из вас сделает это.
Я почувствовала, как напрягся рядом сидящий брат. Все молчали, опустив головы. Сразу было понятно, что никто не хочет в одиночку идти к Горе. Как на зло, снова подал голос гондорец. Он рассказывал, какое гиблое место этот Мордор. Я его слушала и по моему телу прошла неприятная волна мурашек.
После его слов, все словно с цепи сорвались. Эльфы не хотели отдавать кольцо гномам. А гномы не хотели отдавать кольцо эльфам. Началась просто невыносимая ругань. Я сидела в кресле и просто молчала, брат же вступил в спор. Тут моё внимание привлёк Фродо, он так же, как и я сидел и молча наблюдал за всеми. Хотя нет. Проследив взглядом за Фродо, я поняла, что он смотрел сквозь толпу. Он упорно наблюдал за кольцом. Не отрываясь. Как завороженный. Меня снова сковал страх. Неужели? Нет, не может быть! Фродо уже был зависим...
Не успела я закончить свою мысль. Как хоббит резко соскочил с своего места.
— Я возьму его! Я возьму его!
И наступила тишина.